Невольность выбора

Прошла неделя с тех пор, как Дэвид заявился ночью в дом мэра. Регина была не против его присутствия, хоть часто предпочитала сидеть одна. Мужчина каждый день старался наладить отношения с женой, приходил к ним в квартиру, пытался поговорить, но Белоснежка запиралась в комнате Эммы и не соглашалась даже послушать мужа. Блондинка все это наблюдала, но не могла ничем помочь. Измена, хоть и во спасение, оказалась слишком сильным ударом для ее родителей. Но она точно видела, что те еще любят друг друга, а значит, надо было просто подождать. Пока Дэвид пытался разобраться в семейных проблемах, Регина думала над планом избавления от Голда. Конечно, женщина точно осознавала, что это будет непросто, но сдаваться она была не намерена. Румпельштильцхен был слишком настойчив, каждые три дня он посылал ей корзинку с фруктами и небольшую записку к ней. «Как там малыш?» Три слова отпечатывались на белоснежной бумаге, три слова, которые заставляли женщину сжать этот клочок в кулак и выкинуть корзину в мусорный бак, даже не притронувшись к сладостям. Он ее не купит, повторяла она себе. Вот и сегодняшнее утро не слишком отличалось от других. Когда брюнетка спустилась на первый этаж особняка, Дэвид уже разливал чай. Регина почему-то отказалась пить кофе, но мужчину это мало интересовало, сбрасывая все на женские прихоти. - Спасибо, - сказала Регина, усаживаясь на диван. Она немного подула на чай и сделала глоток. Горячая жидкость приятно согревала. – Ну что, какие на сегодня планы? – поинтересовалась она, крутя кружку в руках. Иногда, в такие моменты, что происходили на протяжении всей недели, ей неимоверно хотелось рассказать Дэвиду о ребенке, но она каждый раз останавливала себя, да и слова мужчины нередко приводили женщину в чувства. - Попытаюсь помириться с Мери Маргарет, снова, - тяжело вздыхая, ответил Дэвид. Такой ритуал, утренняя беседа за чашечкой чая стали вполне обычным делом. Регина его поддерживала, хоть и делала это по-своему. Она никогда не спрашивала лишних вопросов, не интересовалась, что Белоснежка говорила про нее, единственное, что ее волновало – это Генри. Как раз сегодня Дэвид обещал привести его ночевать. Так что все мысли брюнетки были заняты только этим. - Я приведу Генри в обед, - вставая с дивана, сказал мужчина. - Отлично! Я пока схожу в магазин и куплю все для десерта, - улыбнулась Регина и, заметив, что Дэвид уже собирается уходить, только добавила. – Сегодня все обязательно получится. Мужчина обернулся на реплику, робко кивнул и вышел из белоснежного здания. Направляясь к машине, он отчетливо понимал, что то, как изменились их отношения с Региной, было только к лучшему. Если бы не она, он, возможно, сейчас жил бы в собственной машине, или того хуже, в офисе шерифа. И спать бы пришлось на койке в тюремной камере. Они не зря согласились помочь друг другу, понимал он. Регина смотрела в окно, наблюдая за тем, как Дэвид садится в машину. Она думала о том же.

***

Иногда у нее возникало такое чувство, что ни одна маска Королевы, какой бы злой она ни казалась, не может спасти от осуждающих взглядов. Они все смотрели на нее. Все хотели ее унизить, а, может быть, даже убить. Белоснежка кинула им новость, как кость голодным собакам, и они как шакалы в любой момент были готовы наброситься. Регина чувствовала их взгляды на своей спине, ощущала, как невидимые руки сдирают с нее пиджак, выставляя на показ проклятое клеймо. Но, если сначала ей становилось неспокойно, то спустя секунду все прекращалось. Она была Королевой. Особой с голубой кровью. И они не смели даже смотреть в ее сторону. Женщина гордо распрямляла плечи, вскидывала подбородок вверх и, громко стуча каблуками, отчеканивая каждый свой шаг, шла по улице. Ей было безразлично их мнение. Они были никем, по сравнению с Королевой. Зайдя в магазин, женщина, быстро окинув взглядом небольшое помещение, взяла корзинку и направилась к молочному отделу. Проходя мимо прилавка с фруктами, Регина невольно бросила туда взгляд и замерла. Голд стоял рядом с Белль и показывал, какие фрукты надо сложить в корзинку. Такую же корзинку он отправлял ей каждые три дня. Завтра должна была прийти как раз еще одна. Стараясь сохранять спокойствие, бывший мэр приблизилась к воркующей парочке. - Опять собираете посылочку, Мистер Голд? - ехидно улыбнувшись, спросила она, тут же привлекая внимание обоих. Белль заметно занервничала, инстинктивно отступив на шаг назад, на лице мужчины же не проскользнуло ни одной эмоции. - Это не ваше дело, Мисс Миллс, - улыбнувшись своей самой милой улыбочкой, ответил Голд. Но если рядом стоящая Белль заметила только ее доброту, то от глаз Регины не укрылся оскал, промелькнувший на секунду. О, да, она угадала. - Лучше бы вам идти, куда шли, - добавила Белль, сверкнув глазами. - Ты ошибаешься, милочка, это мое дело, особенно если учесть, что это корзинка предназначена мне, - Регина не сводила глаз с девушки, - а разве ты не знала? Белль, казалось, ее не слушала, она внимательно посмотрела на фрукты, которые она все еще держала в руках, затем взгляд упал на Румпельштильцхена, который, не отрываясь, смотрел на Королеву. - Румпель… ты же сказал, что отправляешь фрукты… - начала было Белль, но была прервана властным жестом мага. - Ты же не поверишь ей, я изменился… - О, да… изменился! – засмеялась Регина. – Это нашу с тобой сделку неделю с лишним назад ты называешь изменениями?? - Какую еще сделку? – не понимала Белль. Она вопрошающе смотрела на Голда, руки нервно сжимались на рукоятке корзины. - Ты что держишь ее взаперти? – ухмыльнулась Регина, чувствуя, что идет по верному следу. Вот, кто мог бы помочь ей. Женщина обернулась к стоящей в паре шагов Белль. – Знаешь, что он заставил нас сделать? Меня и Дэвида. Он смотрел, как мы… Регина не успела договорить, резкая боль пронзила все тело, и, роняя пустую корзинку на пол, она зажмурила глаза, рукой хватаясь за рядом стоящий прилавок. Сердце сильно болело, в ушах начинало стучать, а ноги немели. Но женщина, собрав последние силы, открыла глаза, пристально смотря на испуганную Белль. - Изменился? – выдохнула она, тут же сжимая зубы от боли. Девушка стояла, не зная, что делать. Румпельштильцхен держал в руках какой-то пузырек, его взгляд был устремлен прямо на еле стоящую напротив него женщину. - Замолчи, - почти прошипел он, - замолчи. - Хватит! – крик Белль вывел его из равновесия и, мгновенно поняв, что она все видит, он отступил. - Белль, прости, - начал оправдываться мужчина, делая несколько шагов в сторону девушки, - это ничего не значит. Я изменился, - говорил он, но в глазах брюнетки читалось только презрение. - Изменился?? Ты мне врал! Ты делал ужасные вещи! – кричала она, указывая на Регину, которая уже стояла ровно на ногах, стараясь отдышаться от постепенно уходящей боли. – Ты только что чуть не убил ее! - Так было нужно.. – промямлил Голд, тут же бросая на женщину злой взгляд, который опустился на живот. – Ты же ничего не знаешь. Ее ребенок… их с Дэвидом ребенок может стать великим. Я видел это в видении. Он сотворит великие дела в этом мире. Регина стояла, не смея пошевелиться. Он видел видение о ее ребенке. Из-за этого он все и устроил, а теперь хотел забрать. Ненависть закипала с новой силой, нервно обрушиваясь со всех сторон. Она инстинктивно положила руку на живот, стараясь защититься. - Ты беременна? – вопрос Белль отвлек ее от размышлений. Регина уже хотела ответить, как Голд оказался сзади, его рука уверенно легла к ней на плечо. - Только представь, какого малыша или малышку мы с тобой сможем воспитать. Он будет править миром, - мечтательно говорил Голд, не замечая, как Белль с отвращением смотрит на него. - Думаешь, я захочу отнять у матери ребенка? – спросила она, приближаясь к ним почти вплотную. Взяв Регину за руку, она потянула ее на себя, высвобождая из лап Темного, который удивленно следил за происходящим. - Я сделал это для нас… - начал говорить Голд, но Белль лишь горько усмехнулась. - Ты сделал это для себя. Развернувшись и не выпуская руки Регины из своей, она пошла прочь от мага, стараясь не слушать его крики ей в след. - Белль, пожалуйста,… я исправлюсь, Белль… - говорил он, провожая их взглядом. Но женщины даже не обернулись. Регина чувствовала, как рука Белль немного дрожит, но ничего не сказала. Только когда они вышли из магазина и, отойдя немного за угол, остались наедине, они впервые посмотрели друг другу в глаза. - Спасибо, - первой пришла в себя Регина и выпустила ее руку. Девушка в ответ лишь кивнула, взгляд прошелся по фигуре бывшего мэра. – Ты, конечно, не должна была этого делать… - Нет, не должна, - сказала брюнетка, но тут же добавила, уже смотря прямо в глаза, - но я сделала это не ради тебя, а ради… - ее взгляд вновь опустился на живот. – Что ты собираешься делать? Регина ухмыльнулась, ох, если бы она только знала, что делать, возможно, ее проблема с Голдом была бы уже давно решена. Хотя, сейчас здесь, кажется, появился хоть какой-то просвет. Хоть и со столь неожиданной стороны. - Я не знаю… - честно призналась она. Было вообще странно стоять посреди улицы и разговаривать с той, кого она собственноручно посадила в темницу и держала там много лет. Но другого человека рядом просто не было. - Голд изменит свое решение, - строго сказала Белль, сжав руки в кулаки. Она до сих пор не понимала, как могла быть такой слепой по отношению к нему. – Я заставлю его. Регина рассмеялась. Это все выглядело так комично. Маленькая девчонка была готова защитить ее от Темного. Вернее, ее ребенка. Но, по сути, сейчас это было одно и то же. - Я и сама справлюсь, - попыталась сказать женщина, но вызвала только удивленную усмешку на лице. - Да, я видела, как ты сегодня сама справилась, - сказала Белль, делая акцент на последних словах. – Кстати, что было в ампуле? - Моя кровь, - честно сказала Регина. Она больше не видела смысла ей врать. Эта девчонка и так уже слишком много знала. Но поэтому женщина и не понимала, почему та хочет ей помочь. Немного сощурив глаза, она впилась взглядом в девушку, пытаясь уловить хоть одну фальшивую нотку в ее голосе. Та что-то продолжала говорить, предлагала какие-то варианты, строила теории. «Эта девчонка точно перечитала книжек», подумала Регина. - Я же сказала, мне не нужна твоя помощь, - повторила она, пристально смотря на собеседницу, которая, чуть нахмурившись, ответила: - Я помогу не тебе, и даже не твоему ребенку. Я сделаю это для Белоснежки. Что? Регина совершенно не понимала ход ее мысли и недоумевающе смотрела на Белль. - Как я поняла, ты – причина того, что они расстались. А значит, если я помогу тебе покинуть город, то автоматически помогу им снова быть вместе, а твоему ребенку … жить свободной жизнью, - объяснила она. Регина осмысливала услышанное пару минут, пока слова не начали медленно проникать в сознание. Она уедет из города? Да что о себе думала эта девчонка? Это ЕЕ город. Здесь же Генри, в конце-то концов. - Если ты хочешь сохранить ребенка и помочь Дэвиду, то это самый верный выход, - обрывок фразы долетел до сознания женщины, которая продолжала молча стоять, не зная, что ответить. С одной стороны, ей пришлось бы оставить Генри, с другой – она бы навсегда избавилась от Голда, и самое главное – Дэвид бы никогда не узнал о ребенке, а, в конце концов, он бы помирился с Мери Маргарет и у них был бы свой счастливый конец. На какую-то долю секунды Регина подумала, что, возможно, он имеет право знать о малыше, но, вспомнив, как он каждый день переживает и ходит к жене просить прощения, она тут же поняла, ЧТО для него является главным. Этот ребенок был только ее. - А что с моей кровью? – вопрос сам слетел с губ, и женщина внимательно посмотрела на стоящую в шаге от нее девушку. Если бы хоть один мускул на ее лице дрогнул, она бы тут же отказалась от всего. Но Белль была бесстрастна. - Это не будет проблемой, - строго сказала она, но тут же добавила более мягко, - я обещаю. Все звучало так легко и просто, что Регина не верила в это. Она боялась. И мысль о том, что придется оставить сына, больно резала сердце. - Я должна подумать, - тихо сказала она. Белль только кивнула, вынула листок бумаги и, написав свой номер телефона, отдала его Регине. Расходясь, они не сказали друг другу ни слова.

***

Вернувшись домой, Регина несколько часов просидела в кабинете. Она была так погружена в свои мысли, что не заметила, как Дэвид, заглянув на секунду, появился в комнате. На лице мужчины явно читалась улыбка, было видно, что он в хорошем настроении. - Как дела? – поинтересовался он, усаживаясь напротив в кресло. Женщина оторвала взгляд от лежащих на столе бумажек, внимательно смотря на мужчину. Кажется, хоть у кого-то день задался, она улыбнулась. - Кажется, у тебя есть хорошие новости, - сказала она. Дэвид наигранно пожал плечами, легкая улыбка коснулась уст. - Я говорил с Белоснежкой, - спустя секунду выдал он. Отложив ручку в сторону, Регина удивленно посмотрела на него. - И что же сказала наша Мисс Обидчивость? – не могла не пошутить женщина, но тут же, заметив укор в глазах мужчины, добавила, - прости. Дэвид только улыбнулся. Их проблема с Мери Маргарет наконец-то двинулась с мертвой точки, и даже колкости Регины не могли испортить этот день. - Просто думаю, скоро будет все как прежде. А как твой день? – спросил в ответ Дэвид. Когда он зашел в кабинет, было видно, что женщина чем-то загружена. Или казалась таковой. - Нормально, - только ответила она, не желая делиться всеми подробностями. Регина видела, что наконец-то в жизни Дэвида появилась белая полоса, и не хотела очернять ее своими проблемами. Впервые за все то время, что она сидела здесь в кабинете, она поняла, что вариант Белль был вполне разумным. Она покинет Сторибрук, благо проклятие границы на нее не действовало. Она позволит им всем жить своей жизнью, отдавая себя полностью тому, кто рос внутри нее. А Генри? Он уже большой мальчик, она все ему объяснит, когда-нибудь. Он все поймет, надеялась она.

***

Спустя пару дней две женщины стояли на границы с реальным миром, они просто смотрели в пустоту, стараясь сохранить тишину этого места. Белль держала в руках небольшую сумку с злосчастной ампулой крови и пачкой денег, которые она забрала у Голда из сейфа. Он точно простит ее, она свято верила в это. Нужно только убрать все соблазны. - Спасибо, - тихий голос Регины отвлек девушку от размышлений, она перевела взгляд на бывшего мэра. Та, казалось, была совершенно спокойна, только легкое движение рук и то, как женщина сжимала края пиджака, выдавали ее состояние. Да, Регина Миллс немного боялась. Она покидала сотворенное ей место, отправляясь в новый неизведанный мир. Было и страшно и радостно. Она наконец-то почувствует себя свободной, но в тоже время она оставит многое позади. То, с чем она, как она раньше думала, никогда не сможет расстаться. Ее сын. Легким движением женщина вынула из пазухи письмо и протянула его Белль. - Можешь, отдать его Генри? – голос звучал немного сломлено. Девушка только кивнула в ответ. Было трудно осознать, что ради спасения сына, теперь же пришлось этим и жертвовать, чтобы спасти малыша, а, может, и себя. Но обе прекрасно понимали, что так будет лучше для всех. Через минуту Белль уже смотрела в след уезжающей машине. А Регина – в стекло заднего вида. Табличка, приветствовавшая путников, теперь стала прощальным знаком.

***

Дэвид проснулся раньше обычного, решив, что сегодня он поставит все точки над i, поговорит с Мери Маргарет еще раз и, наконец-то, вернется домой. Спустившись на первый этаж, он заметил, что в доме как-то необычно пусто. Мужчина зашел в кабинет. Обычно Регина сидела там каждое утро, но сейчас место за письменным столом было свободно. Немного нахмурившись, он пошел на кухню. Но и там никого не оказалось, только пара горячих булочек из кондитерской, чашка с чаем, и конверт лежали на столе. В душе вдруг поселилось чувство дискомфорта, но, пытаясь отогнать дурные мысли, Дэвид сел за стол и открыл письмо. Ему потребовалось несколько минут, чтобы прочитать его содержимое… «Дэвид, Прости, что пишу тебе это вот так, но я никогда не была сильна в личных разговорах. Наверное, ты сейчас побродил по дому и, не найдя меня в кабинете, пришел сюда. Честно, я знала, что ты так сделаешь. Нет, ты не предсказуемый, просто даже за такой короткий срок, я научилась распознавать твои желания. В принципе, как и ты мои. У меня давно не было такого человека, с которым можно бы было просто поговорить, выпить чашечку чая и просто обсудить прошедший день. Спасибо, что стал им. Сначала я думала, что после нашей сделки с Голдом, никогда не смогу посмотреть тебе в глаза, да и вообще на кого-нибудь, но я и не предполагала, как могу ошибаться. И тут опять твоя заслуга. Ты мне очень помог. Правда. Я даже не знаю, как бы я смогла тебе отплатить, ведь твоя дружба бесценна, по крайней мере, для меня. И знаешь, я долго думала, как могу помочь тебе в ответ, показать, что и ты стал для меня хорошим другом. И я нашла решение. Я уехала. Возможно, именно сейчас я пересекаю границу. И, пожалуйста, не вини себя. Здесь вообще нет ничьей вины. Я решила это для себя. Даже не ради тебя, или Белоснежки, но ради себя. Надеюсь, ты меня поймешь. Мне было трудно расставаться с Генри, поэтому я не смогла попрощаться с ним лично. Но я написала ему письмо. Он его обязательно получит, а я напишу еще. Я хочу, чтобы ты помирился с Белоснежкой, ведь вы любите друг друга, а значит, вас ждет счастливый конец. Ты достоин этого. Кстати, этот дом теперь твой, можешь жить здесь или приходить, когда вздумается тебе или Генри. В холодильнике я кое-что оставила из еды, так что ты точно не умрешь от голода. Наверное, я ужасно шучу, просто …. я уже не знаю, что еще пишут в таких случаях… До свидания, Дэвид. Спасибо за все». Конец главы.