youm.

      В отличие от предыдущих дней, на этот раз Тайлера не взяла дрожь, когда хлопнула дверь, и Джош, тяжело шагая, подошел к кровати, на которой лежал мальчик.       Тайлеру уже просто все равно, абсолютно все равно. Во рту все еще стоит солоноватый вязкий привкус, ведь Джошуа даже не отпустил его в душ после прошлого раза, что произошел сегодня утром. Тайлер даже не посмотрел на Дана, продолжая лежать на кровати, утыкаясь носом в подушки. Слезы засохли на его щеках.       Когда в руках Джоша что-то характерно звякнуло, Тайлер все же поднял голову. Больше от испуга, а не от интереса к этой самой вещи. Прежде, чем мальчик успел что-либо сообразить, мужчина обхватил его запястья, заводя их над головой. Тело мальчика бьет дрожью, но он из последних сил пытается сдерживать слезы. С немым вопросом смотрит на Джошуа. — Прости, малыш, мне надо уехать, а к тебе доверия никакого, — говорит Дан, приковывая запястья Джозефа к изголовью кровати. Закусывает губу до крови, чтобы не заплакать. Чувствует металлический привкус во рту. Джош, кинув ключи куда-то в другую сторону помещения, покидает комнату. Щеки Тайлера краснеют, он в панике ерзает на кровати, словно ему никак не давалось осознать происходящее. Руки затекли практически сразу, и из-за того, что он не может ими воспользоваться, только больше чувствует себя чертовой игрушкой.       Слезы предательски соскальзывают с висков мальчика, когда он в очередной раз осознает, что Джошуа издевается над ним как только может. Как бы вы себя чувствовали, если бы вас неоднократно подвергали как физическому, так и сексуальному насилию, одели в что-то, во что нормальные люди не одеваются, и приковали к кровати? Тайлер только может быть благодарным за то, что его хотя-бы не отымели перед уходом.       Голова болит, ужасно хочется спать… Хотя он не уверен, что ему вообще придется уснуть, пока Джош не вернется. Несмотря на то, что ноги Тайлера достаточно тонкие и худые, резинки белоснежных чулков словно въедались ему в кожу, не давая забыть о себе. Даже когда так хочется. Так или иначе, ему срочно надо избавиться от чертовых наручников, потому что прошло минут десять, и он уже не чувствует суставов на своих запястьях. Все же через пару часов ему удалось уснуть, когда головная боль немного отступила, а запястья затекли до такой степени, что мальчик их попросту не чувствовал.

***

      Уже подъезжая ко входу в здание, припарковывает машину и тут же покидает ее. На улице чрезвычайно непривычная для осени жара, солнце неприятно слепит, но Джош не возвращается в машину за очками, проследовав внутрь здания. На входе сразу цепляет на себя бейджик «Jim Smith», улыбнувшись каждому, кто приветствует его, и идет в центральное крыло. Поднимается по лифту, проследовав в кабинет главного. Он еще с прошлого раза он как-то подозрительно на него поглядывал, и теперь пришло время убедиться в том, все ли в порядке.       Постучавшись в дверь, он сразу получил приглашение войти. Седоволосый мужчина сидел за столом, сцепив руки в замок. Его лицо было нахмуренным, и Джош нахмурился следом, уже перебирая в голове всевозможные варианты, за что его будут отчитывать. — Сэр? — Обратился Джош. — Садись, — говорит главный, указывая Джошу на кресло перед ним. Дан послушно приземлился на него. — Ничего не хочешь сказать мне, Смит? Джош лишь вопросительно уставился на него. — Знаешь, я, конечно, все прекрасно понимаю… Но твою голову не посещала мысль о том, что раз уж ты забрал мальчишку, то что я скажу человеку, у которого Берт взял долг размером с половину месячных запасов?! — Сэр, я… — Почему я опять прикрываю твою задницу, Смит?! Ты должен был в тот же день все возместить! — Я прошу прощения, сэр, в течении дня я верну ему все до единой копейки. Главный моментально успокоился. На его лице заиграла чересчур подозрительная улыбка, когда он поудобнее раскинулся на своем кресле, смотря на Джоша. — О, конечно вернешь, Джим. Джош попытался натянуть улыбку в ответ, но получилось криво, и, мягко говоря, не очень. Слишком дерьмовая ситуация, чтобы искренне улыбаться. — Но ты же понимаешь, что это твой косяк, [прим. автора: как иронично-то сука] верно, Смит? Поэтому я не могу так просто отпустить тебя. Джош с испугом посмотрел на старшего, а тот лишь шире улыбнулся. — На складе тебя ждут две сотни килограмм порошка, и время, которое я дам тебе на то, чтобы продать все это… До вечера. Поэтому бери грузовую машину, вперед и с песней. — Но я… — Ты заслужил это, Джим.* Еще вопросы будут? — Нет, сэр. — Ты свободен. Джош тут же поднялся с кресла, удаляясь прочь из кабинета, чтобы не разнести все прямо здесь.       Сразу как он хлопнул дверью, он со злостью ударил кулаком по стене со всех сил, на что только был способен. Нервно дыша, едва сдерживая порывы гнева, Дан все же направился в сторону склада, что находится на первом этаже вместе с гаражами для перевозочных машин. Двести чертовых килограмм! Джошу всегда требовалась неделя, чтобы развезти все это… Он не сможет. Но у него в голове есть идея получше. Он просто вернет какие-то пару тысяч баксов и оставит всю «муку» у себя, потом как-нибудь по ходу дела развезет. Джош улыбнулся гениальности этой идеи и продолжил свой недолгий путь на первый этаж.       Когда Джош вошел в лифт, следом за ним в последний момент забежал Мартин — худощавый белокурый парень. Один из приближенных к главному, у которого с Джошем с самого-самого начала, мягко говоря, не сложились отношения. — Нажми на первый.       Джош молча нажал на кнопку, но не по просьбе парня. Ему самому туда нужно было, ведь если бы Дан ехал, к примеру, на второй, его ответ на чужую просьбу явно был бы далек от понятия «положительный». Джош молча стоял, облокотившись спиной на стену, в то время как Мартин как-то чересчур подозрительно улыбался. Это смутило розоволосого, поэтому он в ту же секунду смирил парня вопросительным взглядом. — Он знает, что ты задумал, Смит, — говорит Мартин, все так же не снимая со своего лица идиотскую улыбку. — Что ты несешь?! — отвращено посмотрев на парня, спросил Джош. Мартин улыбнулся еще шире, что еще больше поспособствовало отвращению Джоша. — Северные предупреждены. Черт. Блять.       Джош едва смог сдержать себя, чтобы не размазать Мартина прямо здесь. Его кулаки сжались до такой степени, что хрустнули. Выражение лица Джоша было пропитано неописуемым гневом.       Северные — отряд наркоторговцев, которым руководит Джош. Всего этих отрядов четыре — западные и восточные, южные и северные. И теперь из-за главного, которого Джош возненавидел в мгновенье ока, Дану придется весь чертов день впахивать, чтобы уследить за тем, чтобы никого из отряда не накрыли. Однажды уже произошло кое-что подобное, из-за чего Джошу очень жестко влетело.       Когда лифт остановился, Мартин вышел из него первым. Джош помчался в разы быстрее чем среднестатистическая скорость человеческой ходьбы, нарочно задевая Мартина плечом, да так, что тот едва устоял на ногах. Он что-то пробубнил себе под нос, но Джош даже не пытался расслышать это.       Гнев переполнял его, когда он хлопнул дверью склада с такой силой, что на его розовую голову обрушилась штукатурка. Тихо выругавшись, Джош быстро загрузил мешки в перевозочную машину. Захлопнув багажник, он сел за руль, протяжно выдыхая. В голове пульсирует боль из-за злости, которую ему не доводилось испытывать очень долгое время. Джош постарался расслабиться, откинувшись на спинку сиденья. Открыв бардачок, он взял оттуда открытую бутылку коньяка, и, хорошо так отхлебнув из нее, сразу же почувствовал облегчение. Даже нога перестала дергаться через некоторое время. Джош массирует пальцами виски и просто не может поверить, что все это дерьмо обрушилось на него из-за какого-то мальчишки.