На ветру

— А кто нарисовал этот портрет? — поинтересовалась Саша, выносившая из прихожей свои вещи. — Мой… Один мой знакомый. — после недолгих раздумий ответила женщина, заплетавшая свои волосы в косу, чтобы было удобнее работать. — Расскажи, а! Похоже ведь нарисовал… — не унималась девушка. — Это прошлое, но, если так интересно… — женщина закрепила скрученную косу заколкой и накинула сверху неизменный отрезок ткани. — Я могу рассказать.       Дело было лет 19 назад, когда я посещала лекции в местном университете. Помнится… по врачебному делу. Мы изучали всяческие травы, перебирали всевозможные болезни и средства от них. Я была вольным слушателем и садилась на заднем ряду, чтобы не стеснять студентов. Но профессор, который проводил занятия был так популярен среди учащихся, что даже задние ряды были забиты, а некоторые слушали его лекции, сидя прямо на ступеньках зала. Ну и со мной всегда садилась девушка… У нее были темные прямые волосы и… Я совсем не помню ее лица, но, кажется, глаза у нее также были темные. Ах, солнышко, это было так давно… Она и нарисовала. Мы общались и перебрасывались шуточками на лекциях, иногда гуляли во время перерыва. Можно сказать, мы были подругами. Но спустя столько лет я уже не могу и имени ее точного назвать. Марика, или, может, Мадлен?.. Что-то на «м»… — А почему вы с ней перестали общаться? — спросила Саша, заглянув в бледное лицо матери. — Знаешь… Я не могу точно сказать, но, кажется, она пропала. Даже не закончила курс, просто исчезла. Кто-то сказал мне, что она сбежала с женихом в какой-то портовый город на юге, но от нее я ни разу не слышала ничего о том, что у нее есть жених, и что она готовится бежать с ним куда-то! Нет, правда, я уверенна в том, что никакого жениха не было, просто…       Женщина вдруг покачнулась, в глазах резко потемнело и на месте, где стояла Саша с вещами, поплыли серо-синие, бурые и желтоватые полоски, круги, темневшие, чем ближе они приближались к полу. — Мама! — послышался вскрик и, после нескольких секунд странного шума, громкий всхлип.       Если бы стены этого замечательного дома с красной крышей могли говорить, сколько бы они рассказали? Описали бы события, происходившие на протяжении десятилетий, или, может, пары веков? Неизвестно, а стены все хранят молчание. Саша совсем не понимала уклада, которому следовала ее мать. Смелая, независимая, бойкая и легкая Саша вряд ли смогла бы повторить путь, который был пройден начавшей уже седеть женщиной, так тепло встретившей ее, совсем незнакомую, но родную. Иной раз девушка просыпалась с непривычки ночью и бродила по дому, чтобы немного прийти в себя и вызвать вместе с тем усталость. И часто она, проходя мимо родительской комнаты, замечала силуэт, четко прорисовывавшийся на фоне большого окна, освещенного звездным ночным небом.       Женщина, вдруг совсем вытянувшаяся и побелевшая, точно мел, лежала на диване, куда ее не без усилий приволокла дочь. Девушка укрыла ее пледом, только снятым с просушки и проверила температуру. — Что еще за фокусы… — сердито пробубнила себе под нос Саша и вышла из комнаты.       Накинув рыжее пальто, висевшее на самодельной вешалке, она выбежала из дома, стуча каблучками с металлическими набойками. Она направлялась к соседям, но, выйдя из-за крошечной калитки, оказалась прямо перед старым мостом и застыла.       Недавнее солнце утонуло, растворилось в надвинувшихся внезапно серых клубах, заваливших все небо. Стало темно и сыро. Каменный мост и вовсе почернел, а на его тяжелых перилах, свесив ноги вниз, сидела тонкая женская фигурка в коротком черном платье, в котором она выглядела, словно школьница. Ее длинные черные волосы развевались на ветру, но лицо было опущено вниз. Что хотела рассмотреть неизвестная в водах прозрачной, но тоже посеревшей реки, сильно измельчавшей со времен построения моста, Саша не знала, но сосредоточенность и абсолютное безразличие в капризам погоды женщины почему-то натолкнули девушку на мысль: сейчас спрыгнет.       Когда Саша сделала несколько шагов в сторону моста, неизвестная подняла голову и посмотрела на нее. Большие глаза, отчетливо выделявшиеся на худом остром личике смотрели спокойно, неподвижно. Девушка слегка опустила голову и протянула вперед руку а, ступив на мост, позвала женщину: — Эй, вы, зачем на краю сидите?       Но, подняв голову, Саша увидела, что мост был пуст и она одна стояла на почерневшем влажном камне. Она по инерции прошла еще немного вперед и в глаза ей бросился почти незаметный рисунок углем. С ровной каменной плиты на нее с виноватой улыбкой смотрела ее молодая мать…