Дыши

      Наше тяжелое дыхание еще больше усиливало внутренний жар, его пальцы осторожно исследовали мой живот, через меня словно пропускали электрические разряды. Но внезапно в доме зажегся свет, и Юнги оцепенел. У меня тревожно замерло сердце, я задержала дыхание. - О нет! - подскочив, воскликнул он. И, быстро схватив штаны, натянул их на себя.       Приподнявшись на локтях, я в полном шоке смотрела, как он надевает ботинки. - Оставайся здесь, - на ходу бросил он и захлопнул за собой дверь. - Юнги, ты где? - услышала я женский голос. «Нет, это, должно быть, какой-то дурацкий розыгрыш!» А потом раздался звук шагов по ступенькам. - Ой, - послышался чей-то голос - Кажется, мы не вовремя!       Под закрытую дверь проникла волна света. А ведь там вся моя одежда! Потом я услышала еще шаги и голоса. - Нет, - услышала я напряженный голос Юнги. - Я как раз навожу порядок. - Извини сынок, что мы вас потревожили, но пришлось домой вернуться раньше - сказала его мама. - Мама, перестань - ответил Юнги. А я в тусклом свете в его шкафу с трудом нашарила спортивные штаны и какую-то футболку. Одежда висела на мне, как на вешалке, но лучше уж так, чем остаться практически голой. - Всё всё я ухожу сынок - сказала она и Юнги зашёл ко мне в комнату. - Прости. Мне так жаль. Я понятия не имел, что они приедут - сказал он, когда мы шли до его машины. - Ничего. Все нормально. - Я спрятал твою одежду в шкаф. Обещаю вернуть в целости и сохранности. - Похоже, я больше не увижу своего свитера, да? - Ну, возможно, когда он перестанет пахнуть тобой, - ухмыльнулся он и обнял меня. - Обещаю, у нас еще все впереди. Я ведь никуда не уезжаю… Ну, по крайней мере, без тебя. - Я знаю. *** - Ты, мерзкая проститутка! - пробормотала за моей спиной Ючон, когда я подметала на кухне пол. - Что тебе пришлось сделать, чтобы вот это заработать? - потянулась она к моему кулону. Глаза ее сверкнули недобрым огнем. - Не можешь же ты серьезно верить, что ему на тебя не наплевать! Скорее всего, он снял его с девушки, которую трахал до тебя. - Заткнись, Ючон! - осадила я ее. - Что ты сказала?! - взвизгнула она с такой яростью и с размаху залепила мне звонкую пощечину. Швабра выпала из моих рук и с грохотом упала на пол.       И тогда весь душивший меня гнев выплеснулся наружу. Я подняла сжатую в кулак руку. - Ты что, собираешься меня ударить?! - оскалилась она. - Ну давай, попробуй. Поглядим, что у тебя получится. - Да не дергайся ты так, я ведь не ты - отрезала я. - Меня от тебя тошнит.       Ючон уставилась на меня с неприкрытой злобой. Она вцепилась в мое предплечье, но я с силой стряхнула ее руку. - Ах ты, сука поганая! - взревела она, налетев на меня с неожиданной для такой маленькой женщины силой.       Она схватила меня за плечи, чтобы отшвырнуть в сторону двери, но я споткнулась о лежавшую на полу швабру. А затем раздался звон разбитого стекла: мой локоть прошел сквозь стеклянную панель, и руку сразу обожгло невыносимой болью.       Я прямо взвыла, когда множество острых осколков впились в руку. Прижав к себе раненый локоть, я смотрела, как между пальцев, капая на пол, струится кровь. И когда стекло еще глубже вонзилось в плоть, слабо застонала. - Какого черта здесь происходит?! - воскликнул прибежавший со стороны веранды мой дядя. И замер от ужаса, увидев, что я лежу на полу в луже крови среди битого стекла. - Это был несчастный случай. Клянусь, она поскользнулась. - Не стой столбом! - заорал он. - Неси полотенце! - Тебе срочно надо в больницу - сказал он. - В порезах застряло стекло. Возможно, потребуется наложить швы. - Прости меня - заскулила Ючон. - Все. После поговорим. Когда я вернусь - по-прежнему не глядя на нее, бросил он.       До больницы мы ехали в напряженном молчании. В приемном покое врач осмотрел меня и сделал обезболивание, чтобы вынуть осколки и наложить швы.       Я рассчитывала, что, когда мы приедем домой, не увижу машины Ючон. Даже не знаю почему. Может, просто надеялась, что она уедет. Я прошла в свою комнату и закрыла за собой дверь. Анестезия еще не отошла, но рука уже начала потихоньку болезненно пульсировать. Я легла на кровать и уставилась в потолок, не чувствуя ни печали, ни гнева, а только какую-то странную опустошенность.       Доктор не велел мне целые сутки мочить швы, и теперь было совершенно непонятно, как принимать душ. Я подумала о том, как в таком виде покажусь на глаза Дживон и Юнги, и застонала. Боже, а нельзя ли вообще сегодня не ходить в школу? *** - Она дома? - спокойно спросил Юнги, когда я села в машину. Естественно, он сразу все понял. Я, конечно, надеялась, что длинный рукав скроет повязку, но она отчетливо проступала из-под тонкой ткани. Да и моя опухшая физиономия говорила сама за себя. - Нет - отвернувшись к окну, прошептала я. - Уехала на несколько дней к матери. - Ты больше не можешь здесь оставаться. - Я знаю - одними губами беззвучно произнесла я.       Глаза снова защипало от непрошеных слез. Я боялась на него посмотреть. Остановившись на школьной парковке, Юнги закрыл машину и резко повернулся ко мне. - Сохён? - тихо позвал он меня. - Ты в порядке?       Но я только помотала головой.       Тогда он ласково погладил меня по щеке, а я буквально рухнула к нему на грудь и разревелась. Он не отпускал меня до тех пор, пока у меня не кончились слезы. Я вытерла мокрое лицо и заглянула в его дымчатые глаза. И увидела в них столько боли, что еще немного - и у меня разорвалось бы сердце. Потом он закрыл глаза и нежно поцеловал меня. - Ну что, а сейчас ты готова уйти? - нашел он в себе достаточно сил посмотреть на меня.       А когда я поняла, что именно он мне предлагает, то чуть было не потеряла сознание. И у меня сразу перехватило дыхание и застучало в висках. - Завтра, - попросила я. Мне нужен был хотя бы день на размышление. - Сегодня ее дома не будет. Вечером я соберу вещи, а завтра уедем, когда пожелаешь. - Значит, так. Собери все, что тебе надо, и прямо с утра мы уезжаем.       Мы тихонько шли рядом по школьному коридору. И он все время старался взять меня за руку или обнять за талию. - Вы что, оба с ума сошли?! - возмутилась Дживон, когда Юнги изложил ей наш план. - Интересно, и на что вы рассчитываете? И как долго вы будете в бегах?! - У меня есть план - признался Юнги. – Я вам позже скажу, обещаю.       Дживон недоверчиво покачала головой. Она явно не понимала, куда это все может нас завести. И опять же, в этом ее жесте я увидела отражение собственных чувств.       После урока журналистики меня вызвали в кабинет директора и я пошла на трясущихся ногах..Очутившись в комнате, я оцепенела при виде сидевших за столом для переговоров учителей. - Сохён начальственным тоном произнес Директор. - Присаживайся.       Испуганно переводя взгляд с одного лица на другое, я осторожно села на стул с краю. Зачем они здесь собрались? Хотя я прекрасно знала ответ. - Мы собрались здесь, потому что очень переживаем за тебя. Мы хотим, чтобы ты объяснила нам, откуда у тебя эти травмы. Тебя кто-нибудь обижает? - Нет - покачала я головой, почувствовав, как включились защитные рефлексы. - Мы вовсе не собираемся осложнять тебе жизнь - сказала учитель из художественного класса. – Мы здесь потому, что действительно за тебя волнуемся и хотим помочь. Но кто-то все же это делает. Пожалуйста, скажи нам. - Не могу! - Я чувствовала, что задыхаюсь. - Сохён, я понимаю, что тебе тяжело, – вмешалась в разговор школьный психолог. - Но мы обещаем, что, если ты нам все расскажешь, никто не пострадает. Мы постараемся. - Вы не знаете, - прошептала я. - Нет, я не могу этого сделать.       А потом я вскочила и кинулась к двери. За спиной раздался скрип стульев. Они явно собирались меня остановить. - Пусть идет. Я бежала по коридору, обливаясь слезами. Но у дверей кабинета журналистики вытерла лицо и постаралась отдышаться. - Нам надо срочно уходить, - выпалила я, ринувшись к своему шкафчику. - Что случилось? - Они пытаются выяснить, что происходит, но я им ничего не сказала. Дживон, надо поскорее отсюда выбираться! - А куда ты хочешь поехать? - Давай вернемся домой, чтобы я могла собрать вещи, а куда дальше - мне безразлично. - Мне пойти с тобой? - бросила взгляд в сторону нашего пустого дома Дживон. - Нет, я недолго. *** - Сохён? - услышала я голос дяди. Я продолжила лихорадочно складывать вещи и даже не повернулась к нему, когда он вошел в мою комнату. Он с удивлением посмотрел на лежащие на кровати сумки. - Ты понимаешь, что творишь?! Мне только что позвонили из школы и сообщили, что ты уехала страшно расстроенная и нам следует явиться туда для серьезной беседы. Что такого ты им наговорила? - Не беспокойся! - повернулась я к нему и слегка повысила голос: - Ничего я им не сказала! Но здесь я не останусь. Все, я не могу так больше жить! Я не могу жить с ней! - Сохён, я понимаю, что ты сейчас расстроена. Но я обещаю, что мы найдем способ все утрясти. Сегодня Ючон ночует у своей матери. А завтра мы пойдем в школу и разберемся. Просто останься до завтра, и если после встречи в школе не передумаешь и захочешь уехать, мы это устроим. Ну как, идет?       У меня в голове был полный сумбур. Он что, серьезно? И что, действительно позволит мне завтра уехать? И мне, возможно, не придется срываться с места и отправляться туда, куда решил Юнги? Я могу остаться здесь? Хотя бы на одну ночь. - Хорошо, - прошептала я. - Почему бы тебе тогда не сказать Дживон, что вы с ней встретитесь завтра? - сказал он и я пошла до машины. - Знаешь, я остаюсь - спокойно сообщила я ей. - Ее сегодня дома не будет. А завтра мы вместе поедем в школу, чтобы все уладить. Еще он обещал, что если после встречи я по-прежнему захочу уехать, то меня никто держать не будет.       Дживон вылезла из машины и крепко обняла меня. Мы обе утерли слезы и попрощались. - Ну что, тогда до завтра? - спросила я внезапно охрипшим голосом. - Постарайся убедить его, что все будет хорошо и мы увидимся завтра. Ну пожалуйста! - Я постараюсь. - Заставь его тебя послушаться. Обещаю, все будет в порядке. ***       Я попыталась пошевелиться, но что-то меня держало. Ничего не понимая, я попробовала поднять руки – и не получилось. Я начала быстро-быстро дышать носом, так как рот почему-то был чем-то залеплен. Тогда я принялась судорожно озираться – кругом было темно.