Невольность выбора

- Думаешь, она уже встала? - Генри неуверенно приблизился к дому. Он с самого утра хотел увидеть маму, но пришлось подождать, пока Дэвид встанет и вылезет из кровати. Не смотря на то, что мальчику было всего 11, он прекрасно понимал, что сейчас Прекрасный Принц и Белоснежка хотят побыть вместе, хотя и считал все их милости странными. - Думаю, да - Дэвид не был уверен но, пожив с Региной пару дней, он заметил, что женщина не любила нежиться в кровати, хотя, возможно, это были последствия стресса и переживаний. Поэтому сейчас он был в небольшом замешательстве. - Знаешь, если Регина все же еще спит, и мы ее случайно разбудим, думаю, она будет только рада, ведь ты будешь рядом. Твоя мама очень скучала по тебе. Генри улыбнулся, понимая, что дед был прав, но кое-что так и не давало покоя. Он заметил это еще у колодца, ту манеру, с какой Дэвид говорил о ней. Что-то определено поменялось, но он никак не мог понять что. - Я смотрю, вы с мамой подружились, да? - с надеждой в голосе спросил мальчик. Если у Регины появился такой друг, значит, она точно начала меняться. А этого он хотел больше всего. Дэвид удивленно смотрел на внука, в голове вертелся такой простой ответ, но озвучить его ребенку казалось сложной задачей. Главное, чтобы он не отвернулся от Регины, понимал мужчина, ведь после всего что произошло, это бы стало настоящим ударом. - Знаешь, Регина меняется к лучшему, так что.... скоро мы, действительно, сможем назвать друг друга друзьями. Ты ведь не против этого? - Дэвид внимательно посмотрел на Генри, ожидая ответа. - Нет! - не раздумывая ни секунды, воскликнул мальчик, на лице тут же засияла улыбка. - Это как раз то, что нужно! Улыбнувшись в ответ, Дэвид только похлопал мальчугана по плечу, мысленно благодаря судьбу за то, что Генри такой умный и воспитанный. Да и хотя бы перед ним не надо было отчитываться, ведь то, что удалось вчера избежать с Белоснежкой, совершенно не было темой для обсуждения с ребенком. Пол вечера Дэвид пытался объяснить, почему завтра намеревался отвезти Генри к Регине, и хотя Белоснежка, казалось, все прекрасно понимала, она не переставала твердить, что не верит ей ни на йоту и возмущалась такой внезапной дружбе со стороны мужа. Ему удалось ее успокоить, только крепко обняв и нежно целуя в лоб. Сейчас она была рядом, Эмма уже давно спала в своей комнате. Вся семья была в сборе, чего еще можно было желать? Наконец справившись с входной дверью, Генри забежал в дом, бросаясь на кухню, затем в ванную и в кабинет. Никого не было. - Проверь спальню – приободряюще Дэвид подтолкнул мальчика к лестнице, а сам расположился все в том же кресле, в котором просидел последние два дня. Возможно, Регина и правда еще спала, подумал он. Но ни прошло и пяти минут, как Генри спустился вниз. Он держался за перила, медленно ведя по ним рукой. Было видно, что мальчик был расстроен. - Эй, что не так? - удивился Дэвид, вставая с кресла и приближаясь к ребенку. - Регины нет дома? - это казалось ему странным, ведь женщина уже не была мэром, а значит, если ее и не было дома, то непонятно что послужило этому причиной. А вспомнив, что она вчера общалась наедине с Голдом, Дэвид вдруг подумал о самом ужасном, тут же упрекая себя, что вчера ничего толком так и не спросил. - Мама спит, - голос Генри вернул его в реальность, с губ сорвался облегченный вздох. - Но… - мальчик был точно чем-то встревожен и продолжал смотреть в пол, как будто его волновал какой-то вопрос. - Что-то не так? – осторожно спросил Дэвид. - У мамы на спине ожог... - не поднимая взгляда на стоящего перед ним мужчину, промямлил он, вспомнив странную рану, которую сразу же заметил на спине матери, заглянув в комнату. Дэвид шокировано смотрел на внука, осознавая, что именно тот увидел. И он не знал, что сказать. В голове пронеслась тысяча идей, одна краше другой, но все такие же бредовые, как если бы он сказал, что это случайность. Конечно, врать он не хотел, но и говорить правду десятилетнему ребенку было бы глупо. Черт, нужно было придумать, что сказать! Но ни прошло и минуты, как его буквально спас скрежет двери, донесшийся сверху, а спустя секунду на лестнице появилась Регина. На женщине был только легкий халат, на лице все еще отпечатались следы нездорового сна, круги под глазами говорили, что уснула королева только под утро. - Привет… - Регина удивленно смотрела на нежданных гостей, переводя взгляд с сына на стоящего рядом с ним мужчину. Неужели он привел его? Или же Генри пришлось просить прийти с ним? Женщина надеялась на обратное, не хотелось бы, чтобы собственный сын относился к ней с таким пренебрежением после всего, что она ради него сделала. - Прости, что разбудили, Генри с самого утра хотел прийти, - объяснил Дэвид, видя замешательство в карих глазах, но оно тут же сменилось добротой и легким удивлением. Казалось, дом вздохнул облегченно вместе с ней. - Нет, нет, ничего, - Регина быстро спустилась, останавливаясь рядом с сыном. – Я рада, что ты пришел, - она ласково потрепала мальчика по голове. – Вы пришли, - тут же добавила она, поднимая взгляд на Дэвида, который только кивнул в ответ. В голове он все еще думал о том, что сказал Генри и, определенно, надо было рассказать это Регине. - Голодный? – женщина направилась в кухню, оглядываясь и спрашивая сына. Мальчик интуитивно кивнул, вспомнив, что на утро выпил только какао, да и в Зачарованном лесу не приходилось выбирать деликатесы. А тут любимые блинчики и шоколадное молоко уже стояло перед ним спустя полчаса. Пока он смотрел, как мама готовила, в голове мысли бегали от одной к другой, пытаясь понять и объяснить для себя, что же он сегодня видел. Генри точно помнил, что раньше этого не было. А сейчас… случайность? или она что-то скрывала? Снова… - Думаю, сегодня ты заслужил покушать перед телевизором, малыш, - предложил внезапно Дэвид, когда тарелка с аппетитными блинчиками оказалась прямо перед мальчиком. Умоляюще взглянув на маму, что бесспорно позабавило Дэвида, ведь даже после всего что случилось, Регина выступала для него авторитетом, он просил разрешения, и женщина, поставив все на поднос, вложила его в руки сына. - Держи аккуратно, донесешь? – спросила она, но, казалось, Генри уже не слышал вопроса и, только сказав спасибо, вышел в гостиную. Регина проводила его взглядом, тут же разворачиваясь к Дэвиду. - Спасибо, что привел его, - сказала она, внимательно смотря на мужчину. Сегодня он выглядел каким-то загруженным, как будто что-то не давало ему покоя. – Все нормально? Ты выглядишь уставшим… - попыталась спросить она, на что Дэвид только тяжело опустился на стул. - Не совсем… если честно, - начал он, понимая, что им надо об этом поговорить. - Не понимаю… - Регина села напротив него, предварительно подвинув ему кружку с чаем и себе черный кофе. Прошлая ночь не шла из головы, но в присутствии Дэвида и Генри о ней просто не хотелось пока думать. Да, и похоже у них могли появиться новые проблемы. - Генри видел клеймо, - протараторил мужчина, тут же начиная пояснять ситуацию. Он что-то говорил и говорил, не замечая, что Регина его не слушала, только упорно смотрела на черную густоту кофе, которое стояло прямо перед ней. Прямо здесь и сейчас она бы хотела раствориться в этой темноте, чувствуя, что ложь, которую они скрыли, вот-вот выльется наружу. Такой страх всегда присутствовал, и когда они согласились на сделку, то оба знали это. И вот этот роковой момент настал? Как оставить прошлое в тайне? Неужели снова придется лгать сыну? - … я ему ничего не сказал, даже не знал, как объяснить то, что Голд заставил меня поставить это чертово клеймо. Эта проклятая сделка может скоро стать главной сплетней городка.. и тогда… - И тогда мы поплатимся за то, что спасли им жизни, - закончила за него Регина. Женщина сделала несколько глотков, пытаясь собрать мысли в порядок и понять, что сейчас лучше всего предпринять. И был только один выход, хоть и самый болезненный. - Я солгу Генри, - тяжело вздыхая, сказала Регина, поднимая взгляд на Дэвида. – Никто не должен знать, что Голд заставил нас сделать. Никто. Только так мы сможем сохранить наши семьи… ну или то, что от них осталось, - она печально улыбнулась. Семья… Разве у нее она когда-нибудь была? Можно ли было назвать ее детство идеальным, или ее жизнь во дворце Леопольда с новообретенной семьей счастливой? Вряд ли. Натянутая улыбка отразилась на лице. Она разрушила столько семей, что, возможно, просто не заслуживала для себя этого, промелькнуло в голове. Внезапно почувствовав теплую ладонь, накрывающую ее руку, Регина подняла взгляд, встречаясь с понимающим взором голубых глаз. - Генри тебя любит. И я не преувеличивал, когда сказал, что он все утро сегодня хотел тебя увидеть, - сказал он, легонько похлопав женщину по ладони. Регина улыбнулась уголками губ, понимая, что, возможно, она не права. Теперь ее семья Генри, ведь именно ради него она пошла на все, именно он был ее единственной надеждой на счастливый конец. И, кажется, сын, наконец, начал отвечать взаимностью. Значит, она была на верном пути, подумала женщина. И не без помощи Прекрасного, признавала она. - Спасибо, - она осторожно высвободилась от руки Принца, беря кружку с кофе и делая глоток. Сталкиваясь с непонимающим взглядом мужчины, Регина только улыбнулась еще раз. – За поддержку, добавила она. - Всегда пожалуйста. Для этого и нужны друзья, - сказал Дэвид. Друзья… За прошедшее время это слово перестало так резать слух и вызывать приступы скованности и удивления. Это становилось вполне обычным для женщины. Это больше не пугало. Конечно, Регина не была готова открыться полностью, так как и сама точно не знала, что может найти в себе, но она уже была готова делать ответные шаги, а не только принимать дары. - Как дела с Белоснежкой? – стараясь как раз проявить и свою заинтересованность и не показывать, что падчерица ей безразлична, спросила Регина. - Э… - вопрос поверг Дэвида в шок, но спустя минуту мужчина понял, что она пытается сделать, и слегка рассмеялся. Было забавно наблюдать, как женщина, которая держала в страхе все королевства ведет беседы с Прекрасным Принцем. Но подыграть стоило, ведь ей это было важно. - Все хорошо, спасибо, - мужчина не считал нужным говорить о небольшом недопонимании, не желая обидеть ее, да и хотел сам разобраться в этом. - Вот и отлично, - стараясь звучать как можно спокойнее, ответила Регина, тут же делая еще один глоток. Светские беседы точно был не ее конек.

***

- … я ему ничего не сказал, даже не знал, как объяснить то, что Голд заставил меня поставить это чертово клеймо. Эта проклятая сделка может скоро стать главной сплетней городка.. и тогда… Генри дальше не разобрал, он пытался понять только что подслушанную фразу. Это не совсем удавалось. Они заключили сделку с Голдом? Но зачем? Ответ пришел сам собой. Они пошли на это ради них. Она пошла на сделку ради него. А последствия этого предприятия он прекрасно видел сегодня утром. Это пугало. Генри почувствовал, как ему становится не по себе от того, что из-за него его мама пострадала, что ей было больно, а может, больно и сейчас. Он ощущал свою вину. Хотелось только подойти и обнять, сказать, что тоже ее любит. Но Генри себя остановил, не желая им мешать, и вернулся на диван. Телевизор громко работал, но мальчик все еще обдумывал произошедшее. Он не знал, стоит ли об этом говорить Эмме и бабушке. Врать он им бы точно не смог, да и если бы они это знали, то, возможно, стали бы снова большой семьей. Генри так надеялся на это. - Ну, что, малыш, соскучился по телевизору? – голос матери вывел его из размышлений, и, обернувшись на кухонную дверь, он заметил двух взрослых, стоящих в проеме. Оба были немного скованны, прекрасно понимая, какой разговор им предстоит. Регина сделала несколько шагов к дивану, садясь рядом с Генри, а Дэвид уселся напротив них в кресло. - Что-то случилось? – спросил мальчик, в надежде смотря на мать. - Нет.. просто хотела кое-что объяснить, - неуверенно начала Регина, она не хотела врать сыну, ведь они только-только достигли равновесия в отношениях, но другого выхода просто не было. – Дэвид сказал, что ты видел небольшой ожог у меня на спине. При упоминании об этом, Генри опустил взгляд на руки, тут же желая, чтобы он вообще ничего не слышал и не видел. Мальчик почувствовал, как мама легко коснулась его рук, тихонько погладила, как будто хотела успокоить. - Тебе не нужно волноваться об этом, - Генри удивленно посмотрел на нее. Она ему врала. Снова. Регина взглянула на Дэвида, но тот лишь кивнул, понимая, что так оно и должно быть, и правду лучше скрыть от ребенка. Генри заметил этот взгляд. Они сговорились, понял он, чтобы его не расстраивать. - Это вышло совершено случайно, прислонилась к батарее в ванной, - стараясь, чтобы голос звучал ровно, сказала Регина. Она хотела, чтобы Генри поверил в очередную ложь, мысленно обещая, что она будет последней. - Было больно? – мальчик пристально смотрел на маму, мысли в голове смешались. Она ему снова врала, но при этом он понимал, что мать всего лишь хочет защитить его. Только он все еще чувствовал себя виноватым, и сам не знал почему. Регина немного опешила от такого вопроса, вновь посмотрела на Дэвида, который только снова кивнул, призывая сказать правду на этот раз. - Да, но не сильно, - женщина не могла достоверно отвечать на все вопросы, но в этом ответе попыталась соединить и правду и ложь. - А сейчас все еще болит? – спросил Генри, немного придвинувшись к маме. - Нет, особенно, когда ты здесь. Ты же мое особое лекарство, - улыбнулась женщина. В следующую секунду она только успела раскинуть руки и обнять сына в ответ, когда он прильнул в ней. - Будь осторожна, - почти прошептал он. Генри знал истинную причину ожога, но в этот раз решил не вмешиваться в происходящее, тем более, если Дэвид был на стороне матери, а он-то уж точно смог бы ее защитить, если потребуется. Регина чувствовала, как на глазах появляются слезы от заботы сына, и только крепче обняла его в ответ, припадая губами к волосам на макушке. - Обещаю, - так же тихо сказала она. Дэвид смотрел на все со стороны, сидя напротив них и ловя спокойный взгляд Регины на сыне. Это было все, что ей нужно, такая малость, понимал он. И правда о сделке не должна была разрушить это. Неожиданный звонок мобильного телефона отвлек всех, а мужчина, взяв трубку, встал с кресла и отошел к окну. Он развернулся спустя минуту, поймав на себе удивленный взгляд Генри и Регины. - Мери Маргарет, - объяснил он, показав телефон, - нам, наверное, пора домой, Генри, - Дэвид грустно посмотрел на Регину, тут же ловя такие же эмоции у нее на лице. - Может быть, мама придет к нам на ужин? – внезапно предложил Генри, повергнув обоих взрослых в шок. – Я же еще не рассказал, что мы делали в Зачарованном лесу. Регина переглянулась с Дэвидом, она не знала, что ответить. Мысль о том, что придется провести вечер с Белоснежкой и Эммой, не приходилась по вкусу, но на другой стороне весов был ужин с сыном. Она бы очень хотела этого, но, наверное, наедине и у нее дома, а не в логове врага. Хотя вряд ли у нее было право выбора. - Думаю, это вряд ли получится, - неуверенно сказала Регина. – Я… - Нет, Дэвид, ну скажи, что мама может прийти, - Генри умоляюще смотрел на стоящего у окна мужчину, который в данный момент перебирал в уме все доводы за и против. - Да, конечно, приходи, - ответил он, слова сами слетели с губ. - Да! Мам, ты должна прийти! – поддержал его Генри. Регина тяжело выдохнула, смерив Дэвида строгим взглядом. - Ну, хорошо, - сдалась она, поднимая руки вверх, - разве с вами поспоришь… - Отлично! – воскликнул Генри, бросаясь к маме и целуя ее в щеку. – Я побежал в машину, - крикнул он Дэвиду, подбегая к входной двери. Регина проводила его взглядом, и как только он скрылся за дверью, повернулась, упрямо смотря на стоящего перед ней мужчину. - Да, конечно, приходи?? – укоризненно сказала она. – Ты же представляешь, что это будет? Я и твоя жена за одним столом с одной стороны, а с другой биологическая мать моего сына. Конечно, приходи… - усмехнулась она, вновь цитируя его фразу. - Ну.. возможно, все будет не так плохо, - сказал Дэвид, пристально смотря на Регину. Но уверенности в ее взгляде не было. – Там точно будут двое людей, кто будет тебе рад, - добавил он, улыбаясь. Да, вся ситуация точно складывалась не в их пользу, но попробовать стоило. Регина засмеялась. Да, там точно будет Генри и Дэвид, и возможно, все пройдет не так плохо, как она думала. - Я же уже пообещала прийти, - улыбнулась она, - и мне этого не избежать, да? – усмехнувшись, спросила она. - Думаю, что нет… - рассмеялся он в ответ. Дэвид подошел к ней почти вплотную, похлопал по плечу, улыбнувшись. – Все будет хорошо, – старался приободрить он, понимая, что Регина волнуется. - Надеюсь… - только ответила она. – И спасибо тебе, за все. - Увидимся в 6, тогда? – бросил он, подходя к входной двери, - Генри меня уже заждался, наверное. Регина только кивнула, наблюдая, как мужчина покидает ее дом, но в голове отчетливо пронеслось «Ты – хороший друг». Когда-нибудь она обязательно скажет ему об этом, пообещала она.

***

Внезапное хихиканье, донесшееся сверху лестницы, вырвало женщину из забытья. - Такие друзья, мне даже становится не по себе от таких нежностей, - хихикнул Голд, спускаясь по лестнице и останавливаясь у тумбочки в гостиной. Он свободно взял графин с виски и налил себе стакан. Сделав несколько глотков, мужчина довольно облизнул губы и развернулся к стоящей у входной двери женщине. - Как спалось? – как ни в чем не бывало спросил он. - Тебя это не должно касаться, - Регина была зла, ощущая, что маг разрушил ее идиллию, что витала в воздухе после встречи с сыном, он испачкал ее, измарал своим присутствием в ее доме. – Какого черта тебе здесь надо? - Ну-ну-ну, не забывайся, дорогуша, - мужчина оказался в шаге от нее, тут же протягивая к ней руку, но она коснулась лишь воздуха, так как Регина отступила на шаг, врезаясь спиной в белую дверь. На лице Голда отразилась усмешка, и он отставил бокал с алкоголем в сторону. - Ты же не забыла, что у тебя есть кое-что мое? – немного показав оскал, спросил он. Его взгляд тут же упал на плоский живот стоящей напротив него женщины. Как будто желая защититься, Регина положила руки на живот, тут же опуская на них взгляд. Беременность. С приходом Генри она перестала об этом думать, но в глубине души понимала, что это было только оправдание. Она думала об этом постоянно, каждую минуту с прошлой ночи, когда ей так и не удалось уснуть. Сон накатил только под утро, когда все мысли в голове уже спутались, и усталость взяла свое. А сейчас все снова наваливалось с новой силой. Да еще и вопрос с Дэвидом… Она не знала, стоит ли ему рассказывать. И что вообще делать во всей этой ситуацией. Женщина была уверена только в одном – Голд не получит от нее ничего. - Я тебе ничего не должна, - строго сказала она, гневно свергая взглядом карих глаз. - Ты отдашь мне долг своей матери… - было, начал говорить Голд, но Регина его перебила. - Ты сам это сказал. Это была сделка с моей матерью, а не со мной. Я тебе ничего не должна, Румпельштильцхен, - отчеканила она, видя, как на лице Голда появляется нетерпение и проскальзывает злоба. Она была права, ухмыльнулась женщина. Но в следующую секунду улыбка сползла с алых уст, а на лице отразилась гримаса боли. С губ сорвался судорожный вздох, и Регина, не чувствуя ног, сползла по двери на пол, прижимая руку к груди и чувствуя сильный стук. Все тело пронзали тоненькие электрические импульсы, вызывая легкое покалывание, которое с болью отдавалось в сердце. Но с губ женщины не слетело ни звука, она только зло смотрела на Румпельштильцхена, который крутил знакомую ампулу в руке. - Думаешь, ты сможешь мне сопротивляться? – усмехнулся он, опускаясь рядом с ней на здоровую ногу и хватая женщину за подбородок. – Я заберу твоего ребенка, даже если мне придется вырезать его из тебя. В следующую минуту все прошло, боль больше не скручивала каждую клеточку тела, а Голд исчез, так же как и появился, отставляя после себя только ощущение безысходности и пустоты. Последняя фраза, сказанная им, до сих пор крутилась в голове, заставляя содрогнуться от страха. Нужно будет рассказать все Дэвиду, она не сможет справиться с этим одна, поняла Регина. Конец главы.