Кровавое полнолуние

      Наверное, я должна чувствовать скованность или, хотя бы, что-то отдаленно напоминающее смущение, но ничего из перечисленного даже не приходило мне в голову. Я думала лишь о том, что услышала. О родителях. О сумасшедших ведьме и вампире, которые пытаются свергнуть ведьм. С чего бы им вообще сотрудничать?! Почему... мои мысли немедленно замерли. Чьё-то учащенное сердцебиение отчетливо запульсировало в ушах, тело покрылось мурашками и волосики на руках стали дыбом. Что это со мной, черт возьми?! Внезапно я сорвалась с места, как дикарка, полностью подчиняемая внутренним ощущениям. Я бежала со скоростью света, преследуя незримый шлейф запаха непонятно чего. Оказавшись «на месте» стала оглядываться в поисках того, что привело меня сюда. Удивительно, но несмотря на кромешную тьму густого леса, мои глаза, словно сканер, отмечали все вокруг: как слева от меня колыхнулся листочек, как неизвестное мне насекомое взлетело, чуть правее зоны видимости. Передо мной стояли лишь деревья, затем мой слух отозвался на сбитое дыхание откуда-то справа. Я немедленно шагнула в ту сторону. Что-то невообразимо сильное вцепилось в мою ногу и потянуло в сторону, я потеряла равновесие, однако этот момент, словно в слоу-мо, отразился в моей голове: вот я качнулась, собираясь повалиться на спину, но в последний момент, каким-то образом найдя в себе силы, я развернулась и упала на ладони с коленками. Не помню, чтобы умела отжиматься, но выглядело это эффектно. Я несдержанно и нескромно выразила свой восторг, и услышала чей-то смешок за спиной. Чувства во мне обострены: я вижу в несколько раз лучше, слух перестал быть человеческим, а про реакцию вообще нечего сказать. Я поднялась и взглянула на существо, приведшее меня в эти места. Это был парень. Светловолосый и высокий. Согнувшись вдвое он сидел, облокотившись о дерево и с ухмылкой осматривал меня. Что-то странное возникло во мне, что-то старое, непривычное, но знакомое. Скользнув сузившимся взглядом по подбородку, он опустился к талии и ниже. Я вспыхнула и прорычала, но получилось как-то обиженно: — Останешься без глаз, если продолжишь, — парень удивлённо вскинул брови, затем приглушенно засмеялся. Однако смех его был отнюдь невеселым. Он прервался, закашлял, прижимая руку к животу. Подняв взгляд на меня, он склонил голову на бок, приподняв краешек тонких губ. На одной из щек появилась еле заметная ямка. Сердце пропустило несколько ударов. — Предпочту остаться без глаз, но с воспоминаниями о классном теле девушки, которую вижу в первый и последний раз. Даже не знаю, радоваться мне или плакать, — он качнул головой. — Ты ранен. Что случилось? — смущённая, присела рядом с блондином, в нос ударил запах кедровых орешков и лесной хвои. Пробежались мурашки. Я не понимала своей реакции. Прикрыв глаза от удовольствия, я сразу же их раскрыла и руками потянулась к кофте парня, приоткрывая обзор на покалеченное место. — Уже раздеть меня решила? А ты, видно, времени зря не теряешь, — ослабший и раненый он умудрился подмигнуть мне. Идиот. И я, кажется, ни чем не лучше, ибо в ответ мне захотелось расплыться в улыбке, но я сдержалась. — О, помолчи лучше. Истекать кровью тебе не к лицу, буду честна. Встать можешь? — Я потянулась к парню, и, обхватив за крепкую талию, приподняла его вверх. Не знаю, как это работает, но эта сила мне определённо нравится. — Ну ты даёшь, дурёха, поднять меня решила? — сопротивляясь, он сам встал на ноги, но был очень слаб. Видимо, потерял много крови. — Помолчи уже, иначе умрешь, так и не попытавшись выжить. — А кто сказал, что я вообще хочу выжить? — прошептал он с горечью в голосе. Почему-то неприятно слышать такое, неприятно и как-то... больно? Не понимаю. — Оставь меня, девчонка, — он попытался оттолкнуть, но тщетно, я была твёрдо намерена отвести его к Джону. Пусть попытается его вылечить. Дорога заняла минут пятнадцать от силы, все это время блондин ни на секунду не переставал обзывать меня глупой и жестокой. Видите ли, таким беспомощным и не мужественным я его заставила почувствовать. Умудрился даже пошутить несколько раз и я, не удержавшись испускала смешки, хотя чувствовала, что хочу хохотать во все горло. Мне казалось неэтичным смеяться в голос, когда человек истекал кровью. — Я приведу Джона, он тебе поможет, — посадила его за скамью. Бросив последний взгляд на парня, я вдруг на миг почувствовала его мучения. Ощущать, как внутренности обливаются кровью и как пульсирует рана — должно быть, это чертовски больно. При взгляде на него отчего-то сердце начинало биться чаще, а дышать становилось сложнее. Что-то было странным, но что именно — я не понимала. Через несколько минут я привела Джона. Увидев раненного, глава стаи поджал губы. Меня передернуло от такой реакции. Что это значит? Что он безнадёжен и вскоре умрет? Почему эта мысль далась мне так сложно, ведь этот блондин — я даже имени его не знаю (!) — мне никто! — Ну что, Джон, ты его спасёшь? — нахмурилась, глядя в лицо мужчине. Краем уха я отметила, что к нам подошёл и Дерек, который прямо источал злобу, и издал еле слышный рык. — Люси, — голос главного стал каким-то притихшим. — Иди-ка домой. — Вы шутите? — глаза мои округлились от шока. — Человек умирает, помогите ему! — Я бросилась к раненному, указывая на область его живота. Кажется, этих двух и вовсе не заботила жизнь блондина. — Люсия, я сказал, иди домой, — велел мужчина, но увидев, что я даже не пошевелилась, нахмурился, глаза его сверкнули. Выглядело это очень жутко, честно слово! Не будь на кону человеческая жизнь, я как миленькая побежала бы выполнять то, что велено. Однако я продолжала стоять на месте. Дерек приподнял брови в удивлении, но походило это больше на проявление снисхождения, потом взгляд его метнулся к блондину, а лицо выразило нечто похожее на сочувствие. Почему они не помогают парню?! Я взглянула на него, пригляделась. Парень сидел с опущенной головой и поджатыми губами, тяжело дыша. Корпус его вздымался, руки, такие крепкие и волосатые... Боги, как же я раньше не заметила? — Он же оборотень! Помогите ему! Джон? — лица мужчин не выражали абсолютно ничего, однако я чувствовала сквозившую неприязнь между ними. Стоп. Если блондин оборотень, то регенерация спасёт его. Так вот почему Джон и Дерек молчат. Они знают его и знают, что он не умрет. Почему тогда никто мне не говорит об этом? Это само собой разумеющиеся знания, которые человек должен приобрести после обращения? — Верно. Харпер оборотень. Но он — омега. Таким, как он, помощь не полагается, — отчего-то эти слова, обращённые к Харперу, причинили боль мне. — Если вы отказываетесь ему помочь — хорошо. Ему помогу я, — решительным шагом я направилась к дому, но Дерек перехватил меня, не дав сделать пару шагов. — Ему нельзя помогать, Люсия, — несмотря на наружную суровость, голос Дерека оказался на удивление мягким. Нежным, но решительным, плавным, но с ноткой стали. — Он — предатель.