Папочкин хороший мальчик
12 сентября 2019 г., 16:55
***
Вопрос про ружье был риторическим. Откуда бы оно взялось? Псина молча стояла, всегда бы так, а то раньше не затыкалась, и сверлила хозяина спокойным взглядом. В сумерках Шэнь Цзю казалось, что ее глаза отсвечивают багряным. Мурашки бежали по спине Шэнь Цзю. Сцена воссоединения с нелюбимым питомцем напоминала дурной хоррор: его сейчас съедят на пороге собственного дома? Если бы он знал про «Кладбище домашних животных», то обязательно бы его припомнил. Ох, не в тот лес Шэнь Цзю отвел лохматого ублюдка, надо было топить. А родственнички-то тогда хором кричали: где собака, где собака? И наверно никто не поверил его словам, что глупая псина потерялась. А чего не верить-то? Пес и правда был тупым, хозяина не слушал, по ночам залезал в кровать, хоть на улице его держи! Но Шэнь Юань не позволил бы. Братик А-Юань расстроился больше всех и еще долго ездил в лес на поиски четырехлапого блохастого недоразумения. Не нашел, конечно. Шэнь Цзю отправил брата в другой лес. Бинхэ сам виноват. Нечего было посягать на любовь его близнеца. Вечно лез своим влажным шершавым языком куда ни попадя. А главное-то, Шэнь Цзю оказался не готов делить кровать на троих! Их с братом там было вполне достаточно. Еще пару лет после пропажи животного Шэнь Юань приговаривал: «где мой Бинхэ?» Умер. Десять раз уже умер! Но такого брату говорить, конечно, было нельзя. Да кому нужен этот Бинхэ?! Чем он так хорош? Пушистый хвост (А-Юань был от него в восторге) и большой хрен (лучший комплимент со слов Шан Цинхуа) — вот и все достоинства. Но лично Шэнь Цзю нравилось, что безродная псина из слюнявого щенка выросла в здоровую махину. От этого хоть толк имелся: с чудовищем было спокойно отпускать А-Юаня на вечерние прогулки.***
Увы, в данную минуту защитник семьи обернулся против нерадивого хозяина. Перед лицом настоящего монстра Шэнь Цзю было страшно. Махина еще подросла. Такого бы даже ценитель больших размеров Шан Цинхуа испугался. Не говоря уж о загадочном возвращении. Пасть страшилища разомкнулась, и оттуда высунулся неправдоподобно длинный язык. Опять мерещится в потемках? Бинхэ плотоядно облизнулся. По-настоящему жутко. Но когда пес пустил слюну, совсем как раньше, как маленький щенок, Шэнь Цзю воспрял духом. Может все не так и страшно. — Бинхэ, сидеть! — на пробу крикнул Шэнь Цзю, голос сорвался, получилось почти визгливо. Псина не шелохнулась. — Бинхэ, сидеть, — снова повторил Шэнь Цзю, добавив металла в голос. На этот раз монстр послушно исполнил команду, не прекращая смотреть на хозяина и пускать слюни. Шэнь Цзю вытаращил глаза от удивления, Бинхэ и раньше-то таким понятливым не был. — Бинхэ, дай лапу, — совсем осмелел Шэнь Цзю, не замечая, как изменился взгляд собаки, в нем читалась ирония. Пес опять послушался и приподнял когтистую конечность. Шэнь Цзю побоялся ее потрогать. — Хороший мальчик. В ответ на похвалу пес завилял хвостом, прижимая уши назад. Шэнь Цзю так редко хвалил собаку. Увидев положительную реакцию, Шэнь Цзю совсем расслабился и подошел погладить Бинхэ, чтобы до конца укрепить связь. Собака уже вовсе не казалась такой жуткой. Может, все еще к лучшему. А то печальные вздохи брата порядком замучили. Шэнь Цзю, понятно, бросил клуб собаководов, но вот А-Юань туда по-прежнему ходил. Без собаки. А от новой наотрез отказался. Бинхэ — одни мучения от тебя! Что ты есть, что тебя нет! Бинхэ высунул язык и аккуратно лизнул руку Шэнь Цзю. — Ну, все, все, папочка виноват и больше так не будет. Прекращай лизаться, — Шэнь Цзю убрал руку, влажные игры никогда ему не нравились, не то что его брату. Чтобы окончательно убедиться, что в их отношениях он по-прежнему главный, Шэнь Цзю отдал еще несколько команд. Их исполнили беспрекословно. А потом Шэнь Цзю осенило. Он до сих пор не слышал этого раздражающего скулежа или противного воя. Псина хранила молчание. Уж не стал ли он немым? Брат расстроится. — Бинхэ, голос! Молчание. — Голос! — Папочка, — раздалось в голове Шэнь Цзю. Уж лучше бы А-Юань расстроился…***
