Касанием твоим едины

Ощущение дежавю, как старый друг, сидело около моей кровати и нашёптывало мне заклинания на ухо. Их странная вязь отдавалась тревогой где-то в области солнечного сплетения и растекалась по всему телу, оставляя после себя тонкий привкус беспокойства. Знакомые голоса тихо переговаривались возле меня, но сил ухватить нить разговора совсем не было. И я, словно пёрышко на поверхности воды, плыла по течению, покорно ожидая, когда меня прибьёт к одному из берегов. — Гермиона? — тихий, встревоженный шёпот Фреда, выдернул меня из этой странной покорности. — Как ты себя чувствуешь? — Его тёплая рука, лежала рядом слегка соприкасаясь с моими пальцами. — Так, будто меня ударили по голове, — ответила я, прислушиваясь к своему телу. На удивление, чувствовало оно себя прекрасно. — Хотя, нет. Всё отлично. Привет, — я приоткрыла глаза и осмотрела залитое солнцем больничное крыло, мы были одни. — Привет, — он улыбнулся, взяв меня за руку. Этот простой жест наполнил меня ощущением безопасности и я улыбнулась в ответ. — Помнишь, что случилось? — Что-то произошло, — констатировала я, после того, как не смогла вспомнить хоть что-нибудь о прошедшем дне. В памяти мелькали разрозненные воспоминания о чужих мыслях и нитях, но они были такими тусклыми, словно сон. — В меня попала шутиха, да? — Воспоминание о горящей книге в моих руках вспыхнуло особенно ярко, будто мозг хотел напомнить о важности этого события. — Да, это была шутиха, — как-то обеспокоенно ответил Фред, словно хотел сказать ещё что-то, но в последний момент передумал. — Ты слишком долго была без сознания. Я так испугался. Мы, — он поправил сам себя, отпустив мою руку. — Мы все испугались. Особенно после того, как Снейп запретил тебя посещать… — Запретил? Почему? Сколько я уже здесь? — Какая-то важная мысль забилась в голове, но ухватить её не получалось. Яркими вспышками возникали лица друзей — Гарри, Рон, Невил, Дин и близнецы. Что-то их всех связывало, но что именно, ухватить никак не получалось. — Да, запретил. Ходил тут, словно дементор, и на всех рычал, кто хоть на десять шагов приближался к Больничному крылу. Даже Мантия-невидимка не помогла, — Фред затараторил, опуская взгляд. — Сколько я уже здесь, Фред? — Когда я произнесла его имя, в памяти всплыло красивое воспоминание о нашем несостоявшемся поцелуе. Оно было как приятный сон, после которого совсем не хочется просыпаться. — Три дня, — прошептал парень, — Но всё уже в порядке, ты очнулась, так что больше не стоит волноваться, — скорее утешая себя, чем меня, улыбнулся Фред, взглянув наконец на меня. — Что ж это была за шутиха, что вырубила меня на три дня? — И шутиха ли? — Никто не знает. Тебя нашли первокурсники в коридоре у библиотеки. Без сознания. Ты что-нибудь помнишь? Может быть, видела кого-то перед тем, как потеряла сознание? Или слышала? Хоть что-нибудь. У библиотеки? Но я же была в гостиной. Или нет? Я с кем-то говорила о чём-то важном. О чём-то очень важном, что никак нельзя было забывать. Или не говорила, а только слышала? Разговор или мысли? Были ведь нити и чужие мысли. Я столько времени могла слышать чужие мысли. Или это мне привиделось, пока я была без сознания? Три дня. Это может показаться целой вечностью. Ведь может же? Мерлин, помоги! От попытки осмыслить всё это заболела голова, и на краешке сознания голос Снейпа начал меня убеждать, что мне всё приснилось. И действительно, я ведь совсем не легилимент и чужие мысли точно читать не могу. Никаких важных разговоров. Никаких нитей. Закрыв глаза, я всё же попыталась их нащупать, но ничего, кроме головной боли, не нашла. — Гермиона? Ты в порядке? — Наверное. Не знаю, — Фред непонимающе посмотрел на меня, а я вспомнила то, что было в Астрономической башне. Даже немного жаль, что это всё сон. — Знаешь, мне приснился очень долгий и странный сон. — Да? И о чем он? — прищурив глаза, сквозь солнечные блики на ресницах, я увидела его улыбку. От былой озабоченности не осталось и следа, хотя, возможно, он просто её спрятал. — Я в этом сне присутствовал? — Ты был в нём главным действующим лицом, — это Фреду очень понравилось и он довольно улыбнулся. — В нём ещё было много других людей, но сейчас я думаю, он был именно о тебе, — потому что помню я только о тебе, хотелось добавить, но я промолчала. Пальцы начало покалывать от желания взять его за руку. — Ты так и не сказала, что я делал в твоем сне, — его игривый тон отзывался радостью у меня внутри. — Это ведь самое интересное, — парень взял меня за руку, сплетая наши пальцы вместе. — Много чего, — я немного помолчала, подбирая слова, чтобы не показаться ему глупой. — В нём я слышала мысли. «Забавный сон». — Да, очень забавный и такой реальный, — согласилась я, разглядывая наши руки. — Всё было как наяву. — Гермиона, а с какого времени, в своем сне, ты слышала мысли? — чуть громче спросил он, отодвинувшись назад и забрав с собой мою уверенность в безопасности. «А самое главное — чьи». — С момента взрыва шутихи. И, знаешь, там целая система была с этой способностью, — хихикнула я, сцепив пальцы. — Я слышала мысли только тех, кто меня коснулся сразу после взрыва. Гарри, Рон, даже Дин и Невил, представляешь? — перечислила я, неосознанно начав тереть свой шрам. «И мы с Джорджем». — Закончил за меня Фред. — И вы с Джорджем. Я же уже, — я с опаской посмотрела на свою руку. Шрам! Но его не должно быть, если всё это было сном. Ведь так? — Фред? — Грейнджер, — выдохнул он, подскочив со своего стула. — Грейнджер! Так ты не шутила, говоря что слышишь мысли? Мерлин… — Фред, послушай, — я села, игнорируя приступ головокружения, а парень и не думал меня слушать, нервно расхаживая вдоль кровати. Мой мозг лихорадочно пытался собрать всю информацию воедино, но определённо ему не хватало деталей. — Фред! — Если ты слышала мои мысли, то, Мерлин! — он шокировано посмотрел на меня, остановившись. Как хорошо, что он не знает, что я ещё и многое чувствовала. «Это катастрофа!» — Успокойся, Фред! Я не постоянно слышу мысли. Я могу это контролировать. Поверь мне, я не читаю ваши мысли. Это против моих принципов. — Но, ты же все равно что-то слышала, да? — Я виновато опустила взгляд. — И ничего нам не сказала? Не предупредила? — Его разочарование можно было потрогать руками. — Мне запретили рассказывать об этом кому-либо, — промямлила в свою защиту я, понимая, что это так себе аргумент. Я должна была предупредить об этом своих друзей. — И с каких это пор ты беспрекословно слушаешься Снейпа? — Прошептал Фред, внезапно присев на мою кровать. Лучше бы он кричал. — Когда его мнение стало цениться выше мнения твоих друзей? — С чего ты взял, что это был Снейп? — спросила я, понимая, что этим вопросом я перегнула палку. «За дурака меня держишь?» — Фред… — Не отвечай! — Он смерил меня взглядом и ушёл, раздавив меня своим разочарованием.

***

Темнота вечернего коридора приятно успокаивала мои глаза, выплакавшие, кажется, целое озеро. Но, стоит признать, выплеснуть эмоции оказалось лучшим решением за весь день. Теперь мне не мерещился осуждающе-испуганный взгляд Фреда и не приносил мне столько боли, как в первый раз. Вспомнилось, как он держал меня за руку, пока не узнал мой маленький секрет. Переплетая наши пальцы, он нежно поглаживал мою ладонь большим пальцем. Это было столь интимно, что перехватывало дыхание. Эмоции, мои и Фреда, сливались воедино, как это всегда бывает, когда мы рядом. Мне было абсолютно всё равно где чьи — сам факт этого единения приносил мне наслаждение. Мерлин, да я влипла по самые уши! Я влюбилась. «Это могут быть не твои чувства», — противно пискнул внутренний голос.  — Его здесь нет, а чувства есть. Так что умолкни! Это любовь. И она — моя, — ответила я сама себе в тишину коридора и закончила этот спор. Но было кое-что, портившее всё — обида на то, что он решил, будто я злоупотребляла своими способностями. Она бушевала во мне, как неукротимый лесной пожар. Мне казалось, люди, меня окружающие, знают обо мне достаточно, чтобы у них не возникло даже мысли, что я могу ради удовлетворения собственного любопытства прочесть чьи-то секреты. Хотя было бы не плохо услышать то, о чём думал Малфой, пристально меня разглядывая, когда мадам Помфри обрабатывала его царапину. Смотрел так, будто между нами есть какая-то общая тайна и он раздумывает выдам я её или нет. Но никаких общих тайн у нас быть не может. Птица такого полёта, как Малфой, никогда не обратится ко мне. И вообще. Я даже мысли его никогда не слышала. Я мысленно усмехнулась. Ещё утром всё было так перемешано, что я приняла произошедшее со мной за сон. Выдала, так сказать, желаемое за действительное. Но, мысли, к сожалению, я действительно слышала, а значит — то, что происходит под столом в большом зале между Джорджем и Анжелиной — действительно происходит. Мерлин, помоги. — Мисс Грейнджер, вас уже выписали? — От вкрадчивого голоса профессора, по спине у меня побежали мурашки и я резко обернулась. Гроза и боль грифиндорцев стоял прямо напротив, внимательно меня осматривая. Совсем не слышала его шагов. Он что, ждал меня? — Да, профессор. Мадам Помфри решила, что я абсолютно здорова, — промямлила я, разглядывая профессорскую мантию. С ней всё было в порядке, но я упорно не отрывала взгляда от неё, боясь посмотреть Снейпу в глаза. — А как вы думаете? В порядке вы или нет? — Этот вопрос меня слегка удивил и я всё же посмотрела в глаза, тут же провалившись в их бездонную темноту. — Я в полном порядке, — прошептала я и чуть громче добавила: — Я всё еще слышу мысли, если вы это пытаетесь найти в моей голове. Меня сейчас вырвет, если вы продолжите, — угроза попала в цель и Снейп прекратил шарить у меня в мыслях. — И чьи же мысли вы слышите? — Как бы между прочим спросил он, подходя ближе ко мне. — Всё тех же. Гарри, Рон, Невил, Дин и близнецы. Я ведь вам уже говорила об этом, — немного растерялась я, но когда профессор едва заметно выдохнул, я задумалась — а не подчистили ли мне память? Ведь не зря под кожей зудит странное воспоминание о важном разговоре. — Знаете что, мисс Грейнджер, я вас провожу, — Снейп больно схватил меня за локоть и буквально потащил к Гриффиндорской башне. Стоит ли говорить, что это была не самая приятная прогулка? Попрощавшись с молчавшим всю дорогу Снейпом, я буквально влетела в гостиную, чтобы, наконец-то закончить этот день. Но там, расположившись на диванчике, аккурат напротив дверного проёма, меня ждали Гарри, Рон и близнецы. По их взглядам я поняла — мой день только начался. — Привет, — я робко встала перед друзьями, не понимая, что сейчас будет. — Как дела? «Прекрасно, Гермиона, у нас дела», — подумал Фред, смотря на меня в упор. От его присутствия у меня потеплело в груди. И плевать, что смотрит он на меня исподлобья. Ответа вслух не последовало. Видимо, все ответили мне мысленно, что говорило только об одном — они в курсе моего маленького секрета. Я сосредоточилась на нитях, чтобы притянуть их и узнать хоть что-то о своей экзекуции. Но откликнулась только нить Фреда. Остальных не было. Я распахнула глаза и посмотрела на друзей. Видимо изумление и испуг читались так отчётливо в моём взгляде, что Гарри и Рон соскочили со своих мест и гневно посмотрели на близнецов, решив что они своими мыслями меня обидели. У меня же в ушах зазвенело и я перестала слышать то, что происходит вокруг. Толи паника, толи облегчение навалилось на меня и я поняла, что сейчас потеряю сознание. Я не слышу мыслей. Не слышу… «Гермиона, ты в порядке?» Хотя нет, мысли одного человека я слышу. Это меня слегка привело в чувства и я, на негнущихся ногах, прошла к креслу у камина. Первокурсник, сидящий там, тут же подскочил, уступая мне место. Паренёк хотел сесть в другое, стоящее рядом, но ему хватило лишь взгляда Рона, чтобы тот ретировался, оставив нашу кампанию наедине. Еще несколько раз попытавшись дотянуться до нитей, я окончательно убедилась в том, что осталась только одна. С этим можно жить, подумалось мне и я разревелась от облегчения. Позже, я сбивчиво рассказала всё друзьям, терпеливо дожидавшимся, когда моя истерика иссякнет. И, к их чести, они не стали меня ни в чём обвинять. Когда я закончила свой рассказ, Гарри отправился на очередную отработку, а Рон, совершенно неожиданно для меня, пошёл помогать Лаванде с домашними заданиями. Хотя, кто кому будет помогать — ещё вопрос. Близнецы, переглянувшись, направились к выходу. — Фред? — Парень обернулся, будто ждал, что я его окликну. — Мне нужно тебе кое-что сказать. — Иди, я тебя догоню, — Джордж кивнул, посмотрев на меня лукаво. Он хотел что-то сказать, но брат его остановил, прикрикнув. — Иди же уже! — Слушаю, — Фред сел в соседнее кресло и уставился на огонь, не желая смотреть на меня. Это очень задело и я задумалась — а стоит ли говорить ему? Но взвесив все за и против, всё же решилась. — Твои мысли я по-прежнему слышу, — эта новость заставила парня посмотреть на меня. Фред изумлённо вглядывался в моё лицо, решая говорю ли я правду. — Я не знаю почему ты остался, а других я больше не слышу, но обязательно найду ответ. Честно. «Ты уж постарайся», — подумал парень и ушёл, на прощание взъерошив мои волосы.