Кровавый Эндеран

— Двенадцать тысяч триста сорок две монеты, золотом, — подвёл итог Гил, после чего посмотрел на Киана. Пусть для регента Гресса это и не было серьёзной суммой, но всё же Гил ожидал, что он попробует сбросить цену. Но к удивлению главы «Рынка рабов», маркиз не то что не пытался сбить цену, а наоборот, не давал возможности даже самым мелким придиркам занизить цену на «живой товар», постоянно поправляя Гила, который ходил между рабами и высматривал малейшие детали, дающие возможность скинуть цену «товара». Эндеран в это время оставался невозмутимым, хотя держался на максимально возможном расстоянии от главы теневого рынка. Риан протянул Минерусу увесистый мешок с золотом. Эльф, забрав мешок, тут же присел на треугольные плиты, которые от старости чуть ли не крошились под ногами, и стал пересчитывать золотые кругляшки, которые в его руках превратились в один блестящий поток. — Двенадцать триста сорок две, — удовлетворённо кивнул Минерус, после чего встал и, закинув за спину мешок, отправился на корабль. Эндеран кинул последний взгляд на Гила и последовал за ним, чтобы поделить полученное золото и награбленные товары. Кстати, помимо самих рабов, был продан весь ценный груз с каравеллы, и сама «Баронесса Виктория» была продана на материалы гномам. В итоге команда «Гартии» получила рекордные шестнадцать тысяч двести сорок золотых монет. — Итак, пришло время в соответствии с кодексом распределить добычу, — Минерус оглядел всех собравшихся на палубе пиратов «Гартии», которые уже были в предвкушении. — Половина, то есть восемь тысяч сто двадцать монет, уходят в хранилище. Капитан, ваши четыре доли* — тысяча шестьсот двадцать четыре. Мои три доли — тысяча двести восемнадцать. Ирре, твои восемьсот двенадцать, две доли... Вся команда следила за названными цифрами, пусть и большая часть не могла сложить, да и даже представить себе эти цифры. Соглашением, заключённым на «Гартии» после того, как Роджер собрал на ней нынешнюю команду, капитану отводилось четыре доли, первому помощнику две доли, квартирмейстеру три доли, врачу и канониру две, а остальным по одной доле, итого добыча делилась на двадцать долей. При получение тяжёлого ранения пират получал четыреста золотых монет, при опасном лёгком — двести. — ...остальные получают по доле, то есть четыреста шесть золотых. На палубе повисло гробовое молчание, после чего ошеломлённый Тектант еле слышно прошептал: — Скрути меня дьявол... — Ура! — последующий громогласный вскрик заставил содрогнуться весь окружающий воздух. После этого пираты радостно разошлись по своим делам, в основном в бордели и кабаки. Эндеран же направился к своей комнате. Открыв её, он увидел, что пленница безмятежно спала, завернувшись в одеяло. Парень задумчиво посмотрел на беззащитную демоницу, после чего осторожно подошёл к кровати и, отодвинув нужную доску, сложил внутрь тайника деньги, оставив при себе лишь пару сотен, и то одна сотня предназначалась для Минеруса, который должен был сходить к гномам и закупить порох и ядра. Закрыв тайник, капитан направился обратно, но тут девушка шевельнулась, сонно посмотрев на Эндерана, после чего её глаза полыхнули испугом и она посильнее прижала к себе одеяло. — Neniu... ne necesas... Посмотрев на испуганную девушку, пират весело усмехнулся и вышел из каюты, вновь закрыв её, и, на секунду задержавшись, прислушался к звукам изнутри каюты... ...и разочаровано мотнул головой, когда ответом стала тишина. Эндеран подкинул в руке мешочек с деньгами, отчего монеты внутри отозвались переливчатым звоном, и отправился туда, где он мог понять, как получить то, чего он хотел, не причинив при этом вреда демонице. Вскоре он стоял перед дверьми «Портового лотоса». Войдя в приёмную комнату, он в который раз оглядел стены, выкрашенные всё в те же серо-синие и лёгкие розовые цвета. Увидев Рину, которая была погружена в чтение какой-то потрёпанной книжки, Эндеран на секунду замер, после чего остановился в паре шагов от не заметившей его женщины и тактично кашлянул в кулак. Хозяйка борделя подняла глаза и, увидев посетителя, отложила роман и приветственно улыбнулась: — Здравствуй, Эндеран, заглянул в мою скромную обитель в очередной раз... — Рина хитро посмотрела на парня глазами цвета гречишного мёда. — На кого же ты положил свой глаз сегодня? Алана? Виола? Эма? Крунес? Астрит? Перечислив всех, с кем бывал капитан «Гартии», женщина вопросительно посмотрела на пирата, ожидая подтверждения своей догадки. Рина давно заметила, что Эндеран не особо увеличивает круг тех, кто оказывает ему услуги, а если такое и происходит, то он начинает систематически посещать и новенькую. — Мне нужна небольшая помощь от тебя... — невозмутимо опроверг догадки женщины парень. — То есть ты ко мне? — с улыбкой удивилась женщина, после чего хихикнула и, встав, поманила пирата за собой. — Виола, подмени меня! Поднявшись на второй этаж, хозяйка борделя открыла ключом резную дверь и вошла в неё. Эндеран скользнул следом и остановился, осматривая богато украшенную комнату. — Прикрой дверь, на замок... Когда парень закрыл дверь и повернулся обратно, Рина уже освободилась от лишней одежды, подойдя к Эндерану, парой ловких движений освободила от неё его и тут же провела пальцами по бинтам, но парень отрицательно качнул головой, на что женщина только кивнула и прекратила залезать пальцами под слой бинтов. — И чего же ты хотел от меня? — Научи меня, как быть более нежным... и чтобы девушка тоже получила удовольствие, — с небольшой запинкой ответил пиратский капитан, немного неуклюже лаская женское тело. — Понятно... значит, умеешь быть только грубым? — игриво произнесла Рина, после чего взяла руку парня и опустила к собственной промежности, проводя его пальцами по своим половым губам, пропитывая бинты на пальцах своей влагой. Когда она добралась до самого чувствительного места, бугорком выпиравшего на общей ровной поверхности, то остановила руку Эндерана на нём: — Распрями и напряги пальцы, — хозяйке борделя стало весело наблюдать за сосредоточенным пиратом, впрочем, она помнила его историю и внутренне немного жалела бывшего мальчишку, пережившего поистине ужасающие события. Когда парень выполнил сказанное, Рина прижала подушечки его пальцев к бугорку и стала аккуратно проводить круговыми движениями, наслаждаясь приходящим от низа живота удовольствием. Через некоторое время она убрала свою руку, позволяя Эндерану самому запомнить движения, впрочем, последний, поддаваясь внутреннему порыву, немного ускорил движения, и после того как дыхание женщины стало понемногу становится рваным, прекратил заниматься чувствительным местом и погрузил пальцы внутрь. Рина прильнула к губам пирата, оставляя на них ягодное послевкусие. Парень подхватил партнёршу и, дойдя до кровати, положил её на спину. Вздохнув, пират поборол в себе желание резко войти и стал плавными движениями наращивать темп, на что женщина лишь подмигнула и продолжила постанывать от накатывающего волнами наслаждения. Но долго выдержать спокойный темп Эндеран не смог, и когда он стал приближаться к финалу, то резко ускорился, переходя на привычный, практически звериный секс, в котором партнёром движет лишь желание и ничего более. Когда Рина и парень отдышались, женщина привстала и серьёзно посмотрела на пирата: — Ты ведь не просто так сдерживался... неужто кто-то приглянулся из девчонок Гресса?.. Не дожидаясь ответа, хозяйка борделя продолжила: — ...и она явно невинна... либо ты не знаешь про неё практически ничего. Что ж, тогда позволь дать совет: если она девственница, не надо в первый раз быть грубым. Да. И когда войдёшь, подожди некоторое время, чтобы дать боли внутри твоей пассии утихнуть. Кивнув, Эндеран оделся и, проходя к двери, собрался уже выложить на тумбу около неё несколько десятков монет, но его остановила Рина: — Не надо... считай, что оплатой было приятно проведённое время. — Хорошо. Выйдя из комнаты хозяйки борделя, парень спустился вниз и, кивнув на прощание Виоле, поспешил в «Пьяного орла», в конце концов, ему надо было вытащить оттуда свою команду, хоть день ещё и был в самом разгаре. Войдя в кабак, пират в последний момент успел отклониться от летящего в его сторону стула... ...выпрямившись, Эндеран посмотрел на происходящую перед его глазами баталию, а точнее обычный трактирный мордобой. Команда «Гартии» тоже активно участвовала в драке, пытаясь особо не отдаляться друг от друга: Билл и Тектант перекидывались парочкой противников, которые еле стояли на ногах, да и по лицам их теперь было сложновато узнать. Грил сцепился с двумя гномами и теперь вертелся, как волчок, избегая мощных ударов низкорослых бойцов. Минерус орудовал пустыми бутылками, эффектно разбивая их об головы приблизившихся к нему неудачников, что отправляло последних либо в отключку, либо в нокдаун, после чего они явно не представляли опасности. Зус, явно перебравший с выпивкой, размахивал руками, при этом больше громя мебель, чем чьи-то лица. Идомос, вооружившись куском столешницы, изображал живой таран, выкидывая пару-тройку приблизившихся к нему обратно в бурлящую от драки толпу. Единственным островком спокойствия оставался пожилой Падиш, тихо попивающий сидр, и Ирре, которая спокойно сидела рядом, изредка раздавая оплеухи пустым деревянным блюдом. Заприметив островок спокойствия, парень направился к нему, попутно ища Арвина. Пройдя половину пути, капитан «Гартии» заметил врача-менестреля, который на пару с другим врачом, видимые части тела которого, коих было мало, были покрыты слоем чистых, белых бинтов, склонились над двумя пострадавшими, около которых стояли эльф и гном, не позволяя никому приблизиться к месту, где оказывали первую и не только помощь. Соратник Арвина быстрыми движениями отмотал с руки длинный кусок бинта и перевязала рану на голове, попутно накладывая на неё мазь. Под снятым слоем бинтов был следующий слой, отчего Эндеран удивлённо остановился, внимательно присматриваясь к незнакомцу. Понять что-либо об втором враче было сложно, ведь телосложение и расу загадочной личности разгадать было невозможно из-за длиннополого чёрного плаща, опоясанного узким тёмно-серым ремнём, на котором висела небольшая сумочка и связка чеснока. Голову закрывал капюшон, в который переходил воротник, закрывающий шею и плечи, крепящийся крючками к плащу. Вторая рука была одета в перчатку, так что понять, забинтована она так же, как и первая, было невозможно. Колоритный образ завершал раскрытый потрёпанный медицинский саквояж с еле различимым изображением кадуцеем** с обвивающими его змеями, из которого выглядывал богатый набор медицинского инвентаря. Как итог, загадочная личность в плаще вызвала мимолётный интерес капитана «Гартии», но его целью было вывести свою команду, а не знакомиться с заинтересовавшими его персонажами. — Арвин, двигай к остальным! — перекричал какофонию звуков парень, после чего продолжил движение к «остальным». Правда, много пройти он не смог, так как на него вылетел пьяный гном с явным намерением избить парня. Эндеран резко сместился в сторону, подставляя агрессору подножку, отчего разогнавшийся гном превратился в импровизированный снаряд и придавил своей невысокой тушей пару участников драки. Подхватив валявшуюся на полу обломанную трость, пиратский капитан пошагал дальше, отвешивая болезненные оплеухи налево и направо. Одна из таких оплеух отправила в бессознательность эльфа, но его противник, видимо, решив, что следующим станет он, ринулся на парня, размахивая «розочкой». Эндеран не стал в этот раз просто уклоняться, а резко ударил противника импровизированным оружием под колено, заставив того выпучить от боли глаза и припасть на подвергшееся атаке колено. Следующий удар в голову вырубил или же вовсе убил рыжеволосого мужчину. После этого никто больше не заступил ему дорогу, так что парень спокойно дошёл до Падиша, возле которого уже оказался Арвин. — Уходим, — коротко приказал Эндеран, после чего команда «Гартии» прорвалась сквозь заслон дерущихся и вышла из «Пьяного орла». Добравшись до судна, команда разбилась на две части: одна пошла отсыпаться, вторая занялась своими делами, которые можно было сделать, не сходя с корабля. — Ирре, ты купила? — Эндеран задержал канонира, на что беловолосая женщина показала небольшой кожаный тюк, в котором, по-видимому, лежало то, что просил капитан. — Да. Правда, я не знаю, что она предпочтёт, так что взяла и штаны, и платье... хоть и не понимаю его смысла. – И ещё, сможешь её научить нормальному языку? — парень вопросительно посмотрел на женщину, которая в прошлом была учительницей в школе при храме. Правда, её чуть не сожгли из-за попытки сблизиться с парой юных учениц, так что сейчас путь в храм Хорса*** ей как поддавшейся соблазну был закрыт. — Хорошо, — пожала плечами канонир. — Особые указания? — Первым делом научи её понимать «не отравлена»... — вспомнил о небольшой проблеме с едой Эндеран. — ...кстати, накорми её. И ещё — «разденься». — Оу... — изобразила смущение пиратка. — Неужели вы хотите опорочить юную деву? — Будто тебя это как-то цепляет, — усмехнулся капитан. — Иди. Когда Ирре ушла, Эндеран развернулся и отправился в «Пьяного орла», в конце концов, деньги-то никогда не задерживаются в карманах, да и перерыв между вылетами дольше чем в день сказывался на дисциплине на судне, чем парень всегда был недоволен. К тому же частые удачные рейды заставляли других волей-неволей уважать команду куттера. Эндеран подошёл к кабаку, в котором помаленьку утихали последние драки. «Пьяный орёл» был просто разгромлен изнутри, так что, по-видимому, он закроется на несколько дней, пока хозяин будет приводить его в порядок. Последний, кстати, сейчас невозмутимо сидел за одним из выживших столов и потягивал имперскую сигару, которые ему поставляли из подполья. — Гэлдор, — сел напротив хозяина кабака пиратский капитан. — Эндеран, — констатировал мужчина, причина спокойствия которого открывалась лишь вблизи: он напился. — Есть что-то новенькое? — Эндеран понадеялся, что напился хозяин «Пьяного орла» не до состояния бездумной болтовни. Задумавшись, Гэлдор посмотрел в сторону разбитого в крошево стола, после чего сообщил: — Около Серпантина Вокса завтра с утра должна пройти шхуна «Империя». Насчёт товара не знаю, но перевозить будет далеко не простых пассажиров. — Понятно. Спасибо, Гэл, — Эндеран встал, оставив на столе двадцать золотых, и отправился обратно на корабль. Правда, на полпути он остановился и, вздохнув, развернулся и отправился к «Рынку рабов». Дойдя до здания, чьи очертания парень уже начал забывать, Эндеран остановился и задумчиво уставился на двери... Капитан «Гартии» хотел оборвать последнюю нить, которая связывала его с Гилом — Элен. Вздохнув, пират толкнул дверь и вошёл в приёмное помещение. Замерев на несколько показавшихся ему безумно долгими секунд, Эндеран подошёл к стойке, заставив удивлённо вскинуться старого знакомого — гнома с огромным шрамом на лысом черепе. — Позови Элен. — А... хорошо. Гном скрылся за дверью позади стойки, после чего вышел вместе с Элен, которая радостно блеснула карими глазами: — Эндеран... Девушка собиралась было кинуться к нему, но он отрицательно покачал головой. Вздохнув, парень спокойно посмотрел на взволнованную Элен: — Я ухожу. Скорее всего, «Гартия» больше не вернётся на Гресс. Развернувшись, пират быстро пошагал обратно. Но по неестественно прямой спине было понятно, что это решение было далеко не таким лёгким, каким пытался его изобразить капитан «Гартии». — Эндеран! — Элен хотела было кинуться к парню, но её остановил Гил. Глава «Рынка рабов» вздохнул и прижал к себе вырывающуюся приемную дочь. Спустя пару десятков попыток освободиться девушка расплакалась и, нарыдавшись, заснула на груди отца. В это время парень добрался до куттера, взглянув на заходящее за дальние острова солнце. Правда, ночью тоже порой выглядывали лучи, проглядывающие сквозь ниже или вышележащие острова, что порой сильно бесило всех обитателей Свободных островов. Поднявшись на палубу, парень обнаружил часть команды, которая занималась подготовкой корабля к вылету. Понаблюдав немного за тихо матерящимися Грилом, Тектантом, Арвином и Биллом, Эндеран продолжил свой путь до каюты: на эту ночь у него была парочка планов. Встретив выходящую из каюты слегка уставшую Ирре, капитан вопросительно посмотрел на неё: — Она невероятно хорошо обучается, — радостно улыбнулась канонир, после чего потянулась. — Правда, очень любознательна. Очень. Любознательная. — Понятно, — кивнул Эндеран, а затем забрал ключ от комнаты и, зайдя внутрь, закрыл за собой дверь. Пленница сидела за столом пирата и тихо читала слова из лежащей перед ней книги: — Н-е-б-о... с-о-л-н-ц-.е... о-б-л-а-к-о... с-и-н-и-е... ж-ё-л-т-о-е... б-е-л-о-е... Услышав закрывшуюся дверь, девушка повернулась и посмотрела на Эндерана. — Привет. Слышал, ты уже можешь немного говорить. Демоница резко повернула голову к книге и сделала вид, что продолжает читать. Вздохнув, Эндеран вспомнил свой разговор с ней и, прогнав его в голове, спросил: — Тебя зовут Иххней? Просто я не особо понял, как тебя зовут. — Да. Моё. И-м-я... Ihhnei. Ты. Э-нде-р-а-н? — Верно. Другие пираты называют меня Кровавым Эндераном, — кивнул парень, рассматривая девушку, которую Ирре причесала и одела в серые холщовые штаны до щиколоток и просторную серо-чёрную тельняшку. Пират еле сдерживался, чтобы прямо сейчас не опрокинуть на стол демоницу, потому что в таком случае контролировать себя дальше он вряд ли сможет. — Иххней, встань. Демоница испуганно глянула на него глазами без зрачков, но послушно встала, но так, чтобы стул оказался между ней и пиратом, и сделала шаг назад, упираясь спиной в стену. Вздохнув, Эндеран пинком отшвырнул стул в сторону и сделал шаг к Иххней, нависая над ней. — Neniu, ne necesas...я не хочу, — замотала головой девушка, на глазах которой заблестели слёзы. Последние слова были проговорены четко, но парень не обратил на них никакого внимания. Сейчас Эндеран хотел эту девушку. Хотел её полностью, не только её тело, но и её сердце и душу. Вот только желание обладать ею перебивал голос разума, который призывал спокойно всё объяснить объекту своего желания. Парень, послушав разговоры, осознал, что не просто хочет секса именно с Иххней... он её любит, во всяком случае тот набор противоречивых чувств и желаний, который бурлил внутри него, он называл любовью. — Я не хочу вредить тебе, — попытался успокоить девушку Эндеран, но это вызвало лишь ровно противоположную реакцию. — Разденься, Иххней. Демоница вздохнула и, вытерев рукавом пару слезинок, с вызовом посмотрела на парня, после чего сняла и отшвырнула тельняшку, следом за ней отправились штаны и нижнее бельё на пару с невысокими кожаными ботиночками. В это время парень изучающе блуждал по открывающимся частям девичьего тела. Осмотрев гладкую багровую кожу, капитан прошёлся по лицу, вновь натыкаясь на несломленный и вызывающий взгляд, после чего остановил взгляд на аккуратных небольших грудях, которые еле заметно вздымались и опадали в такт дыхания. Оставшись полностью обнажённой, девушка с вызовом посмотрела на пирата: — По-т-ом... mi mortigos тебя... — Посмотрим, — усмехнулся парень, после чего поцеловал демоницу. Правда, последняя укусила его, когда он попытался перейти в более долгий поцелуй, отчего Эндеран оторвался от пленницы и, приложив палец к языку, посмотрел на пятно крови на бинтах. Девушка продолжала с вызовом смотреть на парня, прижимаясь спиной к стене. Эндеран вздохнул, после чего резко схватил руки девушки и, перехватив её запястья одной ладонью, второй провёл по животу вниз, и, нащупав чувствительный бугорок, стал резкими движениями массировать его. Вначале Иххней продолжала упрямо смотреть на него, но резко с приоткрывшихся губ сорвался лёгкий стон, отчего девушка удивлённо посмотрела на пирата, прикусив губу, чтобы перестать стонать, впрочем, ей это не помогло. Попытки вырваться или убрать руку Эндерана оказались безрезультатными, и в итоге девушка наклонила голову, скрывая лицо под волосами, пытаясь сдержать вырывающиеся из груди стоны. Наигравшись и порядком возбудив демоницу, капитан «Гартии» привлек её к себе, отрывая от стены, и, подхватив под задницу, приподнял, отводя в сторону правую ногу. Войдя внутрь и наткнувшись на препятствие, парень сделал толчок и замер, вспомнив о совете Рины, давая девушке привыкнуть к новым ощущениям. — Аi... doloras... kiel dolore... mi mortigos vin pro tio... — демоница выгнулась, и по её щекам потекли тонкие дорожки слезинок. Эндеран отпустил руки девушки и прижал последнюю к себе. Вскоре тихие фразы на непонятном для парня языке стихли, после чего пленница оперлась руками на его плечи и посмотрела на него. —Pluen... про-долж-ай... — упрямо посмотрела на Эндерана Иххней, сама начиная движение, отчего в глазах вновь полыхнула боль. — Ĉiuokaze jam reprenis mian unuan fojon... sed mi mortigos vin ĉiuokaze. — Хочешь продолжить? Ты же вроде была против? — с удивлением уточнил пират и, получив в ответ несмелый кивок, поудобней обвил девушку руками и стал делать размеренные движения, чувствуя, как демоница сжимает руки у него на плечах. Вскоре девушка стала негромко постанывать от удовольствия, и Эндеран слегка ускорил темп, наслаждаясь удовольствием, прокатывающимся по телу. Через некоторое время девушка выгнулась, получая самую высокую и сводящую с ума волну удовольствия на пару с излившимся в неё семенем, и тут же обмякла, быстро и глубоко дыша. Капитан «Гартии» аккуратно положил закемарившую Иххней на кровать и накрыл её одеялом. После парень вздохнул и, одевшись, вышел из каюты, вновь закрывая её, на этот раз снаружи.