Вселенная в объективе

Вспышки камер, громкие голоса, снующие вокруг люди торопящиеся все куда-то успеть и что-то сделать. Свет. Много света. Щелк. Обезоруживающие лучи мощных ламп облепляют тебя со всех сторон, освещают, открывая абсолютно все твои косяки, будь то ниточка на дорогом пиджаке или неровно лежащие волосы, яркие пучки света безжалостно демонстрируют все эти неидеальности миру. Щелк. Ты в центре всего этого хаоса, и как всегда ослепительно красив и невероятен от кончиков волос и до правой пятки. Роскошен и приветлив со всеми. Прекрасный человек, талантливый айдол, любящий фанатов и посвящающий всего себя своему искусству — музыке. Щелк. Черты твоего лица очень ровные и мягкие, твои глаза очаровывают, заставляя утонуть в них, утонуть в тебе, и захлебнуться собственной любовью. Щелк. Щелк. На тебе умело подобранная стилистами одежда дорогого бренда, которая подчёркивает сексуальную фигуру и выразительность твоего тела. Щелк. Ты все так же шикарно улыбаешься, как и раньше, так же робко краснеешь, принимая подарки от фанатов, так же удивительно смеёшься, вызывая табуны приятных мурашек и учащенное сердцебиение у каждого, чьих ушей коснулся твой чудный ласковый смех. Щелк. Улыбаюсь, настраивая фокус. Щелк. Как долго я уже словно сталкер прихожу на каждый концерт и любое мероприятие, чтобы увидеть тебя и пополнить коллекцию твоих фотографий в моих личных архивах? Месяц? Год? Полтора? Нет, неверно, третий год уже пошёл… А я так и не решился заговорить. Слабак, боящийся иногда даже стен собственной комнаты… Слабак. Щелк. Эти фото, пожалуй, единственное, что я могу себе позволить и чем живу. Вряд ли я когда-нибудь пересилю себя и подойду ближе, но я всегда смогу наслаждаться тобой издалека… По крайней мере, твоя улыбка еще долго будет светить мне со снимка… Это ведь ненормально? Быть настолько влюбленным, почти одержимым тобой? А ведь мы даже не говорили ни разу… Щелк… Замираю, почти перестаю дышать, когда очередная фанатка отходит и ты начинаешь бегать взглядом по залу. Смотришь на меня?.. Ох, нет же, показалось. Сердце выворачивает кульбит и ухает куда-то вниз, а потом, почему-то противным комом застревает в горле. Щелк. Любуюсь сделанным снимком. Ты такой великолепный здесь. Быть может, я раскатал губу, но кажется, мои снимки сделаны гораздо качественнее чем те, что выкладывают в соцсетях фанаты и фотографы профессионалы из агентств. Щелк. Щелк. Фото, которые я делаю, ещё ни разу не попадали в сеть или на обложки журналов. Это только моё, личное, сокровище. По крайней мере, я хочу так думать. Щелк. Чуть улыбаюсь своим мыслям, наблюдая, как ты умилительно смущаешься, надевая кошачьи ушки и мяукая. Авв, боже, это будет лучшее. Щелк. Щелк. Щелк. Фансайн подходит к концу, а я жду. Жду того самого момента, ради которого я сюда пришёл. Я не знаю, как ты это постоянно делаешь, как во всей толпе ты находишь взглядом именно мою камеру, долго смотришь в нее, показывая одну и ту же позу каждый раз и заставляя меня проваливаться под землю, от нахлынувших чувств. Вот и сейчас, ты снова бегаешь своими двумя звёздными галактиками по оставшейся толпе, и моё сердце, кажется отказывается существовать дальше, когда твой взгляд останавливается именно на моем объективе. Дрожу, стараясь не упасть на пол и не растечься безвольной лужицей. Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк..... Бешеное сердце колотится, стуча в такт щелчкам камеры. Чёрт, ещё немного и ты убьешь меня, Ёнджо… Делаю ещё пару-тройку кадров, неистово радуясь и уже мечтая, как буду очередной раз выносить мозг Гонхаку, пища о том, какой ты невъебенный и как же я тебя обожаю. Смотрю на твою улыбку, буквально чувствую кожей её тепло, становится так приятно на душе, словно очерствевшее в муках сердце щедро полили горячей карамелью. Какие-то 7-10 метров отделяют меня от тебя и я мог бы даже подойти и заговорить, мог бы вблизи увидеть твои нереальные космические глаза, мог бы… Но настолько боюсь этого, что никак не решусь. И не удивительно. Ты ведь звезда, а я просто скучный, узкоглазый фотограф, по уши утонувший в чувствах к тебе. Который еле сводит концы с концами, работая в каком-то затхлом журнале, изо всех сил стараясь делать качественные снимки совершенно не интересующих вещей, в надежде, что эти старания будут замечены, оценены по достоинству и вознаграждены, но это жизнь, хах, здесь это так не работает… Мероприятие близится к завершению, делаю последние фото, вздыхаю всё чаще, понимаю, что до следующей встречи далеко. Буду скучать… А ты всё поглядываешь в мою камеру время от времени. Это так льстит, не знаю, что интересного ты в ней нашёл, но благодаря такому колоссальному вниманию с твоей стороны, мои снимки получаются действительно красивыми. Спасибо. Не устаю восхищаться тобой, даже когда ты просто подмигиваешь очередной, и последней на сегодня, фанатке, у которой от данного зрелища наверняка екнуло сердце и затанцевали бабочки в животе. Закусываю губу, пытаясь усмирить собственных бабочек, что вновь поднимают бунт и грозятся сожрать меня изнутри… …Щелк… «Память заполнена» пишет мне глупое устройство, не рассчитанное на то, чтобы уместить в себе такое количество дорогих моему сердцу моментов. Цокаю, с досадой закусив губу, выхода нет, остальное пойдет на пленку в моей голове. Поднимаю взгляд, чтобы взглянуть на тебя разочек, пока ты не скроешься в помещении для артистов. Однако, ты почему-то продолжаешь сидеть, хотя и пора бы уже оторвать зад от неудобного стула и пойти, наконец, отдыхать… В чем дело? Взглядом окидываешь народ, и чуть дольше задерживаешь взгляд на мне… Ха, бред, показалось, я уверен. Просто мозг изголодался по детским сказкам со счастливым концом, и теперь, не готовый столкнуться с печальной реальностью, он не может принять всю безнадежность ситуации, подсовывая ложные картинки, пытаясь внушить мне призрачную надежду на счастье… Ох… Нужно сматываться. Как можно скорее. Подальше от этих бездонных космических глаз, от нежной улыбки, и заразительного смеха, подальше от всей этой супер-убийственной херни. Ты словно оружие массового уничтожения. Убираю камеру, складываю штатив, стараясь больше не поднимать на тебя взгляд, дабы не залипнуть. Сложно, слишком сложно, черт тебя дери! Сдаюсь и краем глаза, все же наблюдаю, куда ж без этого? Ты прощаешься, тихонько поднимаешься со стула, провожаю твой стройный силуэт взглядом, и никак не ожидаю, что прежде чем твоя широкая спина скроется в недоступной для таких как я зоне, что зовется гримеркой, ты вдруг обернешься, ослепительно улыбаясь и помашешь своей красивой ладошкой, глядя прямо мне в глаза (или это снова мое поехавшее на тебе воображение?). Сердце больше не отстукивает привычный слегка ускоренный ритм, теперь оно носится словно загнанная лошадь, раз за разом ударяясь о стенки грудной клетки, грозясь пробить их, разорвать меня в клочья изнутри и прыгнуть тебе под ноги… Черт, почему столь малое внимание с твоей стороны заставляет меня чувствовать себя…так? Какого хрена, мне же не тринадцать, и я не сопливая школьница, только-только познавшая прелесть первой любви! Я взрослый парень, сердце которого с годами должно было очерстветь, с такой-то жизнью, и разучиться чувствовать настолько яростно. Как у тебя получается это делать? Я ведь даже тебя не знаю! Я просто однажды услышал твой голос и уже больше не смог его забыть. Неужели это веская причина для любви?.. Да хрен его, черт возьми, знает. Просто получилось так. Я сам загнал себя в эту ловушку, думая, что в любой момент смогу бросить это романтическое увлечение, забыть о терзающих душу и все мое существо чувствах… И раньше я бы смог. Но не сейчас. Не сейчас, когда уже так много всего за плечами, не сейчас, когда ты и твое творчество поглотили меня настолько сильно, не сейчас, когда я напеваю твои песни даже во сне, не сейчас, когда ты стал смыслом в моей жизни. Не сейчас, когда ты вселенная в моем объективе. Я все еще помню, как безутешно плакал в подушку, беспокоясь из-за новости о том, что ты получил серьезную травму и находишься в больнице, я помню как потом искренне радовался, узнав, что с тобой все хорошо. Я помню как ночами наслаждался прослушиванием новых и старых песен… Да что там, до сих пор наслаждаюсь, ведь это единственная музыка, от которой меня не тошнит. Ты подарил мне слишком много радости, даже не подозревая об этом. Теперь я уже ни за что не смогу все это забыть. Благодаря тебе, жизнь хоть ненадолго время от времени меняет свой грязно-серый оттенок на более приятные глазу цвета. Спасибо. Правда, спасибо тебе… Накидываю легкое пальто, выходя на улицу, вдыхаю наполненный влагой воздух, наслаждаюсь шумом дождя… Вспоминаю, что не брал с собой зонт и уже мысленно прикидываю, как бы добраться до остановки и не намокнуть. Однако, так ничего и не придумав, решаю просто переждать. Дождь даже не думает стихать, только усиливается. Проходит около часа. Слышу негромкий скрип позади, оборачиваюсь посмотреть, откуда донесся звук и застываю, роняя челюсть на мокрый асфальт. Ты выходишь через черный ход, в руках у тебя простенький темно-синий зонт, а вокруг несколько охранников, тоже с зонтами. Забываю о том, как дышать, ведь сейчас мы гораздо ближе чем раньше, поскольку крыша, под которой я временно спрятался буквально в пяти шагах от запасного выхода. Близко… слишком близко. Такого еще не было, я буквально могу разглядеть даже родинку на твоей шее… Невольно проскальзывает мысль о том, какого хрена ты без шарфа в такую погоду, но ее затмевает куча других, бесполезных и бесформенных мыслей. Неожиданно для самого себя я вдруг громко чихаю, привлекая к своей персоне нежелательное внимание. Ты останавливаешься, поворачивая голову в мою сторону, наши взгляды пересекаются, а я чувствую, что земля ускользает из-под ног, боже, какие же все-таки у тебя бездонные глаза. Им даже не нужны все эти дурацкие цветастые линзы, натуральный цвет делает взгляд более живым. На какое-то время я просто выпадаю из реальности, словно загипнотизированный смотрю на тебя, не в силах сфокусировать взгляд, не слышу даже звуков, будто мы где-то на дне и толща воды поглощает любые колебания. Где-то около трех секунд длятся эти переглядки… — Будь здоров… «Что…?» Мозг отказывается обрабатывать эту информацию. Два слова для тебя, а для меня, можно сказать, целая жизнь. И вроде, ничего особенно не произошло, обычная человеческая вежливость, не более, но черт побери, я уже представляю, как буду всю ночь, и не одну, проматывать эти пять жалких секунд снова и снова. Когда ты влюблен, ты дорожишь даже самым мелким воспоминанием. — С-спасибо. — Нахожу в себе силы чуть улыбнуться. Неловко, волнительно… и грустно. Потому что понимаю, что на этом все. Кончилось мгновение счастья и скоро ты исчезнешь из поля зрения, поскольку, у тебя нет причин задерживаться более. Ошибаюсь. И рад, что ошибаюсь. Короткий вздох, усмешка. Ты делаешь пару шагов в мою сторону, удивленно моргаю, не особо понимая, что происходит, и чувствую себя зависшим компьютером. — Возьми. — Протягиваешь мне свой зонт, а мой мозг окончательно дает сбой, взрываясь. — Что прости… ? — Недоуменно переспрашиваю, вдруг, я что-то не так понял. Но ты лишь усмехаешься, хватаешь мою ладонь, вкладывая в не ручку от зонтика и щелкаешь меня по носу. — Отомри. — Н-не получается… — фраза сама вылетает, а ты смеешься. — Пережидать бесполезно, прогноз обещал целый день дождь. Бери этот зонт и езжай домой. — А вы? — Стараясь не сильно заикаться я с трудом выдавливаю из себя слова. «Что? Почему? Как? Зачем? Я сплю?» — А я на машине. Бывай. — Ты машешь на прощание, отходя к своим и вы все вместе направляетесь к автомобилю. Провожаю взглядом черное авто до тех пор, пока оно не скрывается за поворотом. Все еще не могу поверить в то, что произошло, какое-то время трачу на то, чтобы прийти в себя и только после этого, наконец, двигаюсь с места, плетясь в сторону остановки, на лице сияет глупая счастливая улыбка. Если бы кто-то увидел меня сейчас, то наверняка окрестил бы сумасшедшим и покрутил пальцем у виска, но я слишком счастлив, чтобы перестать улыбаться… Слишком.