Последний, кто узнает...

      Сейчас был примерно обед, и мы все это время толком ничего не делали… Ну… Кроме… Кхм, кое-чего… Так приятно не ходить на пары, лежать в кроватке и просто рядом находиться со своим парнем, делая разные неприличные вещи. Подождите… Что за непонятные мысли? С парнем?.. Со своим?.. Эм, кем?.. Парнем?.. Я что, сбрендил? Где то гомофобство с моей стороны? Что за бред я несу? Этот колледж плохо на меня влияет, да и вообще все это окружение.       — Джинни, — сказал я, и он перевел взгляд на меня, перестав возиться с постельным бельем. Ну, мы его слишком сильно испачкали, точнее, Хенджин его испачкал. Кто-то не умеет нормально пользоваться смазкой, и Хван прилично так ее размазал на простыне, но это наши действия все равно не остановило. Ну, в большей степени, это никого не волновало. Только я немного ржал с него, пытаясь при этом помочь ему нормально все сделать. Чувствую себя слишком опытным, хотя даже не шарю во всяких этих гейских штучках. — Кстати, насчет того прекрасного костюмчика медсестры… Ты когда его наденешь? Хочу его увидеть на тебе уже… Может, мы его используем в сексе как-нибудь? Ты не против?       — Если мы его и используем, то только в одном случае, — как-то лукаво проговорил он, кинув на пол простынь к другому, испачканному — или нет — не уверен — постельному белью, — если он будет на тебе, — добавил он и начал искать в шкафу чистое белье, но там же его нет. Весело смотреть на его реакцию, когда Хенджин осознал это.       — Но ты же мне обещал, — надул губки я и уже начал валяться на кровати, а не находиться в сидячем положении. Слишком устал.       — Ну, малыш, это будет странно, если я буду в нем, — пытался он как-то отгородить меня от этой мысли. — И я не обещал, что у нас будет секс в этом костюме… Думаю, что таким больше занимаются пассивы… Ну… Там… Надевают разные милые вещи, — ему почему-то было как-то неловко об этом говорить, и он часто мямлил.       — А что тебе мешает быть снизу? — спросил его я, и он просто застыл на месте, медленно начиная поворачивать голову в мою сторону. — А что здесь такого? Есть что-то плохое в том, чтобы менять позиции? — он на это вообще ничего сказать не мог, у него как будто паника. — Ну, Джинни… — умолял его. Ну, извините, не всегда же мне быть пассивом.       — Малыш, я могу для тебя сделать все, что угодно, — Хенджин присел ко мне на кровать и слегка прикоснулся к моей руке. Он ненадолго опустил взгляд вниз. — Но не это, извини.       От этого даже стало как-то немного грустно. Блин, а я рассчитывал на это. Я что, всегда должен быть снизу и терпеть эту боль после секса? Ох… Жесть… Придется себя очень сильно сдерживать, чтобы не натворить дел… Ну, там с девушками уединиться. Потом об этом все равно все узнают, и мне пиздец. Всем пиздец.       — Ничего страшного, но это было обидно… Совсем немного…       Хенджин сделал виноватую гримасу и слегка поцеловал меня в губы.       — Может быть, когда-нибудь я соглашусь на это, малыш, — говорил Хван и держал мою руку в своей руке, поглаживая ее. — Но думаю, что об этом мне нужно хорошенько подумать. А тебе тогда придется стать очень послушным малышом для меня. Я просто так тебе не отдамся…       Боже, какой же он недоступный, хотя сам, наверное, радуется тому, что мы переспали. Точнее, что в наших отношениях уже есть секс. Хотя кто бы не радовался этому.       — Джинни нравятся послушные мальчики, — закатил глаза я и томно вздохнул. — Как же ты тогда встречался с Феликсом? Он же всегда делает то, что хочет, и забивает на чье-то мнение, но, в большей степени, на людей. Это так странно.       — Ну… Это… Насчёт Феликса…       — Хэй, Чонин, ты мне нужен, — прокричал Джисон, когда только открыл на всю дверь нашей комнаты. И Чанбин был позади него. — И мне все равно, что у вас тут происходит, но мне нужен твой парень.       — Блять, Хан, ты как всегда не вовремя, — выругался Хенджин и встал с кровати, взяв постельное белье, и собрался, скорее всего, кинуть его в стирку. — Не доставай его слишком долго, а то я тебя знаю.       — Конечно, господин Хван, я верну вашу дочку вовремя домой, не беспокойтесь, я ответственный парень, — со стебом сказал Хан и слегка похлопал по плечу друга, когда тот проходил мимо его, дабы выйти из комнаты. Чанбин просто прилёг рядом со мной на кровати, нет, просто плюхнулся на нее и не дал мне нормально лежать. Джисон закрыл дверь, сел на стул рядом с небольшим столом и положил голову на него. — Ах, да. Я же не просто пришел Хенджина постебать. Короче, пойдем вместе со мной покрасим волосы, я не хочу делать это один.       — Почему ты так внезапно решил покрасить волосы? — спросил я его, недоумевая от его сказанных слов. — Тебе же нравится этот блонд, и ты не особо горел желанием менять цвет… Разве это не так?       — Этой шлюшке-по-имени-Минхо всегда нравился этот цвет, и мне он говорил не краситься, ибо я такой милаха с ним, — Джисон закатил глаза на этих словах. — И вот. Мы больше не встречаемся, а эта хрень на моей башке напоминает о нем. Как только сегодня увидел в зеркале это шевелюру, то хотел разбить зеркало… Так что, я хочу перекрасить их во что-то более темное, но не могу никак решить, в какой именно цвет, и ты мне в этом поможешь. Плюс, мне Бинни сказал, что ты давно уже хочешь покраситься. Идеальнее кандидатуры, кроме тебя, просто нет.       — Ох, ладно, но платишь ты. Мне впадлу пользоваться картой отца, потом ещё начнет названивать.       — Без проблем, Нини. Как говорится… Любой каприз, но только за мои деньги.       — Эм… Вообще-то, там по-другому, Джисон… — сказал я, и Бин повернул голову в мою сторону. Намек понят, исправляем. — Джисон-хен.       — Молодец, Чонин, — одобрительно он похлопал по моей ноге. — И я с вами уж точно не пойду, — добавил Чанбин и ещё удобнее устроился на моей кровати, когда я встал с нее. — Мне неинтересны все ваши эти женские штучки. Ну и я как раз узнаю намного больше о твоем парне. Ну, тип… Стоит ли ему доверять, оставлять тебя с ним и все такое. Тем более, Нини, он же твой первый парень, и я, как старший, должен позаботиться обо всем.       — Ох, боже. Только не убей его, — сказал я и ушел вместе с Ханом.

***

      — Кстати, Нини, — начал Хан, когда мы сели в его машину, о существовании которой я узнал только сейчас. И почему-то неудивительно, что это спортивная машина и она сразу же бросалась в глаза. Чанбин, как и всегда, умеет находить себе богатеньких партнёров в отношениях. Автомобиль у Чана намного проще, и он не такой броский. Либо это просто разное поколение, либо кто-то любит выпендриваться. Ах, да! Его отец же владеет многими клубами, может, и из-за этого. — Как там твой первый раз? Было не слишком больно?       — Ну… Терпимо… — почему мы вдруг начали говорить об этом? — А ты как? Все нормально?       — Так у меня же это не впервые, — посмеялся он и завел машину, тут же трогаясь с места. — Хоть и выглядело так, что Минхо был снизу, но на самом деле все наоборот. Из-за этого он иногда бесился, ибо хотел, чтобы я его трахнул… Возможно, эта была самая первая причина его измен. Но, блин… Мне как-то было неловко из-за всего этого, — он немного помедлил, но когда мы остановились на светофоре, то Хан продолжил: — Ну, думать о том, что я буду трахать его. Слишком странно и неубедительно для моего извращенного воображения.       — Оу, даже так, — немного с шоком говорил я. Их взаимодействие при людях говорит об обратном. Все это… То, как Джисон лапал при всех своего котика, и то, как Минхо сидел у него на коленях… Жесть, звучит неправильно как-то. Мой мир просто перевернулся с ног на голову. — В это сложно поверить, Джисон, очень сложно. И теперь понятно, почему ты выглядишь так спокойно.       — Это просто таблетки, Нини, — он поехал дальше. Я даже не знал, куда именно мы едем… Почему я уже во второй раз вспоминаю Бан Чана? Это странно… — Волшебные таблеточки, которые немного облегчают мою боль. Могу потом скинуть название. Но мне больше всего интересно кое-что. Этот идиот не часто говорит о своей половой жизни, и это раздражает… Хотя я сам этого тоже не делаю, — он посмеялся. — Так вот. Он хоть хорош в постели? Феликс мне об этом ничего не говорил… Было обидно немного. Они оба молчали, а потом расстались после этого. Или реально кто-то после секса понимают, что они не могут быть вместе.       — Ну… Мне говорить сначала про тот, который был в клубе, или про тот, который в комнате? — с ухмылкой говорил я, взяв конфету, на которую мне указал Хан. Я даже не уверен, сколько она здесь лежит, но всё-таки положил ее в рот. И я немного забил на то, что он упомянул Феликса… Не хочу в это все влезать…       — А вы зря время не теряли, я тут погляжу. Не думал, что Хенджин такой. Он же всегда бережно относился к тебе, и я думал, что твой первый секс как минимум будет не в клубе, а в милой и романтичной обстановке, в каком-нибудь дорогом отеле с бутылкой красного вина и шикарным видом, а перед этим он сводит тебя в самый лучший ресторан. Я даже удивился, когда Бинни сказал, что нашей молодежи нужны все приспособления. Но его реакция на то, как я сказал, что у них один размер, просто посмотрев на презервативы…       — Я тоже был этому удивлен.       — Так, рассказывай уже. Мне интересно. Только не говори Хенджину, что рассказал мне об этом. Пусть у нас будут свои секретики от него.       — Ну… Перед этим Чан поставил мне засос на ключице, — начал я свой рассказ, и Хан просто удивился с этого, издав странный звук. Но потом вспомнил о том видео и успокоился. — И когда Хенджин увидел его, то разозлился и поставил мне много засосов. Я уже думал, что после этого у нас не будет секса, но, кажется, Хван просто забил на это.       — Теперь понятно, почему у тебя так много отметин на шее, — говорил он и спокойно вел машину одной рукой. Я бы сказал что-то на подобие «опыт не пропьешь», но не буду. Он слишком молод для этого. — С этим будь поосторожнее, когда он злится, то может с ума сойти. Хотя с тобой он подозрительно держится и даже слишком мил… Я просто удивляюсь ему, когда ты находишься с нами. Как будто совсем разные люди. Но это мило. Рад, что ты можешь изменить его жёсткий характер. Жизнь потрепала… Так, стоп, продолжай. Я слишком много говорю.       — Бля… — выругался я. — Он был слишком медленным! Я чуть с ума не сошел от такого!       — Что? Хенджин? Ты серьезно? Звучит неправдоподобно.       — Почему это?       — Ну, блин, — припарковал он машину у какого-то здания, и мы вышли из нее. — Я его давно уже знаю, когда-то наши родители дружили, но сейчас уже нет, но не суть. И весь сыр бор в том, что я слышал то, как парни стонут от него… И это прям жесть… — он немного медлил и не говорил слишком громко, ибо мы были на улице, да и люди ходили, поглядывая на нас. — И это уж точно не сойдет за медленный темп, а уж очень интенсивный. И он их не жалел, вообще… Мне даже было их немного жаль, хотя… Если бы меня так трахали, то я бы был только рад.       — Эм, что? Даже когда мы во второй раз спали, то он был не слишком груб или быстр… Даже когда шлёпал меня по заднице, то тут же гладил по этому месту…       — Вот, что делает с людьми любовь, Нини, — добавил Хан. — Нам сюда.

***

      Мы зашли в какую-то парикмахерскую, и к нему подбежала… Стоп, что? Именно та девушка, которая в первый день проводила меня к кабинету. Мир тесен, очень тесен. Не может быть столько совпадений.       — Так, тебя снова красить в блонд, а тебя, милаха? — проговорила она и слегка приобняла меня. Девушка она, конечно, шикарная. Мне нравится ее стиль. Темно-коричневые длинные волосы убраны в хвост, одежда уж точно из самой последней коллекции модных и дорогих брендов, а туфли на очень большом каблуке — хочет компенсировать этим свой низкий рост.       — Нет-нет-нет, только не этот цвет! Сегодня крашусь в… В… В… Не знаю! Нини, какой мне больше подойдёт?       — Эм… Синий? — не знаю, что несу, но этот цвет мне первый пришел в голову, и кто вообще знал, что он согласится на него. Я выбрал ему цвет, а он мне. Но только я не знал, что это будет розовый… Хорошо, что хотя бы нежно-розовый. Хоть что-то радует.       — Нуна, этот малыш просто самый лучший парень, который может быть у Хенджина. Вот реально. Недавно я понял, что это его лучшая находка. Чонин его просто меняет на глазах!       — Да ладно? — удивилась она, пока красила волосы Хану, а я уже просто сидел и ждал назначенного времени, чтобы смыть краску. — Этого грубияна нереально исправить. Его даже взрослые не волнуют… Ну, кроме, конечно, его пожилых родителей, Хенджин только к ним хорошо относится, — она посмотрела на меня подозрительно. — Что в нем такого, из-за чего этот идиот меняет свою личность? Извини меня, конечно, но в тебе есть только милота и все.       — Нуна, если он даже в сексе перестал быть грубым и слишком извращенным, то это уж точно что-то значит. И даже не смотри на его засосы, ибо…       — По сути, да, странно, что их так мало. Обычно он прям на показ все это выставляет намного больше, чем просто парочку засосов, — она снова перевела на меня взгляд, закончив с Ханом. — Как ты это делаешь? Сдерживаешь его?       — Не знаю… Я сейчас вообще впервые узнаю, что Хенджин грубый… Он же не такой…       — Я реально не могу в это поверить, Джисон, — сказала она и плюхнулась на диван, рядом со мной, оглядывая меня ещё внимательней. — Я должна это увидеть, и срочно! Чонин, позвони ему, если я это не узрею своими же глазами, то точно прокляну свою жизнь.       — Ладно, — посмеялся я. После ее этих слов начал доставать из кармана телефон и набирал номер Хенджина, который тут же ответил. Та девушка просто с шоком посмотрела на меня и пробурчала: «Этот придурок так быстро взял трубку, что с ним не так». — Джинни, я тут вместе с Ханом в парикмахерской, и…       — Поставь на громкую, — прошептал Хан, и я тут же это сделал, положив телефон на стеклянный столик. Мне лень его держать.       — Я просто позвонил, потому что хотел услышать твой голос.       — Оу, малыш уже скучает по мне? — милым голосом спросил Хенджин и немного посмеялся в трубку. Та девушка чуть не выпала от шока, ее лицо было слишком удивлённым. Она как будто не верила в то, что происходит.       — Конечно, соскучился… Ты можешь сейчас говорить? Чанбин не слишком достает тебя?       — Конечно, я могу говорить. И с Чанбином все хорошо, мы поладили, — ещё милее говорил Хван. — И мне тут кое-что рассказали. И я уж точно должен увидеть своего малыша с новым цветом волос, хотя я не очень одобряю это, но… Если ты этого хочешь, то я согласен на покраску твоих волос, малыш.       — Хорошо, Джинни… И ты с этим согласен только, потому что не хочешь… Ну… — мне не хотелось об этом говорить вслух. — Ты понял меня… Мы говорили об этом недавно, — немного посмеялся я. Иногда мне тоже нравится издеваться над людьми.       — Малыш, я же сказал, что подумаю над этим. А ты хотя бы стань послушным для начала.       — Попытайся его разозлить, — прошептала мне на ухо девушка. Мне это все интересно, а особенно то, что рассказали про него. Странно, что он может быть грубым и злым. Это как будто не про него говорят.       — Я думаю, что ты и без этого сможешь лечь под меня, Джинни. Ты сомневаешься во мне? В моем обаянии? — Все присутствующие просто прифигели с этого, и Джисон поперхнулся каким-то напитком, а девушка — застыла. Окей, я просто начал с козырей. Возможно, его это быстро выбесит, хотя я не часто видел его злым.       — Конечно, я в нём не сомневаюсь, малыш, — он это очень спокойно сказал.       Девушка чуть ли не заорала, но успокоилась и прошептала: «Это не Хенджин! Это просто нереально. Он с этими ролями… Он даже слушать не хочет никогда своего пассива об этом, типа только он всегда будет сверху и точка. Чонин, теперь ты мой друг, и при встречах с Хваном я буду брать тебя с собой».       — И, может, поговорим об этом немного позже и не по телефону?       — Ладно-ладно, в живую у меня уж точно будет больше шансов уломать тебя, — я посмеялся, и Хван тоже. Похоже, Хенджин уж точно осознаёт то, как я меняю его. — Мне уже пора, Джинни, тут волосы надо смыть. Люблю тебя.       — Я люблю тебя сильнее, малыш. И, возможно, я соглашусь на твое предложение… Черт, извини, тут Чанбин меня достает, нужно идти. Пока, малыш, люблю.       Звонок закончен.       — Что, блять, это было? — начала та девушка, имя которой я всегда забываю. — Это не Хенджин, он так с роду не разговаривал! А это… «Я люблю тебя сильнее»… Он что, спятил? Обычно на такое он отвечал: «Конечно, любишь», но не это. И какого черта такой милый голос? Я не узнаю этого паршивца, который никого не ставит выше себя. Хэй, Чонин, как ты это делаешь?       — Без понятия, может, он слишком влюблен в меня? И у меня иногда такое чувство, что он собственник… Потому что Хенджин ненавидит, когда Чан хоть как-то пытается взаимодействовать со мной.       — Стоп, Чан? Эм… Бан Чан? А он же разве не…       — Нуна! — прокричал Хан, и девушка очень сильно прифигела, даже хотела наорать в ответ, но после других его слов передумала. — Он ещё не знает. Хенджин ему не сказал. И это именно тот препод, к которому он должен был подкатывать.       — Ты сейчас шутишь? Он хотя бы про Феликса знает?       — Ну… Не все подробности…