Просто секс?

В комнате Изуку раздавались всхлипы, прерывистое дыхание и звуки трения двух горячих тел. Красные глаза горели желанием в полумраке, и Изуку не мог от них оторваться. — Ахх… К, — Дэку задыхался, он был уже на пределе, — Киришима! Изуку не помнил, как это началось. То, что он по мальчикам он понял, когда один конкретный мальчик, являющийся ему одновременно и другом детства, и одноклассником-задирой, превратившим его среднюю школу в кромешный ад, приобрел ещё и статус объекта первой влюбленности. Вместо того, чтобы как и остальные сверстники начать засматриваться на противоположный пол, он стал замечать, что Каччан вызывает в нем не только восхищение и дружескую симпатию. Сердце совсем ещё юного мальчишки трепетало, стоило блондину оказаться рядом, от случайных прикосновений оно и вовсе грозилось вырваться из груди. Презрительный взгляд янтарно-красных глаз, мозолистые руки, зачастую сжимающие его шею и злобный рык: «Сдохни Дэку!» — всё это заставляло ноги дрожать не только от страха. Изуку понимал, что это ненормально, испытывать такие чувства к своему мучителю, но ничего с собой поделать не мог. Наблюдая за другом детства, он испытывал щемящий восторг, но и одновременно тоску и разочарование, ведь на взаимность не было и шанса. Качан презирал его, и Дэку совсем не был идиотом и прекрасно понимал — признаваться в чувствах было бы самоубийством, а жить он всё же хотел. Вот только под конец средней школы, когда издевательства одноклассников под предводительством Бакуго стали переходить все рамки, зеленоволосый был на грани. Вариант прекратить все эти бессмысленные мучения всё чаще приходил в голову. Тогда у Изуку был наверное самый сложный период в жизни. Невыполнимая мечта, беспричудность, издевки, ориентация, безответная влюбленность — всё это навалилось на юную неокрепшую психику, и каким бы не был жизнерадостным солнышком Изуку в детстве, всё это топило его, он стал зашуганным депрессивным и очень уставшим. И кто знает, куда бы все это привело, если бы не встреча со Всемогущим. Да, первая влюбленность Изуку Мидории полнейший провал. Многое изменилось с появлением силы. Он будто мог начать всё с чистого листа. Конечно, это залечило его израненную душу, сделало сильнее не только физически — он уже не мальчик для битья и не запуганный ребенок. Вместе с возможностью осуществить мечту начала формироваться самооценка, и на многое открылись глаза. Годы унижения взяли свое. Изуку больше не собирался страдать от разъедающей неправильной любви к человеку, что причинил ему так много страданий. Чувства ещё остались, всё же сердцу не прикажешь, но Мидория старательно пытался заглушить их в себе. Ведь иначе он не сможет спасать людей с искренней улыбкой. Учеба в ЮЭЙ дело не легкое, приходилось многое скрывать, начиная от происхождения своего квирка, заканчивая своей ориентацией. Да, общество уже не так сильно шокировала гомосексуальность, но откройся он, о звании нового символа мира можно было бы забыть. Но не смотря на это, Изуку был счастлив. У него, наконец, появились друзья, почти все в классе относились к нему доброжелательно и с уважением. Даже с Качаном после первого года обучения удалось наладить нейтралитет. Он больше не срывается без повода на Дэку, по большей части либо игнорируя его существование, либо обходясь парами не особо дружелюбных фраз. А потом случился Киришима Эйджиро. И… Да, формально Киришима являлся лучшим другом Каччана, но так же он был очень общительным добродушным парнем, и, кажется, имел ещё одну причуду — возможность находить общий язык даже с камнями, иначе его потрясающую харизму не объяснить. С ним было легко общаться, и довольно быстро между ними появились хорошие доверительные отношения. А ещё, как оказалось, Киришима был очень проницательный. Так, после одних из посиделок со всем классом, на которые Каминари опять протащил алкоголь (где он его брал, так и остается тайной А класса), они остались наедине и долго болтали на разные темы. В тот вечер Киришима тонко предположил, что Дэку не особо интересуется девушками. Дэку сильно смутился тогда и не знал, что ответить. — Не подумай, я не осуждаю, — замахал руками тогда Эйджи, — Просто я… понимаю. Я сам не полностью гетеросексуален, — посмеявшись, он доверительно посмотрел на удивленного Дэку. — Не волнуйся, я никому не скажу. Эйджиро подмигнул, а Мидория очень обрадовался, теперь он не чувствовал себя такой белой вороной, найти похожего на себя человека было очень приятно. С того момента они чаще начали тусоваться вместе. Как говорил сам Киришима, он считал себя бисексуальным, так как его привлекали как и мужские, так и женские тела. Вообще он особо не парился по этому поводу, рассказывая, что до ЮЭЙ много комплексовал, но после поступления принял себя таким какой есть. «Это по-мужицки» — посмеивался он. Также, говоря по душам, Эйджиро сознался, что со средней школы был влюблен в Мину, но та не видела в нем ничего, кроме друга, поэтому он перестал на что-либо надеяться. Хоть Киришима и говорил, что и просто дружба его устраивает, Дэку не раз замечал задумчивые, немного тоскливые взгляды Эйджи, обращенные к розоволосой. Так он нашел ещё кое-что более глубокое общее между ними. Мидория определенно не был влюблен в него, да и Киришима явно не испытывал каких-то особых глубоких чувств. Между ними хоть и была химия, но скорее их отношения подходили под термин дружбы. Позже дружба начала включать в себя кое-какие приятные обоим действия. Они часто зависали друг у друга в комнатах, смотря фильмы и обсуждая всё на свете. И с каждым разом Изуко замечал, что химия между ними набирает силу. И вот однажды рыжий притащил к Дэку гей-порно. Конечно, Изуку удивился, где тот мог достать такое, на что Киришима только отшучивался, говоря, что не сдает своих дилеров. Но Дэку готов поставить коллекционную фигурку Всемогущего на то, что тут замешан Минета. Любопытство Мидории взяло вверх над робостью, и они всё же запустили диск на многострадальном ноуте. Сначала оба дико смущались, но все же вовлеклись в процесс просмотра. На мониторе мускулистый актер в форме супергероя методично вдалбливал в стену какой-то подворотни второго, менее массивного парня, играющего то ли злодея, то ли ещё кого. Кажется, видео имело какое-то идиотское название, вроде «Возмездие супер-жезла». Да уж, жезл реально был супер — огромный елдак то размашисто входил до основания, то выходил почти полностью из раздолбанной задницы порноактера, который активно подмахивал навстречу «возмездию». Порнушка была действительно хороша. Неудивительно, что у обоих железно стояло. Дэку нервно елозил на полу, на котором они расположились, наблюдая горячие сцены. Взгляд невольно постоянно спускался на внушительный бугор друга, сидящего совсем рядом, что только ухудшало его состояние. Тяжелое дыхание двоих подростков, пошлые звуки с монитора, вся эта пытка заставляла Дэку думать только о желании дотронуться до себя. Киришима, конечно, заметил состояние одноклассника, да и сам был примерно в той же ситуации. Тогда и поступило это предложение: — Эм… Дэку, может ну, — Эйджиро был весь красный как рак, ситуация выходила щекотливая, — Ты же хочешь… В смысле и я хочу! Короче давай подрочим! — Эа? — Изуку издал совсем какой-то непонятный возглас, сначала он даже подумал, что ослышался и всё это глюк его перевозбужденного мозга. — Ну, в смысле, тут же нет ничего такого, это же так по-мужицки, да? Но если ты не хочешь… — начал тараторить красноволосый, но его прервали — Давай! — это было резко и очень громко, но Изуку был уже на пределе. Эйджиро удивленно выдохнул, он сам уже не верил в благополучный исход своего предложения, всё же казалось, Дэку был очень застенчивый в сексуальном плане. Но увидев такую знакомую решимость в зеленых глазах, Киришима был очень рад, он не представлял, как бы с таким каменным стояком возвращался в свою комнату через всю общагу. Торопливо расстегивая ширинку, Эйджи, наконец, выпустил на свободу свой член, и Дэку неуклюже последовал его примеру. Это было очень смущающе и очень горячо. Звуки быстрых движений по плоти, прерывистое дыхание, они старались не смотреть друг на друга, обратив всё внимание на происходящее на экране ноутбука, но зрелище было то еще. Изуку открыл в себе, что мастурбировать не одному намного приятней, ощущения от всей ситуации обострились, а редкие взгляды Киришимы доводили до полного блаженства. Тихо проскулив, Изуку получил тогда ещё самую мощную вспышку удовольствия. Он полулежал, облокотившись на кровать и пытался прийти в себя, пока Эйджиро кончал совсем рядом. Такое времяпровождение понравилось обоим. Сначала они дико смущались, но со временем такие просмотры стали происходить чаще. Дэку нравилось получать разрядку после напряженных тренировок в академии. Не то, чтобы он совсем не задумывался о моральной составляющей всего процесса. Всё же все его размышления привели к тому, что ничего плохого они не делают. Обычные фильмы смотреть они почти перестали. Но что-то его беспокоило в поведении Киришимы, при каждом подобном времяпровождении он будто был сильно напряжен. Изуку не был бы Изуку, если бы оставил всё как есть. Он пытался вытянуть у друга, что с ним происходит. И нехотя Киришима сознался. — Эм, это стремно, но это из-за моей причуды, — посмеиваясь, почесывал затылок Эйджи, — Просто когда я на пике, мне приходится сильно… сосредотачиваться? — он передернул плечами и продолжил. — Понимаешь, моя сила в этот момент может активироваться на руках и будет… — не договорив, он опять как-то нервно посмеялся. — Оу… — только и мог что выговорить Изуку. Он даже и не думал, что его другу приходится так сложно, если Эйджи потеряет контроль хоть на секунду, он мог буквально остаться инвалидом. Изуку сильно это расстроило. Киришима отшучивался, говорил не обращать внимания, что ему повезло иметь такую мощную причуду, и она стоит того. Но Дэку есть Дэку. Поэтому в следующий раз, когда они пришли к Киришиме «позаниматься» он предложил одну идею. — Давай я помогу тебе! — быстро выпалив, он увидел непонимающее выражение лица Эйджи и уточнил: — Ну, я подумал, что если ты бы хотел… я мог бы тебе… ну, — Изуку, красный как помидор до кончиков ушей, набрал в грудь побольше воздуха и выпалил: — Подрочить! Я могу тебе подрочить! Выражение лица Эйджиро нельзя передать словами. Он был в шоке, не каждый день услышишь от робкого Изуку предложения такого рода. — Вау, друг, я прям не знаю, что сказать, — но видя съежившегося Мидорию, быстро добавил, — В смысле это круто, правда! Только ты не должен себя заставлять из жалости… — Нет, ты не понял! Я хочу этого, — более красных щек Киришима за всю жизнь свою не видел. — Мне несложно и… я правда хочу помочь. И опять этот взгляд полный решимости. — Хах, Мидория, ты настоящий мужик! — радостно посмеиваясь, Эйджи присел на кровать. — Ну, давай попробуем! Если честно, в порно на фоне уже давно не было никакой надобности, куда больше возбуждало присутствие друг друга, пересекающиеся робкие взгляды, осознание того, что за тобой наблюдают, но по традиции видео всё ещё включалось. Изуку уверенно последовал за Киришимой. Раз он пообещал помочь, то поможет, герой он или нет в конце концов? Да и что там говорить, Деку возбуждался от ситуации. Черт, да, он гей, и ему нравятся члены в конце концов! И член Эйджи уже давно не дает покоя Мидории во снах. Крупный, с выступающей венкой, с такой манящей красной головкой, Изуку давно уже хотел хотя бы коснуться до этого здоровяка. И вот его мечта сейчас осуществится. Тем временем Эйджи, приспустив домашние шорты и белье, достает свой полувставший агрегат, внимательно следя за действиями Изуку. Каких только эмоций нет на его лице: напускная уверенность, смущение, немного страха, а самое главное — влажные глаза, горящие интересом и желанием. Да, Эйджи давно не нужна порнушка, одного только вида такого личика Дэку хватает для того, чтобы не слабо так возбудиться. Изуку уже забрался на кровать перед другом и неторопливо потянулся к достоинству Киришимы. — Эй, — позвал тот, — Если что, ты можешь в любой момент остановиться, чувак, я все пойму, — нервно улыбается красноволосый. Черт, вся ситуация очень нравилась Киришиме, но он слишком добродушный для того, чтобы пользоваться чьей-либо жалостью. Но Изуку развеивает все сомнения в своих мотивах, крепко взяв ствол Киришимы и начиная сначала неторопливые, потом более уверенные движения. Эйджиро резко вздохнул, всё же чужие руки на своем члене это тебе совсем не самодрочка. Ощущения сконцентрировались только на получении удовольствия, он глубоко задышал. Дэку закусил губу, зрелище перед ним просто шикарное: мощное тело, дрожащее от удовольствия, сейчас полностью под его контролем. Осмелев, Изуку то увеличивал темп, то наоборот приостанавливался, массируя головку большим пальцем, проводил указательным по вене, второй рукой придерживая у основания, иногда слегка поглаживая налитые яйца. Это было просто крышесносно. Эйджи, наконец, отпустил себя. Руки крепленые причудой впились в матрас, он откинул голову на стену, хрипло шепча не останавливаться. Изуку придвинулся ещё ближе, рука хлюпала от смазки. Они встретились глазами, и Киришиму накрыло.  — Хаах, Мидория, это было… это потрясно, — Киришиму всё ещё потряхивало, но переведя взгляд на Дэку, он понял, что тот сам почти на пределе. С влажными мутными глазами Изуку был чертовски возбужден, — Хэй, друг, моя очередь помогать, — усмехнулся рыжий. — Аа? — ошалевшим взглядом Изуку уставился на руки Киришимы, что юрко расправлялся с завязками на его штанах, одновременно поглаживая его стояк, — Ваа, Киришима! — Но тот уже опрокинул его на кровать, сам расположившись между расставленных ног. — Услуга за услугу, — подмигнул красноволосый, размашисто надрачивая влажный напряженный член. Изуку разметался на покрывале, пошло поскуливая, но надолго и так перевозбужденного подростка не хватило. С громким полувскриком-полустоном, излившись в руку другу, Изуку отключился. — Хэй, чувак, ты впорядке? — очнувшись, Изуку увидел обеспокоенное лицо Киришимы. — Вау, — да он явно был в потрясении, — Это действительно потрясно… — до Изуку начал доходить весь масштаб случившегося, и он опять начал заливаться краской. — О да, это определенно лучше порнушки, — Киришима, посмеиваясь, протянул салфетки Изуку. Потом вдруг посмотрел серьезным взглядом, — Эй, если ты не против, мы могли бы и дальше продолжать… в таком духе. Дэку, тем временем уже присевший на кровати, думал о том, что это уже выходило за рамки дружбы, но он явно был не против этого.