Будничные трудни

Сверху все выглядело, как аккуратная, сделанная с любовью модель. Очевидно, в нее было вложено немало сил и труда: затейливый рельеф радовал глаз богатством красок, снежные шапки гор искрились на солнце, а среди волн песчаных барханов вздымались островки изумрудной зелени. Вокруг них рассыпались маленькие, словно игрушечные домики. В месте, помеченном красным флажком, кипела стройка. Да-да, если приглядеться, можно было разглядеть снующих туда-сюда людей и медленно ползущие повозки, груженные древесными стволами. Тут-то и становилось ясно, что если это и модель, то максимально приближенная к реальности. По крайней мере, тому ее плану, к которому относилось происходящее. Завораживающий вид сверху — разумеется, завораживающий только первое время, а не тогда, когда ты вынужден торчать над ним годами, уточняя границы области и высчитывая кубометры воды, а математику еще не изобрели. — Итак, у нас снова изменения в плане, — архангел Гавриил отвернулся от модели и доброжелательно улыбнулся остальным. Фраза повисла в воздухе, возымев должный эффект: Уриил вздернул брови, а Сандальфон уставился на него с приоткрытым ртом. — Михаил! — Да, что за изменения? — архангел опустил табличку, в которую тыкал стилусом. — Вот этот горный хребет, — Гавриил сверился с моделью и сделал широкий жест, охватывающий цепочку, — значится как место высадки. Уриил вытаращил глаза. — Да-да? — повернулся к нему архангел. — То есть вода поднимется до перевалов, — уточнил он. — До пиков, самых пиков. Они должны скрыться полностью, — возразил Гавриил. — Но эта цепь должна была стать естественной границей потопа! Мы что, зальем все дальше к северу?! — Зато представь, какой будет вид на радугу, м? — бодро заметил архангел. — К тому же, я уверен, что вы не дадите воде обрушиться на эти территории. А незначительные подтопления пойдут только на пользу. Гибель урожая поспособствует воздержанию. Уриил предпочел не комментировать, буравя взглядом горный хребет. — Итак, нам нужно решить некоторые вопросы с логистикой, — продолжил Гавриил, взмахом руки отдаляя картинку, так что перед архангелами предстала вся территория целиком, выделенная по периметру золотистым сиянием. — Даже если взять полюса, по моим подсчетам, дождь должен будет идти еще двести двадцать дней и шесть часов, чтобы вода достигла нужной отметки. Мы не укладываемся в график. — Как насчет пары комет? — предложил Сандальфон. — А волны? О волнах ты подумал? — вмешался явно обеспокоенный Уриил. — Да, они могут перевернуть посудину, — Гавриил потер подбородок. — Так, хорошо, какой из океанов нам нужен меньше всего? Михаил снова уткнулся в табличку. «В ближайшие годы не могу, сроки горят», — нацарапал он. Чуть ниже немедленно проступили косые штришки и точки: «По потопу? Смешно». «Смешно — это сотни тысяч грешников на проходной». «Это не смешно, это ад», — выцарапал собеседник, и Михаил закусил стилус, сдерживая улыбку. «Могу придержать, если подтопите снизу». «Правда?» «Когда я тебе врал?» Через некоторое время на табличке неохотно проступило: «Заметано». Сунув ее за пазуху, Михаил кашлянул. — Грунтовые воды, — произнес он. Гавриил хлопнул в ладоши и потряс сомкнутыми в замок руками. — Молодец, Михаил! Займешься? — Конечно, — архангел широко улыбнулся.