Закрой окна, сними всё

Руки трясутся. По всему телу дрожь и мурашки табунами. Крупные слезы умывают девичье лицо. Что теперь делать? Что будет дальше? А что обычно бывает, когда тест показывает две полоски? Старая жизнь перечёркивается, обнуляется, и начинается новая. Все заново. Людям приходится отказываться от их привычного образа жизни, загонять себя в рамки, соответствующие статусу «родителя». Быть примером и опорой. Думать за двоих. А что если ребёнок нежеланный? Если его совсем не ждали? Безусловно, дети это хорошо, но не сейчас. Не тогда, когда ты сам ещё ребёнок. Слишком рано. Нет, нет, нет. — Твою мать, ну как?... Брюнетка тихо хнычет, усевшись на холодном бортике ванной и закрыв лицо руками. Сверлит глазами злосчастный положительный результат и ещё больше задыхается от слёз. Они ведь были аккуратны. Кирилл всегда аккуратен. И эти таблетки были проверенные, много врачей рекомендовало. Что могло пойти не так? Что скажут родители? Как отреагирует Кирилл? Его карьера может полететь к чертям. А что если он вообще бросит её, когда узнает такую новость? Может испугается? Нет, он точно испугается. Но сказать нужно. Он имеет полное право знать. Нельзя скрывать такое. Тонкая ручка тянется за мобильным и судорожно набирает номер парня. Соня знает, что он безумно занят, но сейчас работа подождёт. По телефону такое не говорят. Долгие гудки заставляют впасть в истерику, но вскоре тишина на другой линии прерывается. Брюнетка слышит неприятный шум, множество голосов, чей-то смех. Кирилл пропадает на студии. — Сонь, что-то срочное? Я не... — Да. Перебила девушка. Сама не ожидала такой грубости в голосе. Блондин опешил и замолчал. По интонации понял, что что-то не так. — Что случилось? — Приезжай домой. Сейчас. Соня говорит тихо, чтобы было не слышно, как она шмыгает носом и глотает слезы. — Ты меня пугаешь, детка. А по телефону нельзя? — Кирилл, просто езжай домой, пожалуйста. — Ну, х-хорошо. Блондин запинается и кладёт трубку. Нервничает. В его голове уже роем вьются сотни разных мыслей, не давая шанса мозгу нормально функционировать. Что такого могло с ней произойти? * * * Входная дверь с грохотом хлопает, заставляя девочку вздрогнуть от неожиданности и ещё сильнее прижать костлявые колени к груди. Кирилл приехал быстро. Спешил. Волновался. За это время её самоедство дошло до крайней стадии. Она ведь любит накручивать, да? — Малая? Он, не разуваясь, проходит в зал и зовет девушку. Топчет мытый ламинат грязными мартинсами. Плевать. Находит её на диване, свернутую калачиком. Она выглядит беззащитной и потерянной. — Ты чего? Незборецкий плюхается рядом и крепко прижимает Соню к себе. Она бледная. Вся холодная и дрожит. — Кир. — Обнимает парня за шею, уткнувшись носиком ему в висок и прерывисто выдыхая.— Мне сказать тебе кое-что надо. Первая мысль: «Изменила?» Но нет, она не могла. Она слишком его любит. А что тогда? Он даже не подозревал, что все настолько серьёзно. Терпеливо ждёт от неё хоть каких-то слов. Молчание невыносимо. — Я, по-моему, беременна. Так тихо, тихо сказала, а у него земля ушла из-под ног. — Чего? Может послышалось? Кирилл хмурит белые брови, обхватывая девичье лицо своими ладонями. Хотел убедиться, что она не улыбается и не шутит над ним сейчас. — Ребёнок, Кирилл. Две полоски. Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, будто вот-вот рёбра пробьёт и выскочит наружу. Ребёнок? В голове не укладывается. Парень ослабляет свои объятия и обмякает на диване. Он понятия не имеет, что говорить в таких случаях. Дети не входили в его планы ещё как минимум года три. — По-моему? — Что? — Почему ты сказала «по-моему» ? — Я... я не знаю. Надо сделать повторный тест. Незборецкий молчал. В голове творилось черти что. Он был уверен, что не сможет стать хорошим отцом. По крайней мере, сейчас точно нет. — Ты меня бросишь теперь? Всхлипывает брюнетка, лёжа на мужском плече. Этот вопрос действительно терзает её. Она боится последствий. — Ты с ума сошла? —Кирилл повышает голос, хватая Соню за плечи. Ему обидно.— Сонь, ты серьёзно такого мнения обо мне? — Я не хотела тебя обидеть, просто... у тебя концерты, записи, ты... — Думаешь, это для меня важнее, чем мой ребёнок? Выбрось это из своей головы, поняла? Девочка кивает и целует Кирилла в щёку. Выдыхает с облегчением. Парень принял это так, как нужно. Так, как она хотела. — Поехали ко врачу. Тебе надо обследоваться. * * * Он крепко держит её холодную руку в своей и с умным видом вглядывается в монитор аппарата узи, будто что-то понимает. Она лежит неподвижно, пока по её животу водят неприятной штукой. — Софья, вы не беременны. По всей видимости, тест оказался ошибочным. Врач жмёт плечами, попутно чиркая что-то в своём журнале. В кабинете повисает гробовая тишина. Твою мать, да она выбирала цвет обоев в детскую и подготовила примерную речь для своих родителей. Сегодня оба уже по несколько раз сошли с ума. Будет ребёнок. Не будет ребёнка. Безумие. — Это точно? Интересуется Кирилл, вскидывая брови. Он вроде даже расстроился. Уже успел примерить на себя роль отца. Интересно какого бы это было? — Даю вам двести процентов. Мужчина пожилых лет усмехается. Брюнетка вытирает живот от липкого геля и крепко обнимает блондина за шею. Хрипло шепчет «прости» ему на ухо. — За что? — За то, что заставила нервничать. Она плачет. Слезы льются сами, от переизбытка эмоций. Слишком много всего произошло за один день. — Успокойся. —Целует её в лоб.— Я тебя люблю. * * * Блондин выкуривает третью по счету сигарету, пялясь на темное пятно леса с балкона. Он ужасно вымотан. Сегодня пришлось отложить все дела и остаться с Соней дома. Ей сейчас нужна поддержка. А ему нужна она. — Я так испугался. Просто подумай, что бы я мог дать ребёнку сейчас? Мы же сами ещё дети. Блондин выбрасывает бычок за перилла и снова тянется к пачке за очередной сигаретой. — Эй, малыш, брось.— Девушка встает перед ним, поглаживая его скулы ладошкой.— Ты был бы очень хорошим папой. — С чего ты взяла? — Увидела. Соня улыбается, целуя Кирилла в губы. Она правда так считает. Она это чувствует.