Gotham fuckboy

Вип-зона нового клуба «Сирены» располагала для обсуждения дерзких планов и заключения договоров, но никак не для задушевных посиделок. Освальд чувствовал себя крайне неуютно в компании Барбары, но еще больший дискомфорт теперь ему доставляла парочка Лесли-Эд — эти двое, не особо скрываясь, обжимались и хихикали. — Кстати, как там поживает наша доблестная полиция? — Бабс обвела присутствующих веселым пьяным взглядом. Особенно долго её глаза задержались на Освальде. Тот поспешно приложился к стакану виски; остальные громко расхохотались. — Что смешного, я не понимаю?! — взвился Освальд, чем вызвал новую волну веселья. — Да так… — фыркнула Ли. — Интересно, как там мой бывший поживает, ага! — Нигма страдальчески воздел очи горе и снова загоготал как гиена. — Бывший? — Освальд удивленно приподнял бровь. — Он тут для всех нас — бывший… — королева Нэрроуз изящно сморщила носик. — Ну почти для всех, милая, — Нигма чмокнул свою зазнобу в висок. — Вот не устаю поражаться тебе, Пингвин, — мисс Кин задумчиво подпирала подбородок ладонью. — Вроде умный мужик, всё про всех знаешь, а о том, что Нигма с Гордоном мутил — не в курсе, как же так? — Да он же прямо у тебя под носом с дочкой Фальконе путался — ты и тогда ни сном ни духом! — заржал Эд. Освальд пожал плечами. Подумаешь тоже! Он не следил за половой жизнью готэмской полиции. Будто бы у короля Готэма дел больше нет! Но Нигма и Джим… Нет, видимо, это шутка. Очень хуёвая и неумная шутка — как раз такие и любил Эд. Остальные подыгрывали ему, чтобы раззадорить Освальда, не иначе! — Уже месяц расстались, а он всё отойти никак не может, — Нигма смаковал каждое слово, победно поглядывая на всех присутствовавших. И снова — выразительно посмотрел на Освальда. — Ну не так долго, как после наших отношений… — кокетливо подмигнула Ли. — С тобой мне, конечно, не тягаться, дорогая, — Нигма приобнял её за плечи. — Интересно, кто следующая жертва нашего готэмского сердцееда? — Какой он сердцеед, я тебя умоляю! — Бабс закатила глаза, одним махом прикончив бокал беллини. — Не сердцеед, но мудак знатный, — примиряюще отозвался Эд. — Действительно! Однозначно! — хором согласились девушки. — Всем от него досталось… — И мне, между прочим, тоже, — Нигма пригорюнился. — Может, побольше вашего! — Ой да будет врать-то, Эдди! — встрепенулась Бабс. — Тебя он не бросал перед свадьбой. У меня даже платье было! — И мужа твоего не убивал! — добавила Лесли, злобно стреляя глазами. — Вас он не ебал, чтобы пытаться закрыть в Аркхэме! Шах и мат, девочки! Обсуждение неминуемо скатывалось в какие-то грязные сплетни, но Освальд не мог, просто был не в силах уйти, особенно, когда разговор зашёл о Джиме… К сожалению, чувства не имеют срока годности, о чем он периодически жалел. — Теперь пускай ищет кого-нибудь другого, — заметил Эд, подливая себе и Освальду виски. — Мудак он, конечно, но трахается зачётно! — Подозреваю, что половина города с тобой солидарна, Эдди, — кивнула Бабс. — А ты чего притих, Пингвин? — А что ему сказать? — встрял Нигма, подмигивая Освальду. — Он из нашей компании единственный, кто не… — Ты-то откуда знаешь?! — Освальд отозвался на выпад приятеля чересчур поспешно, чем немало развеселил троицу этих гиен. — Ну-ну, не будем скандалить, господа… — Барбара хитро поглядывала то на Эда, то на Освальда. — Что нам, обсудить больше нечего? Повисла тишина, и все развеселились снова. — Да, пожалуй, действительно больше нечего, — Освальд натянуто заулыбался. — Хорошо у вас, но пора. Дамы, Эд, — он церемонно поклонился своим подельникам, но просто так избавиться от всех не получилось — за ним увязался Нигма, и они продолжили посиделки уже в клубе Освальда. — Я тебе говорю, — доверительно шептал Эд. — На этот раз нашего капитана накрыло пиздец как серьезно! Освальд вполуха слушал пьяные откровения, не особенно утруждая себя ответной реакцией. Кроме того, от Эда разило перегаром и еще какой-то кислятиной. Освальд брезгливо поморщился и отсел подальше; впрочем, помог этот маневр мало — смрад настиг его и в дальнем углу дивана. — Да вон, посмотри, — кивнул Нигма в сторону бара. — Сидит, типа он не при делах, якобы пьет. А на самом деле… — Что же на самом деле? — устало вздохнул Освальд, проследив за взглядом Нигмы. — Он просто не может отпустить меня! — победоносно заключил Эд. — Я слишком хорош, вот Гордону и неймется. Хочет меня вернуть, но нет! Между нами всё кончено! Безусловно Нигма считался известным на весь город хуеплетом, но что-то тут было не так… За барной стойкой действительно сидел Джим в компании бокала пива. А ведь и правда — он мог пить в баре у своего напарника, в конце концов, мог выпивать дома. Клуб Освальда явно не то место… Значит, дело тут в чем-то другом. -…Всё оказалось проще простого! — распинался тем временем Эд, не особенно беспокоясь, слушал ли его собеседник. — Так что, если захочешь приобщиться к нашему клубу, могу дать парочку советов. Освальд что-то неопределенно промычал в ответ. Нигма расценил это как приглашение к инструктажу. — Ну значит так! Достаточно было прийти после той разморозки к нему домой, выглядеть потеряно и жалобно, сочинить душераздирающую историю и — вуаля! — путь к телу нашего блюстителя закона открыт, — Эд глумливо захихикал. — Понятно… — без всякого интереса протянул Освальд. — Ты попробуй! — Нигма продолжал напирать. — Ебется он действительно классно, а то ты совсем зачах, как посмотрю. Я же беспокоюсь о моем друге! От этой неуместной фамильярности Освальда затошнило. Эдвард давно был его другом лишь на словах. Столько подстав и лжи хватило бы на целую армию врагов, но Освальд решил, что до поры лучше подыгрывать Нигме во избежание неприятностей. — Ты такой заботливый, Эдди… — голос Освальда сочился ядом, но Эд уже порядочно накидался, чтобы заметить хоть что-то. — Тебе домой случайно не пора? Полагаю, что твоя дама сердца заждалась… — И то правда! — засуетился Эд, залпом осушив бокал. — Засиделся я что-то… Уболтал меня совсем со своим Гордоном! Руки чесались врезать Нигме по его глупой морде, но титаническим усилием воли Освальд сдержался. Еще потом охрану беспокоить и выпроваживать этого «друга»… Определенно не стоит усилий и нервов. — Подумай, Освальд, — Эдвард двусмысленно подмигнул на прощанье. — Зачем отказывать себе в искушении, если он тут сам сидит, готовый, — подойди и возьми! Наконец он свалил, оставив Освальда в покое. Лучше быть одному, чем слушать этот поток скабрезностей. Поразительно, как всех в городе беспокоила чужая постель! Впрочем, на отсутствие секса король Готэма не жаловался, но с удовольствием поддерживал легенду о своем статусе одинокого фрика, которому никто не даст и под страхом смерти. Освальд заулыбался, на минуту вообразив лица Бабс, Эда и Лесли, узнай они, о том, что, например, одним из его партнеров был Зас. Наемник занимался сексом также, как и выполнял свои непосредственные обязанности — безукоризненно, технично, но, к сожалению, слишком быстро. В некоторых случаях скорострельность всё-таки серьезный недостаток. Когда Освальду было лень дрочить, а быстрой разрядки хотелось здесь и сейчас, он прибегал к помощи одного симпатичного официанта. Парнишка выполнял свою работу в клубе очень посредственно, зато сосать умел отлично. Всякий раз, когда во время быстрого минета Освальд запускал пальцы в светло-каштановые волосы, он старался не думать о другом человеке, проклиная своё беспокойное сердце и слишком уж вольное воображение. Благо, глаза у парня были серого цвета, да и подбородок не такой волевой, и вообще — закончил, пошел вон, нечего тут рассиживаться, в зале полно работы. В голове теперь намертво засели слова Нигмы об их с Гордоном связи. Черт, как мог Джим поддаться на такую очевидную манипуляцию? Конечно, Эдвард умел убеждать, но и Джеймс не вчера родился! Освальд злился на безмятежно отдыхавшего около бара капитана. Мог бы найти очередную девушку, мало их что ли? Ведь наверняка отбоя от поклонниц нет. Или всё-таки… Что толкнуло Джима на такой поступок? Возможный ответ, казалось, был на поверхности. Гордон не спешил домой, коротал этот вечер за стойкой один, болтал о чем-то с барменом. На вход в зал не смотрел — значит, вряд ли он кого-то ждал. Неужели всё дело в одиночестве? То есть страх остаться одному сильнее прочих чувств и элементарного самоуважения? Как бы то ни было, Джим не заслуживал презрения или оскорблений. — Какая неожиданная встреча, — Освальд опустился за стойку рядом с Джеймсом. — По делу сюда или так… Отдыхаешь? — А, это ты мне… — Джим покрутил головой, но не обнаружив вокруг себя других людей, удивленно вскинул брови. — Никого больше тут нет, — усмехнулся его собеседник. — Так ты здесь… — Скоро ухожу, не беспокойся, — оборвал Освальда Джим. — Только по счету заплачу. — Деньги убери, — кивнул Освальд на возникший в руке у Гордона бумажник. — В смысле? — В том смысле, что я угощаю. — Благодарю, но не люблю быть в должниках, — нахмурился Джим. — В долг никто не угощает, Джим, — Освальд раздраженно отмахнулся. Втайне от всех, даже от самого себя, — но не после третьей пинты крепкого эля — Джеймс признавался, что ему очень нравилось, когда Освальд называл его по имени. И черт знает, но всякий раз это обращение звучало невероятно интимно, почти ласково, точно протянутая для приветствия ладонь. Или раскрытые объятья. Однако, это не означало, что стоило давать слабину с этим ушлым мерзавцем. — Давай прямо — что тебе нужно? — еще больше помрачнел Гордон, и наконец поднял глаза на Освальда. Он ожидал знакомого острого, язвительного взгляда, но — чудеса! — король Готэма смотрел на Джима очень тепло и… Что это? Сочувствие? Или хуже того — жалость?! Вот уж спасибо, такого точно не надо! — Мне от тебя — ничего, — покачал головой Освальд. — Ты сам пришел, и я… Совершенно не против, знаешь ли. Джим не любил оборачиваться, когда уходил. Как известно, крутые парни не оборачиваются даже на ядерный взрыв. Только в этот раз всё-таки изменил своей привычке — ну, а вдруг что-то оставил на стойке, зонтик там, например… Обманывать себя легко, легче, чем признаваться, что зонт он не носил с собой никогда. Всю дорогу до дома и позже, пока ворочался в кровати, пытаясь уснуть, его преследовал образ одиноко ссутулившегося за стойкой Освальда. Зачем-то пообещал сам себе — заглянет к нему через недельку еще раз, просто так, пообщаться и выпить. Тот красный эль всё-таки был неплох, у Харви ничего подобного в баре не водилось. После таких мыслей сон накатил почти моментально, и снилось что-то очень приятное, вспомнить бы только что…