В поиске себя...

      Мы, с основной командой, вернулись в археологический городок почти сразу, в то время, как Аки было приказано пройти полное обследование, прежде чем возвращаться и, как не странно, вразумительно порекомендовали не связываться с работой вовсе, а благополучно отдыхать.       На самом деле, я тоже был не против этого и считал данный посыл правильным. Аки стоило отдохнуть от всего пережитого. Нам всем стоило хорошенько отдохнуть, подумать, принять решения. Как и мне, кажется. Какое-то странное, непередаваемое чувство, будто со мной подобное впервые, призрачно стало напоминать о себе. Даже не по себе от мысли, что я, довольно инфантильно рассуждаю о том, что больше не хочу ее терять. И не важно, будет она меня за это ненавидеть, избегать или все-таки сможет даже отблагодарить, хотя бы за вывозку ее из той местности. Глупо…       Я усмехнулся собственным мыслям, прикрыв глаза. Это, действительно, глупо, словно не в ее характере. Умеешь же ты выдумывать и рисовать радугу у себя в сознании, Сэт. То же мне, размечтался. Она меня несколько дней назад ненавидела, с чего вдруг, сейчас так внезапно проникнется симпатией. Ага, как же… Я всего лишь спас ей жизнь…       Почесав в затылке, я удрученно выдохнул и не стал ждать остальных. А когда вернулся раньше всех в наш городок, то сразу же направился к своему фургону. Мысли весьма непонятно перемешались, после увиденного, пережитого и оказавшего на нас всех, не маловажное влияние, я теперь уверен в этом. Они, наверняка, начнут меня хвалить, признаваться в своей неправоте, захотят закатить вечеринку по этому случаю и, естественно, будут благоговейно удивляться моей выносливости, дыхалке и вообще безумному решению, тащить на себе моторную лодку с бессознательным, в ней, пассажиром.       Так. Опять меня куда-то не туда несет. Ты чего, Трипет? Соскучился по временам, когда тебя только собаки из подворотен и знали, в нижнем районе? В бойцовском клубе быть «звездой», от слова «недо», быть легко. А ты сейчас, с профессионалами. Считай, сам профессионал. Тут бы одного «был не прав» хотя бы получить, а ты уже такое навыдумывал…       Что-то я устал, ей богу…       Да…       Снова усмехнулся, звякнув ключами и глядя явно пустыми глазами перед собой. Нет, я не на что не рассчитываю, после такого. От посторонних, точно. Я был бы не против благодарности, от Аки… но станет ли она меня благодарить, тем более особым способом? Это вряд ли. Если честно, даже захотелось об этом с кем-нибудь поговорить. С кем-нибудь, не из местных. А с теми, кто был мне ближе, по родной работе. Захотелось позвонить Алисе. Интересно, она меня пошлет? Вдруг я смогу дозвониться до нее, а окажется, что я позвонил весьма в пикантно-неподходящий момент. Авось, Нуар там кунилингусом балуется. Но, попытка не пытка. Я пережил достаточно, чтобы признать, что за этой работой и со всеми этими плавающими, нестабильными мыслями, что не всегда уставали вырисовывать в воспаленно-похабном мозгу весьма пикантные подробности «благодарности» от Аки.       И снова этот вопрос: что я в ней нашел?       Ее строптивость характера? Ее недоступность?       Пожалуй, было нечто большее, чем все это, я уверен. И вот, невольно вспоминается та ночь и если поднапрячь память… да. Пожалуй, это было именно то, что меня к ней и тянуло. Щепотка ностальгии по былым временам псевдо-брака? Я говорю «псевдо», потому что, жениться в 21 год, как-то не очень вера-внушительно и по взрослому звучит, согласитесь? Так было и у нас с Долли, до определенного периода. Крепкий брак, не продержался и года, зато, у меня хотя бы есть определенный опыт в подобного рода отношениях и… я знаю, как вести себя, когда... скажем, «друг или родственник» попали в определенную изоляцию от общества, по причинам здоровья. Алисе я так и не решился позвонить, долго листая ленту в соц-сетях, а так же просматривая контакты. Даже удивительно, что я не умудрился заигрывать с кем-нибудь из местных девушек, как тогда, в руинах. Однако, это вызывало определенное чувство гордости, все-таки, я оказался более сдержанней и воспитанней, чем может показаться. В телефоне было несколько аудио-записей для медитации и мастурбации, если честно. Вроде тех томных звуков, когда тебе надо побыть наедине с собой, а так же те, что вырывают контекстом из порно или фильмов с рейтингом, что бывает чуть выше рейтинга R.       Я обычно под них засыпал, хотя моя бывшая супруга о них не знала. Увлекся ими я, если совсем честно, не так уж и давно. После ее смерти. Я никого не хотел видеть, особенно-та, когда ее друзья (родных у нее не было), в основном, обвиняли меня в ее кончине.       Я был длительное время в депрессии и даже забыл про секс. А вспомнил, чисто случайно, когда переехал на новое место и моей первой женщиной, после полуторагодового траура, как не странно, стала хозяйка квартиры, которую я временно снимал, пока искал работу. Этот-та период, как раз, и был связан с подпольным, бойцовским клубом и то, что меня не выгоняли из-за моей деятельности, помогли делу лишь два четких аргумента: Первый— я говорил, что я работаю охранником в ночном клубе, когда приходил в весьма специфичном внешнем виде, то бишь ободранный и в синяках. Не упоминая про клуб, чтобы меня не выселили, посчитав мою деятельность слишком криминальной. Второй— как-то раз мы столкнулись с Хозяюшкой у душа. Я, только в одних трусах, не подозревающий об ее ночных увлечениях, когда ей не уделяют знаков внимания, а она… притворяющаяся, что просто придала чуть большее значение интимной гигиене. Я не стал ничего спрашивать, а после не длительной душевной беседы, мы поняли, что есть вещи в которых мы нуждаемся оба.       И было, как-то все-равно, что она почти на семь лет была старше меня. Все-таки, выглядела она шикарно и это не остановило меня в тот раз, а сейчас… даже немного удивляет, что я не могу решиться, на что-то непристойное, в принципе. Пожалуй, чтобы успокоиться и не разводить из этого роя мыслей какофонию, просто и с гордостью признаюсь, что вырос над собой… и не буду производить впечатление только оболочки с передвижной коробкой передач ниже живота.       Я зевнул, вдруг понимая, как сильно я, оказывается, устал. Я лежал на диване, откуда и не сильно-то хотел уходить, лишь лег на живот, повернул голову на бок и положив телефон на ближайший стол перед ним, засунул руку под подушку и закрыл глаза. Я мысленно дал себе наметку, что завтра обязательно навещу Аки, прикупив ей, каких-нибудь вкусняшек, которых ей можно, и постараюсь обсудить с ней… кое-что.

***

      Я помнил дорогу к той больнице, а так же знал, что часы посещения перебиваются с десяти часов утра до пяти часов вечера. Хотя местная неотложка работала, практически круглосуточно, с текучими сменами.       Утром я столкнулся с Лией и Яном. Они весьма глазасто заметили, что я, вроде бы, плохо спал. На самом деле, это снова так. Обычно, когда я начинаю слушать успокаивающую музыку перед сном, даже если не засыпаю с ней, а чем-то занят, определенные участки бессознательного все-равно генерируют некоторые образы в моей голове после. И да, я понял, что за странное чувство меня преследовало после возвращения. Аки, в той больничной одежде и легком халате, после процедур, пришествия себя и какого-никакого волнения, видимо обо мне, выглядела такой хрупкой и беззащитной, что мне даже захотелось ее обнять, погладить по волосам и успокоить.       Подобный сон мне, кстати, и приснился.       Как какое-то кино, знаете?       Мелодрама или ситком с возрастающим рейтингом. То есть, сперва все очень-очень мило и ванильно, что аж блевать тянет, но ты молчишь, потому что приятно, а потом, фантазия сама себя накручивает. И вот, вы уже видите себя со стороны, на фоне огня камина, на раскиданных подушках, в очень интересном положении. Четкие очертания тел фокусируются только в особенные моменты... Именно в подходящие, если бы это снимали, очень знающие в этом толк, режиссер и оператор.       Я тихо кашлянул. Кстати, да. Вышеописанное мне и правда снилось. Я в этом, правда, вслух не признаюсь, но все-таки было бы здорово, если бы имело место быть тенденция, хотя бы раза три, как в заветном числе, в жизни, сбываться одному сну, раз в несколько лет.       Я выдохнул, нервно поправив волосы, опять не замечая того, что отвечая не обдуманно, слишком глубоко нырнул в свои мысли и… дай бог, чтобы я не мямлил. Но, видимо, все-таки мямлил, хотя Лия точно списала это на волнение. — Ты точно в порядке? — заглянула она мне в лицо, когда мы покидали городок. Я как раз хотел пройтись по местным магазинам, чтобы купить Аки, что-нибудь приятное. Кстати, о птичках… — А, что можно Аки? — поинтересовался я у Лии, только сейчас весьма искренне вернув на нее взгляд, будто все это время, правда-правда, слушал все ее разговоры и обращал на нее внимание всем своим существом. — Аки? — она захлопала глазами и задумалась, забавно насупившись. Ты опять уходишь в дебри, Трипет. Соберись уже. Это не особо поможет, если ты прослушаешь, что нужно купить нашей спасенной героине. — Ну, — Лия почесала свой вздернутый носик, с небольшой горбинкой и нахмурилась, — наверное, ничего твердого, кислого, горького и острого ей нельзя. Вроде как, ее укусило какое-то экзотическое насекомое в тех тропиках и его яд выводили особым токсином и физ-раствором, чтобы очистить кровь и организм. Как только она пришла в себя, врачи сказали, что ее хорошенько рвало после, так что, думаю, как обычно, ей нельзя тяжелую пищу, мучного. И возможно, чего-то сильно варенного. — Я понял, а фрукты? — посмотрел я на собеседницу. — Нельзя цитрусовые, твердые и слишком сахаро-содержащие плоды. А, и бананы. — кивнула Лия. Я так подумал и даже слегка недоуменно поморщился, почесав себя за ухом. Погодите. Цитрусовые, твердые плоды, сахаро-содержащие… и бананы. — А что ей, в принципе, можно? — заломил бровь я. Ян хихикнул, подвалившись ко мне с левого бока и подсунулся мне под руку. — Спроси у ее лечащего врача. Ты же знаешь местный язык, да? Он тебе скажет. — Это будет феерия, если выяснится, что ей ничего нельзя. — тяжело вздохнул я, слегка недовольно буркнув и стиснул Яна рукой.       Кстати, они с Лией смогли уговорить Ал-а, все-таки отпустить меня в городок, по соседству с руинами, чтобы я купил все необходимое и побывал в больнице, а так же, они вовремя запнулись на том, что в больнице тоже есть продовольственный центр и я могу, не тратить время, а купить все там. Знали бы вы, каким облегчением мне это сулили будущие минуты. Лия и Ян договорились с водителем и тот, достав небольшой хаммер, с открытыми пространствами в районе окон и отстегивающейся крышей. Ян и Лия осведомили меня, что тоже отправляются по делам, так как, вроде долго отдыхать у нас, все равно, не получится. Местные архиологи откапали и даже немного приподняли то, что мы искали. Они сейчас приводят находку в надлежащий вид и через три дня, я тоже туда отправлюсь, чтобы установить подлинность найденого артефакта и его ценность.       Я тяжело вздохнул, поправив очки. Покой нам только снится. Тут произошло такое, а я не могу расслабиться даже тогда, когда жизнь одного из группы, могла бы висеть на волоске. Меня слегка непроизвольно дернуло, когда я вспомнил ощущения, которые испытал, стоило мне высадиться в тропиках. Аллигаторы… висящие и воняющие сырой и немного потухший водой лианы. Отсутствие внешней безопасности и ядовитые паразиты. Не только насекомые, но еще и змеи, ящерицы, тарантулы, в конце-концов.       Я поежился. И куда меня понесло, с голыми плечами? Нет, я понимаю, мной движели эмоции. Но, когда отключается мозг, а включается нечто ниже пояса, (хотя в тот раз, вряд ли действовал, именно он), я совершенно забыл о собственной безопасности и если бы, что-то цапнуло меня, я бы вряд ли смог себе помочь. В медицинской помощи, я полный нуб. Помнится, завалил практику по выживанию, еще на третьем курсе института.       Глаза метнулись в сторону приближающихся бледно-голубых, бежево-желтых и белых квадратных коробок, что представляли собой местные строения и я, поправив свою сумку с необходимым, указал на не занятую стоянку водителю, получил кивок и стоило транспорту притормозить, выпрыгнул из машины первым. Я обернулся на Яна и Лию. — Ну… а вы чем займетесь? — я непроизвольно поправил сумку. Вышло больше нервно и неловко. — Проверим группу, — кивнула Лия, — мне нужно оценить возможную дефектность находки, и риски связанные с возможными разрушениями при подъеме. — А я ей помогу и законспектирую. — кивнул Ян, слегка неловко, но даже как-то смиренно, что ли (?), улыбнувшись. Мне даже сделалось немного неудобно перед ним. Эх, жалко конечно, что нас прервали в тот раз и мы не смогли сполна насладиться друг другом, а тут, еще… скорее всего, он так же понимает, что у меня есть определенные планы и на Аки. Даже немного стыдно перед ним. — Ясно, — очки не дали понять, как я опустил глаза, так как, вместе с этим я не опустил голову, — что ж. Удачи и, пожалуйста, проверяйте перед отправкой, чтобы все были на месте. — Мы теперь записываемся! — слегка нервно улыбнулась Лия, подняв небольшой планшет, где отмечались списки присутствующих на раскопках, — Если кто-то не отметился, мы тут же бьем тревогу. Я слабо улыбнулся и поставив ногу на ступень к машине, взялся за небольшой шест-держатель откидной крыши, подтянулся, и приобнял, сначала Лию, мягко чмокнув ее за ухом, а после Яна. Правда, поцеловать себя он мне не дал. Когда я слегка недоуменно взглянул на него, он снова неловко улыбнулся. — Прибереги для Аки.       Я ощутил, какое-то неуместное, неприятное покалывание в горле и в груди, от его слов. Выдохнул, посмотрел на водителя, подумал меньше чем, с минуту, взял сладенького нетрадиционыша за майку и наклонив к себе, достаточно требовательно того поцеловал. Лия округлила глаза и даже чуть планшет не выронила. Водитель отвернулся, а Ян так и замер. На самом деле, я хотел добиться, кое-чего и я знаю, что это работает, если я за-наглею чуть сильнее. Как только я захотел углубить поцелуй, гей сам меня оттолкнул и влепил пощечину. Это, наконец-то вызвало у меня улыбку. Так-то лучше. По крайней мере, мы оба не будем чувствовать себя неловко. Хотя, удар был сильным и он отшвырнул на землю мои очки. — А очки за что? — выдохнул я и тихонько засмеялся, наклоняясь, чтобы их подобрать. Ян, кажется, и сам не особо понял: что и почему сделал? Но, я понимаю этот жест. Он не только, якобы намекнул, что не хочет, чтобы нас что-то по более связывало, но и… как бы, хотел таким образом сказать, чтобы я не «предавал» своих намерений к Аки, и им не пользовался, как проходным вариантом, так? Шатен недоуменно посмотрел на свою руку и прижал ее к себе. Я вернулся на землю и сделав несколько шагов назад, поднял очки и надел их на голову, заведя волосы за уши, а после, глянув на Яна, улыбнулся ему. — Давай выпьем, как-нибудь. Без продолжений. — Хорошо. — более искренне и понимающе усмехнулся тот и я, кивнув, развернулся, помахал им рукой и двинулся в сторону больницы.       Что ж, теперь мне стало легче. Не потому что, я определился насчет Яна или Аки. Нет. Я просто, не хочу, чтобы он чувствовал себя причиной, моего неоднозначного переключения или же вещью, которой могут подтереться один раз. Я не отношусь так к людям. Тем более, если это мог бы быть мой, потенциальный любовник, тем более, если это могло произойти не один раз.

***

      На входе, в зале ожидания, когда мне выдали сменные тапочки и халат, коий я накинул на плечи, меня решили сопроводить до местного мини-ларька, где я мог бы закупиться. Я довольно заинтересованно и оживленно спрашивал у мед-сестры, что меня сопровождала, что можно приносить пациентке, каков ее рацион питания и сколько жидкостей ей следует принимать. Хотя, последним вопросам, я и сам не хило удивился. Девушка мне весьма любезно и даже, немного мечтательно, улыбнулась. Кажется, решила, что мы с Аки любовники. Было бы круто, будь это хотя бы в половину так. Но тем не менее, она рассказала мне о фруктовых кашах, молочной продукции, продукции содержащей много жидкости, желательно с наименьшим процентом сахара внутри и так же предостерегла насчет химикатов, полу-фабрикатов и всего того, что говорили мне Ян и Лия. То бишь горькие, острые, тяжелые, жаренные, сильно-вареные и мучные продукты. — Сколько ей еще лежать? — уточнил я. — Четыре дня, сэр. Мы почти очистили ее организм, но нам нужно убедиться, что за ней будут тщательно присматривать. Именно за тем, что она потребляет в пищу, так как, что-то может пойти не так и она: либо вернется сюда, с новыми проблемами желудочно-пищеварительного тракта, либо же не сюда и без возможности, вообще попасть в больницы местного содержания. Насколько я слышала, ваша экспедиция здесь не надолго.       Она посмотрела на меня весьма вопросительно, будто ожидая подтверждения своих слов. Я посмотрел на нее в ответ и молча, медленно кивнул, более сосредоточенный на том, как следует выровнять рацион Аки, и… если честно, я бы не прочь вызваться стать тем, кто будет следить за ее рационом. Но, кажется, мне тупо не позволят это сделать… может стать чуть строже и настойчивей? — Да, мы… здесь, чтобы установить оценку некоторых находок, но из-за погодных условий, все может и немного затянуться. Например, сегодня утром от своих коллег я узнал, что породы и материалы найденных экземпляров, нужно долгое время хранить в тени, поэтому на месте раскопок сейчас воздвигаются шатры и навесы. Солнце может порушить к чертям все наши труды и труды ваших археологов. — я приятно улыбнулся. — Это точно. По мне не скажешь, но я немного разбираюсь в археологии, — улыбнулась она. — Правда? — решил и дальше любезничать я, пока мы приближались к нужной палате, — Большая честь это узнать. — Разве? — Естественно, я всего-лишь оценщик. — скромно выдал я, улыбаясь небольшой, плотненькой, но очень подвижной мед-сестре (а по сравнению со мной она была крохой) и выдохнул, когда она объявила пациенту о визите. Мне показалось, или по ту сторону двери напряглись?       Такое ощущение, что именно меня и ждали. Но, позднее, послышался вздох облегчения, так как ответила еще одна мед-сестра находящаяся с Аки. Кажется, ей ставили капельницу, очищая кровь.       Подождав минуту, мы приоткрыли дверь и, сперва, мед-сестричка заглянула в палату, а после позвала меня.       Я не ошибся. Вторая мед-сестра уже убирала капельницу, а Аки полу-лежала, прижавшись спиной к спинке кровати и держала левую руку согнутой в локте, закрывая вену. — К вам посетитель, — улыбнулась мед-сестра.       Кажется, за те дни, что Хикари провела здесь, она даже немного всхуднула. О чем свидетельствовали чуть впалые щеки и небольшие мешки под глазами, да едва-едва восстановившиеся цвет лица. Взгляд мутных глаз перешел на меня и я забыл на миг как дышать, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться с места и подлететь к ней, взяв за руку, да еще и опуститься на одно колено…

Ты о чем думаешь, Сэт?! Что происходит с твоим мозгом?

      Однако, я дождался разрешения и понял, что Аки, не то, что бы не рада меня видеть, она просто, в общем-то, не особо вообще проявляет какие-либо эмоции по отношению к происходящему. И кажется, она очень сильно устала и достаточно натерпелась здесь. Будь я на ее месте, да еще и в таком состоянии, был бы рад даже заклятому врагу, если бы он просто пришел поболтать.       Я понимающе вздохнул, мягко улыбнулся и взяв стул, пододвинул его к кровати девушки, пакет с вкусняшками положил на тумбочку, а стул, развернул и оседлал, сложив руки на спинке и положив сверху, на сложенные крест на крест предплечья подбородок, наклонил ту вперед. — Ну как ты?       Аки нервно улыбнулась, посмотрев в сторону пакета. Нынешняя, нерадивая пациентка выглядела такой мягкой, слабенькой и очаровательно-беспомощной, что я, клянусь, прямо сейчас бы ее просто поцеловал. В лобик, губы или макушку, не важно. Захотелось вот, просто поцеловать ее без пошлого контекста. Именно сейчас, я не особенно понимаю парней, что глядя на скромных или нормальных девушек, без ветра в голове, и их гипер-спермотоксикозное желание валить и т*хать… Хотя… а чем я-то, собственно, от них отличаюсь? Улыбка чуть ослабла. — Почему, именно ты меня навестил? — подтянув пакет к себе, девушка аккуратно его стащила и я поспешил подхватить ее в руке, чтобы она не потеряла равновесия и не выронила его. Не очень хорошо будет, если все съестное, окажется в итоге на полу. Ее взгляд остановился на моей руке, что придерживала ее в районе предплечья. Я молча помешался и помог перенести ей пакет на койку, расположив оный в районе ее живота. Она же продолжила, после этой минутной заминки. — Ты мне, вроде как, спас жизнь. Ты не обязан еще больше обо мне заботиться. — А если я специально это делаю? — легонько, но добродушно хмыкнул я, — Чтобы была соответствующая благодарность. — Можешь и дальше мечтать, она тебя все равно не ждет. — Знаю. — выдох и я снова посмотрел на нее, а после, на пакет, — Тебя выпишут через четыре дня? Почему так рано? — Я сама настояла. — ответила она, став серьезной, как обычно. Ее состояние выдавал только ее внешний вид и чуть подхрипший голос, — Моя страховка действует, если в компании будет два или более лет без происшествий, связанных с моим здоровьем. Там даже не знают, что я укушена ядовитым насекомым. Они думают, что у меня просто пищевое отравление. Я нахмурился, перестав улыбаться. — Почему? — Хочу, чтобы мне сполна заплатили за это экспедицию. Я знала, на что шла. — она вернула взгляд на пакет и достала оттуда фруктовое пюре и приподняла брови. Затем перевела взгляд на меня. Я снова улыбнулся, весьма довольный собой. Благо, я вовремя их увидел, а то, я бы вовсе не додумался, что ей можно купить. — Ух ты, — кивнула она одобрительно, — ты додумался. — И проконсультировался, — улыбка стала чуть более довольной и широкой, — так что, я не стал бы усугублять твое положение, еще и тем, что припер бы тебе что-то вредное и бесполезное. Получился бы конфуз. Я тебя, вроде как спас, но и тут же сам угробил. Последовал смешок. Юмора она, кажется, не оценила. Это из разряда, сам пошутил — сам посмеялся. Ну и ладно, я не всегда особо был в этом хорошо. Она лишь долго смотрела на меня и открыв баночку, взяла пластмассовую ложечку и зачерпнула. — И что? Я тебе, теперь обязана? — Ну… не совсем, — выдохнул я, теперь более слабо, но немного, более расслабленно и воодушевленно улыбаясь, — За сегодняшний визит, ты мне ничего не должна, а вот за то, что я проплыл шесть километров с тобой на своем горбу… Она довольно резко повернула ко мне голову, весьма подозрительно уставившись на меня. — Ничего особенного, — отмахнулся я, — просто… можно я буду, впредь следить за твоим рационом? — Ты умеешь готовить? — заломила бровь она со скепсисом. — Немного умею, — кивнул я, — я поспрашивал у мед-сестры чего тебе нельзя. И… раз уж тебя рано выписывают, тут, получается только одно обязательное условие — не допустить, чтобы тебе стало еще хуже, когда ты вернешься в обычное русло своей работы. А это зависит от питания. — Каков шанс, что ты меня, на самом деле не угробишь? — уточнила она, немного подбоченившись и держа на уровне ключиц баночку. — Я вызнаю получше, что можно готовить… и… — улыбочка стала хитрой и лукавой, — глаз с тебя не спущу, чтобы ты, в тихушняк, не таскала чипсы, в полночь. Она недовольно усмехнулась. — Плохого ты обо мне мнения. Если бы я ела только чипсы, выглядела бы я вот так? — она провела рукой вдоль своего тела, — Точнее, как в ту ночь, в которую мы переспали. Ты бы, точно не стал спать со мной, если бы я жрала одни чипсы. — Возможно, — хитренько прищурился я, — но ведь, кто-то и правда должен контролировать твое питание. К тому же, Ал и ребята настояли, чтобы ты хотя бы еще три дня не выбиралась на работу, восстановив свой организм, как следует… а я, все-равно буду временами покидать городок. Кажется, те статуи откапали и пытаются вытащить под навесы. — Лия не скидывала фотографии? — уточнила она с интересом, отправляя первую ложечку в рот. — Пока, нет, — пожал плечами я, — Но она позвонит и скинет, как только они выполнят все необходимые процедуры. — Вот как? Если честно, хочется уже домой. — выдохнула Аки, откинувшись на спинку кровати чуть сильнее и посмотрев на потолок. — Да… есть такое… — понимающе протянул я, опустив глаза, а после вернул взгляд на девушку, — так… ты согласна, чтобы я следил за твоим рационом? — Ты меня отравишь, — снова включила вредину Хикари. — Злюка. — тихо фыркнул я, — Ты даже не попробовала. — Я не хочу рисковать. — ответила Аки, посмотрев на меня, — Вот если ты притащишь мне, саморучно приготовленную пищу и я выживу. Я могу подумать. Глаза у меня сделались чуть шире, а потом я опять прищурился, пододвинувшись на стуле к ее кровати достаточно близко, наклонился так, чтобы наши лица были в паре сантиметров друг от друга и долго смотрел ей в глаза, будто пытаясь, что-то выискать там. Вроде нет подвоха. А может, она просто под лекарствами, или ослаблена голодом и диетами. Но, слово ведь не воробей... — Имей ввиду, — полу-шепнул я, будучи все так же близко, — ты сама это сказала и не имеешь право, забрать свои слова назад. — Кто знает. Я смогу забрать их, если твоя стряпня меня не устроит. — не смутилась брюнетка. Уголки моих губ, самоуверенно поползли вверх. Я удержал равновесие ногами и наклонившись вместе со стулом чуть сильнее, коротко поцеловал ее в губы, а после оторвался, даже не дав ей мгновения что-то понять или возмутиться. Хотя, возмущения тоже не последовало. Она еще слаба. — Договорились. — хмыкнул я и поднявшись, поправил стул и кинул взгляд на дверь, как раз вовремя. Мед-сестра зашла сказать, что время вышло. Я слабо улыбнулся и вернул взгляд на Аки. Та сидела с лицом, будто только что ничего не произошло и стала молча поглощать пюрешку. Я слегка недовольно усмехнулся. Вот ведь… Она очень уж умеет дразнить. — Мистер Трипет, ваше время вышло. — донесла до меня мед-сестричка, что меня сопровождала.       Я сдержанно улыбнулся и кивнул. Поправил халат на плечах и через минуту вышел из палаты, кинув мимолетный взгляд через плечо на Аки.       Та поглощала принесенные ей вкусняшки, как ни в чем не бывало. Будто так и должно быть. Манипуляторша хренова.       Недовольно хмыкнув, я собрал руки в карманы и пошел на выход, по пути отдав халат мед-сестричке и переобувшись у входа.

***

      Меня переполняло чувство легкости, когда я вернулся в свой фургон. Ян и Лия все еще были на раскопках и я, время от времени, им писал, чтобы убедиться, что они в порядке и точно надолго там не пропадут.       Я, порой, спрашивал, следует мне подъехать. Но меня уверили, что я там, пока, не нужен. Тем более, там было невыносимо жарко, а если я буду слоняться без дела, то тоже начну чувствовать себя неловко.       Весомый аргумент.       В археологическом городке, практически никого не было. Я вернулся раньше всех.       Принял душ, вернулся в фургон, сделал себе несколько легких закусок, так как в такую жару не особо-та хотелось есть и коктейлей со льдом. Я не хотел ничего, даже занять себя хоть чем-то. Скорее, все мои мысли были направлены в сторону сегодняшнего визита и Аки.       Вот уже несколько дней, я пытаюсь к ней приблизиться, отчего-то преследую и ради чего? Секса?       Вполне возможно, я немного туманно, но помню ощущения полученные с ней, в ту ночь. Это было потрясающе. Я хочу повторить тоже самое или получить нечто совершенно иное?       Рука с шейкером с крышкой сверху застыла над стаканом, в которых уже покоились кусочки льда. Взгляд остановился где-то поверх бокала. В паху резко потяжелело, в горле образовался ком. Стало жарко.       Черт.       А не могло это посетить меня в душе, например?       Я почувствовал себя крайне гадко, в этот момент. Не от того, что был возбужден воспоминаниями или чем-то подобным. И уж тем более, что я настолько отбитый изврат, что возбудился от ее болезненного вида в палате. Нет. Просто. Ее запах, ее недоступность и то, как она даже не отреагировала на мой поцелуй, сводили меня с ума. Она не придала этому значение и это, наверное, злило меня. Я захотел стать чем-то большим для нее, чем просто однозначный образ, что приходился, примерно, на одну ночь. Я хотел жестоко преследовать ее повсюду? Хотел, чтобы даже желая другого мужчину она хотела лишь меня?       Да черт возьми, Трипет! Пора успокаивать твою биполярку! Ты не мог свихнуться только из-за одной заумной, неприступной девчонки!       Однако, очнувшись. Я обнаружил, что коктейль и подтаявший лед из стакана, украсили собой стены моей кухни, а шейкер валялся слегка согнутый на полу у раковины.       Я хочу ее, я снова ее хочу. Или это нечто большее?       У меня даже возникла теория, что меня немного обижает, что такой секс-символ, как я, не возбуждает ее. Или она ждет чего-то, играя со мной?       О-о, нет. Я изначально планировал с ней играть. Я изначально хотел ее заполучить. И я своего добьюсь. Я хочу, чтобы она позволила себя касаться, чтобы захотела этого и соответственно захотела меня. Только меня.       Здесь, тем более, нет больше достойных кандидатов.       Подойдя на деревянных ногах к кровати, я опустился на нее, кратко посмотрел на время и попытался расслабиться.       Размеренное дыхание: глубокий, медленный вдох и расслабленный, но не быстрый выдох. Еще вдох, еще выход. Глаза закрываются, в голове звучит далекая, забытая мелодия для медитации. Мне не хотелось, именно сейчас ее включать. Руки раскинуты. Ресницы чуть подрагивают, но подсознание четко вырисовало почти осязаемую фантазию, как чья-то рука коснулась моего бедра и скользнула выше. Я дрогнул.       Ладошка поднялась еще немного, огладила ширинку штанов, немного нажала и чей-то вес приблизился, частично накрыв меня собой и придавая ощущение присутствия.       Я еще не открываю глаз, но будко чувствую чей-то запах рядом с собой, чье-то едва уловимое и теплое дыхание, на своей шее, подбородке губах. Чье-то осязаемое тепло, едва касающиеся моей кожи. Сейчас будет поцелуй.       Ткань в районе ширинки достаточно набухла и перетянула выход к тому, что должно завершить мою фантазию.       Судорожно и шумно вздыхаю, проведя рукой по поясу джинс, найдя кнопку и освобождая член от препятствия. Через пару мгновений моя рука забирается под ткань и оглаживает кожу под яичками.       Я четко ощущаю ее запах. Я, словно, принес его с собой.       Ее образ в моем сознании, в моем теле. Я точно осуществлю задуманное и мы положим конец этому вместе. Следующий раз будет более раскрепощенным, смелым и диким. Я почему-то, заранее знаю это. Я доставлю ей такое удовольствие, что она, может быть, даже захочет вернуться ко мне и к этому снова.       Если… если только я себя не обманываю и не хочу обладать ею сам…       Подумав над этим, каким-то далеким краешком сознания, я отмахнулся от бредовости и провел вдоль органа пальцами чуть тяжелее, сжимая его и немного выгнулся в спине.       Тот сон. Те образы. Та атмосфера и тот запах. Думаю, для вас мистер Сэт Трипет, нет ничего невозможного. Даже если вы не сможете раздобыть камин… полушки и все остальное, необходимое у вас уж точно есть. Но, кажется, тот сон вам ни к чему, вы можете оборудовать все гораздо лучше… — Верно… — тихо простонал я, чувствуя, как мое тело прошибает тысячами раскаленных иголок и наружу вырывается ватага теплого семени, я немного сжал головку, чтобы не слишком обильно все забрызгать и тяжело дыша, медленно открыл глаза. Лучше так… чем поддаваться глупой, необоснованной и детской обиде за то, что тебя не хотят. В конце-концов. Ты не пуп вселенной, Трипет. Люди имеют права не обращать на тебя внимания. А значит, нужно, что-то делать с собой…       Медленно сев и поправив нижний гардероб, не до конца застегнул ширинку наспех и быстро прошел к умывальнику, открыв воду и подставил руки под холодную и мощную струю, наступив на один из кусочков льда, тем самым, в конец его прикончив. Затем я наклонился и засунул голову под кран смочив волосы, умыв лицо и шею, и медленно выпрямившись, посмотрел вниз, заведя мокрую шевелюру назад, совершенно не обращая внимания на то, как капли достигшие моей одежды, намочили ее. Не страшно.       Теперь… я уж точно не против, холодного коктейля.