Мистика и осенняя хандра Чонде.

Минсок встречает Чонде готовой чашкой кофе с корицей и апельсиновой цедрой, шоколадно-карамельным маффином с одной пузатой свечкой и коробочкой с яблочным пирогом на завтра, и все за счет заведения. Чонде так-то не фанат карамели, но отказать Минсоку не в силах, и съедает маффин, обмазав нос кремом. Чонде больше по вкусу горький шоколад с орехами и с цитрусовыми вкраплениями. Но уже который год не может признаться в этом Минсоку, как-то к слову не приходится, приходится есть кулинарные эксперименты Минсока почему-то всегда или с карамельным сиропом, или со сливочно-карамельным кремом. В бар они все же идут, Минсок не менее уставший, чем Чонде, шутка ли, отпахать за двоих в ярмарочный день - накануне заболел его единственный помощник, все аргументы обрубает единственной фразой «Я твой хен», и Чонде деваться некуда, но они и правда давно не выбирались вместе куда-нибудь, а тут такой повод. Минсоку тяжело отказать. Не смотря на всю кажущуюся мягкость нрава, есть в нем абсолютная твердость суждений. Чонде подозревает, что Минсок обладает врожденным знанием что правильно, а что нет, или черпает это знание прямиком из космоса через какую-нибудь шестую или седьмую чакру. Чонде никогда не видел его сомневающимся или колеблющимся. Это завораживает. Чонде даже, наверное бы, влюбился в него, но не позволяет себе. Минсок слишком полный, слишком цельный и такая половинка, какое там половинка, четвертушка с острыми неровными краями, как Чонде, ему не нужна. Только резаться и заполнять собой недостающее. Так что товарищество наилучший способ быть рядом с Минсоком и не навредить. Себе. Чонде немножко эгоист.