youm.

POV. Тайлер

      Прошло примерно минут десять с момента, как Джошуа отдал мне вещи и ушел вниз. Смирившись с мыслью, что больше нет смысла бездейственно сидеть на краю кровати, я осторожно подобрал с тумбочки одежду, которую дал мне мужчина. Это была огромная белая футболка... Реально огромная. Не по размеру ни мне, ни Джошу. Наверное. И чулки. Блядские чулки! Унижение, видимо, его особый фетиш. Ему так нравится видеть, как я напуган, смущен, на грани истерики. Не нужно быть слишком умным, чтобы осознать это. Кстати, и ничего из низа более. Только чулки. Даже картинка в моей голове описывающая то, как я буду выглядеть в этом, ощутилась желчью в горле, которую захотелось выплюнуть. Захотелось тщательно промыть глаза. И мозги.       Я едва не словил паническую атаку, когда надевал все это. Чувствовать себя как никогда униженным словно вошло в порядок вещей. Стоило мне взглянуть на свое отражение в зеркало, стоящее у стены, слезы тут же полились из моих глаз безудержным потоком. Я — всего-лишь секс-игрушка, и я не могу понять, почему я вообще еще жив. Или я как-то по-особенному понравился мужчине в… Этом плане? Наверное, я никогда не смирюсь с мыслью о том, что мне всю свою жизнь предстоит провести в чертовом сексуальном рабстве, а закончится она тем, что в один прекрасный день я надоем, или, что еще хуже, стану непригодным для использования… Вы можете себе это представить? А самое главное, что мне никуда-никуда не деться от этого.       Я уже собирался выйти из комнаты, но так и не сделал этого… В один момент я просто проникся воспоминаниями, так и не поднявшись с кровати. Мужчина с розовыми волосами — то, что заставило меня улыбаться однажды… Но как я мог забыть, что все в этом мире не может не причинять боль? Я такой идиот… А самое страшное — то, что я ничего не чувствую к Джошуа в плане ненависти, гнева… Но почему так? Это однозначно что-то, чего я не смогу понять. Неужели мое существование настолько безнадежно, что меня уже совсем-совсем не заботят люди, которые только ухудшают мою участь? О других вариантах я и думать не хочу… Совсем не хочу. Бред. Полнейший бред.       Стоило мне покинуть комнату, как я тут же захотел вернуться назад… Немного подумав, я все же из «сделать, что говорят» и «получить наказание и сделать, что говорят» выбрал первое. Сердце все болезненней сжималось с каждой пройденной ступенькой, когда я следовал на первый этаж. Оттуда не доносилось никаких звуков, и это немного успокоило меня.       Я пытался стягивать вниз футболку своими тонкими пальцами, особенно спереди и сзади, словно это хоть как-то помогло-бы мне. С каждым шагом на кухню мне становилось все хуже, но, к моему счастью, когда я распахнул дверь, там никого не оказалось. Комнату заливали солнечные лучи, пробивающиеся через стекло, а на столе стояла тарелка.

***

      К горлу подкатил удушающий ком, когда Тайлер услышал хлопок двери. Комната наполнилась звуками шагов, приближающиеся к раковине, там, где стоит Тайлер… Мальчик, домывающий посуду, едва уловил доносящийся шум... Но все равно не успел обернуться, когда почувствовал, как его буквально вдавливают в кухонную столешницу весом чужого тела.       Джошуа прижимается к мальчику со спины, нарочно создавая трение в области бедер. Притягивая к себе парня одной рукой, ладонь другой руки он вплетает в пушистые темные волосы, оттягивая их на себя. Джош явно доволен. Мальчик надел все, что он ему отдал.       Тайлеру страшно… До дрожи в коленках страшно и больно — даже несильное трение приносит острую боль где-то между ягодиц. — Не надо, пожалуйста, — захлебываясь слезами, умолял мальчик, — мне больно…       Дрожащий голос, близкий к шепоту доносится до Джоша, когда тот скользит ладонью ниже, с талии мальчика на его зад. — Сильно болит? — полушепчет Дан, осторожно сжимая ладонь.       Тихий скулеж Тайлера в ответ на этот жест подтверждает предположение Джошуа, и тот хмурится. — Помнишь, что я сказал тебе вчера? — говорит розоволосый. — Я не хочу причинять тебе боль… И не собираюсь, ладно? — И Тайлер удивлен. Удивлен тому, что мужчина вообще способен проявлять заботу, тем более по отношению к Тайлеру. — Встань на колени. И все надежды с треском разбиваются об эту фразу.       Мальчик с испугом глядит на мужчину, но все не решается перехватить его взгляд. Внутри все сжимается, и Тайлер мечтает умереть… Но не смеет ослушаться, и, зажмурив глаза в попытке сдержать слезы, опускается на колени.       Джош доволен послушанием мальчика — гладит по пушистым волосам, перемещаясь пальцами вниз по задней стороне шеи, мягко проводя пальцами по линии горловины белоснежной футболки. Оттягивает, смотрит на ярко-лиловые пятна, проводит по ним и даже надавливает. Пометки. — Расстегивай ширинку, — приторно-ласково говорит мужчина, и Тайлера затошнило.       Сказать, что он не хочет этого делать — ничего не сказать. Сердце болезненно сжимается при каждом вздохе. Его взгляд устремлен вперед и что-то словно сковывает его тело, не позволяя выполнить приказ Джошуа… Но мужчина не торопит, и через некоторое время Тайлер медленно стягивает бегунок вниз, стараясь игнорировать дрожь в пальцах. Все же принял решение не дожидаться, когда Джош сделает это сам.       Стягивает штаны вместе с бельем чуть ниже колен и дальше тупо смотрит перед собой, не понимая, что должен делать. Точнее, как раз, понимает. Несмотря на то, как сильно не хотелось бы. — Хороший мальчик, — тянет мужчина, раз за разом пропуская пальцы сквозь темные пряди. Мальчик выглядит таким чистым и невинным в ногах Дана, аж пробирает от этого. Джоша только больше возбуждает его неопытность… Хочется в один момент просто перестать сдерживать себя, дернуть за чужие волосы и как следует насадить ротик мальчика на свой член, но все же не торопится — ловит момент. Джош очень доволен послушанием Тайлера. — Вот так, — тихо выговаривает Джош, поглаживая чужие волосы в ожидании. — тебе что, нужна подробная инструкция дальнейших действий?       Мальчик ничего не отвечает — по его щекам стекают слезы, но он все никак не может решиться сделать хоть что-нибудь. Все тело в страхе сжимается. Тайлер не знает, как правильно. Осторожно оборачивает руку вокруг чужого члена, прикасаясь губами к головке. Сердце пробивает грудную клетку — мальчик в страхе поднимает глаза в поиске одобрения своих действий, но мужчина не смотрит на него.       Джошуа, оперевшись локтями по обе стороны своего тела на кухонную столешницу, запрокидывает голову и протяжно выдыхает в предвкушении.       Губы мажет мерзкая вязкая жидкость. Уже не поднимает заплаканных глаз на мужчину — берет глубже, морщась из-за солоноватого привкуса естественной смазки. Его щеки горят, по крайней мере так это ощущается. На лице вздулись венки — Тайлер почти не дышит. Только берет все глубже, из последних сил сдерживая рвотные рефлексы. Мужчина не сдерживает тихих стонов, все еще трогая волосы мальчика, и Тайлер ненавидит себя за то, что он позволяет ему делать это.       Джошуа водит по чужим волосам, изводя самого себя тем, что все еще сдерживает желание грубо насадить Тайлера на свой член. Хочется оттянуть время, насладиться, пусть даже у мальчика не получается брать и половины всей длины. — Расслабь горло.       И у Тайлера от этого теплого голоса мурашки по коже. И у него едва не начинается истерика, когда он понимает, что Джош хочет сделать… Когда пальцы грубой хваткой сжали волосы на затылке Джозефа.       Не может ослушаться, ведь понимает — самому же хуже. Когда Джош почувствовал, что движения мальчика прекратились, он крепко взял его и попытался толкнуться как можно глубже, на что мальчик едва не подавился собственным кашлем, а слезы, увлажняющие тонкую кожу, достигли шеи.       Комната наполнилась протяжными стонами мужчины, которого пробирало дрожью после каждого толчка в чужой ротик. Горло Джозефа идеально обтекает его член. Такой узкий и разгоряченный… Просто сказка.       Проводит большим пальцем по влажной нижней губе дразнящим жестом и не перестает толкаться, но Тайлеру все равно… Только челюсть сводит. «Пусть делает, что ему вздумается.» Мальчик просто тихо дожидается, когда Джош закончит.       Тайлер уже смирился и не пытался отстраниться, стенки его глотки уже не были слишком узкими для чужого члена. Чувствует себя полнейшей шлюхой и старается не думать слишком много… Это уже успело войти в порядок вещей. Как же надоело.       Когда Джошуа с громким стоном, который не получилось зажать зубами, изливается в чужую глотку, мальчик едва ли не захлебывается чужой спермой, пытаясь прокашляться… Тайлер мечтает о смерти, когда в очередной раз не осмелившись ослушаться, сглатывает вместо того, чтобы сплюнуть на пол. Мужчина крайне доволен послушанием мальчика.