Давай сыграем?..

— Скажи еще раз. — Нет. — Скажи. — Не буду. — Марс? — Ох, хорошо... Пожалуйста, трахни меня. "Какой же ты, сука, упрямый". Довольно улыбнувшись, Руслан вновь припал к любимым губам. Они сидели точно в такой же позе, как тогда в родительском доме, лаская тела друг друга и самозабвенно целуясь, в моменте нежности и счастья полностью растворяясь. Но теперь они были одни, в квартире Руслана, без лишних свидетелей и мешающей одежды, полностью обнажены и сильно возбуждены, на мятой кровати соединившись в одну общую фигуру. Впившись пальцами в Марсовы бедра, Руслан раскачивал его над собой, скользя членом меж ягодиц парня, но в него, дразня, не проникая, возбужденного до предела брата заставляя о последнем шаге его умолять. "Трахни меня" — выдохнул Марс в губы Руслана, и у того поджались яички. Резко остановившись, Кузнецов заглянул в потемневшие от желания карие глаза, в расширившихся зрачках своего младшего брата утопая, от его хриплого голоса, столь откровенной просьбы и запаха окончательно сходя с ума. Марсель был уже хорошенько растянут и находился в одном шаге от долгожданного оргазма. Но, не собираясь у своего рыжего искусителя так легко идти на поводу, Кузнецов тому желаемого упрямо не давал, растрепанного и взмокшего мальчишку с больным и ошалелым взглядом прося сказанное еще раз повторить, чтобы этим мгновением насладиться сполна. — Трахнуть? — Пожалуйста, Рус... Довольный собой Кузнецов улыбнулся. Подхватив Марса под ягодицы, Руслан чуть приподнял того над собой, заставляя парня встать на колени, с готовностью подчинившегося ему брата целуя в плечо, пока рукой направлял свой член в истекающее смазкой отверстие. Прислонившись головкой к мягкому кольцу, Кузнецов еще на одно мгновение замер, тяжело дышащего над ним Марса кусая за ключицу, оставляя на белой коже следы. Этим мальчишкой Руслан все никак не мог насытиться — он готов был сожрать его целиком. Проглотить Марселя, не подавившись, но даже тогда все равно остаться голодным, из адекватного и нормального человека постепенно превращаясь в какого-то больного фетишиста. Исследуя тело брата своими губами и языком, Кузнецов не раз оставлял после себя следы, бледную кожу Марселя украшая возбуждающими деталями, от одного только взгляда на которые на следующий день у Руслана стояло так, что было даже больно. Младший его животным порывам никогда не сопротивлялся. Казалось, Марселю даже, наоборот, нравилось видеть на своем теле засосы и отпечатки зубов. Глядя в зеркало на меченные живот, грудь и бедра, он чувствовал свою принадлежность Руслану, довольно улыбаясь, стоя в ванной, рассматривая свое отражение с потемневшими от возбуждения глазами. На теле Руслана было уже пять татуировок. На Марселе — следы его страсти и любви. Лаская руками украшенные разными чернилами фигуры, оба любовались своими творениями, даже в кромешной темноте умея рассмотреть то, что чертили они друг на друге, обнаженные тела доводя до исступления и сладостной муки, каждый половой акт превращая в произведение искусства. Они могли часами не вылезать из кровати — лениво целоваться, пока Руслан брал Марса сзади, лежа вместе с ним на боку; или бешено трахаться, как ошалелые кролики, заливая простыни спермой Марса, в умелых руках Кузнецова кончающего за ночь по несколько раз. Но одно всегда оставалось неизменным: Руслан брал на себя ведущую роль и трахал младшего брата — нежно или грубо, в зависимости от того, как хотел это сделать Марсель. Однако, сегодня Кузнецову хотелось подразнить своего парня, попросившего трахнуть его Марса от желания и похоти вынуждая сгорать, капая смазкой на его бедра, умоляя Руслана скорее его натянуть на себя. Посасывая мягкую кожу плеча и больно кусаясь, Кузнецов не спешил входить в Марса, в нетерпении ерзающего над ним возбужденного парня вынуждая взять ситуацию в свои руки, и, громко вскрикнув в темноте, на его член насадиться самостоятельно. Сразу на всю длину. — Ох... — Блять. Выдохнули они синхронно, чувствуя одно и то же, но с разных сторон — давление и наполненность в заднем проходе, cильно сжимающую вокруг тесноту. Опустившись на бедра Руслана, Марсель замер, позволяя своему телу привыкнуть к инородному органу внутри, отпустившего его плечо Кузнецова целуя в губы, своим юрким языком приглашая язык Руслана на танец, за время долгого и глубокого поцелуя чуть расслабляясь, притупляя боль. Марсель знал, что после боли обязательно придет наслаждение, и первые секунды после проникновения стойко терпел, царапая плечи старшего брата, Руслана, не привыкшего к тому, что Марс проявляет такую деятельность в их общей постели, своими действиями заводя только сильней. Кузнецов едва сдерживал себя, чтобы не крутануться в пространстве и, подмяв под себя Марса, не трахнуть того, как умел — глубоко и сильно, с размаху засаживая брату по самые яйца, доведенного до исступления парня вбивая в кровать с громкими пошлыми стонами и хлюпаньем смазки. Понимая, что сегодня Марс впервые сам проявил инициативу, Руслан что есть сил стойко терпел, сдерживая внутри свои желания и животные порывы, позволяя брату удобно устроиться задницей на его бедрах и самому решать, как в этот раз все у них будет. Сегодня парадом командовал Марсель. Качнув задом, младший проверил свою готовность, находившийся внутри него член чуть сильнее сжимая, и, получив от Руслана подбадривающий стон, осторожно приподнялся вверх и насадился обратно, чувствуя, как внутри все распирает и ноет от ощущения наполненности и сильного давления на мягкие стенки. В этой позе все чувствовалось совершенно иначе — не так, как привык чувствовать Марсель. Самостоятельно контролируя глубину проникновений, обычно безоговорочно доверяющий Руслану парень теперь руководствовался только своими собственными ощущениями, передавшего ему бразды правления брата объезжая медленно, неторопливо и плавно. Руслану такой расклад вещей, определенно, пришелся по вкусу. Продолжая вылизывать рот Марса изнутри, он не совершал ни одного лишнего движения, позволяя мальчику скользить по своему члену в нужном и комфортном для него темпе, при каждом новом проникновении в горячую глубину чувствуя приятную волну удовольствия и наслаждения. Торопиться им было ни к чему. Наслаждаясь близостью с Марселем без лишней и неуместной сейчас животной похоти, Руслан в очередной раз осознал, что секс может быть не только инструментом физического удовлетворения, но и духовным единством, под своим мальчиком чувствуя себя сейчас абсолютно счастливым и довольным, каждое ощущение в своем теле записывая на корочку мозга, чтобы потом в воспоминаниях пережить его вновь. Марсель двигался вверх-вниз и немного по кругу, растягивая себя членом Руслана и чуть ускоряя темп, в руках брата горячо и страстно танцуя, и себя, и его доводя до вершины удовольствия. О живот Кузнецова терся его истекающий смазкой обрезанный член. Руслана безумно заводил тот факт, что Марсель в моменты максимального своего возбуждения тек перед ним, как заправская шлюха на трассе, голодному брату позволяя пачкать пальцы в секрете и их сосать, вкусом своего похотливого мальчика наслаждаясь как самым изысканным блюдом. Запах и вкус Марселя стали наркотиком для Кузнецова. Он, не смущаясь, с большим удовольствием делал ему минет, позволяя брату кончать глубоко в его горло, без единого сомнения проглатывая его сперму, от ощущения стекающего по стенкам пищевода семени максимально возбуждаясь. И сзади мальчика Руслан вылизывать очень любил, до секса, вместо него и даже после, смущенного подобными действиями брата доводя до второго оргазма за ночь, его и так уже довольно сильно растраханную дырочку обсасывая и облизывая с большим удовольствием. Его мальчик был чист — к тщательной подготовке в душе его Руслан еще в самом начале их странных отношений приучил, показав, как правильно перед анальным сексом мыться. И, не боясь того, о чем девочки в своих фанфиках не пишут, Кузнецов со спокойным сердцем нырял языком туда, куда только недавно толкался членом, уже доведенного до анального оргазма брата вновь заставляя кончать, во время римминга не чувствуя себя грязным. Но сегодня ответственным за оргазмы был назначен Марсель. Его твердый розовый пенис терся о живот Руслана, пока младший его объезжал, при каждой новой фрикции и ударе головки члена Руслана о простату лишь сильнее напрягаясь и набухая, увлеченного процессом Марса доводя до исступления, заставляя раскачиваться и скакать на бедрах Кузнецова с большей амплитудой и скоростью. Боги, каким горячим и сексуальным был в эту секунду Марсель. Забывая обо всем остальном, рыжий мальчишка двигал задницей, насаживаясь на член Руслана по самые яйца, своего парня вынуждая громко рычать и стонать — Кузнецов получал какое-то неописуемое удовольствие от того, в какой возбуждающей ипостаси представал перед ним сегодня его младший брат. Некоторое время назад Марсель, смущаясь, попросил Руслана его трахнуть. Но сейчас, Кузнецов был готов голову дать на отсечение, именно Марс его трахал. Собой. Своим охуенным и идеально подходящим Руслану телом. Узкой задницей, в которой Кузнецову было так хорошо, что он забывал как дышать, моргать и существовать. О всех своих прошлых партнерах Руслан забывал, находясь в Марсе, понимая, что ни с одним человеком на этой чертовой планете ему никогда не было и не будет так хорошо. Конечно, ведь у него теперь есть свой личный Марсианин. Рыже-лопоухое чудо, с таким рвением и азартом вытрахивающее сейчас из него все оставшиеся силы и соки, что Руслану становилось дурно, доведенному до предела Кузнецову не оставляя ничего, кроме как расслабиться и получать удовольствие, оргазма младшего брата дожидаясь, чтобы кончить вслед самому. К члену Марселя Кузнецов не прикасался — прекрасно знал Руслан, что младший кончит и без него. Впиваясь пальцами в напряженные бедра Марса, старший, не двигаясь, из последних сил терпел эту сладкую муку, чувствуя, как вокруг его собственного члена начинает все сильно сжиматься, скачущего на нем брата подталкивая к краю пропасти, чтобы бросить того в спасительную темноту. Кончал Марсель, как всегда, долго и обильно, пачкая спермой сразу два живота, благодаря тому, что на пике удовольствия он так и не прекратил резких и глубоких движений на члене брата, самому Руслану в награду за терпение даря сильнейший в его жизни оргазм. Наполняя семенем презерватив, находясь глубоко внутри Марса, Кузнецов громко выл и скулил, в губы тяжело дышащего парня вцепляясь зубами, вместе с рыжим инопланетянином наслаждаясь мощной волной эйфории, прошедшей по всему телу от пальцев ног до кончиков волос. Момент настал. Они освободились. Достигли пика наслаждения, деля его поровну на двоих, к физическому удовлетворению добавляя ментальную близость, чувствуя приятного рода тепло в груди от осознания того, что они вновь стали единым целым. Уставший Марсель уронил голову Руслану на плечо. — Пиздец, — хрипло выдохнул старший, замершего на нем мальчика крепко обнимая за талию и прижимая к себе. Не двигая Марса, чтобы не причинить тому боли, но и не имея сил и желания того от себя отпустить. Была бы воля Руслана, он бы навеки приклеил себя к этому парню, чтобы даже миллиметра свободного пространства между ними не осталось. Но, понимая, что находиться в таком положении Марсу в скором времени будет крайне дискомфортно, Кузнецов его спустя несколько секунд все же отпустил, позволяя Марселю слезть с него, аккуратно придерживая свой все еще немного возбужденный член и укладывая его на бедро. — Все хорошо? — обернувшись на упавшего на постель рядом Марса, обеспокоенно спросил Кузнецов. Они не в первый раз уже занимались сексом, и сегодня, можно сказать, даже особо не усердствовали, но за состояние своего мальчика Руслан всегда переживал, Марселя тщательно осматривая на предмет травм и повреждений после многочисленных оргазмов, обрабатывая его анус кремом после особенно страстных и глубоких проникновений. — Все просто замечательно, — широко улыбнулся Марсель, довольный собой и произведенным на Руслана эффектом. И так посмотрел на Кузнецова, что у того прострелило в паху — никогда не видел старший столько разврата и похоти в этих невинных карих глазах. — Не знал, что "асексуальные" подростки могут быть настолько, кхм, страстными и горячими в постели, — усмехнулся Руслан, тут же зардевшемуся ушами парню напоминая о той наглой лжи, что толкнула их в объятья друг друга. — Иди в зад, — смеясь, беззлобно огрызнулся Марсель. — С удовольствием. Но, боюсь, твоя задница второго подряд захода не выдержит, — продолжая улыбаться, наклонился к парню Кузнецов, обнаженное плечо лежавшего на спине Марса целуя, оставленные его зубами метки зализывая и залечивая своим языком. — Душ вместе примем или по очереди? — оставив несколько мягких поцелуев на горячей и соленой коже брата, поинтересовался Руслан, поднимаясь, чтобы стянуть презерватив с члена, пока тот окончательно не опал. — В ближайшие двадцать минут я точно никуда не пойду, — устало и измученно ответил Марсель. Он лежал рядом обнаженный, изнеможенный и затраханный — у Руслана от одного взгляда на него такого снова начал вставать. — А кто тебе сказал, что ты сам пойдешь? — усмехнулся Кузнецов, спрыгивая с кровати и наклоняясь, протяжно застонавшего брата подхватывая на руки, чтобы своего порочного ангела отнести в ванную и хорошенько его там отмыть. Ну, может, отсосать еще ему потом в благодарность за подаренный минутами ранее сногсшибательный оргазм. — Хей! — попытался было возмутиться рыжий, но в противовес своей же интонации и словам шею Руслана опутал руками, старшего брата обнимая и счастливо улыбаясь. — Вечно ты таскаешь меня на руках, как девчонку, — заглядывая Кузнецову в глаза, пожаловался Марс. — Хочу и таскаю, — ответил Руслан, еще сильнее мальчика к себе прижимая. — Ты ведь мой парень, или куда? Марсель рассмеялся. Руслан, открыв дверь ванной ногой, вместе с братом на руках вошел в небольшую светлую комнату. Да так и замер посреди нее, когда Марсель, улыбнувшись, произнес шепотом в его ухо прострелившие в самое сердце слова: — Твой. Навсегда... Казалось, в этот момент Руслан отделился от собственного тела и на крыльях, нарисованных на его груди, в самое небо вознесся, оказавшись в своем личном Раю. Держа Марса в своих руках, Кузнецов понимал, что ничего другого в этой жизни он больше не хочет. Руслан был счастлив. Здесь. С ним. О том, что Марсель получил грант на обучение в престижном английском университете и при желании осенью может уехать туда учиться, Кузнецов уже несколько дней не вспоминал. Руслан просто наслаждался первыми днями наступившего года. Он был влюблен.

***

Начался февраль. Руслан заканчивал второй курс универа, Марсель — одиннадцатый класс. Их отношения стремительно шли в гору, двум молодым парням, наконец, определившимся с тем, кем они приходятся друг другу, позволяя наслаждаться мгновениями счастья, все свободное время проводя в компании друг друга, предаваясь нежности и страсти на мятых простынях. Иногда они все же выбирались из общей постели и выходили в люди, вместе посещая "Дни открытых дверей", решившему остаться учиться в России Марселю общими усилиями выбирая будущий вуз и профессию. Руслан предложил Марсу поступить в его альма-матер, будущему абитуриенту лично проводя экскурсию по корпусам Вышки, увлеченному его рассказом брату в красках расписывая все достоинства университета, вместе с ним прогуливаясь по его просторным коридорам и холлам. — ...А после того, как поступишь, сможешь переехать ко мне, — вещал Руслан, в голове строя грандиозные планы, о том, чтобы жить вместе с Марселем, уже давненько задумываясь и втайне мечтая. — А родителям что скажем? — смущаясь, посмотрел на старшего Марс, к руке идущего рядом Руслана осторожно прикасаясь кончиками пальцев. Так, чтобы никто не заметил, но чтобы его присутствие тактильно все же ощущать. — Скажем, что от меня до института добираться быстрее и удобнее, — улыбнулся Руслан, поймав в руку его ладошку, переплетая их пальцы вместе и несильно сжимая перед тем, как их отпустить. — Не думаю, что батя с радостью купит тебе свою квартиру, когда ты ему скажешь, что в Англию не поедешь, — Руслан слишком хорошо знал своего отца. Он был уверен, что Родион с отказом пасынка от столь грандиозной возможности очень долго не сможет смириться. Наверное, именно поэтому Марс... — Ты им, кстати, так и не сказал? — спросил Руслан, вместе с Марселем останавливаясь у большого окна, в тишине коридора замирая и телом и сердцем, от стоявшего напротив мальчика ожидая ответа. — Нет, — качнул рыжей головой Марс. — Скажу перед началом экзаменов, — пообещал он, делая шаг к Руслану, в голубые глаза брата заглядывая с нежностью и лаской. — Чтобы у них не было повода скандалить и давить на меня. Я ведь очень тонкая и ранимая натура. Могу на эмоциях и экзамены завалить... Руслан рассмеялся. "Мой маленький хитрый лис". В этот момент ему так сильно хотелось поцеловать Марса, что губы зудели. Но, помня, что здесь они не одни (хотя до звонка на перерыв оставалось еще немного времени), Кузнецов из последних сил старался сдерживать свои порывы, довольно улыбающегося Марса осторожно поглаживая по руке костяшками пальцев. Они стояли слишком близко, Руслан чувствовал исходившее от Марса тепло, и, не имея сил сопротивляться этой невыносимой тяге, сделал вперед еще один небольшой шаг, вздрогнувшего всем телом парня вынуждая отступить назад и прижаться поясницей к подоконнику. — Ты себе даже не представляешь, как сильно я хочу тебя сейчас поцеловать, — прошептал Руслан, в карие глаза брата заглядывая своими голубыми, позволяя Марселю увидеть блестевшую во льдах искру желания и азарта. Младший сглотнул, дернув на шее острый кадык. — Я... — выдохнул рыжий, не зная, что ответить. — Мы... Но со спины неожиданно раздался громкий и раскатистый бас: — Прогуливаем? Руслан почти отпрыгнул от Марса — так резко и быстро сделал шаг назад, что младший едва не подавился смехом, представляя, как Кузнецов летит задницей на пол. К братьям, широко улыбаясь, шагал Марат. — Привет, — протянул другу руку Руслан, надеясь, что ничего чересчур компрометирующего Алиев не заметил. Ну, разговаривают они с братом, стоя у окна. И что? — Здоров, — пожал руку Кузнецова Ара, — привет, Марсель, — следом за другом поздоровался он и с его младшим братом. — А ты чего тут забыл? Говорил Алиев спокойно и без напрягов — Руслан выдохнул с облегчением. "Фух, пронесло". — Да вот, решил показать Марсу наш универ, — ответил за младшего брата Кузнецов, делая еще один маленький шаг прочь от Марселя, чтобы стоявший рядом Алиев, не дай Бог, ничего не заподозрил. — О, круто, — Ара широко улыбнулся. — Думаешь сюда поступать? — поинтересовался он у рыжего, на странное поведение и напряженность своего лучшего друга, кажется, не обращая никакого внимания. — Я еще не решил. — Да. Марсель и Руслан ответили одновременно. Улыбнулись, встретившись взглядом. Марсель покраснел. — Ну, я рассматриваю несколько вариантов, — стараясь скрыть волнение и легкое возбуждение от того, что Руслан проявил задатки собственника и доминанта, продолжил вслух рассуждать Марс, о своем решении поступить в тот же университет, где учился его старший брат (и его парень по совместительству), вслух не говоря. Руслан подозрительно на него покосился. "В смысле?" Кузнецов другого развития их общего будущего в принципе уже не предполагал. — Но, скорее всего, да, я подам документы сюда, — насладившись небольшим замешательством на лице старшего брата, улыбнулся Марсель, стараясь Руслана чуть успокоить, и ему, и стоявшему рядом Алиеву рассказывая о своих грядущих планах. — Круто! — похлопал по плечу рыжего Ара. Дернул на себя Марса и крепко обнял. — Тогда пойдем, покажу тебе лучшее место в этом универе, — потянув за собой несопротивляющегося мальчика, предложил Алиев всем вместе сходить в кафетерий, на оставшегося стоять на месте с плотно сжатыми зубами Руслана оборачиваясь через плечо, чтобы того окликнуть. — Ты идешь? "Хули ты руки свои распустил?" Руслан поймал себя на мысли, что ревнует — злится на друга за то, что тот без зазрения совести или какого-либо стеснения вот так по-хозяйски тискает Марса у него на глазах, не осмеливающегося лишний раз даже прикоснуться к мальчику на людях Кузнецова вынуждая внутри закипать. — Вообще-то мы уже закончили и планировали ехать домой, — догоняя Марата с Марселем, втиснулся между ними Руслан, бросая быстрый и злой взгляд на одного, и нежный и ласковый на другого. — Нихера подобного, — толкнув лучшего друга плечом в плечо, отозвался Алиев. — Я тебя и так в последнее время вижу раз в полгода, — выговорил Ара свои недовольства лучшему другу. — Пока мы вместе не поедим, и ты мне не расскажешь, где все это время пропадает твоя суперзанятая задница, хер я тебя отпущу. Смирившись со своей участью, Руслан обреченно кивнул, вместе с Алиевым и своим младшим братом отправляясь в главный корпус, в котором располагался центральный кафетерий. — А если серьезно, где тебя черти носят в последнее время? — возобновил свой допрос Марат, когда все трое в компании подносов с едой уселись за столик. — Мы с Нового года сколько раз виделись? Один? Руслан виновато потупил взгляд. И правда, в последнее время Кузнецов окончательно забил на друга, все свое время проводя в компании Марса, на звонки и смс'ки Алиева отвечая скупо и торопясь, каждый раз придумывая все менее реалистичные поводы от очередной шумной тусовки или совместного похода в бар отказаться. Ну, не мог Руслан признаться другу в том, что несколько часов в компании рыжего мальчишки ему приносят гораздо больше удовольствия, чем пара бокалов пива на вечеринке или знакомство с какой-нибудь размалеванной девицей там же. Марату это было интересно, Кузнецову — уже нет. — Ну... — пытаясь подобрать слова, замялся Руслан. Сегодня он не планировал встречаться с Арой и к этому разговору подготовиться не успел. — Все-таки завел себе кого-то, да? — а Алиев в своей теории только сильней убедился. Поставив крест на своем собрате по алкогольным и постельным приключениям, Марат был вынужден с грустью признать, что друга в этом смысле он окончательно потерял. — Твоя пассия не в курсе твоего буйного прошлого? И именно поэтому ты нас не знакомишь? — продолжал допытываться до Руслана Марат, Кузнецова заставляя смущаться только сильнее от того, что он видел, с каким самодовольным лицом за ходом их разговора наблюдает сидевший рядом Марс. — В курсе, — прямо и честно ответил Руслан. За столом удивились сразу двое: Марат, потому что друг свои тайные отношения с какой-то девчонкой все же признал, и Марс, понимая, что сейчас Кузнецов говорит про него, заочно признаваясь своему другу в их связи. Уши рыжего вспыхнули. Руслан посмотрел на него и широко улыбнулся. "Один - один". Кузнецов перевел взгляд обратно на Марата. — Да, я кое с кем встречаюсь уже довольно продолжительное время, — сказал он, чувствуя, что перед Арой он все-таки должен как-то за свое длительное отсутствие и игнор объясниться. — И я вас обязательно познакомлю, когда придет время, — пообещал другу Руслан, на Марселя, переставшего есть и уставившегося на него в оба глаза, поглядывая с улыбкой. — Но пока давай закроем эту тему? — попросил лучшего друга Кузнецов, замолкая, намекая Марату на то, что большего сейчас сказать он ему не может. Алиев, подозрительно посмотрел на него. Открыл было рот, чтобы все же продолжить беседу, но неожиданно пришедший на помощь брату Марсель встрял в разговор двух друзей, пытаясь отвлечь Алиева и переключить его внимание на себя, резко меняя тему: — Марат, а расскажи мне про свой факультет? А то Руслан учится на бизфаке, а я хочу пойти на экономический. Кузнецов с благодарностью посмотрел на него. "Обожаю тебя, малыш". Они просидели в кафешке около часа и больше к обсуждению тайной "девушки" Руслана не возвращались, находя другие темы для разговора благодаря ловко управляющему ходом беседы Марселю. Доев и выпив кофе, все трое засобирались по домам. — Ну, до связи, — пожав руку Руслана, попрощался с лучшим другом Алиев, от Кузнецова в очередной раз получив отказ от предложения сходить куда-нибудь вечером выпить. — Был рад увидеться, Марсель, — потрепал рыжего парня по голове Марат, брошенного в свой адрес раздраженного взгляда голубых глаз не замечая. — Надеюсь, ты поступишь к нам, — оставив рыжую голову в покое, Ара обнял Марселя за плечи. Руслан знал, что для друга это было в порядке вещей. Но видя, как свободно и открыто горный выходец проявляет свои тактильные поползновения в адрес его любимого брата, Руслан почему-то медленно и верно внутри закипал. — Харе тискаться, нам пора, — вырвав Марса из волосатых лап друга, сквозь зубы рыкнул Кузнецов, на удивившегося его реакции Алиева поглядывая из-под опущенных бровей. Марсель его ревности только снисходительно улыбнулся. — Пошли, — дернув младшего брата к себе, Кузнецов по-хозяйски его обнял и, развернувшись, повел рыжего парня к своей машине, вместе с Марселем покидая территорию университета под подозрительным взглядом почти черных глаз. Алиев не понимал, почему друг так ревностно вдруг отреагировал на его дружеские объятия. Сам Руслан, когда Ара раньше его точно так же тискал, хоть и вопил как девственница на военном параде, но никогда по-серьезке Марата не отталкивал. Руслан всегда довольно спокойно относился к темпераменту друга. А тут вдруг с чего-то психанул. Разблокировав двери заведенного с брелка мерседеса, Руслан сел за руль, и, дождавшись, когда Марсель займет соседнее кресло, тронулся с места, увозя обоих к себе. Кузнецов молчал. Марсель тоже не трогал брата, о случившемся разговоре и довольно странном прощании с Арой старшему не напоминая, прекрасно зная о том, что Руслан не будет говорить, пока сам не захочет. Кузнецов привык держать все в себе — таков уж был его характер. Бездумно смотря в окно, Марс расслабился и откинулся в кресле, не ожидая в ближайшее время откровений. Но, повернувшись к нему лицом, Руслан его удивил, уверенно и твердо заявляя младшему брату, глядя тому прямо в глаза: — Я хочу рассказать Марату про нас. Марсель изумился: — Зачем? — Надоело постоянно придумывать какую-то несусветную дичь, чтобы его отшить, — пожал плечами Кузнецов. — Он все-таки мой лучший друг. Да и я, вроде как, уже сказал, что с кем-то встречаюсь, — озвучил он то, что вертелось на языке. — Может, когда он узнает, что этот "кто-то" — ты, он перестанет тебя лапать на моих глазах... Руслан тяжело вздохнул, договорив. "Пришло время правды".

Tbc...