Личный сорт героина...

Прошла неделя. С того дня они живут вместе в доме Сынхена.Начальству своему они объяснили, что для стоящей фотографии нужно "духовное единство лиц, задействованных в этом". Сынхен до сих пор вспоминая краснеящее от стыда лицо Джиена и ехидный, будто понимающий взгляд Хенсока, улыбается. Но было кое- что, что заставляло Чхве тревожиться и расстраиваться. Джиен с того дня, когда они решили в буквальном смысле "сбежать" от той шайки и участи быть убитым, поник и ходил, настороженно оглядываясь. Мало того, у него вечно звонил мобильник, который тот почти сразу же выключал. Когда Чхве спрашивал его, в чем дело, Квон отнекивался и говорил, что ему просто непривычно жить рядом с Сынхеном. И кого он пытался обдурить?! Чхве все-равно докопается до правды... Через несколько дней он понял причину поведения младшего. Оператор их агенства и хороший друг ТиОуПи- Донвук, помимо своей настоящей профессии, работает в полиции. Благодаря ему Чхве и понял, что к чему: -Эта одна из самых опасных банд в городе. Их трое: Кан Десон- глава, и его близкие друзья- Ли Сынри и Сынхо. Почти всегда заманивают излишне вдохновленным состоянием. Никто даже не подозревает, что виной всему наркотики. Кстати, идут слухи, что они геи и специально заманивают талантливых и симпатичных парней для своих корыстных целей. Иногда дела доходят до убийств, если те слишком сопротивляются. Их ловят уже несколько месяцев, и все не могут выйти на след. Та шайка может быть где угодно. Будь на чеку.- предупредил его когда- то Донвук, не замечая шокированных глаз друга. Тот первый раз тогда напился. И, конечно же, рассказал о том, что можно не волноваться, что он все знает. Теперь уже полную версию... Джиен с осторожностью взглянул на напарника, и не увидев никакой реакции, обнял за плечи, убеждая, что со всем справится сам... Хах, и ничего этим не поменял. Они впервые уезжали по работе вместе. Хоть и недалеко, в Кванджу, но все же какая- то ответственность. Несколько часов побыв в трясущейся электричке, они вышли на перрон. Приехав в отель и кое- как разбросав свои вещи по полочкам, они почти сразу принялись за работу. ...Закончив фотографироваться, Джиен вывел Сынхена на побережье реки. Солнце стремительно шло на закат, что создавало некую смущающую романтику. Квон отвернулся и нервно улыбнулся. Старший почти сразу заметил перемены настроения и коснулся Джиенова плеча: -Ну что случилось? -Мне страшно... Сынхен, мне страшно...,-хмыкнул Квон, уткнувшись тому в бок.Тот погладил младшего по голове, и стараясь говорить спокойно, прошептал: -Джиен, мы выкарабкаемся, слышишь? Я буду рядом, мы выйдем из этой ситуации, что бы не случилось... Только не переживай...,- Сынхену было больно смотреть, как младший переживает.Сквозь тихие всхлипы Джиена он услышал шепот: -Мы? Понимая, к чему клонит младший, тот с улыбкой ответил: -Да, мы. Я хочу защищать тебя... Больше не оставлю, никогда. Я очень хочу быть рядом с тобой... Не подумай ничего плохого, просто... Не дав тому договорить, Джиен легко прильнул к губам напротив. Чхве стало очень хорошо, словно и не было никаких проблем. -Так не отпускай,- ответил уже с улыбкой младший и крепко сжал в объятиях, вдыхая влажный воздух и судорожно дожидаясь завтрашнего дня.... Проснувшись от звонка Хенсока, который вызывал его на неизвестное и новое место для подтверждения фотосессии, Чхве быстро оделся и оставил на столе записку для Джиена, чтобы тот не волновался и верно ждал его. Вылетев из отеля, Сынхен отправился в нужную точку, абсолютно незаметив смутно знакомой головы... Закончили только к вечеру. После окончания, Чхве настолько выбился из сил, что давно игнорировал настырно трезвонящий мобильник. Усевшись на скамейку в тихой аллее, тот откинул голову назад, разминая мышцы. Расслабление вот- вот должно прийти...и вдруг опять звонящий телефон выбил Сынхена из колеи. Надо было отвечать. Увидев на экране номер Донвука, Чхве удивился. Тот никогда не звонил просто так и так поздно. К великому сожалению, ТиОуПи снова оказался прав... -Сынхен, скорее! Быстрее! Немедленно беги домой, иначе будет поздно! Ту банду видели в районе вашего отеля. Кванджу- родной город того Сынри! Быстрее! Скорее... Дальше Чхве уже ничего не слышал. Он бежал, сломя голову, через весь город и молил лишь об одном: "Хоть бы успеть..." Но не успел... Когда старший примчался в отель, Джиена уже не было. Все вещи были разбросаны в хаосе. На столе валялась записка, только уже совершенно другого содержания.. "...Ты больше никогда не увидешь его... Вы посмели ослушаться наших святых правил и сбежали. Теперь вы заплатите за это! А этот мелкий особенно. Джиен вскоре встретится с небесами... Прощай, наивный фотограф..." Прочитав письмо до конца, Сынхен опустился по стене и зарыдал. Он бился из стороны в сторону, ударяя по дорогой посуде. Он не сдержал обещание... Он не смог защитить... Не успел сказать самые важные слова... О какой жизни может идти речь без его родного, такого хрупкого Джиена?... Старший решительно выбил окно на балкон шестнадцатого этажа... И закричал... ....На окраине города, связанный и измученный Квон Джиен лежал на сыром полу и стонал. Его били, издевались и кололи новые дозы злосчастных наркотиков, но Джиен не чувствовал наслаждения. Жгучая боль во всем теле и ноющая в груди, разрывала его на части. Знает ли Сынхен о его пропаже? Насколько больно ему сейчас? Но увидев в руках стоящего напротив Сынри большой нож, мир остановился. И только слеза продолжала течь по щеке, оставляя мокрые следы на кафеле...