Я так больше не могу

Капли сплетались в струи и стекали по сливам и с крыш пагоды, другие же падали на сырую землю, размывая ее в хлюпающее тягучее болотце под ногами. С улиц мирной и жизнерадостной Конохи скрылись жители в своих домах — и только в одном месте и именно сегодня двое человек не могли сойти с места. У клана Инузука было специальное отведенное место для захоронения своих питомцев с виду оно мало чем отличалось от обычного кладбища. Мама и Хана уже покинули двух молодых мужчин застывших напротив могилы на постаменте которой значилось «Акамару», и эпитафия— «Любимый и самый преданный друг». Бывшие сокамандники, а в первую очередь друзья, стояли возле нового захоронения уже больше часа с тех пор как прошла церемония. Шино все это время молчал и слушал тихие и отчаянные причитания Кибы: «Рано или поздно это должно было случиться. Н-но… я никогда не хотел брать это на ум!» Абураме никак не вмешивался в его монолог: хоть он и переживал эту утрату по-своему, еще пару лет назад, казнил бы себя за то, что теряется и не может морально поддержать, но с некоторого времени он понял, что в этом нет необходимости. Его присутствия сейчас рядом вполне достаточно. И слов тут не надо. На небе в очередной раз громыхнуло и сверкнула молния. Киба продолжал, мелко подрагивая, смотреть на камень и хлопать глазами, периодически отряхиваясь от капель, в то время как дождь уже промочил все слои одежды и тонкими режущими иголочками протыкал мышцы шеи и сами плечи до самых костей. Абураме встрепенулся, даже через его вполне себе толстый плащ проникла холодная влага, и он решил проявить инициативу: — Пошли в дом, а то промокнем.