Техно-Небо

      Тсуна почти не помнила, как они с Реборном и Спаннером бежали к уровню В18, на котором должна была стоять та гребаная машина, которая держала их здесь. Связь здесь оказалась намного хуже, чем она думала — никаких новостей ни от Гокудеры, ни от Рехея или Ямамото слышно не было. Девушка даже искренне боялась, что они уже мертвы, ведь они, как ни крути, не были готовы сражаться в этом мире.       Попавшийся ей Генкиши почти у самой двери в лабораторию Ирие сдался быстрее, чем ожидалось. Он просто не смог устоять перед харизмой Савады (ну, или он испугался ее силы, которую та продемонстрировала напополам с киллером, который теперь был практически ее тенью), поэтому после нескольких попыток остановить ее оказался заморожен Прорывом Точки Нуля. Стоять ему здесь точно долго не придется — в комнате стояла невыносимая жара, да и кольцо Ада вряд ли даст ему спокойно отдохнуть.        Когда девушка рванула дверь лаборатории, ей в лицо ударил резкий запах усыпляющего газа. Если бы не Йоши, который сразу распознал газ, включил фильтрацию и легкими ударами тока привел в себя хозяйку — она бы заснула. Реборн и Спаннер, благо, еще не успели зайти, поэтому их опасность миновала. Чуть позже оказалось, что эта комната — нечто вроде холла, и настоящая лаборатория находится в следующем блоке. Пройти туда уже особого труда не составило.        Прямо перед репетитором, механиком и Тсунаеши стояла огромная круглая машина, сияющая, как тридцать начищенных серебряных тазов. Шатенка на несколько секунд зависла, глядя на нее и кожей чувствуя, что все, что происходит сейчас, имеет какой-то подвох. Ее интуиция что-то бурчала, явно сомневаясь в своем диагнозе, но Тсуна привыкла ей верить, поэтому молча осматривала комнату.        Сбоку от машины обнаружилась небольшая капсула, погруженная во мрак, в которой Йоши нашел каких-то людей. Реборн тоже обратил внимание на сосуд и подошел поближе, почти сразу охая:        — Это ребята!        Тсунаеши нахмурилась.        — Гокудера, Ямамото, Лар, Рехей из прошлого… Еще Кусакабе, Ламбо, И-пин, Хром и Хибари из прошлого. Откуда они здесь?       — Пришли на помощь, наверное, — пожала плечами шатенка, делая несколько шагов к машине.       — Что ж, Савада Тсунаеши, — до боли знакомый голос резко ударил в уши. Дверь чуть правее открылась, являя на свет высокого рыжеволосого мужчину в очках в черной оправе. — Я не думал, что тебе удастся одолеть Генкиши.       — По сравнению с Кике, он — слабак, — скептично пожала плечами шатенка. — Ирие Шоичи. Как же ты мог?       — Спокойно. Ты нас предала, — он грустно усмехнулся. Тсуна покачала головой. Друга выдавали глаза — они светились от радости и недоверия. Рыжий был безумно рад тому, что девушка жива, и не верил тому, что она их предала по-настоящему.       — Что с ними? — Реборн кивнул в сторону капсулы.       — Просто спят, — Ирие нажал кнопку на пульте, в капсуле включился свет, мутный воздух внутри начал очищаться, а ребята — приходить в себя.       — Десятая! — Гокудера тут же вскочил. — С Вами все в порядке!       — Агх… — Лар дернулась, поднимая голову с плеча Ямамото. — Савада… агх… уничтожь машину!       — Советую тебе этого не делать, — Ирие нажал еще одну кнопку, отчего створки машины начали разъезжаться. — Потому что в этой машине — ваши будущие «Я».       Тсуна, удивленно распахнув глаза, наблюдала всех тех, кто переместился с ней в будущее. Она даже видела себя — стройную, невысокую женщину с аппетитными формами в одежде пациента-коматозника; с взъерошенными волосами и длинным хвостом, заплетенным в косу; с невероятно плавными, не угловатыми чертами лица; с тонкими и одновременно сильными руками, с подтянутыми ногами. Она не смогла не заметить, что через восемь лет станет красивой женщиной. По-настоящему красивой и женственной. Теперь даже становилось понятно, что в ней нашел Фонг.       Тсуне даже не надо было объяснять, почему их будущие версии оказались в машине, а не в прошлом, как положено после воздействия базуки Десятилетия. Машина служила перехватчиком, но вот, к сожалению, неисправным — перехватили-то их из параллельного мира.       — У тебя был сообщник, — почти уверенно заявила она. — Ты не вылазил из лаборатории сутками и не мог отправлять нас в будущее.       — Был, — кивнул Шоичи, взмахом руки отправляя следующих за ним ассистенток вон из комнаты. — Все кольца Вонголы у меня, Тсуна, — он извлек из кармана вторую руку, демонстрируя почти полный набор. — Отдай мне кольцо Неба, или я убью их.       Девушка долго смотрела в его наглые зеленые глаза и не могла понять, что не так. Что-то однозначно было не так. Но что?..       — Ты их не убьешь, — тщательно подбирая слова, начала она.       — Уверена? — Ирие поднял руку, чтобы нажать на кнопку пульта.       И тут хлопнула дверь, закрывшаяся за последней ассистенкой техника. Шоичи дрожащими руками убрал пульт и кольца в карман, потом стремительно приблизился к шатенке и, упав перед ней на колени, обнял. Тсунаеши улыбнулась, зарываясь пальцами в мягкие рыжие волосы. Она правильно поняла наглость его глаз — это был умело скрываемый страх. Страх того, что придется убить всех.       — Мы не предавали друг друга, Шо-тян. Мы работали над тем, чтобы спасти этот мир, — философски произнесла она.       — Я всегда считал твою Гипер-Интуицию восьмым чудом света, — пробубнил Шоичи, поднимаясь на ноги и оказываясь почти на полторы головы выше подруги. — Я очень надеялся, что ты все поймешь правильно.       — Зато я теперь ничего не понимаю, — Реборн, доставший было пистолет, чтобы убить Ирие, если тот попробует нанести какой-либо вред Тсунаеши, опустил руку. — Совсем.       — Ирие на нашей стороне, — девушка шутливо ткнула друга в бок. — Эта зараза знала все с самого начала. Откуда?       — Это твой план, — развел руками Шоичи. — О нем знали только ты, я и будущий Хибари. Он, собственно, и есть тот человек, который переправил вас сюда. Нам стоило огромных трудов уговорить его это сделать.       — Ты?! — накинулись на парня все, кто сидел в капсуле.       — Ну, я, — неохотно признался Глава, небрежно поправляя повязку на рукаве пиджака. — Мне пообещали много драки и травоядных.       — Будущий Кея умел убеждать, — улыбнулся Ирие.       — Теперь понятно, как Хибари узнал о засаде. Действия Гло Ксинии несложно было предсказать. Передатчик подбросил в сумку Хром?       — Ага, — Шоичи пододвинул к девушке стул, стоявший у стола у машины. — Ваш враг — не я. А Бьякуран-сан.       — Почему мы должны тебе верить?! — Гокудера ударил кулаками по стеклу капсулы, зло глядя на парня. Тсуна повернулась к нему, многозначительно глядя в глаза.       — Ему нужны кольца Вонголы, чтобы завладеть миром, — попытался оправдаться рыжий. — Он просто помешался на системе Три-Ни-Сетте. Присоединив семью Джиглио Неро, он получил право быть хранителем колец Маре, так как аркобалено неба, Юни, владеющая этими кольцами, не могла их носить, поскольку уже была носителем системы. Он украл пустышки, когда ты, Тсуна, передавала их Виндиче. А потом он попытался украсть кольцо Неба Вонголы, после чего ты стремительно перешла на сторону своих друзей, бросив нас со Спаннером. Я не сразу узнал о том, что была эта попытка, поэтому изначально злился на тебя.       — Не было попытки, — мотнула головой Тсуна. — В дневнике написано, что была моя попытка уничтожить кольца. Сразу не получилось, а уничтожать их я не могла на базе Мелоне, поэтому ушла. Была, конечно, еще одна причина, но я ее пока не могу найти. Слишком много задачек мне оставила будущая Я.       Тсунаеши ни за что бы не сказала, что кольца целы. Это просто нарушит их план. Она потом скажет Ирие правду. Как-нибудь.       — Вот поэтому нам пришлось вытаскивать вас из прошлого, чтобы вернуть этому миру Кольца и спасти его, — Шоичи вздохнул. Руку он держал на животе с тех пор, как поднялся на ноги. — Победить Бьякурана можно только в этом времени.       — А что будет, когда мы вернемся? Прошлое через будущее не изменить.       — Резонно, — согласился Ирие, выпуская запертых в капсуле на свободу. — По моим подсчетам, вернувшись, ты еще сможешь все исправить и не дать Бьякурану завладеть пустышками. А уже когда все раскроется, он сядет в Вендикаре. Вот и все.       Реборн вытащил мобильный, неожиданно начавший звонить, и ответил на вызов.       — Вся сила Мильфиоре в Италии начала отступление. Вария заставила их отступить, — сообщил он, молча выслушав собеседника.       Рыжий улыбнулся.       — Все идет как надо. Теперь вам нужно хоть немного передохнуть и победить Бьякурана.       — Ах… — раздался разочарованный вздох. — Если бы все было так просто, Шо-тян.       — Зефирка, — скривилась Савада, наблюдая милую голограмму Джессо. Совсем, сволочь, не изменился. Все такой же белобрысый, разве что подрос.       — Приветики, милая Тсу-чан, — голограмма помахала девушке рукой. — Я соскучился, если честно.       — Иди ты в задницу, Зефирка. Какого хрена ты вообще творишь?       — Вонгола тебя испортила, — сильнее разочаровался Бьякуран. — Как жаль.       — Я тебе сказала идти…       — Да я уже ушел почти, — рассмеялся Джессо. — Только сообщу кое-что. Через десять дней мы устроим игру. «Чойс», помните?       Тсуна взрогнула. Они, когда были маленькими, часто играли в «Чойс». Она была на бумаге, забавная такая монополия-войнушка. Ее придумали они вместе — Шоичи, Спаннер, Тсуна и Бьякуран. Если покопаться, коробка с игрой до сих пор лежит где-нибудь на чердаке дома Савады.       — Ты хочешь…       — Сделать ее реальной, ага. Мильфиоре против Вонголы. Что скажешь, Тсу-чан?       — Я полагаю, выбора у меня в данном случае нет? — девушка перекинулась взглядами с Ирие и Спаннером.       — Именно, — Бьякуран улыбнулся шире.       — Вот только загвоздка… — Шоичи поднял вверх руку. — Бьякуран-сан, у тебя нет шести из семи колец Маре. Ты потерял всех Венков.       — Ну, конечно, — всплестнул руками Джессо. — Были бы они настоящие, точно бы потерял.       Кольцо на пальце Ирие треснуло и рассыпалось.       — Я так и знала, — Тсунаеши нервно рассмеялась. — Венки не могли просто так подорваться на бомбе.       — Интуиция Вонголы редко подводит, — за спиной Бьякурана появилось пять голограмм. Тсуна прекрасно узнала в них повзрослевших Кике, Закуро, Блюбелл и Дейзи. Внешность Торикабуто ничуть не изменилась. — Вот они — истинные Погребальные Венки.       — Я всегда тебя недолюбливала. Оказалось — не зря, — Блюбелл оттянула нижнее веко и показала Саваде язык.       — Голову в огонь суну, рыбка, — огрызнулась шатенка.       — Хо-хоу. Вонгола и правда испортила милую девочку, — Кике подпер пальцами подбородок. Тсуна молча продемонтрировала ему средний палец и, поддавшись интуиции, спросила:       — Зефирка, а отгадай загадку, а?       — Загадки? Я люблю загадки, — Бьякуран хлопнул в ладоши.       — Что всегда перед нами, а мы этого не видим?       Эта загадка была на последней странице дневника. Она ведь была там не просто так.       Бьякуран думал меньше минуты.       — Будущее, конечно, — ответил он. — У вас его, кстати, уже нет. До встречи через десять дней.       Голограммы исчезли. А у Тсуны на душе осталось дикое ощущение, что что-то в этом ответе было не так.       — Десятая… — Гокудера подошел поближе к раскачивающейся шатенке. Девушка подняла на него глаза, внимательно глядя из-под челки. — А почему этот Бьякуран…?       — А что ему еще делать, придурку? — Тсунаеши усмехнулась. Она не хотела рассказывать о какой-либо связи с ним.       Хаято кивнул и развернулся в сторону Такеши, явно намереваясь поцапаться с ним.       — Тут Вария на связи, — Реборн протянул ученице мобильный, не дав ей толком прийти в себя. Савада вздохнула, в отчаянии посмотрела на рыжего и молча взяла трубку.       — Симба, — шатенка дернулась. Она искренне ненавидела этот голос. — Я надеюсь, что ты стала еще сильнее?       — Многого хочешь, Занзас.       — Через пять дней мы встретимся. Желаю тебе не сдохнуть раньше времени.       Мобильный пикнул, демонстрируя конец разговора. Пять дней до приезда Варии. Черт. Вот дерьмо.       Через несколько секунд База Мелоне куда-то телепортировалась. Остался только небольшой кусочек, тот, на котором сидели ребята. Шоичи объяснил причину этого — всего лишь система, которую создал лично Бьякуран. Она перенесла базу туда, где Вонгола до нее не доберется — все-таки японский штаб был важнейшей стратегической точкой Мильфиоре.       Тсуна немного дождалась, пока ребята получат ответы на все необходимые вопросы и пойдут рассказывать все очнувшемуся Рехею, и подошла к другу.       — У нас нет колец Вонголы. Кто-то изменил настройки машины и вытащил нас из параллельного мира с одинаковыми ключевыми событиям, но разным исходом. В этом мире я стала Десятой, а там, откуда меня вытащили, Десятым остался Занзас.       Ирие озадаченно потер затылок.       — Как же мы тогда победим Бьякурана?       — У нас есть фальшивые кольца. В этом наш козырь, — девушка улыбнулась. — Я постараюсь найти настоящий комплект до Чойса.       — Но подожди. Где можно было спрятать кольца, чтобы мир решил, что они уничтожены, и передал частичку их силы на две оставшихся составляющих системы?       Тсуна честно задумалась.       — Думаю, у того, кто эту систему создал.       — Шахматноголовый? — Ирие упал в кресло и встряхнул волосы. — А как нам его найти? Это знала ты будущая, а я полагал вытащить тебя именно в тот момент, когда проклятие еще не было снято.       — Ты и вытащил. Мы только начали выяснять, что с этими аркобалено вообще случилось. А насчет Шахматноголового… Спрошу Джотто, может, он подскажет, — повела плечом Савада.       Ирие вздохнул. А что ему еще оставалось делать?

***

      Было решено устроить двухдневный отдых — так они сумеют немного набрать силы и подготовиться к Чойсу. Рассказ о том, как проводится игра, решено было отложить почти единогласно — всем хотелось немного отойти от драк. Только Тсуна, как обычно, отказалась отдыхать. Сначала она помогала друзьям защитить белую машину, потом строила специальный спуск с поверхности — кусок базы все-таки остался под землей, поэтому, чтобы до него добраться, нужен был хоть какое-то подобие лестницы или лифта, и Савада вместе со Спаннером строила его почти до самой ночи.       Потом на базу пришел злой, как тысяча чертей, Реборн и почти в приказном порядке отправил девушку на базу Вонголы — спать.       — Я не пойду, — заупрямилась шатенка.       — Тсуна, не спорь, — киллер уже начинал кипятиться по-настоящему — эта перепалка шла уже почти десять минут.       — Тсу, ты иди, правда, мы тут как-нибудь сами, — Ирие неуверенно попытался согласиться с репетитором, за что получил подзатыльник и искренний посыл работать.       — Тсуна, я тебя силой вытащу отсюда. Ты должна поспать! — Реборн уже не выдержал, повышая голос. А Савада ненавидела, когда на нее кричат.       Она бы и разошлась, если бы не Йоши. Экзоскелет девушка еще не успела снять, так что ИИ довольно задумчиво, как бы невзначай, заметил:       — А что там с картой? Ну, которая в доме за храмом?       Йоши прекрасно знал, что следует за гневом хозяйки. А Тсуна почему-то совершенно забыла, что Фонг, почти наверняка, ее ждет. Пусть даже не совсем ее, но все-таки он ждет.       — Хорошо, Реборн, — внезапно успокоившись, проговорила она. Мужчина аж в осадок выпал. — Я пойду отдыхать. Только не на базу, хорошо? Буду утром, ребята, — она кивнула друзьям и, взлетев в воздух, направилась в сторону храма. Она, правда, долетела только до своего дома, а потом заблокировала пламя всех колец и брони и шла до храма уже пешком.       Фонг ее действительно ждал. Он почти сразу вскочил, когда она залезла к нему в спальню через окно.       — Все хорошо?       — Да, наверное. Ночью пришлось атаковать базу Мелоне, потому что они устроили засаду. Шоичи оказался на нашей стороне, так что Бьякуран устроит нам Чойс через десять дней, — девушка вздохнула и посмотрела в теплые глаза мужчины. — Я останусь?       Тот ненадолго опешил, но потом кивнул. Показав, где душ, он молча уселся на край кровати и, заламывая пальцы, ждал.       Тсунаеши вышла, завернутая в теплый халат сиреневого цвета. С мокрыми волосами, чуть влажным от влаги лицом, босая, она выглядела настолько беззащитной, что Фонг едва ли не потянулся к ней, чтобы обнять, но вовремя хватился, что это — не та Тсуна, которую он любит.       Девушка подошла к карте, за несколько минут молча изучая её повторно, и проговорила:       — Я видела себя будущую, в той машине, которую нам нужно было, как казалось, уничтожить. На деле оказалось, что она хоть и держит нас здесь, но внутри нее были наши будущие версии. Скажи… Ты полюбил ее за красоту?       — Что? — Фонг удивленно посмотрел на угловатую спину Савады. Та дернула плечом и повернулась:       — Будущая Я… Очень красивая. Женственная. Хрупкая даже. Ты любил ее за это?       Мужчина несколько секунд перебирал волосы на конце косы, а потом честно начал отвечать:       — Дело было не столько в красоте, сколько в душе. Она первое время после того, как призналась в своих чувствах, дико страшилась всего. Она не давала себя обнимать, не позволяла целовать. Она сразу сказала, что не умеет любить, несмотря на то, что поддалась…       Тсунаеши кивнула, стараясь не обращать внимания на собственные красные щеки. Она хорошо понимала, что значит последнее слово.       — Поддалась…. сразу?       — Пришла через месяц после того, как мы определили, что влюблены. В тот же вечер, сразу, да, — сбивчиво объяснил мужчина, начиная расплетать волосы. — А потом шугалась любого проявления чувств. Мне стоило огромных трудов ее приручить…       Савада подошла к нему, присела рядом и, осторожно перехватив косу, продолжила расплетать волосы вместо него. Она делала это нарочито медленно, а Фонг молчал, следя глазами за движениями ее пальцев.       — Ты можешь все изменить, — неожиданно сказал он. — Тебе не обязательно оставаться со мной там, в прошлом.       Девушка как-то неопределенно мотнула головой и, расправив расплетенный длинный хвост черных волос Фонга, убрала руки.       — Тут ведь только одна кровать? — мужчина кивнул. Он уже видел, что шатенка буквально валится с ног. — Ладно…       Тсунаеши забралась повыше, положила голову на подушку и, внимательно смерив взглядом прямую спину и профиль наблюдающего Фонга, закрыла глаза.       Она спала уже через несколько минут. Почти сутки на ногах, не смыкая глаз — даже для нее, привыкшей к жестким рамкам, такой режим был утомителен.       Фонг осторожно лег рядом, так как выбора у него все равно не было — в доме не наблюдалось даже запасного матраса, так как подобная ситуация никогда не рассматривалась. Бережно проведя пальцами по волосам девушки и убрав с лица несколько прядок, он устроился на боку и, понаблюдав несколько минут за умиротворенным лицом Тсуны, тоже провалился в сон.