bad oatmeal

      Наблюдать за тем, как мирно поднимается и опускается его грудная клетка и как прядь, забавно упавшая на вытянутое лицо, поднимается и вьется при каждом равномерном выдохе, в конечном итоге падая назад, как только выдох поочерёдно сменяется вдохом, было чертовски умиротворительно.

       Долговязый юноша, закинув одну ногу на подлокотник дивана, вторую же свесив с него, во весь свой рост развалился на грязной потрепанной мебели. Руки его были закинуты за голову, а лицо выражало почти детское спокойствие. Парень спал. Другой молодой человек, сидя чуть поодаль, скрестив руки и положив их на спинку стула, а на них, в свою очередь, голову, наблюдал за спящим из-под полуприкрытых век. Стрелки старых часов тихо потрескивая тикали, показывая уже далеко не детское время. Комната была освещена холодным лунным светом, падающим из-за колыхающихся на нежном летнем ветру безвкусных занавесок. Волосы бодрствующего парня в этом полумраке казались лишь ещё темнее, словно они тянули из луны весь свет и поглощали его. Дремавший же юноша, наоборот, будто светился. Старший закрыл глаза и тут же провалился в сон. Вид его солнечного мальчика, освещавшего эту старую комнату дешёвого мотеля, был столь близок его сердцу, что заставил забыть обо всем случившемся с ними за последние годы. Забыть о непрекращающейся погоне, о том, как их обоих уже несколько раз ранили легавые, о том, как тяжело им приходилось после их Побега.       Хватка на холодном пистолете ослабла и он упал, утонув в густом ворсе пыльного ковра.

***

      Громкий пронзительный кашель вырвал короткостриженого юношу из томных нег сна. Его персональное солнце сейчас раскатисто сотрясало воздух, невероятно сипло кашляя. — Блять, Водка, что с тобой?!       Ответ последовал не сразу, ведь Дилан никак не мог вставить даже слова, пронзаемый тяжестью в груди и першением в горле. Он лишь трясущейся рукой указал на полупустую банку «Dr. Pepper», одиноко стоявшую на журнальном столике. Эрик тут же вскочил, роняя старый деревянный стул, схватил алюминиевую банку и тут же вручил её своему партнеру. Клиболд выхватив её, жадно начал глотать тёплую, уже не газировку, и его ужасающий кашель почти тут же прекратился, оставив парня сидеть с рукой на своей шее. — Спасибо, Реб. Сушняк, блять, невероятный. Хотел сглотнуть слюну и подавился, представляешь? — Ви, ты напугал меня до усрачки, чувак! Я уже было решил, что сегодня утром ты отдашься не мне, а той старой карге, которая за нами по пятам гоняется уже который год! — Размечтался! Если я и умру, то точно не таким тупым способом.       Парни добро посмотрели друг на друга и, почти одновременно усмехнувшись, в голос засмеялись. Пустая банка с характерным звоном скатилась с дивана и прокатилась куда-то в сторону