166 дней на любовь

      Тьма. Вокруг простиралась сплошная тьма… И ничего больше.       Где я? Почему ничего не вижу? Почему ничего не слышу? Почему ничего не чувствую?       Что произошло?!       Может быть, если я вспомню хотя бы последнее событие, то смогу хоть что-нибудь понять?       Допустим.       Мы с Соней катались на её автомобиле, потом попали в аварию. Соня сильно пострадала и нас привезли в больницу, а потом, что же было потом? Упал? И… всё.       — Здравствуй, Митрий, — неожиданно рядом раздался знакомый голос.       — Эрос?       Раздался щелчок, заставивший тьму исчезнуть. Вокруг стало всё нестерпимо белым.       Передо мной стоял бог любви и грустно улыбался. Переведя взгляд на себя, я посмотрел на свои руки, пощупал своё тело.       — Где мы? — спросил я, снова взглянув на бога.       — В твоей голове конечно, — вздохнул тот. — Ты без сознания, а точнее в коме.       — Неужели.       — Да, ты на грани жизни и смерти, — кивнул Эрос и скривил губы в горькой улыбке.       Я опустил руки и посмотрел на бога отрешенным взглядом. На грани жизни и смерти…       — Но почему?       — Митрий, ты помнишь, что я говорил тебе про Тюхе?       Эрос хмуро смотрел на меня, скрестив руки.       Я понуро опустил голову. Мне нечего было ответить. Я проигнорировал его предупреждение. Но ведь…       — Ты не послушал меня, и вот, — ты здесь, — продолжал холодно констатировать факты бог. — Ты попал в то… Ну или почти в то будущее, которое я тебе показывал.       Я молча смотрел на свои ботинки.       — Ты должен был избежать его! — в гневе закричал Эрос.       — Я не мог!       Сжавшись, я боялся поднять взгляд. В носу неприятно засвербело, и я почувствовал, как в уголки глаз неприятно защипало от выступающих слёз. Вдохнув полной грудью, я всё же ответил.       — Я не мог бросить Соню умирать.       Эрос закрыл лицо руками и простонал.       — Её жизнь — не моя забота, — холодно сообщил бог. — Сейчас меня волнуешь только ты!       — Почему?!       — Потому что так надо! Ты мой клиент! Я отвечаю за тебя!       Я непонимающе посмотрел на него, но тот лишь раздраженно махнул рукой.       Получается, если он отвечает за меня…       — Ты спас меня в аварии?       — Я, — без промедления сознался он.       — Ты знал, что так будет, и спас только меня?       — Да.       Снова прозвучало признание.       — Но почему ты не спас Соню? — в негодовании закричал я, испепеляя бога взглядом.       — Я уже ответил на этот вопрос.       — Сволочь…       — Ты кажется забыл с кем говоришь, — с угрозой в голосе произнёс бог, хладнокровно встретив мой гневный взгляд       В этот раз я не опустил свой взгляд.       — Ты ослушался, и снова попросил Тюхе о помощи, — дрожащим от гнева голосом произнес Эрос. — И весь мой план полетел прямиком в тартар!       — Мне наплевать на какой-то там твой план! — крикнул я.       Бог заскрипел зубами от гнева.       — Хотел бы я тебя проучить как следует, но ты итак уже одной ногой могиле, — мрачно глядя на меня, произнёс он.       Так, ладно…       — Что со мной произошло? — спросил я, немного успокоившись.       — У тебя лопнула аневризма головного мозга, — ответил Эрос, постучав указательным пальцем по своему виску. — Вот что бывает, когда удача оказывается на нуле.       Я скривил губы и опустил голову. Аневризма, значит?.. Плохо помню, что это значит, но если она лопается, то происходит кровоизлияние в мозг.       — Время подвести итоги, — мрачно продолжил Эрос.       Раздался скрип и я увидел, что бог сидит в кожаном кресле, рядом с ним стоит второе пустое кресло и телевизор.       Эрос приглашающе указал на кресло и включил телевизор.       — Значит всё будет как в том сне?       Бросив короткий взгляд на телевизор, я сел в кресло.       — Да.       Тем временем на экране появилась больничная палата и лежащий на кровати я. Прямо передо мной, на стуле сидела Алина.       — Не хочу это смотреть, — пробормотал я, скривившись.       — Неужели тебе противна эта девушка? — удивился Эрос.       — Не в этом дело, — покачал головой я, глядя в пол. — Просто в этом нет смысла.       — И правда, — неожиданно согласился Эрос. — Но всё же скажу. Что Лиза, что Алина, обе в итоге сказали, что любят тебя.       Я кивнул.       — Поздравляю, — произнёс Эрос. — Как бы то ни было, ты справился. Мне было интересно наблюдать за тобой. Особенно мне доставили удовольствие твои отношения с Евгенией. Кто бы мог подумать, что помощь Тюхе сведёт тебя с такой девушкой.       Я не ответил.       — Кстати о Тюхе, — тон Эроса стал недовольным. — Эй, покажись уже!       Я удивленно поднял голову и увидел стоящую перед нами Аню.       — Мы вроде как попрощались, — натянуто улыбнулась богиня. — Поэтому снова здравствуй, Митрий.       Я недоуменно посмотрел на Аню, а затем на Эроса.       — Тюхе, ты в очередной раз вмешалась в мои планы и погубила смертного, — сухо произнёс тот, глядя на богиню холодным взглядом. — Смертного, за которым я присматривал!       — Тогда надо было присматривать лучше, — неожиданно огрызнулась Аня. Её лицо стало серьёзным, и даже… злым?       — Наконец-то показала своё истинное лицо? — с горечью в голосе усмехнулся Эрос.       Я недоуменно переводил взгляд с одного на другую.       — А ты думал, что Тюхе миленькая и добренькая, Митрий?       Эрос укоризненно посмотрел на меня и закинул ногу на ногу.       Я не знал, что ответить. Я действительно так думал, ведь она мне помогала, не всегда безвозмездно, но помогала.       — Немедленно верни Митрию его удачу, Тюхе, — жестко потребовал Эрос, не сводя гневного взгляда с богини.       — Это уже наглость! — огрызнулась она.       — Тюхе! — Эрос повысил голос и посмотрел на неё с угрозой. — Наглость — это высасывание удачи подчистую у меня под носом.       Съежившись под его взглядом, девушка вздохнула и покорно опустила голову.       — Вернула.       — Можешь идти, — велел он ей. — Мы с тобой ещё потом поговорим.       Я моргнул, богиня исчезла.       — Теперь ты понял? — обратился ко мне Эрос, сменив тон на спокойный. — Тюхе использовала тебя, а когда твои запасы удачи иссякли… бросила.       Я с грустью опустил голову. Я думал, что с ней можно подружиться.       — Между богом и смертным не может быть дружбы, — прервав мои мысли, сказал Эрос.       Недовольно глянув на него, я промолчал.       — Тогда скажи, — пробормотал я, немного погодя. — Зачем Тюхе вмешалась и стала мне помогать?       Эрос глубоко вздохнул и без промедления ответил:       — Это месть.       Я удивленно вскинул брови.       — Несколько сотен лет назад Тюхе влюбилась в одного смертного, — продолжил Эрос. — Но к её великому сожалению, их жизненные пути никак не пересекались. Как бы она не всматривалась в будущее, она не находила ни единого шанса на взаимность. И тогда она пришла ко мне, чтобы я помог ей влюбить в себя того мужчину. Я отказал, потому что считаю, что между смертными и богами не должно быть любви. С тех пор она никак не может успокоиться и вставляет мне палки в колеса.       Я задумчиво смотрел перед собой, переваривая услышанное.       — Итак, мы отвлеклись, — сложив пальцы рук вместе, Эрос взглянул на меня. — Задание выполнено, а это значит, что ты будешь жить.       Я недоуменно посмотрел на бога.       — Что ты так на меня смотришь? — усмехнулся Эрос. — Я ведь уже говорил, что ты лежишь в коме, а теперь, когда к тебе вернулась удача, то ты быстро пойдёшь на поправку.       — Я буду жить? — на всякий случай спросил я, чувствуя, как мои губы расплываются в улыбке.       Эрос кивнул.       — Ура! — воскликнул я, вскинув руку.       — Честно говоря, при любом раскладе я не собирался тебя убивать.       — А как же задание? — пробормотал я, растеряно глядя на Эроса.       — Надо же было как-то тебя стимулировать, — пожал плечами тот. — Иначе бы ты и палец о палец не ударил.       Я нахмурился.       — Тогда зачем вообще всё это? — спросил я, уставившись взглядом в бога. — Зачем завоёвывать сердца Жени, Алины, Лизы, Марго и Оли.       — Попробуй подумать сам, — пожал плечами тот, с прищуром глядя на меня.       Казалось его взгляд пронизывает меня насквозь. Наверняка, сейчас он читал мои мысли. А раз так… Пошёл в ж@пу, Эрос!       Фыркнув, тот отвернулся и, подперев голову рукой, не сказал ни слова.       Так, ладно, подумаем. Зачем это всё? Зачем? Зачем? Зачем?!       Абсолютно разные девушки. Всё дело в них?       — Может ты всё-таки хочешь услышать про задание, которое я дал Эвинке Дворжак? — неожиданно спросил Эрос.       — Что?       Имя показалось знакомым, но где я его слышал?.. Ах да, вроде он упоминал его, когда рассказывал про задания остальных своих «жертв».       — Что, если, я скажу тебе, что солгал про задания, которые я давал китайцу Лунь Хо и англичанину Роберту Олдриджу?       — Но зачем?       Вспомнив эти довольно жестокие и невыполнимые задания, я недоуменно смотрел на Эроса. И ведь тогда, он сказал, что я ещё легко отделался. Да, он так сказал. Но если получается, что те задания были враньем, что ж тогда выходит? Тогда он просто в очередной раз манипулировал мной, побуждая выполнить это «легкое» по сравнению с остальными задание!       — Вернемся к Эвинке Дворжак, — скрестив пальцы рук, продолжил Эрос. — Тогда ты прервал меня и это было ожидаемо. Итак, её задание состояло в том, что она должна была флиртовать с одним мужчиной в день.       — И всё? — широко открыв глаза от удивления, спросил я.       — К слову сказать, она радикальная феминистка, — как ни в чем не бывало продолжил бог.       — О-о.       Эрос усмехнулся глядя на мою реакцию.       — Ага. Для неё это было суровое испытание, ты бы её видел.       — И что в итоге?       — Спустя полгода Эвинка познакомилась с одним мужчиной, пофлиртовала с ним, — продолжил рассказ бог, глядя куда-то в даль. — Затем неожиданно влюбилась в него, изменила своё мировоззрение…       — Ого.       — Хотел бы сказать я, но… к сожалению, однажды один из мужчин с которым она флиртовала посчитал, что их симпатия обоюдная и немного распустил руки, — опустив глаза, вздохнул бог. — Тогда Эвинка не выдержала и, схватив первое попавшееся в руки, нанесла удар мужчине прямо в шею. Она попала в аорту и тот скончался. Сейчас Эвинка в тюрьме.       Я сглотнул. Какое-то неудачное задание.       — Да, это был полный провал, — горько улыбнулся Эрос. — Моя ошибка.       Я немного удивился от его неожиданного признания.       — А я рассчитывал, что таким образом она забудет про свой феминизм и найдет свою любовь.       Оказывается, даже боги могут ошибаться.       Эрос перевел свой взгляд на меня.       — Митрий, ты должен был наконец найти свою любовь. Найти ту, которая приведет твою разгульную жизнь в норму и ты наконец перестанешь метаться от одной девушки к другой.       — Какой-то странный способ заставить меня прекратить метаться от одной девушки к другой, заставив метаться между пятью, — пробормотал я.       — Изначально должно было быть всего три.       Это он так оправдаться пытается?       Я фыркнул.       — Это в какой-то мере сродни тому, как передозировка чем-либо может вызвать отторжение к этой вещи, — пояснил Эрос.       Такое и правда возможно.       — Но, как оказалось, и это задание провалилось. Ведь несмотря на то, что поставленная явная цель была выполнена, скрытая оказалась недостижима. Ты не выбрал ни одну из них.       Эрос понуро опустил голову, но тут же поднял. На его лице появилось хитрое выражение.       — Хотя, ещё не все потеряно.       Я вопросительно взглянул на него.       — Кажется пора, — хлопнул себя по колену Эрос и улыбнулся.       — Что пора? — нахмурился я.       — Очнуться, — ответил Эрос, вставая из кресла.       — Эй! Погоди! — воскликнул я, поднимаясь следом. — А что будет с девушками?       — А что с ними должно быть? — удивился Эрос. — С ними всё хорошо.       Сжав губы, я потер шею. Задание было закончено, но построенные и разрушенные отношения остались.       — Что мне делать с Лизой и Алиной, а ещё с Женей?       — Скажи, что разлюбил или что никогда не любил, — пожал плечами бог. — Мне тебя этому научить что ли надо?       — Ладно, понятно, но с Женей это не пройдёт, я ей уже отказывал, — произнёс я, с надеждой глядя на бога. — Она очень хорошая и помогала мне. Но так продолжаться не может.       Эрос задумчиво посмотрел на свою обувь и вздохнул.       — Ладно, я сделаю так, чтоб её любовь к тебе прошла, — согласился Эрос. — Последствия задания не должны мешать твоей дальнейшей жизни.       — Спасибо, — благодарно улыбнулся я и спохватился. — А, и ещё…       — Ещё? — удивленно вскинул брови Эрос. — Митрий, а ты не обнаглел?       — Маленькая просьба, — сложив руки вместе, продолжал я.       Эрос скривил губы и посмотрел на меня в ожидании.       — Можешь сделать, чтобы Дима перестал вспоминать Галину, а то я больше не могу видеть его страдания под Шуфутинского, — сказал я, не отрывая взгляда от Эроса. — А… и раз Аня, то есть Тюхе исчезнет, то и чтоб по ней он тоже не страдал.       Эрос цокнул языком и кивнул.       — Что-нибудь придумаю, — бросил он, задумчиво глядя в даль. — А теперь тебе точно пора очнуться, не будем заставлять её ждать.       — Кого?       Вместо ответа Эрос щёлкнул пальцами, и всё вокруг стала окутывать тьма.       — Прощай, Митрий, и помни: любовь — великая сила.       Я услышал последние слова Эроса и полностью оказался во тьме.       Вдруг ко мне вернулось ощущение тела. Я лежал и из носа что-то торчало. Вместе с ощущением тела вернулись слух и обоняние. Что-то пикало, кто-то тихонько всхлипывал. В нос ударил специфичный запах больницы.       Приложив усилие, я приоткрыл веки. Глаза тут же ослепило ярким светом люминесцентных ламп.       Привыкнув к свету, я открыл глаза шире и увидел сидящую перед собой…       Настю.       Сидя на стуле, она ссутулилась и, оперев локти коленями, спрятала лицо в ладонях.       Я медленно осмотрелся вокруг. Стены, выкрашенные в пастельные тона. Прибор, который показывает пульс — он-то и издавал писк. Капельница, ещё какие-то трубки…       Я попробовал пошевелиться, и тело послушалось.       Видимо услышав шорох простыни, которой я был укрыт, Настя открыла лицо и взглянула на меня.       Несколько секунд, мы смотрели друг другу в глаза, не отрывая взгляда.       — Ну привет, — тихо произнес я, еле ворочая языком, во рту было сухо, как в пустыне.       — Митя, — прошептала Настя, и неожиданно подскочив со стула бросилась меня обнимать. — Очнулся!       Не ожидав такой реакции, я охнул от того, как она на меня упала.       — Полегче, — простонал я.       — Я так рада, что ты очнулся, — подняв заплаканное лицо, произнесла Настя. — Я думала, что ты умрешь.       — Ну как видишь, не умер, — мягко улыбнулся я, глядя в её заплаканные глаза, погладил её по голове.       — Ладно, Насть, нам пора, — в открывшуюся дверь палаты вошёл Дима и замер. — Ого! На секунду стоило отойти, а вы тут обнимаетесь.       — Привет, Дим, — улыбнулся я, приподняв руку в качестве приветствия.        Парень посмотрел на Настю, крепко обнимающую меня и развернулся.       — Рад, что ты воскрес, — улыбнулся он. — Ну, не буду вам мешать.       Парень скрылся за дверью.       Смутившись и покраснев до самой шеи, Настя отпрянула от меня.       Вздохнув, я умиленно посмотрел на девушку, с которой не общался с того самого смущающего утра первого января. Кажется, я начинаю понимать те слова Эроса, что ещё не всё потеряно.       Задание было провалено. Было пять девушек, которым я симпатизировал (или почти симпатизировал), но была и шестая девушка.       — Настя, — я позвал её. Казалось, что она не находила себе места.       — Что?       Она посмотрела меня исподлобья.       — А пойдем на свидание?       Широко раскрыв глаза, девушка удивленно посмотрела на меня. Она улыбнулась и согласно кивнула.       До 14 февраля осталось? дней. Признавшихся в любви девушек 5/5.