Невольность выбора

Она стояла прямо напротив магазина Голда, ожидая появления Прекрасного. Дэвид, конечно же, опаздывал, это, наверное, участь всех в его семейке, подумала Регина, потирая озябшие руки, перчатки-то она забыла дома. Вот и началось «исправление», как Генри это любил называть. И первый делом она собиралась помочь вернуть их всех домой. Черт, внутри все переворачивалось от мысли, что она будет помогать Белоснежке, но женщина тут же напоминала себе, что делает это только ради Генри. Только ради сына. Ради него она была готова пойти на все, даже на помощь собственному врагу. Чьи-то шаги, доносившиеся из-за угла улицы, привлекли ее внимание, и спустя секунду появился Дэвид Нолан. На нем была белая рубашка, а сверху он накинул джинсовую куртку, ну и, конечно, джинсы. Подходя к брюнетке, он сразу заметил, что ждет она его уже несколько минут, потирая ладошки, наверное, от холодного ветра. Выглядела Регина как обычно: строгое черное платье, накинутый поверх него плащ, в который женщина все сильнее куталась, а на шее висел голубой шарф. Приблизившись к брюнетке, Дэвид только кивнул и, спросив на пути «Идем?» и не дождавшись ее ответа, вошел в лавку Голда. Регина, нахмурившись от такой бестактности, но тут же вспомнив с кем имеет дело, последовала за ним. Звук от дверного колокольчика возвестил об их прибытии. Голд развернулся к вошедшим в магазин, на лице тут же появилась удивленная ухмылка. - Что-то ты не в той команде, дорогуша, - проворковал Темный, обращаясь прямо к Регине и полностью игнорируя стоящего чуть впереди нее Дэвида. Женщина лишь гневно сверкнула глазами и, не желая обсуждать это далее, тем более в такой компании, быстро приступила к цели их визита. - Мы хотим, чтобы ты помог нам вернуть их, - строго сказала она. - И зачем мне это? – спросил Голд, наигранно сощурив глаза и взмахнув рукой. Он как будто снова превращался в Румпельштильцхена, когда дело доходило до сделок. И у Регины был только один шанс использовать эту возможность. Дэвид было хотел что-то сказать, его рука уже потянулась к висящему на поясе пистолету, но женщина в несколько шагов оказалась прямо перед ним, останавливая его легким взмахом руки, и облокотившись на стеклянный прилавок так, что находилась в сантиметре от лица Голда, почти прошипела: - Назови свою цену, Румпельштильцхен. - Ты прекрасно знаешь, - наклонился к ней Голд, - любая магия имеет свою цену. А сейчас вы просите слишком многого, Ваше Величество, - выделил он последние два слова и, отодвинувшись от Регины, которая со всей ненавистью смотрела на него, вышел из-за прилавка. Он, ухмыляясь, внимательно осмотрел стоящую перед ним парочку, не понимая, почему они работают вместе. Хотя это его крайне забавляло. Злая Королева и Прекрасный Принц, такого определенно еще никто не видел. - Мы знаем, что ты можешь помочь нам, - вмешался в разговор Дэвид. - Я могу все, дорогие, только вам нечего предложить мне, - хихикнул он. - Нет, есть, - внезапно выступила вперед Регина. - Я буду должна тебе услугу, - уверенно сказала она. Дэвид с изумлением смотрел на стоящую рядом с ним женщину. В ней определенно что-то поменялось, раз она готова была пойти на такие уступки. Хотя, возможно, это был единственный верный способ вернуть сына. Он не знал. - Вы оба будете должны мне, - его мысли прервал голос Голда, который загадочным образом поглядывал то на одного то на другого, от чего сразу становилось как-то не по себе. – И я уже знаю, что попрошу, - хитро улыбаясь, продолжил он. - Как мы будем уверены, что ты не нарушишь сделки? – недоверчиво спросил Дэвид, внимательно смотря на Голда, как будто старался найти в его словах подвох. - Он никогда не нарушает сделок, - ответила за него Регина. – Ну, так что… ты помогаешь вернуть Эмму, Мери Маргарет и Генри, а мы…? - А вы устроите для меня небольшое представление, - засмеялся Голд. Дэвид и Регина переглянулись между собой, совершенно не понимая, что он имеет в виду. Но тут в головах обоих отчетливо прозвучал его голос. Мужчина и женщина шокировано смотрели друг на друга. - Я не буду спать с ним! - Я не буду спать с ней! Закричали они одновременно, мгновенно отступая на шаг друг от друга. - Тебе лучше придумать другое условие, Румпельштильцхен, - процедил сквозь зубы Дэвид и, развернувшись вышел из магазина. Регина со всей злобой смотрела на Голда, чувствуя, что ненависть закипает с каждой минутой. Если бы она не пообещала Генри, она бы точно попыталась… нет, нельзя было рушить то, что итак качалось на краю обрыва. Женщина тяжело втянула воздух, стараясь успокоиться, и направилась к выходу. - Когда поймете, что без меня вам не справится, ты знаешь, как меня позвать, - услышала она, выходя из магазина и оставляя звенящий колокольчик далеко позади.

***

Было уже далеко за полночь, когда Регина буквально подскочила на кровати, услышав настойчивый стук в дверь. Сонно потирая глаза, она взглянула на часы, черт, только два часа ночи, а ведь она только что заснула. В последнее время это удавалось все тяжелее и тяжелее. Исчезновение Генри, недоверие со стороны жителей, которые так ее ненавидели и боялись, что сместили с поста мэра на следующий же день после снятия проклятия, и сейчас ходили с высоко поднятыми головами, смотря на Королеву как на последний мусор. Им было не важно, что она старается измениться, нет, никто даже этого не замечал, все только пялились на брюнетку стоило ей замаячить на горизонте. Хотя, честно признаться, Регину это устраивало. Страх всегда подразумевает под собой силу, часто ей повторяла Кора, чем больше тебя боятся, чем сильнее уважают, запомнила она. Но все это напряжение, так и витавшее вокруг ее персоны, только выматывало, забирая последние силы и поселяя в душе страх. Ей часто снились кошмары, когда все жители Сторибрука ломились к ней в дом и учиняли расправу над бывшей Королевой, которая была так слаба, что не было сил защищаться. Регина тяжело вздохнула, отогнав дурноту, подступившую к горлу, и неохотно встала с кровати. Набросив легкий халат, она спустилась к входной двери. Стуки все еще продолжались и, как только Регина собиралась повернуть замок, она услышала знакомый голос. Прекрасный, Дэвид, он что-то говорил о срочности и продолжал стучать по двери. Регина на секунду остановилась, понимая, что они не виделись с того самого похода в магазин Голда, ведь когда она его покинула, мужчины уже и след простыл. И она прекрасно понимала почему. Сделка была такой безумной, что женщина до сих пор не могла понять, как Темный мог додуматься до такого и главное – зачем? Из размышлений ее вывел очередной стук в дверь, более напористый и требовательный. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, брюнетка повернула замок. Дверь тут же со стуком распахнулась, заставив женщину отскочить на несколько шагов и шокировано смотреть на буквально вбежавшего в ее дом мужчину. Он что-то кричал, размахивал каким-то куском ткани, но Регина не могла ничего разобрать. Она просто развернулась и зашагала в кабинет. Она налила два бокала виски и подала один Прекрасному. Дэвид на секунду замолчал, осознавая, что именно сейчас происходит, а потом взял и выпил все залпом. Казалось, мужчина наконец успокоился, взгляд прояснился, а на лице уже не было такой ненависти и безысходности. - Что случилось, Дэвид? Ты смотрел на часы? – спросила Регина, ехидно отметив про себя, что мужчина от чего-то сразу напрягся. Что же это могло быть, не понимала она. Единственное, из-за чего Прекрасный Принц когда-либо так мучился, была… - Мы не сможем вернуть их, - обреченно сказал мужчина, подходя к столу и наливая очередную порцию виски. Слова как гром обрушились на женщину. Пару минут она стояла, ничего не понимая, ведь хоть они и не встречались, но она была прекрасно осведомлена о шляпе и их возможности спасти Генри и семью Дэвида. А сейчас? - Я не понимаю… - медленно сказала она, пристально посмотрев на стоящего в пару метрах от нее мужчину. Только сейчас Регина заметила на его лице промелькнувшую злость, отчаяние…. вину? Дэвид на секунду потупил взгляд, и, протянув руку, которая все еще сжимала какой-то обрывок ткани, зло бросил ее на пол. - Он уничтожил ее! Мой отец! Я должен был помешать ему! – воскликнул Принц, сжав кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Регина непонимающе посмотрела на Дэвида, тут же переведя взгляд на брошенную ткань. Это было что-то очень знакомое… смятые края, обугленный каркас, потерявший полностью форму. Это была шляпа! И она была полностью уничтожена! Регина недоуменно вновь встретилась с взглядом Принца, который, казалось, потерял всякую надежду. И действовало это как цепная реакция. Наконец, до женщины начал доходить весь смысл его слов, такого внезапного появления. Они не смогут вернуть Белоснежку и Эмму. Она не сможет вернуть Генри! С этим надо было что-то делать. И немедленно. - Мы должны согласиться на сделку с Голдом, - неожиданно сказал Дэвид. Регине показалось, что она ослышалась, но переведя взгляд на мужчину и заметив с какой серьезностью он смотрит на нее, стало сразу понятно, шутить он был не намерен. - Ты сошел с ума, - бросила Регина и вышла из кабинета. Прекрасный сразу бросился за ней и нагнал в холле, когда женщина уже собиралась открыть входную дверь, - тебе лучше уйти… - начала говорить она, как вдруг почувствовала, что схватив ее за руку, Дэвид разворачивает ее к себе. Не успела Регина уже ничего ответить, как, поймав во взгляде женщины огонек злобы, смешанный с удивлением, Прекрасный выпустил женщину из хватки, примирительно подняв руки и отступив назад. - Прости, - извинился он, - это наш единственный выход, Регина. Разве ты не хочешь вернуть Генри? – спросил он. Идиот! Конечно, она была готова сделать все ради сына, но… такое, это просто не укладывалось в голове, а мысль, что он сам теперь это предлагает, просто обескураживала. - Конечно же, я хочу вернуть сына! – воскликнула она. – Но я не собираюсь идти на поводу у этого старого извращенца! - Этот… Голд, возможно, единственный, кто сможет нам помочь, Регина, - пытался объяснить Дэвид, хоть эта идея и не вызывала у него никакой радости. Она была его главным врагом и даже сейчас, когда женщина старалась исправиться, он просто не верил ей. Но, если того требовало спасение Белоснежки, Эммы и его внука, он был готов рискнуть. Только ради своей семьи. - Нам нужно найти другой способ, - упорствовала Регина, - можно попробовать… э-э.. - Больше ничего не осталось! Шляпа уничтожена, пыльца для Голубой Феи не готова и непонятно хватит ли ее вообще, даже твоя магия не в силах помочь. У нас остался только один выход, - подытожил Дэвид. Бесспорно, все это было правильно, он нигде не ошибся, но сделка.. такие условия женщину определенно не устраивали. - Может быть, нам удастся поменять условия сделки? – как будто прочитав ее мысли, спросил Дэвид. - Я слишком хорошо его знаю, он никогда на это не пойдет, - уверенно сказала Регина. Мысли начинали путаться, сущая безысходность поселилась в душе. Ее сын был сейчас где-то там, далеко, может быть, он прямо сейчас нуждался в помощи или звал ее. А она не могла помочь. Или могла? Регина тяжело втянула воздух. - Хорошо, - почти прошептала она. - Хорошо? – немного удивленно переспросил Дэвид, он понимал, что они оба совершенно не в восторге от этой идеи, но иногда большие действия требовали больших жертв. И здесь жертвами оказали они сами. – Хорошо, - повторил он, кивнув, - так…как мы позовем его? - Просто, - тихо сказала Регина. Женщина тихо стояла и смотрела в пол, осознавая, на что только что согласилась. Но все это ради Генри, повторяла она про себя. Мой мальчик скоро будет дома, скользила в голове мысль. Дэвид выжидающе смотрел на брюнетку, которая, казалось, задумалась о своем, но, заметив на себе его пристальный взгляд, только громко произнесла: - Румпельштильцхен. На секунду в доме воцарилась полная тишина, Регина и Дэвид смотрели друг на друга, ожидая какой-то реакции, которая и появилась в следующую минуту. Игривый взволнованный смешок слышался откуда-то с лестничного парапета, на котором стоял, облокотившись одной рукой на трость, а другой на перила, Голд, собственной персоной. - Мы согласны на твою сделку, - первым от шока опомнился Прекрасный и, сделав несколько шагов вперед, встал напротив Голда. Мужчина удовлетворенно потирал руки, на лице расползалась хитрая улыбка. - А я все думал, когда же вы меня позовете, - проворковал он, продолжая улыбаться. - Только давай без этого, - прервала его Регина. Все и так становилось слишком запутанным и сложным, и выслушивание его хвалебных речей в свой адрес совсем не входило в ее планы. - Хорошо, - как-то быстро согласился Румпельштильцхен, но тут же продолжил, спускаясь с лестницы, - тогда можете начинать представление, - он обошел Дэвида и встал в нескольких дюймах от Королевы. Голд задержался лишь на секунду, но тут же отошел в сторону, указывая тростью на Прекрасного. - Начинайте, - было все, что он сказал. Черт, Регина просто хотела выхватить у него трость и ударить по этой наглой роже, но женщина лишь тяжело вздохнула, напомнив себе, что делает это только ради сына, и вплотную подошла к Дэвиду. Оба замерли на мгновение, пристально смотря друг на друга и полностью осознавая, чего от них ждет Голд. Это было неправильно, это пугало. Дэвид сделал маленький шаг на встречу, чувствуя, что оба напряжены. Он ободряюще посмотрел на стоящую перед ним женщину. Сейчас она точно не казалась такой сильной, как раньше. - Я не знаю… - сказала Регина, голос предательски задрожал. Конечно, она спала с теми, кого не любила, но это точно был не муж Белоснежки. Почувствовав сковывающее ее напряжение, Дэвид осторожным, неловким движением погладил ее волосы. Мягкие, промелькнуло где-то в голове. Регина не двигалась и просто продолжала смотреть на мужчину. Его рука так же легко коснулась ее щеки, робко и неуверенно поглаживая смуглую кожу. В голове скользила только одна мысль о спасении его семьи и, он был готов сделать все, что необходимо. Дэвид подался к ней вперед, наклоняясь к ее губам. Он неуверенно замер в миллиметре от алых уст, чувствуя учащенное горячее дыхание брюнетки. Ее карии глаза странно смотрели в его голубые. Легким, почти неощутимым поцелуем он коснулся ее губ, но затем быстро отодвинулся, волнительно смотря в шоколадные глаза, которые, казалось, больше не выражали никаких эмоций. - Расслабься, - прошептал он, снова подаваясь вперед. И это было последней каплей, и Регина, положив руки ему на грудь, не подпустила его к себе. Все его действия, нежные касания и его последнее «Расслабься» просто выбили ее, воскрешая в сознании давно спрятанный образ первой брачной ночи и … Леопольда. Дэвид делал все и говорил в точности как он. Те же слова, которые она пыталась забыть на протяжении многих лет, сейчас всплывали вновь, тая в себе скрытую угрозу. Она подняла взгляд, встречаясь с голубыми глазами, которые непонимающе смотрели на нее. Конечно, откуда он мог знать, что повлекут за собой его действия. Регина отступила на несколько шагов назад, держа перед собой вытянутую руку и не подпуская его к себе, а другой рукой старалась сильнее запахнуть халат. - Призраки прошлого не дают о себе забывать, да, Ваше Величество? – ухмыляясь, спросил Голд, на что Регина только бросила на него гневный взгляд и тут же вновь посмотрела на Дэвида. – Я не могу, Дэвид, - сказала она, - я…. это неправильно. Регина как-то странно смотрела на мужчину, который стоял, не понимая, что не так. Они сами согласились на сделку, они оба знали, на что идут. И ему тоже было нелегко, мысль о Белоснежке не покидала его ни на минуту, но он старался абстрагироваться от всего сущего. Но она отступала. Она боялась чего-то, внезапно понял Дэвид. Голд говорил что-то про призраки прошлого.. чтобы это могло означать, или … кого? Осознание пришло само собой. Король Леопольд, он был мужем Регины много лет, а значит, их несомненно связывали все узы, возможные между мужем и женой. Дэвид никогда не думал об этом в таком ключе, но Регине, тогда, должно быть, было 17-18 лет, а Леопольд был уже не молод. Каково было молодой девушке замужем за стариком? Отвратительно, промелькнуло в голове, и Дэвид моментально все понял. Регина уже ступила на первую ступеньку, желая побыстрее уйти от всего этого, как почувствовала, что Дэвид поймал ее за запястье. Она развернулась к нему, непонимающе смотря в голубые глаза. - Прости, - было все, что он сказал, но не прошло и секунды, как он умоляюще посмотрел на нее, добавив: - Мы согласились на сделку, Регина. Это наш единственный шанс спасти Эмму и Мери Маргарет. Это единственный шанс спасти Генри. Казалось, его слова немного отрезвили женщину, хоть желание немедленно скрыться от их взглядов никуда не пропало. Только сейчас поверх него выступало более сильное – спасение Генри. Регина напомнила себе, что пошла на все это только ради сына. Она любила его больше всего на свете и не хотела позволять своему прошлому встать на пути к их воссоединению, как бы больно все это не было. - Ну и долго мне еще тут стоять? Может быть, хочешь, чтобы я выполнил твою часть сделки, Дэвид? – рассмеялся Голд и, облизнув губы, взглянул на Регину, которая тут же отступила назад, как от удара. Но не прошло и секунды, как Дэвид заслонил ее спиной, руки сами собой сжались в кулаки. Эта сделка и так была сущим кошмаром, но он не был готов удваивать дозу для Регины, кем бы в прошлой жизни она не была. Сейчас их связывала общая цель. - Тогда может пора уже приступить к ее выполнению? А может, вы хотите сменить декорации? – усмехнулся Голд и тут же взмахнул рукой. Воздух мгновенно заполонила фиолетовая дымка. Ничего не было видно. Но это продлилось лишь секунду, а в следующий миг троица уже стояла посреди огромной комнаты, в центре которой стояла большая кровать, застеленная черными простынями. Вокруг нее ничего не было, только маленькие огоньки освещали пространство, погружая остальную комнату в мрак. - Приступайте же… - услышали они тихий шепот, который, казалось, доносился отовсюду, - хотя, последний штрих. В помещении послышался какой-то шорох, а в следующую секунду Регина и Дэвид почувствовали, как их окутывает сиреневый туман. Регина уже хотела что-то сделать, но тут же вновь напомнила себе про Генри и покорно закрыла глаза. - Теперь вы точно готовы, - внезапно прорезавшийся голос Румпельштильцхена вывел их из одурманенного состояния, и Регина пристально посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Немного сощурившись, она всматривалась в темноту лишь секунду, пока не поняла, что именно поменялось. Прекрасный Принц стоял в одних трусах, умело обтягивающих его достоинство. Только сейчас Регина заметила, как он хорошо сложен: широкие сильные плечи, мускулистый торс, рельефный пресс. Черт, он красив, признала Регина, но тут же осеклась, заметив какой-то странный взгляд Дэвида на нее. Если он был в одних трусах, думала Регина, то я…. Женщина не решалась посмотреть вниз, но взгляд, с которым на нее смотрел Дэвид, его удивление, смущение… говорили о многом. Глубоко вздохнув, Регина опустила взгляд. Ну, я хотя бы одета, попыталась приободрить она себя. На женщине было черное нижнее белье, а сверху тело приятно облегало изящное кружевное неглиже. Почему-то снова захотелось исчезнуть и сбежать от таких взглядов Дэвида, таких неправильных взглядов. Но она просто стояла, не смея пошевелиться. Только ради Генри, только ради Генри, повторяла она себе, совершенно не зная, что Дэвид в этот момент говорил себе практически то же самое, только список у него был немного побольше. Сейчас, видя ее всю, как черное белье эффектно подчеркивает каждый выступ, а тонкие линии ключиц обрамляются изящным неглиже, пусть даже кружева и мрак скрывали все детали, этого было достаточно, чтоб почувствовать, как сердце начинает ускоренно биться и захватывает дыхание. Она была красива, настоящая Королева, понял он, тут же ругая себя за такие мысли и вспоминая Белоснежку. Она бы никогда не простила его за это. Но она и не должна узнать, понимал он. Сам того не ожидая, Дэвид приблизился к Регине вплотную. Знакомое напряжение проскользнуло между обоими, накаляя воздух между ними и оставляя странное чувство неловкости и неуверенности. Но оба прекрасно понимали, что будет дальше. Регина первая подалась вперед, желая как можно скорее закончить весь этот фарс. Она поднялась на носочки, чувствуя, как теплые и слегка влажные от волнения ладони Прекрасного притягивают ее к себе. Их губы оказались в миллиметре друг от друга, оба чувствовали горячее дыхание и пристально смотрели друг другу в глаза, стараясь найти там хоть малейший ответ, какого же черта они творят. Но Дэвид очнулся первым и, только напомнив себе ради кого он это делает, сильнее обхватил женщину за талию, мысленно отмечая про себя, какой стройной она была, как ее тело соприкасалось с его, легко коснулся ее губ своими. Вначале он был аккуратен, даже смущен, почувствовав приторный вкус корицы на губах женщины. И это ему нравилось. Он мягко следовал с верхней губы на нижнюю, покрывая поцелуями каждый миллиметр ее уст и наконец, почувствовав ответ. Ее рука, которой еще секунду назад она упиралась ему в грудь, сейчас легко скользила по его шее, притягивая его к себе и позволяя углубить поцелуй. Их языки сплелись в сладком танце, и никто не хотел уступать. Спустя секунду они оторвались друг от друга, ища объяснение происходящему в глазах и жадно хватая ртом воздух. Но не прошло и минуты, как Дэвид вновь подался к Регине, у которой от поцелуя так дрожали колени, и сердце стучало с такой скоростью, что нельзя было сделать и шага, не выдав себя. Она почувствовала, его теплые губы, касающиеся ее волос, и руки, накрывающие ее. - Мы должны продолжать, - прошептал Дэвид, мысленно напоминая себе о цели их игры, и поцеловал темные пряди, медленно и плавно опускаясь на шею. Почти не касаясь, его руки осторожно, поднимались вверх по ее, плавно обводя все изгибы и аккуратно стягивая кружевное неглиже с плеча, обнажая смуглую кожу. Это было невыносимо, целовать Регину и при этом полностью осознавать, что такого быть просто не должно. Дэвид прекрасно понимал, что только так они могли спасти своих близких, только решившись на такой отчаянный шаг. И обоим надо было выдержать это. Регина подалась вперед, смущенно опуская взгляд и следя за его движениями. Ее руки мерно покоились на его груди. Она не смела пошевелиться. Несколько секунд, и она легко переступила опущенное на пол неглиже и остановилась, желая побороть внезапное ощущение пустоты и стремление прикрыться. Но она знала, за что платит такую цену, поэтому сделала несколько шагов к кровати и, чувствуя, как дрожат собственные пальцы, расстегнула лиф, позволяя ему упасть рядом. Руки сами опустились по бокам, голова поднялась высоко, показывая королевское достоинство и бросая вызов. Прекрасный смотрел на эти метаморфозы и не узнавал стоящую перед ним женщину. Еще пару секунд назад она боялась посмотреть на него, а сейчас острый взгляд карих глаз был устремлен прямо на него, призывая наконец действовать. Это просто поражало. Но в следующую секунду она вновь удивила его, сделав несколько шагов к нему и взяв его за руку. Регина положила его теплую ладонь себе на грудь, плавно проведя к низу живота. Дэвид стоял в шоке от происходящего, он чувствовал под своей ладонью ее мягкую кожу, каждый удар сердца брюнетки, ее неровное дыхание. Она все же была напугана, понял он, но умело скрывала это. Вряд ли она когда-то открывалась кому-то добровольно, хотя… смешно было называть это добровольным. Это была жертва, их общая плата за дорогих сердцу людей. Они оба боялись, но другого выхода просто не было. Легкие касания теплых губ вывели его из размышления, и его руки, подаваясь неведомому желанию, обхватили за талию женщину, притягивая к себе, осторожно, нежно, не желая спугнуть. Его губы нашли ее, впиваясь и срывая с них вздох облегчения. Чем быстрее они это сделают, тем скорее все закончится, напомнила себе Регина, чувствуя горячие поцелуи в шею и медленно отступая назад к кровати. Женщина потянула Дэвида за собой, легонько сжимая его широкие плечи, позволяя сильнее приблизиться к нему всем телом. Нежные соприкасания их тел и смущали и возбуждали одновременно, не позволяя им отступить от цели. Дэвид, аккуратно опустив женщину на простыни, лишь на секунду задержал взгляд на ее лице, как будто спрашивая разрешения продолжать, но Регина, только тяжело сглотнув, провела ладонью по напряженной спине, притягивая его к себе. Неуверенно мужчина подчинился, чувствуя, как внутри все горит, и вопль отчаяния рвется наружу. Образ любимой на секунду предстал перед глазами, но Дэвид постарался отогнать его. Было слишком больно осознавать, что вот-вот он переступит черту, как бы необходимо это не было. Его губы вновь опустились на ее шею, медленными и легкими поцелуями оставляя влажные следы до ключицы. Одной рукой он опустился на бедро, неуверенно сжимая и проводя плавным движением вверх по ноге, чувствуя, как на смуглой коже появляются мурашки, другую же он осторожно положил на грудь. На секунду он замер, понимая всю абсурдность сложившейся ситуации и не зная, что следует сделать дальше. Регина выгнулась навстречу приятным касаниям, мысленно понимая, что это неправильно, но в тоже время не имея возможности сопротивляться подступающему возбуждению. Он был нежен с ней, чувствовалось, что обоим было неловко от собственных ощущений, но противиться они не могли. Поэтому когда Дэвид неуверенно припал губами к ложбинке между груди, Регина лишь выдохнула, обвивая руками его шею, легко сжимая пальцы. Вновь остановившись, мужчина посмотрел на упругую грудь, вздымающуюся под тяжелым дыханием женщины. Он не знал, стоит ли продолжать, но вспомнив про сделку и замешкавшись лишь на секунду, едва ощутимыми поцелуями начал покрывать грудь, позволяя языку обхватить затвердевший сосок немного оттягивая на себя. С губ женщины сорвался стон. Желание и возбуждение переполняли его. На сотую долю секунды Дэвид полностью забыл, по чьему приказу в его руках сейчас находилось податливое тело, а он слушает вожделенные вздохи. Продолжая поглаживать прекрасное тело, свободной рукой он стянул с женщины последнее, что мешало, на пути освобождая и себя от белья, в котором все уже изнывало от возбуждения. Избавившись от всего ненужного, Дэвид оторвался от нее, внимательно смотря ей в глаза. Регина, конечно же это была она, а не Белоснежка, напомнил он себе, ощущая какую-то пустоту и вновь поселившуюся безысходность. Он пробежался взглядом по обнаженному телу, грудь тяжело вздымалась, пальцы цеплялись за простыни, сжимая ткань, губы были слегка приоткрыты. Между ними как будто пробежало тысяча мгновений, и их первая встреча, и момент в камере, в ушах звенел его разгневанный крик и ее злой смех, а потом образы сменялись реальностью, ужином в доме мэра, теплой улыбкой, сменяющейся разрушением проклятия. Между ними было столько много всего, кто бы мог предположить, что будет еще и это? Регина как будто читала его мысли, совершенно не понимая, как они могли согласиться. Внизу живота приятно тянуло от ожидания, но это было неправильно, это была очередная ложь, игра в любовь, как бы смешно не было это так называть. Она не хотела этого, осознавая, что это будет без любви, по приказу, это происходило не в первый раз и вновь продолжалось даже в настоящем. Исчезнуть – вот что она хотела сейчас больше всего, но мысль о том, для кого они все это делают, ради кого, заставляла ее оставаться на месте, притягивая к себе Прекрасного. Она сама не заметила, как закрыла глаза, чтобы не видеть всего того, что наблюдала тысячи раз в своей жизни… невольность выбора. Было тяжело и больно осознавать это. А видеть и вовсе не хотелось. - Регина, - тихий шепот позвал ее, и, открыв глаза, женщина наткнулась на понимающий взгляд голубых глаз. В них было столько тепла и доброты, что Регина невольно задержала дыхание. Он чувствовал тоже самое, он тоже боялся и понимал всю безысходность их ситуации. Хотя бы они оба осознавали это. Спустя секунду с губ сорвался протяжный стон, а ногти вонзились в плечи, чувствуя, как возбужденная плоть входит в нее. Они не разрывали контакта, пристально смотря друг на друга и слушая тяжелые дыхания, когда Дэвид задвигался внутри нее. Волны возбуждения накатывали на обоих, одновременно напрягая и расслабляя измученные от ласк тела. Их губы снова соприкоснулись, уже почти яростно, как будто желали наказать друг друга за то, что происходило. Языки страстно сплетались, одновременно исследуя своего противника и ублажая жертву. Каждый ощущал, что вот-вот достигнет экстаза, и Дэвид увеличил темп, сильнее прижимаясь к бедрам женщины. Регина обвила его руками, царапая спину, чувствуя, что еще секунда, и она достигнет пика. Наслаждение начало волнами разливаться по ее телу, окутывая и погружая обоих в волну оргазма. Все тут же перестало существовать, только сексуальное удовлетворение разливалось по измученным телам, заставляя обоих содрогаться от подступающих эмоций. Комната наполнилась возбужденными стонами….

***

Дэвид проснулся от тяжелого ощущения, что кто-то смотрит на него. Резко открыв глаза, он сел на кровати, пристально всматриваясь в темноту. Но рядом никого не было. Внезапный шорох с другой стороны привлек его внимание но, повернувшись на звук, взгляд упал на спящую рядом Регину. Мужчина тяжело сглотнул, вспоминая все, что произошло между ними, и волнение поднялось с новой силой. Он предал свою жену, единственную любовь своей жизни. Правильный ли выбор они сделали? задавался он вопросом, но не мог найти вразумительного ответа. Все было слишком противоречиво: они сделали это только для того, чтобы спасти свою семью, нельзя было считать это предательством, или можно? Неожиданная тень, проскользнувшая со стороны спящей женщины, мгновенно отвлекла его от размышлений, и в следующую секунду рядом с Региной появился Голд. - Всегда нравилось наблюдать, как она спит, - как-то таинственно сказал он, наклоняясь к Королеве и желая коснуться ее оголенной спины. Дэвид быстро среагировал, набрасывая покрывало на женщину и сверля непрошеного свидетеля взглядом. Голд только громко засмеялся, совершенно не замечая, как от этого брюнетка буквально вскочила на кровати, заворачиваясь в простыню и как-то интуитивно отодвигаясь к Дэвиду. - Какого черта… - начала говорить она, как была прервана резким жестом Румпельштильцхена, принуждающим ее замолчать. Женщина гневно скрипнула зубами, но тут же почувствовала руку Дэвида на своем плече. Регина шокировано повернулась, но, наткнувшись на спокойный взгляд голубых глаз, почувствовала какой-то внутренний прилив сил. Отношения между ними уже никогда не станут прежними, поняла она и, честно признать, что-то в этом определенно радовало. - Я смотрю, вы отлично провели время, - ухмыльнулся Голд, - даже слишком хорошо, - тут же процедил он. Регина настороженно посмотрела на него, чувствуя непонятный подвох в его словах. - Мы выполнили свою часть сделки, - быстро ответила женщина, пристально смотря ему прямо в глаза. Было в них что-то, что заставляло сомневаться, бояться. - Мы сделали то, что ты просил, - бросил ему Дэвид. Вся ситуация и это скрытое напряжение, исходящее от Голда, совершенно не радовало. – Теперь твоя очередь выполнить обещание! - Остался последний штрих, - растягивая последнее слово, произнес мужчина и в его руке тут же появился замысловатый предмет, похожий на какую-то железную вытянутую жердочку с непонятным наконечником. Голд еще секунду повертел ее в руках, улыбаясь. - Раньше, короли всегда помечали своих любовниц. Думаю, нам тоже не стоит отходить от традиций, - сказал он, и жердь оказалась в руках Дэвида, который непонимающе смотрел на странный предмет. Ярость уже начинала закипать. Простого шоу оказалось ему недостаточно! Он захотел продолжения! Мужчина был уже готов накинуться на лжеца и стереть наглую ухмылку с его лица, как почувствовал, что тело ему не подчиняется. - Какого черта…? – спросил он, стараясь избавится от злосчастного предмета. Ничего не получалось. Он как будто прирос к ладони. - Ничего не получится, только когда мы завершим сделку, - удовлетворенно проворковал Голд и в его руке тут же появился контракт. Довольно ухмыляясь, он протянул его Регине. Женщина быстро пробежалась глазами по строчкам, как взгляд упал на мелкий шрифт в конце пергамента. Традиция. Вот как он это назвал. Пальцы интуитивно сжались, сжимая в руках бумагу и зло смотря на своего мучителя. Ему было просто мало того, что он увидел. Это была только половина, хорошая половина. Но, как известно, в любой ситуации есть две стороны, и в этом они сильно прогадали. Как будто в ответ на ее мысли, железка в руках Дэвида начала раскаляться, не причиняя при этом ему боли. Он шокировано смотрел на краснеющую сталь, и смысл происходящего начал медленно доходить до него. Он должен был заклеймить Регину! Вот что Румпельштильцхен имел в виду! Его взгляд метнулся к карим глазам, в которых явно читался страх. - Регина, повернись к Дэвиду спиной, пожалуйста, и не шевелись, - внезапно сказал Голд, выделяя последние слова. Дэвид видел, как женщина тяжело сглотнула, и медленно развернулась, не имея сил сопротивляться. - Даже не думай! Я ни за что на свете… - закричал Дэвид, со всей злостью смотря на Румпельштильцхена, но не успел он договорить, как почувствовал, что рука начала приближаться к спине женщины. Дэвид пытался остановиться, что есть сил старался отодвинуть раскаленный предмет от безупречной кожи. Регина напряглась, чувствуя исходивший от предмета жар. А она то уже понадеялась на конец всего, только зря. - Нет! Я… не сделаю этого! – продолжал сопротивляться Дэвид. Он бы с большей радостью заклеймил себя, но не Регину. Может, они и были врагами, но после того, что случилось несколько часов назад, он просто не мог позволить сделать ей больно, чувствуя себя виноватым во всем происходящем. Но все его попытки были тщетны, и Регина так же не могла сопротивляться, как будто вновь загоняя себя в клетку. - Регина… - позвал ее Дэвид, понимая, что больше не может сдерживать сковывающую его магию. – Я… - Все хорошо, - неожиданно для себя ответила женщина. Еще одна жертва, последняя. – Это же ради Генри, он, наконец, будет дома, – в словах женщины явно слышался страх. - Ты сделаешь это для нас всех, Дэвид. Только так мы сможем вернуть их. Так что …. просто сделай это, - последние слова прозвучали почти шепотом, но в них было столько уверенности и силы, что Дэвид судорожно сжал зубы, про себя проклиная всех на свете и в первую очередь себя за то, что упустил шляпу и вынудил их пойти на сделку. Он чувствовал, как будто кто-то управлял его рукой, все ближе поднося раскаленную железку к смуглой коже. Но он не собирался сдаваться. - Она же сама просит, Дэвид, - внезапно сказал Голд, и быстро взмахнул рукой. Дэвид только почувствовал, как рука резко подалась вперед, за секунду сокращая расстояние между раскаленным символом и местом над лопаткой. - Нет! – закричал он, и его крик тут же слился с криком Регины, которая чувствовала, как кожа буквально плавится под горячим железом. Женщина что есть силы зажмурила глаза, слезы уже катились по щекам, и даже когда Дэвиду удалось отбросить прочь проклятый предмет, боль никуда не ушла, а только с новой силой обжигала и раскаляла до такой степени, что в глазах помутнело от шока, и Регина потеряла сознание, падая на руки Дэвиду. Мужчина со страхом смотрел на женщину, а в сознании все еще стоял страшный образ расплывающейся бабочки, оставленный им на ее спине. Конец главы.