Вниз головой

Каждый раз, переступая порог директорского кабинета, Минерва вновь ощущала себя маленькой девочкой, впервые попавшей сюда больше полувека назад. Даже после того, как этот кабинет стал ее кабинетом, она каждый раз замирала на мгновение, прежде чем подойти к столу. Годы шли, а она все так же оглядывалась по сторонам, садясь в директорское кресло. Глупая и абсолютно бесполезная привычка, в конце концов она свела Минерву с ума: а как еще объяснить эту навязчивую идею в ее голове о том, что раньше — еще вчера — портретов было на один больше? Она весь день пыталась вспомнить человека на исчезнувшем портрете. Перебирала в уме имена, листала новое издание Истории Хогвартса в надежде отыскать там упоминание о директоре, чьего портрета не было на стенах ее кабинета. Попыталась восстановить в памяти то лицо, что видела на протяжении нескольких десятков лет, и голос, который исправно приветствовал ее по утрам все эти годы, но ничего не вышло. Наверное, сказала себе Минерва, он мне просто приснился. Несколько раз ей хотелось задать кому-нибудь вопрос о том, кто был директором до нее, но Минерва так и не смогла решиться на то, чтобы озвучить его. Дамблдор на портрете притворялся спящим, когда она бросала на него взгляд, и очень внимательно следил за ней все остальное время. Минерва это прекрасно знала, но ничего ему не говорила: зачем? Пытаясь отвлечься от мыслей об исчезнувшем портрете, Минерва покинула свой кабинет. Большой зал готовили к балу. По замку прогуливались родители, те, кто остался в Хогвартсе после церемонии вручения аттестатов. Повсюду летали новые драконы из магазина братьев Уизли — те самые драконы, с которыми учителя боролись всю весну, и наконец-то сдались. Во внутреннем дворе замка кто-то наколдовал снег — столько снега, что хватило на целую армию снеговиков. Снеговики стояли, неподвижные, посреди лета, совершенно некстати. — Смотрите! — завопил кто-то. — Они оживают! Минерва, улыбаясь, убрала волшебную палочку в карман мантии и поспешила покинуть двор. Между третьим и четвертым этажами ее кошачий слух уловил знакомые голоса, доносившиеся откуда-то издалека. Минерва остановилась на лестнице и прислушалась. Выглянула в небольшое окошко и заметила, что одно из окон библиотеки было нараспашку открыто, и там, на подоконнике, сидел Рональд Уизли. — И что теперь? — срываясь на крик, спросил Гарри Поттер. Рональд пожал плечами. На мгновение в окне показался один из близнецов Уизли, Минерва так и не научилась их различать. — Что вообще в таких случаях делают? — спросил женский голос. Ответа на этот вопрос Минерва различить не смогла: говорили слишком тихо. Путь до библиотеки по петляющим коридорам Хогвартса она проделала, перекинувшись в кошку. На входной двери висело объявление о том, что библиотека закрыта. Минерва толкнула дверь. Вслед за ней внутрь ворвался чей-то Патронус, обогнал ее и исчез за стеллажами, Минерва даже не успела различить его форму. Вскоре она услышала голос Рональда: — Чего это за зверь такой, а? Можно было бы ожидать, что Патронус принесет какое-то сообщение, но тот ничего не произносил. Когда она наконец добралась до окна, на котором сидел Рональд Уизли, то увидела, что Патронус вцепился в мантию мистера Поттера. — Что-то с Тедди? — спросил тот. — Чего ты, волчонок? — Мерлин! Моя голова сейчас взорвется, — Гермиона прислонилась к стене. — Минуту назад я не помнила Теда. Когда его волк ворвался в библиотеку, я не смогла его узнать. — По крайней мере, ты замечаешь несоответствия, — ответил ей Рональд. — И Джордж. И Гарри. — Джордж и Гермиона, но не я, — возразил Гарри. — Я не забывал Теда. Это не то же самое, так ведь? — Думаю, ты прав, — ответила Гермиона. — Я как будто бы помню два варианта развития событий одновременно. А ты, Джордж? — Аналогично. Джинни? — Мы здесь больше не одни, — произнесла Джинни, кивая в сторону Минервы. — Добрый день, профессор. Минерва сделала шаг вперед и, превратившись из кошки в человека, вместо приветствия произнесла тихо-тихо: — Кто был директором до меня? Ответьте, пожалуйста, это важно. — Только не говорите, что ответ Дамблдор — неправильный, — пробормотал Рональд. Гермиона помотала головой, и Джордж Уизли тоже. Минерва пристально посмотрела на каждого из своих бывших учеников, а после на стол, заваленный книгами. Она не видела названия всех этих книжек, но на многих корешках из тех, что были ей видны, в названии встречалось слово время. — Вы считаете, что кто-то переписывает историю, не так ли? Мне кажется... у меня есть основания полагать, что я знаю, кто это делает. — Кто же? — спросили они одновременно. Так, словно были не взрослыми людьми, а маленькими любопытными детьми. Минерва не смогла сдержать улыбку. — Вы, скорее всего, никогда о нем и не слышали. Ровесник ваших родителей, один из Пожирателей Смерти. Северус Снейп, так его звали. Гарри и Гермиона переглянулись. — Профессор, — произнес Гарри осторожно, — в том прошлом, которое помню я, Северус Снейп был директором Хогвартса до вас. Вы... вы этого совсем не помните? Минерва оперлась о краешек стола. Она вспомнила лицо человека с портрета, все, до мельчайших деталей. Его голос, интонации, и то, как эти двое с Дамблдором вечно о чем-то спорили. Вот только Северус Снейп, которого она помнила, все также оставался тем плененным мальчишкой с барахлом из ближайшего будущего в карманах. Лучше бы, подумала Минерва, этот недостающий портрет мне просто приснился.