Lives Full of Lies

Минуты. Часы. Дни. Одна неделя. Две. Чанель наблюдал за стрелками часов. В его животе все еще отдавало чувством вины. Почему он испытывает такие чувства? Почему он так сердится? Разочарование. Сожаление… Он жалеет о расставании с Бэкхеном? Хотя он говорил «нет», крошечная часть его кричала, чтобы он вернул Бэкхена. Оглядывая комнату в доме своей семьи, Чанель понял, как он одинок. Прийти бы сейчас с работы и ждать, пока Бэкхен вернется домой. Он скучал по глазам-улыбкам Бэкхена, которые всегда подбадривали его, несмотря на то, как дерьмово он себя чувствовал. Он скучал по характеру Бэкхена. Он скучал по нему. Уже поздно… Уже слишком поздно… напоминал себе Чанель. Он застонал, перевернулся на другой бок и увидел, что прошло уже полчаса. Он правда думал о Бэкхене в течение тридцати минут? Высокий вздохнул, закрывая глаза, и попытался поспать оставшиеся четыре часа, чтобы завтра заставить себя пойти на работу. У Бэкхена все в порядке на работе? По-прежнему ли у него болит тело? Чанель вспомнил, когда он и Кенсу решили грубо заняться сексом, в результате чего на следующий день сильно болела спина. Бэкхен немедленно позвал его на кровать для массажа, желая помочь парню освободиться от боли в мышцах, не зная той отвратительной причины, почему она болит. Затем Чанель напрягся, когда вспомнил Бэкхена, вломившегося в квартиру. С искаженным от боли лицом он достал грелку и положил на спину. Но когда вошел Чанель, парень натянул рубашку на тело, не показывая Чанелю, что ему больно. Теперь он глубоко задумался об этом… почему он не влюбился в Бэкхена раньше? Почему он любил Кенсу, который порвал с ним, изменив с другим? Это потому что ты слишком сильно чувствовал вину, чтобы попытаться изменить себя и полюбить его. Сознание Чанеля ругало самого себя. Ты мог бы полюбить его, но ты всегда был слишком занят, утопая в чувстве вины. Верни его. Попробуй. Чанель закусил губу, кивнул сам себе и закрыл глаза, истощение от нехватки сна за последние несколько недель наконец нагнало его.

~*~

Потные ладони. Тревожные вздохи. Учащенное сердцебиение. Чанель сделал глубокий вдох и посмотрел на свою и Бэкхена старую квартиру, не зная, живет ли он тут после их разрыва. Заставив себя сделать несколько шагов, Чанель закрыл глаза, три раза постучал в дверь и стал ждать ответа. Подождите… разве Бэкхен не работает в это время? Ты идиот, Пак Чанель. Парень нервно засмеялся, развернулся в противоположную сторону и почти побежал к своей машине, смущенный собственным провалом. Делая вдох, Чанель расслабился в кресле и облизнул губы. К офису Бэкхена. Чанель нахмурил брови, когда увидел, что стул Бэка пустовал. Где он может быть… в офисе отца? Вытирая ладони о джинсы, Чанель нервно улыбнулся другим работникам и пошел к лифту, нажимая тридцать первый этаж. Сотрудники любопытно посмотрели на него, удивленные его приезду, но отвернулись, ничего не спрашивая. Вскоре перед ним появились пугающие бордовые стены, Чанель сделал смелый шаг на красный ковер в имперском стиле. Он мысленно поощрил себя и дошел до кабинета господина Бен. - Ты собираешься навестить Бэкхена сейчас? Руки Чанеля остановились прямо перед дверной ручкой, когда он услышал имя Бэка. Так его там не было? Тогда где же он? И с кем разговаривает господин Бен? - Да… ему… ему становится немного лучше, но в конце концов все бессмысленно. Глаза Чанеля расширились при звуке голоса госпожи Бен. Когда последний раз он видел или слышал ее? Года три назад? Она должна быть в Японии. Чанель вспомнил, как расстроился Бэкхен, когда его мама улетела управлять филиалом компании, находящимся в Японии. Чанель почувствовал, как сердце учащенно забилось, когда тихий шепот смолк. - Пак Чанель. Я знаю, что ты здесь. Входи. Чанель распахнул глаза при звуке голоса господина Бена. У него чуть не случился приступ от страха, что его засекли. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Я облажался. Чанель облизнул губы, нерешительно открывая дверь, и шагнул, приковав глаза к полу. - Что привело тебя сюда? – спросил мистер Бен, сверля Чанеля глаза насквозь. – После того, как ты бросил моего сына, я думал, тебе больше нет смысла приезжать сюда. Чанель напрягся и осторожно посмотрел на мужчину. Госпожа Бен стояла рядом с мужем, мягко смотря на Чанеля. - Я… это… из-за Бэкхена, - заикался Чанель, думая о том, что прийти сюда, было самой большой ошибкой. - Бэкхен? – мистер Бен поднял бровь. – Что тебе нужно от Бэкхена? Ты хочешь увидеться с ним, чтобы его чувства к тебе вернулись? Ты не удовлетворен тем, что разбил ему сердце? Хочешь заставить его страдать еще больше? - Дорогой, - прошептала госпожа Бен, положив руку на плечо мужа. Он сбросил руку жены и встал со стула. - Разве ты не помнишь, что обещал мне, когда я предложил тебе сделку? Ты обещал не смешивать настоящую личную жизнь с Бэкхеном. И к чему это привело? Ты бросил его из-за Кенсу, - резко сказал мужчина. - Я знаю, сэр. Я нарушил обещание. Я прекрасно понимаю положение, в котором сейчас нахожусь. Я должен был держать свою личную жизнь в секрете. Это было ошибкой – нарушить обещание, - оправдывался Чанель, переминаясь с ноги на ногу, - я знаю, как вы сейчас ненавидите меня. Я полностью понимаю вас, ведь вы ненавидите меня за то, что я сделал Бэкхену больно, но я понял, насколько был глуп. Я хочу вернуться к Бэкхену снова. Мне не важны деньги или что-то еще. Мне просто нужен Бэкхен! – Чанель закрыл глаза и поклонился на девяносто градусов. Господин Бен вскинул брови. В комнате стояла тишина. Двое взрослых смотрели друг на друга и снова обратили взгляд на стоявшего в поклоне парня. - Чанель, - прошептала госпожа Бен, идя к Чанелю и поднимая его. – Я знаю, что это всё правда, что ты сейчас сказал… но будет лучше, если ты забудешь о нем. Глаза парня расширились, и он покачал головой. - Нет, я не могу. Пожалуйста, дайте мне еще один шанс! Я не буду… я не буду больше таким! Я обещаю! Я нуждаюсь в Бэкхене! – Чанель мягко ахнул, когда понял, что он только что сказал. Почему он так отчаянно пытался вернуть Бэка обратно? - Чанель, - позвал мужчина, - мы хотим, чтобы ты не виделся с ним не только для его пользы, но и для твоей. Чанель нахмурил брови, как к нему подошел господин Бен. В его глазах были эмоции, которые парень никогда прежде не видел. - Забудь о Бэкхене. Чанель молчал, изучая глаза мужчины. Он что-то скрывает. Он знал. Чанель вспомнил, что когда-то Бэкхен сказал ему, что глаза – зеркало души. Что-то было не так. - Что случилось? – прошептал Чанель, не нарушая зрительного контакта с отцом Бэкхена. Парень чувствовал страх и тревогу на сердце, продолжая ждать ответа. - Тебе не нужно знать, - ответил господин Бен. - Мне нужно знать. Вы что-то скрываете, - голос Чанеля был полон доверия. – Скажите мне. Что случилось? - Дорогой… Я думаю, пришло время узнать Чанелю, - прошептала госпожа Бен. Чанель посмотрел на мать Бэкхена, задаваясь вопросом, что она имеет в виду. Господин Бен вздохнул и пошел к своему креслу. Трое молчали, ожидая, кто заговорит первым. - Чанель. Ты знаешь, почему я платил тебе, чтобы ты встречался с Бэкхеном? – наконец нарушил молчание мужчина. - П-потому что… я искал работу, и вы хотели помочь мне. - Почему ты думаешь, что я просил тебя скрывать Кенсу от Бэкхена? Почему ты думаешь, я так настаивал на этом обещании? - Потому что тогда бы Бэкхен узнал, что у меня есть настоящий парень. Господин Бен кивнул и посмотрел на Чанеля. В его глазах показались новые эмоции. - Тогда ты прекрасно понимаешь, что все это время лгал Бэкхену, верно? - Я… я… да… Я врал ему, - позорно признался Чанель. - Ну, он тоже всё это время тебе лгал. - Что, п-простите? – голос Чанеля задрожал. - Я встретил тебя, когда тебе было тринадцать. Бэкхену тогда тоже было тринадцать. А еще у него была болезнь сердца. Синдром Эйзенменгера, если быть точным. Это случилось во время рождения Бэкхена… Он жил с тем фактом, что должен умереть до своего двадцатилетия. Однажды он сказал мне… что хочет любить и быть любимым. Тогда я нашел тебя, - сказал мужчина, смотря на Чанеля. – Ты знаешь, как я платил, чтобы ты встречался с Бэкхеном? Чанель кивнул головой. - Это был не я. Бэкхен тот, кто платил тебе все это время. Чанель почувствовал, как дыхание сперло, а челюсть отвисла. - Он первый увидел тебя, когда мы гуляли по Сеулу. Он заметил тебя и с тех пор не мог перестать говорить о тебе. Поэтому он решил платить тебе, чтобы ты встречался с ним… просто только так он смог бы испытать чувство любви, прежде чем умереть. Я был против всего этого. Я не собирался разрешать Бэкхену делать больно себе и еще платить тебе, но когда я увидел, как ярко он улыбается каждый раз, когда упоминает «таинственного мальчика с доброй улыбкой», я изменил свое мнение. Тогда я снова встретил тебя и предложил заплатить, - господин Бен вздохнул. – Когда… когда вы официально познакомились… улыбка на лице Бэкхена… Я никогда в жизни не видел его таким счастливым. Чанель прикусил губу и отвернулся к окну. На глаза навернулись слезы. Бэкхен… платил ему всё это время? Улыбки… смех… сколько бы этого не было, Бэкхен действительно страдал внутри, зная, что Чанель никогда не любил его? - Я пришел в такую ярость, когда узнал, что ты уже встречаешься с мальчиком Кенсу, - сказал мужчина, называя последнее имя и стискивая зубы. – Я заставил тебя пообещать, что Бэкхен никогда не узнает о нем. Было и так слишком больно для Бэкхена знать, что ты его не любишь. Я собирался сделать так, что бы он никогда не узнал о Кенсу. Но… ты нарушил обещание два года назад, - выплюнул мужчина, - вы были слишком беззаботны. Прогуливались по Сеулу и держались за руки. Я и Бэкхен были в ресторане на деловой встрече в этот день, туда же вошли ты и Кенсу. Выражение лица Бэкхена, когда он смотрел, как ты целовал Кенсу и кормил едой, навсегда останется в моей голове. Чанель повернулся к мужчине с распахнутыми глазами, из которых тихо по щекам катились слезы. Он заметил, что господин Бен тоже плакал. - Он сделал вид, что никогда не видел этого. Через несколько минут выражение его лица изменилось и не выражало никаких эмоций, что я подумал, что душа покинула тело. Два года, Чанель. Он любил тебя так сильно, что смирился с фальшивыми «я люблю тебя», которые ты говорил ему, лишь бы ты остался с ним, - выдавил господин Бен. – А теперь… теперь он подключен к аппарату в больнице. Его жизнь сейчас зависит от холодной, жесткой машины. Ты бросил его, когда он нуждался в тебе больше всего. Ты оставил его, когда он стал наиболее уязвим. Он любил и поддерживал тебя, несмотря на всё дерьмо между тобой и Кенсу. И что он получил? Пинок и возможность умирать в одиночестве! - Бэк… - хрипло прошептал Чанель. – Бэкхен… - Иди к нему, Чанель, - прошептал господин Бен, - пожалуйста, сделай его счастливым, перед тем, как он умрет... пожалуйста… заставь его улыбаться в последний раз… Чанель кивнул головой, утирая слезы. Он остановился как вкопанный, когда почувствовал руку на своем запястье. Повернувшись, он увидел госпожу Бен, протягивающую ему сумку. - Пожалуйста, возьми это с собой. Он попросил меня, чтобы я принесла это… он сказал, что это самое важное его сокровище, и что бы оно было рядом, пока он уходит, - прошептала женщина с грустной улыбкой. Глаза Чанеля расширились, когда он увидел игрушку - щенка, что он купил для Бэкхена. - Бэкхен, - плакал Чанель. Его руки дрожали, когда он взял сумку из рук женщины. Слезы теперь текли без остановки. – Я… я сделаю это. Госпожа Бен улыбнулась и кивнула. Чанель зарыдал и вышел из помещения, идя к лестнице. Его не волновало даже то, что там был тридцать один лестничный пролет. Бэкхен. Бэкхен. Бэкхен. Чанель вытер слезы и на автомате зашагал по лестнице. В голове был Бэкхен и только Бэкхен. Не замечая, что он уже несся по лестнице, игнорируя любопытные и взволнованные взгляды сотрудников, Чанель выбежал из здания к своей машине. Он быстро сел в нее и вдавил ногой на педаль газа, не заботясь об ограничении скорости. - Бэкхен. Бен Бэкхен! – кричал Чанель. Его не волновало, что в глазах все еще стояли слезы, и он кричит имя Бэкхена, чтобы узнать номер его палаты. Медсестра, уже видимо привыкшая к таким ситуациям, быстро пробила имя. - Б-582. - Спасибо, - сказал Чанель и понесся в сторону западного крыла больницы. Еще немного, Бэкхен. Просто подожди еще немного. Чанель, задыхаясь, прибежал к правильной палате. В его груди бешено колотилось сердце. Что он должен сказать Бэкхену? Как оба они отреагируют? Спрятав все волнения, Чанель постучал в дверь три раза и открыл ее. - Ма? Ты при…несла… это… - мягко спросил Бэкхен. Его голос поник и глаза расширились, когда он увидел Пак Чанеля.