I look into your eyes

— Чонгук, подойди сюда, познакомлю тебя кое с кем, — Намджун обратился к пятнадцатилетнему макнэ, который тут же выглянул из комнаты и с любопытством посмотрел на незнакомого юношу. — Это Ким Тэхён. Его тоже отобрали для нашей группы. — Привет, — помахал рукой и искренне улыбнулся вновь прибывший. — Привет, — смущенно поздоровался в ответ Чон. Тэхён сильно отличался от всех, кого ранее знал Чонгук. Начиная от прямоугольной улыбки и совершенно неповторимой мимики, до странно подобранной одежды, в которую тот был облачен: дешевые, самые обычные штаны и кофта совмещались с новенькой, с виду дорогой кожаной курткой. Парень и минуты постоять спокойно не мог, как будто на шарнирах. Ему было все безумно интересно. Он ходил по комнате и трогал различные предметы интерьера, спрашивая про историю каждой вещицы. Но когда он подошёл ближе к младшему, лицо приняло умилительное выражение и: — Какой ты пуська, Гуки! Так бы и затискал тебя! Оленьи глазки Чонгука распахнулись от шока, когда сразу после этих слов Тэ схватил его за слегка пухлые щечки и стал щупать их, щурясь, видимо, от удовольствия. Макнэ впал в ступор. Это была ещё одна черта Тэхёна — он творил, что хотел. И всё равно этот непонятно откуда свалившийся им на голову новенький, располагал к себе. С ним хотелось дружить. Да он и сам легко контактировал со всеми, быстро влившись в коллектив. И не ясно почему, но именно к Чонгуку Тэхён лип больше всех. Не отходил ни на шаг и считал своим личным малышом. Со временем мальчики очень сблизились, и Тэ помог младшему стать более уверенным в себе и раскрепощеннее, за что тот был очень благодарен. Хён заботился, хён помогал, хён вступался, хён был самым лучшим. И красивым. До безумия. Чонгук не мог налюбоваться парнем, как будто сошедшим со страниц аниме. Тэхён был единственным в своём роде, и он был ЕГО хёном. * — Да не убегай ты! Остановись наконец! — спешил незнакомец за Тэхёном. — Я не трону тебя. Я только помочь хочу. Ты весь промок. Тебе нельзя болеть, скоро концерт ведь! На этих словах Тэхён резко затормозил и повернулся к преследователю, который тут же поклонился в приветствии. — Ты меня узнал? — Ви недоуменно посмотрел на парня. — Спрашиваешь ещё! У меня обе сестры спят и видят, что когда-нибудь встретятся со своим биасом. Младшая обвешала свою комнату плакатами с твоим изображением. Ну ладно она, но старшая замужем давно уже, а всё туда же. Обои на телефоне — твои фото, в кошельке карточка с твоим лицом. Можно продолжать бесконечно. Ладно, не об этом сейчас. Тебе не стоит находиться в таких местах, да ещё и ночь почти на дворе, льет, как из ведра. С тебя течет вон. У меня дом неподалеку, давай я тебе хоть одежду переодеться дам и подвезу, куда скажешь. Всё это время Тэ стоял и думал, бежать или довериться непонятно кому. На вид незнакомцу было лет тридцать. Прилично одетый, высокий, с приятными чертами лица. В глазах читалось неподдельное беспокойство. Решив, что болеть ему и правда не стоит, Ви рискнул, согласившись на предложение парня, и последовал за ним в рядом стоящий бордовый внедорожник. Заведя машину, её хозяин, включил обогрев сидений и направил постепенно становившимся теплым воздух обдува на Ви. — А где твой телефон? Ты прости, что неформально к тебе обращаюсь. Я, конечно, старше тебя, но явно птица не твоего полета, — забеспокоился молодой мужчина. — Меня зовут Ли Ёнхун — Очень приятно. Ким Тэхён. Хотя, ты это итак знаешь. Телефон дома остался. В спешке забыл. Я тут тебе накапал. Лужа будет. — Оу, не беспокойся на этот счет. Поехали? — А как же твои друзья? Ты их мокнуть оставишь? — Я заезжал сюда к приятелю по одному делу. Это его бар. Со стороны парадного входа у него машина припаркована. Доберется до дома сам как-нибудь. Мы пока общались стояли на крыльце, его друзья покурить вышли. А тут и ты появился откуда ни возьмись. Ну я быстро сказал им, что увидел знакомого и, попрощавшись, пошел за тобой. — Тогда едем. Внедорожник выехал на широкий проспект. Машин было не так много, как днем, но Сеул никогда не спит, жизнь здесь бьёт ключом сутки напролет. Минут через десять плутания по улицам города, они свернули к высокому, огороженному со всех сторон забором, жилому зданию. Охранник, увидев в камеру наблюдения знакомое авто, нажал на пульте управления кнопку. Ворота распахнулись, и машина въехала на территорию дома, устремившись на подземную парковку. Поднявшись на лифте на 27 этаж, Тэхён шагнул прямиком в широкую гостиную с панорамными окнами, вид из которых открывался на огни центральной части города. Красиво. Интерьер комнаты радовал глаз спокойными кофейными тонами в сочетании с темно-коричневым деревом и бежевым ковром. Выглядело дорого, неброско, но со вкусом. Всё левое пространство комнаты занимал огромный полукруглый диван и стеклянный овальный столик. Справа находилась кухня с большим круглым деревянным столом. По обеим сторонам комнаты наверх расходились две лестницы, ведущие на второй этаж. Пройдя мимо дивана, Ким оказался у огромного окна во всю стену и, прислонившись ладонями к холодному стеклу, посмотрел вниз. Высоко. Жутко. — Держи, — хозяин дома успел сбегать за одеждой и обувью для Тэхёна. — Не уверен, что тебе всё будет в пору, да и вкус у меня не столь изысканный, но вещи хотя бы сухие. А да, они новые, так что ни о чем не беспокойся. Кроссовки тоже. Ванная комната наверху. Чистые полотенца лежат на полке. Увидишь. Сделать пока чай или кофе? — А какао есть? — откликнулся Ви. — Конечно. Через пару минут всё будет готово. Взяв в охапку одежду и кроссовки, Тэхён стал подниматься на второй этаж в поисках ванной. Ёнхун располагал к себе и выглядел весьма доброжелательно. Быстро приняв горячий душ, который согрел, немного успокоил и снял напряжение, и облачившись в сухую одежду, Тэ вышел из ванной. На втором этаже окна выходили на другую сторону. На гору Намсан. Там располагался чудесный парк с историческими достопримечательностями и потрясающими видами. — С легким паром. Садись, какао горячий, — рукой пригласил хозяин дома. — Спасибо, Ён-ши, — Ким сел за стол, взял кружку с напитком и немного отпил. — Вкусно. Мне очень неудобно за доставленные хлопоты. — Перестань. Для меня честь познакомиться с тобой и помочь хоть чем-то. — Могу ли я попросить, не говорить никому, что ты меня видел? — Конечно, я все понимаю. — Если хочешь, я могу подписать что-нибудь для твоих сестер. — О, я о таком даже и подумать не смел. Буду тебе безмерно благодарен, а сестрам скажу, что досталось это мне по очень большому блату¸ и своих источников я не раскрываю, — улыбнулся Ли. — У тебя всё в порядке? Может, позвонить нужно? Или отвезти? Только скажи. — Отвези меня к парку Намсан, — неожиданно попросил Тэхён. — Сейчас? Но на дворе ночь. Это может быть опасно. Да и дождь ещё не кончился. — Мне очень нужно туда попасть, — умоляющим взглядом посмотрел Ви на парня. Отказать этим ярким глазам, этому парню, который в данный момент хоть и выглядел печальным и потерянным, но держался невозмутимо, было невозможно. Большая ответственность ложилась на плечи Ёнхуна. Ведь, случись беда с таким человеком, как Ким Тэхён, он не простит себя всю оставшуюся жизнь. Ни он, ни близкие айдола, ни общественность. Но как Тэ доверился ему, так и Ён должен был довериться Киму. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал в итоге Ли и стал протягивать две фоторамки в деревянных оправах. — Подпишешь их? На этой фотографии моя младшая сестричка Лиён, а на этой старшая — Мэй. — Конечно, -улыбнулся впервые за вечер Тэхён, вынимая из рамок фото девушек и расписываясь на обратной стороне. — Я тут добавил небольшие пожелания здоровья и счастья. Надеюсь, им будет приятно. — Уверяю, они будут самыми счастливыми, когда поймут, от кого это, — засиял Ён. — Спасибо огромное. — Это же наши Арми, как я могу иначе. Без них не было бы BTS. Так что это меньшее, что я могу сделать. Ви сказал, что за его вещами заедет кто-нибудь из стаффа, чтоб не утруждать Ли проблемами, куда их деть. Ёнхун поделился своими контактами, чтобы с ним смогли связаться, и парни направились к машине обратно на парковку. Дождь даже и не думал прекращаться, отчего на душе Тэхёна становилось только мрачнее. До горы было рукой подать, так что очень скоро, руководствуясь указаниями Кима, внедорожник подкатил к нужному месту, где неподалеку в стене должен был быть лаз. — Спасибо ещё раз, Ён-ши. За всё. — поблагодарил нового знакомого Тэхён. Они поклонились другу на прощание, и Ким, вооружившись подаренными зонтом-тростью и фонариком, вышел из машины. * Благодаря тем, кто добротно построил это маленькое сооружение на дереве, внутри домика было сухо, несмотря на ливень, да и на то, сколько лет он уже здесь находился. Странным образом, шалаш не сгнил и не был разрушен или поломан. Чудеса, да и только. Чонгук с надеждой оглянулся. В крошечном помещении никого не было. Всё зря. На что он рассчитывал? Что Тэхён будет сидеть и ждать его, как когда-то? Они уже не дети, ситуация изменилась, они тоже. Нет, они всё те же парни, выматывающиеся на бесконечных тренировках и любящие помечтать, в душе оставаясь обычными мальчишками, что и в начале своего пути. Но теперь не просто они с серьёзностью смотрели на мир. Теперь и мир смотрел на них так же, встречая шумно, многолюдно, порой со злобой и непринятием, но в большинстве своем — с обожанием и трепетом. Для мира ребята были, как глоток свежего воздуха. Не предавая себя, оставаясь аутентичными, но шагая в ногу со временем, они покоряли его. Теперь ответственность давила ещё большим грузом, список стран, которые группа посещала, увеличивался, а ряды Арми пополнялись. Это колоссальный успех, благодаря не менее колоссальной работе. Они обросли обязательствами, более глобальными планами на будущее, продлили контракт и продолжили посвящать себя любимому делу в ущерб личной жизни, любви и иногда столь необходимому спокойствию. Разве среди всего этого могло быть место для маленького, вероятно, давно забытого домика на дереве? Кого он обманывает? Только себя. Сев на деревянный пол, Чон прислушался. Тяжелые капли барабанили по крыше его укрытия. Не зная, что делать дальше и где ещё искать Тэхёна, Чонгук достал телефон, загоревшийся экран которого показывал один процент зарядки. Макнэ отправил сообщение Намджуну со своей геопозицией. После чего телефон выключился, потратив остаток энергии на отправку месседжа. Кроссовки промокли и покрылись липкой грязью вперемешку с листьями и обломками веток. Чонгук снял обувь и отставил в сторону. Оставалось ждать, пока его найдут друзья. Может, вместе они смогут отыскать Кима. Чон обхватил колени, уткнулся в них лицом, и слезы горячими ручьями потекли по щекам. Всё-таки он слабак, раз не смог оградить СВОЕГО мальчика от страданий, заставивших того убежать из дома под проливным дождем. И пускай это произошло после ссоры Тэ не с ним, а с Хосоком, Чонгук чувствовал, что большая доля вины лежит именно на нём самом. Если бы он был рядом, если бы не относился к Тэхёну, как к чему-то должному, если бы прислушивался к старшему, этого бы не случилось. Хён бы пришёл и поделился проблемами. Возможно, даже о своих с Хосоком отношениях. Чонгук бы помог, сжав зубы и скрепя сердце, но поддержал Тэ. И не было бы всего этого. — Где ты, малыш? Умоляю, вернись. Я буду для тебя, кем захочешь, только будь в порядке и возвращайся домой…- Чон уже рыдал, не отпуская колени. И без того влажные штаны, впитывали в себя его слезы. Силы были на исходе, и Чонгук уснул, не переставая плакать. Только когда макнэ окунулся в тревожный сон, щеки стали подсыхать, оставляя слегка заметные дорожки от солёной воды. Тэхён поднял, валяющийся у подножия дерева зонт, и оцепенел. Обычный черный зонт мог принадлежать кому угодно. И этот кто-то, возможно, находится прямо сейчас в домике наверху. Но не зря же Ким так долго сюда добирался, как к своему спасению, чтоб так просто отступить при виде обычного зонтика. Пути назад нет, и Тэхён стал карабкаться по стволу, постоянно соскальзывая. Упрямство взяло верх, и Ви, подтянувшись, забрался внутрь шалаша, освещая фонариком пространство. Воспоминания хлынули обжигающим потоком. Когда-то здесь они были счастливы. Когда-то Тэхён впервые решился и поцеловал тут Чонгука. Но испугавшись, быстро начал болтать о какой-то ерунде, стараясь тем самым замять ситуацию. Конечно, он надеялся, что после младший сделает хоть маленький шажок в его сторону, показав, что чувства взаимны. К сожалению, это осталось лишь мечтой. Пока однажды Чон не поселил в душе Тэхёна надежду, когда обрадовался маленькому игрушечному Тате, и не поцеловал Кима в макушку. И с этой надеждой Тэ жил долго, лелея и оберегая её. Вплоть до той ночи, когда Чонгук променял его на друга, просто бросил, уехав среди ночи, а потом и вечером не обращал никакого внимания. Тогда же надежда начала быстро угасать, поддерживаемая лишь редкими улыбками, подаренными младшим Тэхёну. А теперь это чудо сидит здесь, уснувший от усталости и стресса. В сердце Ви распускается и ярко начинает цвести бутон прежней надежды, которая так и не решилась навсегда покинуть влюбленного по уши Кима. Он стоит, боясь шелохнуться, смотрит с умилением на макнэ и переполняется нежностью. Она выплескивается цунами, не спрашивая хозяина, а наоборот, управляя им, как марионеткой. Тэхён осторожно садится рядом с младшим, откидывается на деревянную стену, местами покрытую мягким мхом, и одной рукой обнимает его за плечи, заставляя лечь Чона к себе на грудь. Изящными пальцами второй руки поправляет упавшие на лицо младшего густые пряди волос и проводит по соленым дорожкам на щеках. Грудь распирает, становится тяжело дышать, и Тэхёна накрывает волной той самой нежности, что была внутри него все это время, укутывает их обоих. Сердце колотится с удвоенной силой, и Чонгук просыпается, не сразу понимая, где он и что происходит. Когда в голове проясняется, макнэ резко садится и смотрит, не веря, на старшего. — Это ты? Ты здесь? Я тебя нашёл! Нашёл! Тэ! — восклицает Чон и кидается в объятия Тэхёна. Слезы, теперь уже облегчения, застилают глаза младшему, а Ким прижимает к себе крепко, не желая более отпускать от себя никуда и никогда. — Гуки, я напугал тебя? Прости, я не хотел, правда, — шепчет в макушку Чонгука, и у самого глаза начинают слезиться от понимания того, как сильно ЕГО макнэ переживал, как искал его, как шел сюда пешком под дождем, сбивая ноги и теряя силы. — Малыш, посмотри на меня, пожалуйста. Прошу. Младший с трудом отрывается от теплой груди хёна и со взглядом, полным обожания, смотрит в глаза старшего. Ничего, прекраснее их, он в жизни не видел. В рассеянном свете фонарика, его взгляд кажется каким-то неземным, волшебным, нереальным. Полным тепла и нежности. Пленительным. Чонгук готов на коленях умолять, поклоняться любому из богов, лишь бы Тэхён всегда на него так смотрел. — Чонгуки, я много лет пытался сказать тебе одну вещь, но не решался, потому что боялся твоей реакции. Я боялся потерять тебя и ту, казалось бы, незыблемую связь между нами. Но сейчас я готов к любому твоему ответу, ибо больше не могу сдерживать в себе эти чувства, я обязан ими поделиться. Гуки, я люблю тебя. Так сильно люблю, что меня разрывает на части, если ты проходишь мимо, не взглянув на меня, если ты не говоришь со мной хотя бы час. Я люблю тебя, вероятно, с первой нашей встречи. Ты был самым милым, кого я когда-либо встречал, самым сильным и самым смелым. Ты вдохновлял меня и заставлял улыбаться даже тогда, когда хреново на душе. С тобой я провел самые счастливые моменты моей жизни и мечтаю, чтоб это стало традицией. Я хочу тебя навсегда в свою жизнь, даже если ты захочешь остаться просто другом, — одинокая слеза покатилась по смуглой коже Тэхёна. Такая же одинокая, как и жизнь Ви, если без Чона. Пока Тэ говорил, Чонгук, не отрываясь, смотрел на него, впитывая каждое его слово и не веря собственному счастью. После он взял прекрасное лицо старшего в слои ладони и, еле контролируя переполняющие его эмоции, произнес прямо рядом с чужими губами: — Я люблю тебя, Тэхёни! Мой Тэхёни… Также сильно. Или даже чуточку сильнее, — говорил он уже в самые губы, припадая к ним своими, и сливаясь в их первом настоящем поцелуе. * — Да не галдите вы, лучше помогите. — О, боги… Джун, как ты умудрился потерять свой телефон? А я вам говорил, чтоб не давали ему ничего в руки. Помните, что вы ответили? «Лидер всегда, лидер везде, лидер ведет нас за собой!» Поржали? Теперь смешно? — Юнги отчитывал мемберов. — Ну давай, лидер, ищи наш компас. — Без тебя знаю. Ищу уже. — А никто не додумался позвонить на него? — предложил Чимин. — Додумался, — съязвил Джин. — Абонент не абонент. Он по ходу, когда падал, вырубился. — Блин, ну где теперь среди этого леса Чонгука искать. Какого хрена он вообще тут оказался? — снова не сдержался Шуга. — Видимо, была причина, — встал на сторону макнэ Хоуп. — Только мелкий поступил недальновидно, отправив геопозицию только Джуну. — Я попросил бы, — недовольно вставил Нам. — Танцуйте, — для чего-то сказал Юнги. — Здесь? Сейчас? Хён, ты в своем уме? — недоумевал Чим. — Ой, Чимина, дождёшься ты от меня по заднице! Сильно дерзкий стал. Телефон я нашел. Радуйтесь в смысле, — пояснил Юнги, а щёки Пака порозовели от смущения. Намджун, поблагодарив, забрал у Шуги свой телефон, протер от грязи прямо о штанину и нажал на включение. Через мгновение экран телефона загорелся, и все вздохнули с облегчением. — Даже не треснул, прикиньте! — удивился Джун. — Сегодня же обведем в календаре этот день и будем отмечать ежегодно. День, когда Намджун хоть что-то не сломал, — Шуга снова не удержался от комментария. — Злой ты, хён, — пробурчал Нам. — Всё, телефон показывает, где мы и где Чонгук. Пошли, он рядом совсем. Добравшись до флажка на карте, парни увидели два зонта на земле у большого дерева. Недолго думая, лидер взглянул наверх, увидев то, что подтвердило его догадки. — Нам туда, — сказал он, обращая на себя внимание остальных и указывая куда-то вверх. Джин посветил в ту сторону фонариком, и все увидели маленькое сооружение в кроне дерева. Джун хотел было просить Хосока слазить проверить, там ли Чонгук. Но, подумав, решил, что лучше всё осмотрит Чимин. Зонта два, а значит, и макнэ там не один. И вероятнее всего, с Тэхёном. Лидер решил уберечь Хоупа от того, что тот может там увидеть. Чимин, не раздумывая, согласился на предложение старшего и полез на дерево. — Эй, вы чем тут занимаетесь? Домой не собираетесь ехать? Может, жить тут останетесь, голубки?