Давай сыграем?..

Секс — это, конечно, хорошо (особенно такой охуительный, как был у Руслана с Марсом), но поговорить о случившемся им все-таки было нужно. Выбравшись из душа без сил, Кузнецов с любимым парнем на руках вернулся в комнату, еще немного влажного и возбужденного после подаренного в ванной минета мальчика осторожно укладывая на кровать и устраиваясь рядом с ним, поворачиваясь лицом к довольно улыбающемуся Марсу, заглядывая в его прекрасные карие глаза. — Малыш, — погладил рыжего по щеке кончиками пальцев Руслан, измотанному и уставшему парню намекая на то, что позволить ему уснуть Кузнецов пока не может. Не тогда, когда между ними осталась эта идиотская недосказанность и пара незакрытых вопросов. — Ты меня когда-нибудь простишь? — спросил он то, что отравляло душу и не позволяло сердцу биться ровно, на появившуюся на губах Марселя улыбку смотря с надеждой. — Еще две недели назад простил, — ответил Марс, потираясь щекой о ласкающую его руку, своему любимому человеку признаваясь в том, что никакой обиды и злости внутри него уже давно не осталось. — Как увидел тебя тогда у лицея с мордой побитой собаки, так и простил. Понял, что ты уже осознал, какой херни натворил, — честно рассказал обо всем мальчик, зеркально повторяя порыв нежности Руслана, накрывая его щеку своей теплой ладошкой. — Но... ты ведь тогда даже сказать мне ничего не позволил, — удивился откровению Марса Кузнецов. — Я злился, — хмыкнул Марсель. — И хотел тебя проучить. — А вчера... — О, нет, пожалуйста, не напоминай, — зажав пальцами его рот, попросил младший Руслана о своем идиотском поведении вчерашним вечером забыть. — Меня так разозлило, что за две недели ты так и не нашел в себе смелости еще раз ко мне приехать или хотя бы позвонить, что я решил сделать первый шаг сам, — рассказал он Кузнецову, краснея ушами. — Даже выпил для храбрости. Но, видимо, немного переборщил. — Немного? — усмехнулся Руслан, целуя подушечки его пальцев. — Да ты на ногах едва стоял, — вспомнил старший, уши Марселя еще сильнее разогревая. — Ты хоть помнишь, что говорил мне? А что писал? Марсель улыбнулся. — А как мне было еще от тебя добиться хоть какой-то реакции? — поинтересовался он. — Я-то планировал, что, когда приду, ты даже слова мне не дашь сказать, сразу начнешь извиняться и умолять меня остаться. А ты что? Стоял там как болванчик и только кивал. Пришлось импровизировать, — сказал Марсель, в реальных целях дважды устроенного им концерта признаваясь, лежавшему напротив Руслану в голову вкладывая одну радостную мысль. "Он все это говорил не серьезно!" — Я тебя уже успел хорошенько изучить и знаю, что самой сильной твоей эмоцией всегда была злость, — составил короткий психологический портрет Кузнецова Марс. — Пришлось бить по самому больному, чтобы ты хоть что-то сделал. — Но как ты узнал, что я на самом деле не хочу тебя отпускать? — осмелился спросить Руслан. — Если бы действительно хотел, вряд ли бы стал морить себя голодом и умирать тут на протяжении трех дней, — усмехнулся Марс. — Ангелина Павловна матери все уши прожужжала, как ее любимый Русланчик похудел и осунулся. Кузнецов улыбнулся, мысленно благодаря няню за помощь. — Она знает про нас, — сообщил важную новость рыжему парню Руслан, в карие глаза Марса, наполненные только нежностью и любовью теперь, заглядывая с колотившимся от волнения сердцем. — Я уже понял, — кивнул Марсель. — Сложно было не догадаться, когда она по сто раз на дню спрашивала у меня, не вернуть ли мне ключи от нашей квартиры. "Ба, я тебя обожаю!" — улыбнулся про себя Кузнецов. — Не понимаю только, откуда она узнала, — задумался вслух Марс. — Видимо, мы были недостаточно осторожными, — хмыкнул Руслан. — Хорошо, что отец и Венера Ильнуровна еще не догадались. Или?.. — Нет, они не в курсе, — успокоил любимого парня Марс. — И думаю, пока им говорить точно не стоит. У них сейчас есть заботы поважнее. — Твой отказ от гранта? — взволнованно спросил Кузнецов. Нет, конечно, Марсель уже сказал ему, что никуда уезжать не собирается, но поверить в это Руслан до сих пор не мог. — Нет, мама опять беременна, — улыбнулся Марсель. — Я слышал, как они с Родионом говорили об этом. "Охренеть!" — И знаешь, я, можно сказать, даже немного благодарен нашему будущему брату или сестренке, — погладив Руслана по щеке пальчиком, улыбнулся Марсель. — После того как они узнали, что скоро опять станут родителями, ко мне с вопросами учебы они больше не пристают. У Кузнецова внутри что-то тихо и довольно заурчало. — Так значит, ты все-таки остаешься? — спросил он напрямую у Марса, заглядывая своему любимому мальчику в глаза. — Остаюсь, — выдохнул рыжий, придвигаясь чуть ближе к Руслану, чтобы между их губами осталось как можно меньше ненужного расстояния. — Если, конечно, ты не попытаешься меня еще раз убедить в том, что я тебе здесь не нужен, — не удержался он и все же уколол Кузнецова, тут же напрягшемуся парню напоминая о том, что тот сказал, сидя на полу его спальни. — Прости меня, малыш, — поспешил извиниться за свои слова Руслан. — Я просто... — замялся он, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить Марселю, почему он тогда так поступил. — Испугался? — подсказал ему рыжий. — Нет, — отрицательно мотнул головой Кузнецов. — Думал, что тебе без меня, и правда, будет лучше. Что однажды ты пожалеешь о том, что остался здесь со мной, и возненавидишь меня за то, что я лишил тебя будущего, — выложил он Марселю все как на духу. После того разговора с няней говорить о своих страхах и опасениях с Марсом Руслану было проще. — Глупый, — скользнув рукой на шею Руслана, младший погладил его горячую кожу пальцами. — Я так давно и сильно тебя люблю, что ни минуты не сомневался в том, хочу ли я остаться, — честно признался он, говоря Руслану это слово без лишних эмоций, на трезвую голову, а не когда его поглотило возбуждение и желание близости с Кузнецовым. "Слышишь, идиот?" "Он тебя любит!" — Я тоже тебя люблю, — так же откровенно и честно ответил Руслан, зная, что эти слова Марселю он повторит еще многократно и этого замечательного парня от себя больше никогда не отпустит. — И поэтому, вот, и нахуевертил делов... — Рус, — остановил его рыжий. — Давай договоримся, что в следующий раз, когда тебе в голову придет очередная ебанутая идея, подразумевающая наше расставание, ты сначала обсудишь все со мной, и мы вместе решим, нужно ли это нам обоим. — Вместе, — с готовностью кивнул Руслан, обещая Марсу впредь говорить обо всем честно и прямо и принимать решения, касающиеся их обоих, только совместными с рыжим усилиями. — Прости, — вновь извинился за свою глупость и опрометчивость Кузнецов. — Я же сказал, что уже простил, — напомнил ему Марс, улыбнувшись. Потянулся к Руслану и его поцеловал. Недолго, но в этот поцелуй Марсель вложил все свои эмоции и чувства, с готовностью ответившему ему Руслану, с облегчением простонавшему в его рот, позволяя поверить в то, что это никакой не сон. Что Марсель здесь, рядом с ним, что он никуда больше не уйдет, и его, круглого идиота, любит, на чувства Руслана отвечая взаимностью, обещая Кузнецову счастливое совместное будущее. — Марс, — с трудом оторвавшись от губ рыжего, прошептал Руслан, потирающегося носом о его подбородок мальчика крепко обнимая и прижимая к себе. — М? — Ты правда останешься со мной? — Правда. Спи. Марсель сказал это, и мозг Руслана, подчинившись, вмиг отключился, разучившегося спокойно спать без своего рыжего инопланетянина под боком Кузнецова толкая в забытье, парня, нашедшего, наконец, успокоение в руках своего не брата, отправляя в долгое путешествие по царству Морфея. В ту ночь Руслан Кузнецов видел самые счастливые и красочные сны. А проснувшись утром, в очередной раз сказал Марсу о том, как сильно его любит, лицо не успевшего даже глаз еще открыть мальчика осыпая нежными поцелуями, мысленно загадывая желание просыпаться вот так каждый новый день.

***

Домой к родителям Руслан и Марсель приехали вместе. Улыбнувшись няне, встретившей их на пороге ласковым объятьем, оба той на невысказанный вопрос утвердительно кивнули, сообщая Ангелине Павловне о том, что они наконец помирились, в ответ от женщины получая молчаливое благословение. — Вы бы расцепились уже, а то Родион сегодня немного нервный, — подмигнула Ангелина Павловна парням, бросая быстрый взгляд на их спаянные вместе руки, тут же покрасневших Руслана с Марселем вынуждая друг от друга хотя бы на шаг отойти. — Все утро бегает из угла в угол, как заведенный, — сообщила няня шепотом, отступая в сторону, позволяя мальчикам пройти, направившихся в гостиную братьев (нет, не так...) пару влюбленных провожая ласковым взглядом, пока их фигуры не скрылись за аркой. — Привет всем. Я привез Марса, — улыбнулся Руслан, первым заходя в комнату, сидевшим на диване Родиону и Венере кивая, приветствуя взрослых после продолжительной разлуки. — Привет, — показавшись из-за его плеча, помахал родителям Марсель. — Ох, отлично, — взволнованно окинул взглядом старших сыновей Кузнецов. — Хорошо, что вы вместе приехали, — как-то незнакомо Руслану по-доброму улыбнулся Родион. — Венер, сходи, пожалуйста, за Платоном, давайте все вместе пообедаем и кое о чем поговорим, — попросил жену Кузнецов собрать всех за общим столом, говоря немного странно и загадочно, намекая сыновьям на то, что их сейчас обрадуют одной очень приятной новостью. Если бы Руслан с Марсом не знали, что им сейчас сообщат о скором пополнении в семействе Кузнецовых, они, наверное, испугались бы, что разговор пойдет о них. — Да, конечно, — кивнула Венера. — Он там, наверное, всю комнату уже разворотил... У нас период "я сам", — пояснила мачеха Руслану, закатив глаза. Кузнецов улыбнулся. Марс, мазнув по его пояснице костяшками пальцев, обогнул его и прошел к отчиму на диван. — Как прошла вечеринка? — совершенно искренне и по-доброму поинтересовался у пасынка Родион. — Мы думали, ты приедешь под утро, пьяный и счастливый, — усмехнулся он. — Ну, я определенно счастлив, — бросив на Руслана, устроившегося в своем любимом кресле, мимолетный и осторожный взгляд, ответил взаимной улыбкой мужчине Марс. — Хотя вчера и не пил, — в очередной раз намекнул он Руслану о том, что вчерашнее позирование на видео в инстаграме было направлено только на то, чтобы вызвать в раздраженном парне нужные эмоции. — Правда, праздник очень поздно закончился, и я напросился переночевать к Руслану, — как всегда идеально соврал родителю Марсель, обеспечивая алиби и себе, и брату, все равно чувствующего небольшое напряжение парня своими словами окончательно расслабляя. — Ну и хорошо, — кивнул Родион. — Я рад, что о тебе было кому позаботиться. "Ага, я о нем очень хорошо позаботился, пап", — не удержался и съязвил про себя Кузнецов, стараясь скрыть довольную улыбку, но Марс ее все равно заметил. Рыжий хитро улыбнулся в ответ. — Ну что? Пойдемте пообедаем? — предложил Родион, вставая с дивана. — Нам с Венерой нужно вам кое-что рассказать. "Нам тоже". Братья помогли няне накрыть на стол, через пятнадцать минут рассаживаясь по своим местам и осторожно переглядываясь друг с другом, на сидевших напротив Венеру с Родионом смотря в четыре глаза, ожидая момента, когда родители их огорошат "неожиданной" новостью. — В общем, — глотнув воды, чтобы говорить было проще, начал старший Кузнецов. — Мы... — замялся он (чего Руслан в принципе не замечал за отцом никогда раньше). — Вы... — Пап, давай короче, — хмыкнул его родной сын. — Я беременна, — помогла мужу Венера, от Родиона получая благодарный кивок, на старших сыновей смотря и смущенно краснея. — Срок пока очень маленький, но это точно. И мы бы хотели, чтобы вы узнали об этом сейчас. Переглянувшись друг с другом Руслан и Марсель улыбнулись. — А што такое бельменено? — поинтересовался сидевший во главе стола Платон (не так давно Родион уступил ему свое место, капризного мальчугана балуя и идя у того на поводу). — Это означает, что у тебя скоро появится еще один брат или сестренка, — пояснил мальчику Руслан, кивая мачехе и Родиону, своим молчаливым согласием и спокойным принятием этой новости заявляя родителям о своей поддержке. — Еще? — удивился Платон. — Мамочка, вы что, с папой сделаете для меня блатика? — переведя взгляд на Венеру, спросил мальчишка. Венера усмехнулась. — Ну, мы его сделаем для всех, малыш, — ответила она младшему сыну. — Нет, — замотал головой Платон, как будто бы обиженно надувая свои пухлые губки. — Этот блат будет мой! — возмутился он. — У Усана есть Масель, а у Маселя — Усан. С новым блатиком буду только я иглать. Ладно? — потребовал мальчик, на смеющихся родителей смотря с просьбой нового члена их большого семейства передать ему в безраздельное пользование. "Ох, надеюсь, вы с ним (или с ней?) никогда не решите сыграть в то, во что мы играли с Марсом", — про себя усмехнулся Руслан, замечая, как вспыхнули уши сидевшего по правую руку от него парня. — Ладно, — отсмеявшись, кивнула младшему сыну Венера, на переглядывающихся между собой Руслана с Марселем переводя взгляд, ожидая от тех какого-нибудь комментария. — Поздравляю, — вздохнув, смог без запинки выдавить из себя ответ красный как рак Марс. — Поздравляю, — повторил за ним Руслан. — Мы за вас очень рады. — Спасибо, — ответили старшим сыновьям Родион и Венера хором. Пожалуй, впервые за все время семейный обед Кузнецовых проходил в идеальной и располагающей атмосфере. Они много говорили и смеялись над с трудом управляющимся с вилкой Платоном, сидевшего во главе стола мальчугана вынуждая смущенно краснеть и злиться на еду, к окончанию обеда теряя терпение и с десертом разбираясь уже руками. В заварном креме в тот день была испачкана вся скатерть. — Пап, — промочив горло чаем, запивая домашние профитроли, обратился к Родиону старший из сыновей. — Мы с Марсом тоже хотели вам кое-что сказать. От этого "мы", впервые произнесенного Русланом при родителях, внутри у Кузнецова что-то, щекоча ребра, зашевелилось. Марсель, испугавшись, резко повернулся к нему, распахивая в удивлении свои карие глаза и мысленно приказывая Руслану молчать. "Да нет же, глупый. Я не об этом", — также беззвучно ответил ему Кузнецов, острую коленку любимого парня толкая своей коленкой под столом. — Марс сказал мне, что не поедет в Англию, — сообщил Руслан отцу, на мужчину, в этот раз заметно спокойнее отреагировавшего на эту новость, смотря уверенно и прямо. — Да, нам он тоже уже раз пять это сказал, — кивнул Родион, подтверждая слова сына, на пасынка, сидевшего напротив с красными ушами, бросая беззлобный взгляд. Видимо, и правда, новость о будущем отцовстве чуть успокоила и отвлекла старшего Кузнецова — по крайней мере, он не начал орать и оскорблять всех вокруг. — И он хочет поступать в Вышку, на экономический, — продолжил говорить Руслан, расслабляясь, благодаря адекватной реакции родителя не испытывая необходимости бросаться в бой, задрав забрало. — Мы в курсе, — вновь кивнул Родион. — Так вот... — и Руслан, чувствуя внутри такую непривычную, но очень приятную смелость, решился родителям предложить одну дельную мысль. — Мы подумали, что Марсу будет гораздо удобнее ездить на учебу вместе со мной, — начал он издалека, но с ходу говоря о самом главном. — И если вы не против, я бы предложил ему по будням оставаться ночевать у меня. Ну, если, конечно, он сам согласен делить одну комнату со старшим братом? — договорил Кузнецов, свое предложение к концу превращая в вопрос, к сидевшему рядом рыжему парню поворачиваясь, чтобы услышать его ответ. "Никуда больше тебя не отпущу", — было вложено в его фразу. — Я не против, — пожал плечами Марсель, изо всех сил стараясь скрыть свое волнение. Они с Русланом много раз уже говорили о том, что будут жить вместе после окончания школы, но, впервые озвучив это намерение, сидя за столом перед родителями, Марс очень сильно переживал. А вдруг они откажут? — Зачем? — нахмурил свои кустистые брови старший Кузнецов. — Мы можем купить ему и свою квартиру, — как будто бы даже немного обиженно проворчал он, дернувшему его за рукав Платону кивая, разрешая младшему вылезти из-за стола и направиться на поиски няни, чтобы та ему помогла умыться после обеда. — Купите, — спокойно кивнул Руслан. — Но ездить в универ со мной на машине ему все равно будет удобнее, чем на метро или ходить пешком, — попытался убедить в своей правоте родителей Кузнецов. — У него все равно пока нет прав. — Да я вроде как и получать их пока не собираюсь, — вклинился в диалог Марсель, своему парню помогая. — А еще Рус мне обещал помочь первое время с нагрузкой. На первом курсе, говорят, преподы лютуют. Типа "естественный отбор", — накидывал он дополнительные причины для того, чтобы остаться с Русланом. — А как же твоя девушка? — но на стороне Родиона сидела Венера, неожиданно вспомнившая о том, что Руслан вроде как с кем-то состоял в довольно продолжительных и серьезных отношениях. — А, — сделал вид, что вспомнил о своей пассии Кузнецов. — Мы расстались пару недель назад. Она улетела жить в другую страну, — сообщил он старшим "грустную" новость, сидевшему рядом Марсу подмигивая одним голубым глазом. — Так что, мой любимый младший брат мне нисколько не помешает, — выделив интонацией слово "любимый", а не "брат", как раньше, добродушно улыбнулся Руслан. — Ну, я даже не знаю... — задумался о его предложении Кузнецов-старший. — Па, давай мы порепетируем и поживем вместе летом, пока Марс будет сдавать экзамены? — дожимая отца, поделился Руслан вслух своей замечательной идеей. — Проверим, не будем ли мы друг друга бесить. И если никаких проблем не возникнет, то на год я готов приютить у себя мелкого. А потом, если хотите, можно будет уже и с его квартирой что-то придумать. "Или мы все-таки расскажем вам, что встречаемся и разъезжаться по разным хатам не планируем", — закончил про себя мысль Руслан, на Марселя бросая быстрый взгляд, прося мальчика ему помочь. — А что? Хорошая идея, — широко улыбнулся Марс, с предложением старшего брата соглашаясь. — Сэкономим время на дорогу, и к экзаменам мне поможешь подготовиться, — додавливая уже почти согласившихся родителей, вслух рассуждал рыжий, на Венеру с Родионом смотря своими просящими карими глазами. "О, да, этому хитрому манипулятору вы теперь точно не сможете отказать", — про себя довольно подумал Кузнецов. — Ну, — замялся Родион. — Ты что думаешь? — повернулся к жене, ожидая ее приговора. — Думаю, что Марсель, как и Руслан, тоже хочет немного свободы, — мягко проговорила Венера, своего старшего сына целуя ласковым взглядом, благословляя его на первые шаги во взрослую и самостоятельную жизнь. — И если Руслан не против присмотреть за ним, пока он будет поступать и учиться на первом курсе, я не против, — дала свое согласие на совместное проживание братьев Венера. "Я очень, ОЧЕНЬ не против присмотреть за Марсом", — восторженно кричал в своей голове Кузнецов. — Но у тебя же всего одна комната? — однако, очередной камень преткновения нашел и кинул на стол Родион. — И огромная кухня, — с готовностью отозвался на его фразу Руслан. — Мы купим и поставим там диван, да, братишка? — повернувшись к Марсу, предложил он, прекрасно понимая, что спать на этом мифическом диване своему любимому инопланетянину он точно не позволит. И сам не пойдет туда ни при каких условиях и обстоятельствах. — Думаю, мы как-нибудь договоримся, как нам будет удобнее расположиться, пап, — успокоил Родиона сын, Марселя, порозовевшего щеками, вновь толкая под столом коленом. — Я не против спать на кухне, — закивал рыжей головой Марс. — Могу даже готовку взять на себя, так сказать, в счет платы за проживание и помощь в учебе, — предложил он, пытаясь усмирить возникшее в груди волнение от того, что Руслан только что чуть ли не прямо заявил родителям, чтобы те не лезли с советами в их спально-постельные дела. Спасибо, что хоть не сказал, что готов разделить с Марсом свою кровать. — Ну, тогда решили? — понимая, что диалог свернул в нужном им направлении, довольно и радостно улыбнулся Кузнецов. — Можешь собирать манатки, мелкий. Ты переезжаешь ко мне, — не смог сдержать он победной и восторженной интонации голоса, под взглядом родителей опуская младшему руку на плечо, чтобы его ненадолго обнять и потрепать по рыжей голове. — Что-то мне подсказывает, что вы это решили еще до того, как сегодня сюда приехали, — хмыкнул Родион, на Руслана с Марсом бросая подозрительный взгляд, но, почувствовав на своей руке руку Венеры, свою мысль продолжать не стал. В последние несколько дней, как и сказала Руслану Ангелина Павловна, Родион был немного странным — нервничал и волновался, но на неожиданные новости и корректировки составленных лично им планов реагировал заметно спокойнее и сдержаннее, чем раньше. Даже Марселю, в очередной раз сообщившему родителям, что в Англию он ехать не собирается, в ответ сказал "это твоя жизнь, сынок, твой выбор". Таким Родион жене нравился гораздо больше. Наверное, как и Венера, старший Кузнецов предчувствовал, что у них родится дочка. А быть отцом девочки для мужчины — гораздо большая ответственность и тяжелый труд, чем воспитывать сразу трех сыновей. Возможно, Родион таким образом заранее учился быть более понимающим и мягким. — Так, ладно, — добившись желаемого ответа от взрослых, встал из-за стола Руслан. — Мне нужно ехать, — сообщил он семье, поглядывая на часы — через сорок минут ему каким-то волшебным образом нужно было быть в центре Москвы, чтобы заступить на смену в отеле. — Марс, пойдем, заберешь свой пиджак из машины, и я поеду, — предложил Руслан младшему его проводить. — Приеду в воскресенье, — вместо прощания сообщил Кузнецов кивнувшим в ответ родителям. — Пойдем, — с готовностью подорвался со своего места Марс. Вместе они вышли из дома. Выйдя за ворота и сев в авто, парни синхронно выдохнули. — Пиздец, я не ожидал, что все пройдет настолько четко и гладко, — озвучил свои мысли Кузнецов, к сидевшему рядом Марсу потянувшись рукой, чтобы обнять пальцами его ладошку. — Сам в шоке, — ответил рыжий, ласково улыбнувшись. Наклонился к Руслану, губы любимого парня клюя быстрым поцелуем и тут же отстраняясь, чтобы не сорваться и не задержаться в машине надолго. Но Кузнецов его так просто отпускать не собирался — дернув мальчика за руку, он заставил его к себе придвинуться ближе, замирая в миллиметре от гостеприимно приоткрывшегося рта младшего брата, противостоя грандиозного масштаба искушению. — Марс? — прохрипел Руслан. — М? — утопая во взгляде его голубых глаз, промычал Марсель, облизываясь и дразня Кузнецова. — Это все, конечно, хорошо, — выдохнул Руслан, уставившись на блестевшие слюной и обещанием губы своего парня. Самые охуенные губы на всей этой чертовой планете. Те, которые он не целовал и не ласкал своим языком уже несколько часов. — Но у нас есть одна проблема, — продолжил говорить Руслан, сбиваясь голосом на полустон-полухрип. Марсель напрягся, испугавшись: — Какая? Ну, разве они не все еще проблемы решили? — Я в душе не ебу, где этот твой гребаный пиджак, — ответил Кузнецов, срываясь и своего любимого парня глубоко и страстно целуя, сминая его губы своими губами, чтобы несколькими секундами близости насладиться и каким-то волшебным образом продержаться до новой встречи. Марсель рассмеялся в поцелуй.

Tbc...