explosion
17 сентября 2019 г., 00:27
В первый момент, когда две фигуры материализовались из черноты подворотни, Брайан подумал, что это охотники за чужими часами и кошельком. В те недолгие секунды, пока расстояние между ними стремительно сокращалось, он прикидывал чем можно отбиться, если пара гопников все же заинтересуется содержимым его карманов. Пожалуй, что длинный тонкий ключ от входной двери, так удобно ложившийся в руку, подойдет. По крайней мере, стоит серьезно зацепить одного, как напарник тут же сбежит. Такого было нутро у ночных приключенцев.
Он сильно удивился, когда незнакомцы назвали его по имени, словно желая убедиться, что перед ними именно тот, кто им был нужен. В следующий момент уверенный хук справа заставил Брайана согнуться и судорожно пытаться схватить ртом воздух, которого внезапно стало слишком мало. О попытке достать ключ можно было забыть, особенно после того, как за первым ударом прилетел второй, по согнутой спине, вынудивший упасть на колени и упереться руками в асфальт.
Брайан не знал, кто его бил, но мог с уверенностью сказать, что один из нападавших определенно был профессионалом. Короткие, яростно злые, точные удары не давали не то что подняться, но хотя бы извернуться, чтобы ответить. Единственное, что оставалось — это попытаться прикрывать лицо.
— Парни, возьмите кошелек во внутреннем кармане, — прохрипел Мэй между болезненными ударами по рёбрам, — заберите, что хотите. Но хватит.
В ответ Брайан услышал только издевательский смех. Удары прекратились, но Мэй знал, даже не поднимая лица, что парочка всё ещё здесь, прямо над ним.
— Мразь, — голову придавило к земле тяжёлым сапогом с металлической окантовкой, — ты правда уверен, что можешь весь мир купить за свои бабки?
Чем дальше, тем больше Мэй понимал, что его совсем не случайно караулили в этом темном занюханном проулке. Если бы только он не решил, что стоит прогуляться после милого, но странного, вечера с тем симпатичным и стеснительным рыжеволосым парнишкой, с которым он познакомился накануне. Джоном, кажется.
Мэй уже рассчитывал, что вечер закончится у него дома, но неожиданно визави исчез. Просто сказал, что отойдет в уборную и не вернулся. Спустя минут двадцать Брайан понял, что ждать бесполезно и, чертыхаясь про себя, вышел из заведения. На этом неприятности не кончились. Машина отказалась заводиться. Нужно было вызывать механиков, но стрелки часов приближались к полуночи. Брайан прикинул, что проще оставить тачку до утра, а там уже разобраться. А сейчас хотелось поскорее оказаться дома. Такси вызвать не хотелось, тем более, что идти было недалеко. Дошел, называется.
Тем временем его подняли на колени, грубо схватив за ворот пальто. В голове проскочила мысль, что дорогущий кашемир теперь безвозвратно испорчен от дорожной грязи и совсем не трепетного отношения со стороны незнакомцев.
Чужая рука с силой вцепилась в кудрявые волосы, вызывая новую вспышку боли и выбивая выражения, которые редко произносятся в приличном обществе.
Сейчас, когда голову удерживали в неудобном запрокинутом положении, Брайан наконец смог встретится с обидчиком взглядом.
Из-за темноты нельзя было рассмотреть лица, но Брайан видел темные глаза, которые пристально разглядывали его с холодной яростью, смешанной со жгучим презрением.
— Тварь, ты хоть знаешь, кто мой отец и что с тобой будет, когда он до тебя доберется?
Угроза, выплюнутая Мэем, только разозлила парня. Он резко отпустил волосы и с размаху вмазал Брайану по лицу. Во рту раздался неприятный железный привкус, а в глазах закружились мушки. Но его отпустили. Можно было сделать попытку к спасению, хотя Брайан и понимал, что он не в том состоянии, чтобы убегать от хулиганов.
Мэй только подумал о том, что стоит попробовать опереться на стену и встать, как новый удар в бок отбросил его к серым камням.
— А знаешь, сука ты блудливая, что будет, если твой отец узнает, что его единственный сын и надежда развлекается тем, что засовывает свой член в мужиков?
— У тебя нет никаких доказательств, — Брайан вздрогнул. Он слишком сильно зависел от воли отца, чтобы тот узнал об этой стороне его жизни. Хотя слухи ходили разные, но все это были только слухи. Но кто знает, конечно Мэй был осторожен, но мало ли что.
— Зассал, — коротко резюмировал парень и осклабился, обнажая неровные зубы, — ничего, я сейчас сделаю так, что у тебя больше не будет соблазна испортить жизнь хоть кому-то.
Все, что происходило дальше напоминало какой-то сюрреалистичный кошмар. Напавший грубо и проворно стянул с Брайана брюки, отвесив удар в челюсть на слабую попытку воспротивиться. Уже в следующее мгновение, через пелену боли, Мэй почувствовал, как к его мошонке прижалось холодное лезвие ножа.
Ужас затапливал сознание. Одно движение и если он не умрет сразу от болевого шока, то просто напросто истечет кровью. Слишком мала вероятность, что кто-то появится в этом проклятом месте в это время. И в данной ситуации Брайан думал о том, что первый вариант гораздо предпочтительней.
— Знаешь, это будет быстро, — Брайан зажмурился в ожидании боли, которая перекроет уже имеющуюся. Хотелось было дернуться, собраться силами и откинуть от себя этого маньяка, но страх буквально парализовал, позволяя лишь ошалело пялиться на присевшего рядом парня.
— Фредди, прекрати, — только сейчас второй вышел из тьмы, позволяя тусклому фонарю осветить фигуру, — если ты убьешь его, то ровным счётом ничего не исправишь.
Брайан не видел того, второго, до сих пор безучастного, но готов был поклясться, что голос принадлежал парню, с которым у него сегодня было свидание.
Фредди повел плечом, скидывая руку друга, которая предостерегала от страшного поступка. Сейчас его накрыло осознание того, что, кажется, он действительно перешёл черту в своей злости. Парень, убрав нож, быстро поднялся и, кивнув напарнику, собирался было скрыться в той же подворотне, откуда немногим ранее появились эти двое, но остановился и обернувшись бросил одну единственную фразу.
— Это тебе за Роджера, гнида.
Брайан попытался хотя бы натянуть штаны, хотя и это простое движение давалось с трудом. Но очень не хотелось, чтобы его, сына крупного чиновника и бизнесмена, нашли в таком виде. Думать о том, чтобы самостоятельно подняться и добраться до дома даже не приходилось.
Темно-каштановые кудри слиплись от запекшейся крови и отяжелели, правый глаз заплыл и не желал открываться, тело болело от мастерски нанесенных ударов, в голове шумело, а мир вокруг кружился со страшной скоростью. В мозгу внезапно всплыли слова, брошенные сукиным сыном на прощание. Но обдумать их Брайан не успел.
