I look into your eyes

— Ой, а что это с вашими лицами? Мы что-то пропустили? Здравствуй, Сёджин-хён, — Хосок и Тэхён зашли в гостиную после откровенного разговора и удивились переменам. — Вечер добрый, молодые люди, проходите, устраивайтесь. И кто-нибудь позовите макнэ. Намджун, будь добр. — Уже иду, — кивнул лидер и минуту спустя вернулся с ничего не понимающим младшим. Все с нехорошим предчувствием посмотрели на менеджера. — Итак. Парни, я согласен — встречаться с девушками вам действительно сложно, но нельзя же пользоваться друг другом ради того, чтоб… кхм… лишь получить удовольствие. Найдите другой способ снять напряжение. Это как-то … неправильно что ли. Я понимаю, двадцать первый век и все такое, но серьезно, а если узнает кто? Это же скандал! Мемберы стали переглядываться. На их лицах читались испуг, замешательство, недовольство. Лидер взял на себя слово. — Хён, ты неправильно все понял. Дело не в удовольствии. По крайней мере не в том, о котором говоришь ты. Главное для каждого из нас — быть вместе с любимым человеком. А секс — это приятный бонус. Я люблю Джин-хёна, а он меня. И то, что мы пара — не баловство, а серьезное и ответственное решение. Мы будем держать в тайне наши отношения и чувства. За пределы группы это не просочится. Ну если ты никому не скажешь. — Хорошего же вы обо мне мнения. Просто я не могу понять, как это — у вас отношения друг с другом. Вы встречаетесь… У вас действительно такие чувства, как ты говоришь? Мне нужно будет привыкнуть к этому, — замолчал ненадолго Сёджин, приводя мысли в порядок. — Так, а что касается других? Если вы хотите, чтоб я вас покрывал, мне нужно знать и об остальных, тогда я смогу быть на чеку по поводу всех. Это не праздное любопытство, так что выкладывайте, — менеджер сел за стол и обвел взглядом всех ребят в ожидании ответа. — Мы с Чимином вместе дольше всех. По поводу наших намерений можешь вообще не сомневаться, — Юнги уверенно взял за руку покрасневшего Пака. Наконец-то он может не скрывать ничего от друзей. Чим хоть и засмущался, но теснее прижался к Шуге, и счастливая улыбка расцвела на его милом личике. Тэхён смотрел на всех, пребывая в полнейшем шоке. Вот кто точно не читал между строк, видя слишком теплые отношения между этими парами. Да что уж там, даже чувства Чонгука так и остались для него незамеченными. Он настолько зациклился на своих переживаниях и самокопании, что не видел дальше собственного носа. Зато теперь, когда все начинало открываться, Тэ осознал, что жизнь гораздо удивительнее, чем казалась крайнее время. Макнэ был к нему неравнодушен, а он не знал, его друзья влюблялись друг в друга, а он не замечал. И только отношение к нему Хосока не осталось в тайне. И то только потому, что тот сам о них поведал. «Какой я тупица! Я был отвратительным другом и слишком эгоистом в своих чувствах к Чонгуку. Почему нельзя было присмотреться к младшему, подойти, намекнуть? Я столько времени потерял, столько мучил себя сам, да и других тоже!» Ви неверяще смотрел на друзей, думая, почему же он не сделал, как каждый из них? Для чего было доводить до того, чтоб причинить боль Хоупу? Ким искренне надеялся, что у Хосока все сложится и та ошибка, название которой «чувства к Тэхёну», никак не отразится на старшем. Он перевел свой взгляд на поникшего Чонгука. Сердце снова забилось в ускоренном темпе. Наверно, это никогда не пройдет. Да и не нужно! Тэ встал и подошел к младшему. Остановившись около него, он взял его за руку и потянул на себя. Чон поднял голову и посмотрел на Ви. Лицо выражало смятение. Настойчивая рука Тэхёна заставила его подняться со стула. В мгновение он был притянут к любимому телу. Его обняли крепко, по-собственнически. Одной рукой Тэхён прижимал младшего за талию, а другой закопался в его волосах, прильнув щекой к щеке. — Он мой, а я его, Сёждин-хён. По-другому и быть не может. Просто прими это, как данность. Мы всегда принадлежали друг другу, — безапелляционно заявил Тэхён. Чонгук сильно обнял в ответ. Это было слишком. Он не знал, как можно любить ещё сильнее, чем в этот момент. — Ой, ну вот вы вообще не удивили. Театр тут устроили с драмой, все итак в курсе, что вы неровно дышите друг к другу. Вас же вечно отгонять друг от друга приходится на съёмках, — все присутствующие по-доброму засмеялись. — А что с тобой, Хосок? Смех поутих, все перевели взгляд на танцора. Но тот улыбнулся, вопреки опасениям. — А у меня всё ещё впереди. * — Ты правда так думаешь? — с надеждой посмотрел Чонгук. Они с Тэхёном остались в гостиной вдвоем, и сидели на диване, нежась в объятиях друг друга. — Как «так»? — удивился Ви. — Ну что мы принадлежим друг другу. — И так было всегда. Мы рождены, чтобы быть вместе, — улыбнулся и подмигнул Тэ. — Да ну тебя! Ты просто пошутил надо мной! — обиделся Чонгук и попытался высвободиться из рук Тэ. — Не так быстро, зайчонок, — Тэ лишь крепче обнял Чонгука. — Я действительно так считаю. Ты для меня всё. Как тебе ещё это объяснить? Ну вот смотри, у нас тут образовались две пары внутри группы, а я даже не заметил. Я настолько утонул в своих переживаниях, что моя любовь никогда не станет взаимной, что замечал лишь тебя одного. — Меня и Хосок-хёна, — ещё одна попытка вырваться. — Да успокойся ты уже. Если хочешь, давай поговорим обо всем, что тебя мучает. Можешь задавать любые вопросы, — предложил Тэ и чмокнул Чонгука в щёчку, отчего тот начал уже млеть, но вовремя спохватился, вспомнив, что очень сильно хотел устроить допрос с пристрастием. — Хорошо. Раз ты так любишь меня, как говоришь, почему вы с Хосоком были вместе? Ведь это у вас произошло совсем недавно, думаю, тогда в загородном доме. Почему ты не открылся мне? — Как ты себе это представляешь? Мы с тобой парни, друзья, согруппники, а тут я подхожу и такой: «Чонгук, я люблю тебя, давай встречаться!» Вот откуда мне было знать, что ты не пошлешь меня или не отпинаешь за мои гомонаклонности? — Ты правда не догадывался о моих чувствах к тебе? — Нет, конечно. Каждый раз, когда я пытался взглядом намекнуть или даже прямо показать, как я к тебе отношусь, ты всегда отворачивался. Я думал, смогу зачаровать тебя им, как и многих других. — Что ещё за многие другие? Кого ты там очаровывал ходил? — Ну ты же знаешь, как Арми реагируют на мой взгляд. Да и так тоже бывало, посмотрю на человека, а он на глазах в лужицу превращается. Вон и Хосок-хёна зацепило. Но тут я точно не специально. Я на тебя тогда смотрел на веранде дома того загородного. Мне так хотелось, чтоб ты хотя бы ненадолго посмотрел на меня. Но ты отвел взгляд, а хён наоборот. А потом он меня поддержал, был рядом, когда я ушел. Видимо, бессонная ночь дала о себе знать, плюс стресс, и я уснул, прислонившись к дереву. Мне тогда сон приснился, что я тебе признался, а ты ответил, что не нужен тебе и ушел. Потом он не отходил почти от меня, переживал. А я даже не догадывался о причинах такой заботы. Но когда смотрели кино и он мне положил сначала голову на плечо, а потом руку на мою, до меня начало доходить. А тут ты зашел. И я не знал, что делать. Бежать за тобой смысла не было никакого. Для чего? Да и почему ты ушел, словно увидел что-то ужасное, я тоже не понял. В тот момент на меня такая тоска накатила, и… в общем, я сам попросил поцеловать меня, а после хён… ну, чтоб я дал ему шанс. Я подумал, что терять мне нечего и ждать, видимо, тоже. Я согласился. Чонгук сидел с серьезным лицом, почти не двигаясь. Слышать слова Тэ было неприятно, но умом понимал, что все в прошлом и он не имеет права в чем-то упрекнуть Ви. Был ещё вопрос, который прожигал, поэтому не задать его не мог. — А у вас было что-то…ну, кроме поцелуев? — Нет, Гуки, не было. Он никогда не торопил меня, а я был не готов. Ты не выходил у меня из головы. И хотел я именно тебя. Чонгук облегченно выдохнул. Это было очень важно для него. — Ну ладно, ты не подозревал о том, что я к тебе испытываю, потому что даже и подумать не мог, что я, парень, тоже могу запасть на другого парня, и из всех выбрать именно тебя, так? — Ну по сути, да, — кивнул Тэ. — Но как же тот момент, когда на вечеринке я не сдержался, прижал тебя и прошептал: «Тэхёни…», ну ты помнишь? Даже после этого у тебя не закралась ни одна мысль? — Только на секунду. А потом меня быстро увел Хосок, и по дороге в общагу я уговаривал себя забыть эти слова, будто мне все показалось из-за выпитого алкоголя. Я так сильно боялся поверить, в то, о чем давно мечтал, а потом окончательно раскрошить на мелкие осколки свое и без того страдающее сердце, когда всё окажется выдумкой. А на утро это и правда казалось чем-то, вроде сна с твоим участием, что так часто мне снились. Это, знаешь, как с тем поцелуем в домике несколько лет назад, я пытался выкинуть его из головы и надеялся, что ты не отвернешься от меня из-за случившегося. Или того, когда мы обменялись подарками, и ты сказал, что подаренный мной Тата, как и я — полон любви ко всему, потом поцеловал меня в голову. И вот этот момент я решил не принимать близко к сердцу также. Но именно тогда во мне поселилась надежда. — А я именно тогда начал осознавать, что что-то не так. Тепло разливалось по венам от самого сердца. И Тата… он с тех пор всегда со мной. — Правда? — Тэ неверяще посмотрел на Чона. — Даже сейчас, — Гуки вынул из кармана маленькую мультяшную фигурку и показал ее старшему. — А я каждую ночь сплю в обнимку с Куки. От одной мысли, что это твой подарок, мне становится тепло. Он и вправду как будто греет. — Тэ, — заглянул снова в глаза старшего Гук, продолжая искать ответы на свои вопросы. — О чем вы говорили с Хосок-хёном в ванной? — На самом деле, он тот человек, знакомством с которым может гордиться каждый. Знаешь, из-за чего я сбежал, а вам пришлось искать меня? — Ты о чем-то повздорил с Хосоком? — Это немного неверно. Я вспылил, хотя он совсем не хотел меня чем-то обидеть, а даже наоборот. — В смысле? — Чон не понимал, к чему ведет Тэ. — Он сказал, что знает о моей любви к тебе и больше не хочет стоять между нами. Он сказал, что отступает. И вместо того, чтобы спокойно обсудить все, спросить его, с чего он решил, что я интересен тебе, я накричал на него и убежал. Понимаешь, он знал, что мы любим друг друга. Мы не знали, а он знал. И он просто отдал меня тебе, хотя мог ничего этого не делать, ведь я уже был с ним. Я ему доверял, и он начал мне нравится. Так, стоять, — Чонгук начал снова дуть губки. — Ты только не кипятись. Он просто очень заботился обо мне, поддерживал, помогал справиться с болью. Такие люди не могут оставить других равнодушными. — То есть он знал и всё равно решил забрать тебя себе? — А ты бы не воспользовался этим шансом? Иногда сердце решает за тебя. И это вдвойне делает ему чести. Когда человек уже вкусил хоть толику счастья, не так просто от него отказаться, нежели когда оно лишь на уровне иллюзии. За это ему низкий поклон. Я обязан был извиниться перед ним за то, что дал надежду. — А он что? — Сказал, что мой Чонгук ревнивец, каких поискать и что он меня точно никому не отдаст. — Он прав. Не отдам! — Гук крепче обнял Тэ. — Я все понимаю, но зачем ты ударил по руке того парня из стаффа, который помог мне выбраться из машины? — А че он трогает тебя? И я легонько. Просто дал понять, что я и сам справлюсь. — Это его работа, Гуки. Ну и он видел, в каком мы виде были, когда забирал нас от парка. Скорей всего он подумал, что я себя нехорошо чувствую. — О да, нехорошо. Знал, бы он, что ты устал от другого, — глаза Чонгука злобно сверкнули. — Ты прав, я немного вымотался. Благодаря тебе, — хитро улыбнулся Тэхён. — Тебе понравилось? — Гуки провел ладонью по бедру старшего, останавливаясь рядом с пахом. — Что понравилось? Это? — Ким, недолго думая, положил руку прямо между ног младшего, немного поглаживая. — Ты даже не представляешь, как! Глаза в глаза, дыхание участилось, воздух, казалось, начал искриться между двумя телами. Тэхён переместился на колени макнэ, сев к нему лицом и утягивая в поцелуй. — Малыш, у тебя есть ещё вопросы? — оторвался от чужих губ Ви. — Как насчет того, что в этот раз моя очередь? — Гуки положил ладони на ягодицы Тэ и вильнул бедрами навстречу. — Тебе от меня только секс нужен! — притворно обиделся Тэхён. — Мне нужно от тебя все. Ты весь нужен, — ответил Чон и закрыл рот старшего страстным поцелуем. Дверь в комнату Чонгука распахнулась, и туда ввалились воедино слившиеся парни. Руки блуждали по телам, ноги путались, губы так и продолжали терзать. Чон ногой закрыл дверь, развернул Тэхёна к ней лицом и придавил его собой, кусая за шею и схватив обе руки Ви своей за запястья. — Детка, я с ума по тебе схожу. Ты настолько охуенен, что мне напрочь сносит крышу. Я готов не отпускать тебя от себя ни на секунду. Я так хочу тебя, боже, так сильно… — прерывистое дыхание опаляло шею Тэхёна, а потом и приятная боль от очередного укуса пронзила его, возбуждая до предела. Он стал тереться задом о заметно увеличившийся и потвердевший пах младшего. Чон зарычал и сильно прижался к ягодицам Тэ эрекцией. Он отпустил чужие запястья и двинул ладони по бокам к рельефной груди хёна, задевая чувствительные соски. Ощущения снова на пределе. Но с этим неземным парнем по-другому и быть не может. Взяв за края футболки, Чон дернул ее вверх, оголяя прекрасную спину. Чуть присев, Гук провел языком от поясницы до самой шеи, вызывая миллионы мурашек по золотистой коже Тэ. Затем, сняв и свою футболку, Чон снова прижался к старшему. Соприкосновения кожи с кожей заставляло трепетать. Шнурок легко развязан, и штаны вместе с бельем уже валяются на полу где-то в стороне. Звонкий шлепок и приглушенное ладонью Чона «Ааах». Кусая руку младшего, тем самым совершая маленькую месть, Ви ещё больше распалял Гуки. Макнэ параллельно другой рукой уже стягивал свои шорты, под которыми ничего не оказалось. На этот раз касание откровеннее, без каких-либо преград. Головка налившегося члена упирается в щель между ягодиц, напоминая, что сейчас властвует Чон Чонгук. Такое положение вещей захватывает дух в предвкушении новых ощущений. Тэ готов отдаться в любую секунду, несмотря на возможную боль. Он желает этого не меньше младшего. Оба мечтают завершить ритуал и принадлежать друг другу на сто процентов. Тэхён лизнул ладонь Чона и повернул голову для настоящего поцелуя, которым тут же одарил его младший. Они переплели языки, периодически их посасывая и прикусывая в порыве страсти. Ви оглаживал ноги и бедра Чонгука, продолжая тереться о теперь уже обнаженное достоинство макнэ. Внезапно младший присел и руками раздвинул ягодицы старшего. Влажное и безумно интимное касание языка пульсирующей дырочки невероятно смущало Ви, но в то же время заставляло сердце бешено заходиться, вызывая аритмию. Вылизывая старшего, Чонгук отметил для себя, что Тэхён для него — один сплошной кинк и с ним он готов творить самые пошлые безумства. Надавливая поочередно то пальцем, то языком, макнэ неторопливо разрабатывал отверстие. Другой же рукой он схватил член Тэ и лениво водил по нему. Старший уткнулся лбом и руками о деревянную прохладную дверь и старался дышать как можно тише. Но выходило это откровенно из рук вон плохо. Достаточно смочив вход Кима и затем аккуратно разработав, Чон приставил головку и осторожно надавил. Мокрая и скользкая от выделившегося предъэякулята, она легко проскользнула внутрь, заставляя Ви охнуть и замереть.  — Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Чонгук. — Да, малыш, все хорошо, продолжай. Двигаясь не спеша, Чонгук давал время привыкнуть им обоих к новым ощущениям, за что Тэ хотя и был благодарен, но всё же мечтал скорее прочувствовать весь размер внутри себя. И Чонгук дал ему это, введя член на полную. — Хватит меня беречь, покажи, как сильно ты меня хочешь… ну же, — твердо сказал Ви. Дверь ходила ходуном, а ладонь снова была прижата ко рту старшего, чтобы на его стоны не сбежался весь дом. Это блаженство ни с чем не сравнить. Немного отстранившись, Чонгук наблюдал за тем, как член утопает в узкой заднице Тэ, как выходит обратно и снова заходит. От такого вида хотелось не останавливаться никогда. Это что-то с чем-то. — Потрогай его, Гуки, прошу, — Тэхён терялся в ощущениях, его бросало то в жар, то в холод, и очень хотелось кончить. — Нет, детка, потерпи, я кое-что что хочу сделать. Тебе понравится, обещаю. Я на подходе. Чонкуг ускорился, впиваясь в бедра Тэ и вгоняя ствол с силой на всю длину, наконец попадая по простате любимого мальчика и доводя тем самым его до полуобморочного состояния. — Я хочу кончить, Гуки, дотронься до него, пожалуйста. — Сейчас, малыш, ещё немного, — Чонгук зажал основание члена и мошонки Тэ и, продолжая толкаться, излился в него. Ви захныкал, а Чон секунду помедлив, вышел из Кима и быстро сел у его ног, перехватывая член по-другому и начиная быстро водить по нему, припав к головке губами и ведя по ней языком. Голова старшего шла кругом от переизбытка ощущений. Он сильно сжал запястье младшего, давая понять, что настала и его очередь. Чонгук понял все без слов и резко отстранился от члена, продолжая держать рот открытым и надрачивать. Тэ затрясло от сумасшедшего оргазма при виде спермы, выстрелившей прямо в рот младшему и стекающей с его языка, капая на влажную грудь. — Боже….малыш, ты сумасшедший, — прикрыв глаза, промолвил Тэхён, после чего опустился на колени. Чон облизал липкие от спермы губы и затуманенным взглядом посмотрел на Тэхёна. — Это ты делаешь меня таким. Мне все время хочется сделать так, чтоб тебе было хорошо. Я готов посвятить этому свою жизнь. — Гуки, ты мое всё, ты мой смысл. Просто будь рядом, и я стану самым счастливым человеком на свете. — Смотри мне в глаза, Тэхёни, а я буду смотреть в твои. Всегда. Где-то на полу зазвенел телефон, извещая от входящем звонке. Ви нехотя потянулся за своим аппаратом. Что понадобилось Чимину так не вовремя? Тэ со вздохом нажал на зеленый кружочек с нарисованной трубкой. — Да, Чимина, — вымученно произнес Ким. — Вы совсем совесть потеряли? Нельзя было хотя бы от двери отойти? Я думал, вы её выломаете! Попил водички, называется! Вы не одни живете вообще-то! — Чим, — обратился Чонгук. — Что? — рявкнули на том конце. — В этой общаге из семи человек все семь гомосеки, от кого нам скрываться? — Это просто неприлично! — Юнги-хён, — крикнул в трубку макнэ. — Мне кажется рот Чимин-хёна нужно срочно заполнить чем-то большим и твердым. — С ума сошел? — задыхался от возмущения Пак. — А ну иди сюда, деточка. Папочка даст тебе конфетку, — послышался елейный голос Шуги. — Да вы издеваетесь? Что ты делаешь, хён? Убери сейчас же руки… — и звонок оборвался. В тот же момент пришло смс Чонгуку от Джина: «Пока я добрый, будьте так любезны… завалите! Дайте папке с мамкой поспать! Что за дети…» * — Седжин-хён, ты звал? Я прибежал, как только смог. Что-то случилось? — Хосок немного запыхался и сейчас пытался восстановить дыхание, стоя перед менеджером в тренировочном зале. Но чуть позже заметил худенького парнишку, топчущегося за широкой спиной Сёджина. — Да, у меня будет просьба, Хосок. Покажи мастер-класс этому мальцу. Он из новой группы, которая готовится к дебюту. Он и сам неплохо танцует, но говорит, что ты его кумир, и мечтает воочую увидеть твою технику. Его зовут Чхве Бомгю, — представил младшего Хоупу. — Да не стесняйся ты, выходи уже вперед и познакомься со своим временным наставником. — Привет, я Хосок, можешь звать меня хёном, — слегка поклонился робко вышедшему из тени высокой фигуры менеджера парню. — Очень приятно, хён, я Бомгю, — смущенно и довольно низко сделал поклон в ответ тонсен, щеки которого покрылись алым румянцем. Он несмело глянул на Хоупа и снова опустил глаза. В близи старший был ещё красивей, чем на экране, или когда парень мельком видел его идущим по зданию Биг Хита. Изящная, стройная фигура, ослепительная улыбка и огонек в глазах — то, от чего колени Бомгю подкашивались. А думать о том, что он будет прямо сейчас наблюдать, как двигается этот бог, было даже страшно. Словно испытание, которое ни в коем случае нельзя было провалить. Ведь от этого, возможно, зависит его будущее. — И мне. Очень, — улыбнулся Хосок, озарив светом, казалось, всё помещение. Ведь именно в этот момент ему подумалось, что безумно милый юноша, стоящий напротив, может круто изменить его жизнь, причем в самую лучшую сторону.