Несколько рассветных писем

      Когда они оказались в комнате Йегера, Бертольд нерешительно огляделся. При свете ночника непросто было рассмотреть какие-то интересные детали, но он, кажется, старался. Эрен тем временем, удачно делая вид, будто рядом вообще никого нет, приблизился к ночнику и уверенно распечатал конверт. Он решил, что прочитает письмо прежде, чем о чем-то говорить с Гувером. Тот, как видно, был солидарен, ведь зачем-то же он написал последнее письмо. Руки в какой-то момент дрогнули. Эрен сглотнул, бросил на Бертольда быстрый взгляд и развернул лист бумаги. На сей раз текста было совсем немного.       Дорогой Эрен.       Я рад, что теперь нет никаких недомолвок, рад, что ты раскрыл меня. В тот день, когда я писал тебе первое письмо, а после осмелился явиться на рассвете и бросить его в почтовый ящик, я просто сходил с ума от бессилия и своих чувств, сам толком не понимал, чего же именно пытаюсь добиться. Просто хотел, чтобы ты знал, что в этом мире есть кто-то, кто любит тебя всем сердцем и сделает для тебя все, что ты только пожелаешь. Я так боялся тогда, что ты узнаешь мое имя и возненавидишь, а теперь эти страхи кажутся смешными. И все благодаря тебе.       То, как ты посмотрел на меня…       Я снова убежал, но лишь потому, что не мог поверить. Эрен, ты дал мне силы и храбрости, сам того не зная. И теперь я постараюсь не сомневаться.       Я люблю тебя, Эрен. Всем сердцем люблю. Я хочу тебя, во всех возможных смыслах. Хочу всегда быть с тобой, видеть тебя, слышать твой голос и ловить на себе твой взгляд. Хочу, чтобы ты и дальше был моим наваждением. Хочу, чтобы сердце все так же щемило от любви к тебе. Потому, что это — ты, Эрен. Ты особенный, ты самый лучший.       И теперь мне хватит смелости сказать все это, глядя тебе в глаза. Спасибо за то, что не стал смотреть на меня с презрением, Эрен. Спасибо за то, что ты есть.       Искренне твой, более не Аноним       Бертольд Гувер       Эрен прикусил губу. Он вновь пробежался глазами по тексту, прекрасно понимая, что автор этих строк стоит рядом и сильно переживает, ожидая от него реакции. Но парень все равно не спешит. Странно, он сам хотел поговорить, а едва настало время для разговора, ему стало настолько волнительно, что он попытался оттянуть этот момент.       Йегер посмотрел на Бертольда. Тот смотрел куда угодно, но не на него. Здесь, в этой комнате, он ощущался таким… потерянным. Но не чужим, не лишним.       — Как давно это продолжается?       Эрен почему-то был уверен, что Гувер сразу поймет, о чем именно речь. Парень поднял на него взгляд, быстро глянул на письмо в руках Йегера и вновь на него самого.       — Пять лет, — ровным тоном отозвался он.       Эрен задумался.       — Пять лет? С тех пор, как мне было пятнадцать, а тебе шестнадцать?       Он с трудом вспоминал то время. Школ в их городе было несколько, самая престижная находилась едва ли не в центре. Туда-то и перевели однажды Бертольда вместе с Райнером и Энни, когда их семьи переехали из какой-то богом забытой дыры. Они, кажется, и сами познакомились буквально в пути, осознав, что едут в один и тот же город. Эрен подробностей не знал. Суть в том, что тогда ему было пятнадцать лет, и новички попали именно в его класс. Они все были старше на год, но по учебной программе отставали, поэтому и попали к пятнадцатилеткам.       Райнер был хорошо развитым физически и умел драться, как и Энни, которую приемный отец-азиат обучил восточным единоборствам. С ними Эрен нашел общий язык, пусть они оба были своеобразными ребятами. А вот с Бертольдом он вообще не общался, этот парень как-то ничем не зацепил вообще. Йегер ничего о нем не знал, кроме лишь того, что Гувер всегда держался где-то рядом с Райнером и неохотно шел на контакты с кем бы то ни было.       — Да, — коротко ответил Бертольд на вопрос.       Эрен кивнул. Многие его одноклассники в итоге поступили в тот же колледж, что и он сам, благо находился тот в их городе и тоже почти в центре, что весьма удобно. Так что Гувер все эти пять лет был где-то рядом с Эреном, сперва в школе, потом в колледже.       — И когда ты это понял?       Бертольд смотрел на него. Он в самом деле выглядел увереннее, чем обычно. Ощущалось, конечно, волнение, но это не мешало ему смотреть прямо и выдерживать чужой взгляд.       — Сразу, с первого же взгляда. Ты тогда защищал Армина от каких-то придурков. Их было трое, но ты смотрел на них с таким вызовом… — Гувер прикрыл глаза, словно воспроизводя тот момент в памяти. — Твой взгляд словно пылал. Такой решительный и смелый… Я сразу обратил на тебя внимание.       Йегер выдохнул.       — Так что, любовь с первого взгляда?       Бертольд сглотнул и открыл глаза.       — Похоже на то.       Он в самом деле выглядел куда смелее и решительнее, чем прежде. Эрен поймал себя на мысли, что ему действительно нравится вот такой Бертольд. И если он сам как-то повлиял на Гувера и привел его к изменениям, то это даже в некотором роде льстило ему.       — Понятно.       Он обернулся и приблизился к рабочему столу. Открыв блокнот, он вернул лист бумаги обратно в конверт, а после положил письмо поверх остальных писем. Бертольд заметил это. Кажется, он удивился.       — Ты их хранишь?       Эрен закрыл блокнот.       — Они мне нравятся.       Он вдруг ясно вообразил себе, как бы все это могло выглядеть. Да, в свои пятнадцать лет Йегер постоянно с кем-то дрался и никогда в упор не замечал заинтересованных взглядов. И уж тем более он бы не смог и предположить, что в него влюбился одноклассник. Да к тому же Бертольд, о существовании которого он периодически забывал вовсе. Узнай он тогда правду… Все было бы не очень хорошо.       — Эрен…       По взгляду Бертольда сложно было понять, что у него на уме, но выглядел он едва ли не затравленным. Йегер ощутил себя до ужаса неловко.       — Сядь.       Это могло сойти за приказ. Гувера как-то странно передернуло, но он огляделся вновь, точно прикидывая, куда вообще может сесть. Стул в комнате был только один, вернее, кресло перед рабочим столом. Эрен уловил чужой взгляд и сам указал в сторону заправленной кровати. Пожалуй, хорошо, что он прибрался еще минувшим днем.       Бертольд в два шага достиг постели и сел на самый краешек, а Йегер рассмотрел его фигуру. Гувер очень высокий, и ноги у него длинные. Шея тоже длинная, с выпирающим кадыком, подбородок острый. Эрен помнил, какой этот подбородок на ощупь, но никогда прежде не замечал наглядно. Наверное, это странно. Хотя он в принципе никогда не обращал внимания на чью бы то ни было внешность, не приглядывался толком.       Бертольд, пожалуй, красивый, и Эрен рад тому, что понял это уже после того, как прочитал письма от Гувера.       — Меня это все еще сбивает с толку, — признался Йегер. Он приблизился к кровати сам. — Это слишком странно. Но ты правильно поступил, когда написал мне эти письма. Я должен был узнать все от тебя.       Гувер как-то заторможенно уставился в пол. Едва Йегер сел рядом, его передернуло. Эрен едва не усмехнулся с такой реакции.       — Я… решил, что не стоит говорить тебе об этом лично, — признался Бертольд. — Я вообще не планировал об этом именно говорить.       Эрен кивнул.       — Да, я понял, — он посмотрел на Гувера, на его профиль, и вновь отчетливо вспомнил, как они целовались. Не только губы помнили прикосновения, но и плечи, которые этот парень сжимал своими сильными руками. — Бертольд, я не гей, — продолжил Йегер. — И я обычно не верю во всякие там чувства. Если я полюблю кого-то, то точно не за внешность. И не за половую принадлежность.       Гувер обернулся к нему. Он явно был сбит с толку. Да, Эрен никогда и ни с кем не встречался, хоть и нравился многим, но о его ориентации как таковой вообще, наверное, никто не думал.       — А за что? — немного нерешительно спросил Бертольд.       Йегер пожал плечами.       — Наверное, за душу, за какие-то поступки и искренность. А вообще… — он уставился на лежавший на столе блокнот. — В этих письмах я нашел то, что хотел найти. Так что ты правильно сделал, что написал их мне.       Бертольд словно в упор не понимал, о чем ему говорят. Он сперва отвел взгляд, уставившись в пол, а после сжал руки в кулаки. Йегер на интуитивном уровне ощутил, что он приводит мысли в порядок.       — Я на самом деле тебя люблю.       Эрен осознал, что ему приятно слышать эти слова. Он решительно накрыл чужую напряженную ладонь своей.       — Я верю тебе.       Никогда прежде он не верил подобным словам. Когда ему говорили о симпатии, он лишь закатывал глаза. Неужели с самого начала нужно было не говорить, а просто писать ему о чувствах? Или же все дело именно в том, что он в ходе поисков Анонима как-то втянулся и потерял голову? Теперь сложно сказать.       — Эрен, я…       Гувер замолк, а Йегер встрепенулся.       — У тебя руки холодные, — заявил он. Это была правда: руки Бертольда словно окоченели, хотя это и не странно, ведь снаружи холодно, а он еще и простоял в подъезде непонятно сколько. — Живо снимай куртку.       Эрен вскочил на ноги, а Бертольд распахнул глаза, совершенно не понимая, что к чему.       — Куртку? Зачем?       Йегер едва ли не обжег его решительным взглядом зеленых глаз.       — Я сказал — снимай.       Его тон, как и обычно, не терпел возражений. Совершенно растерянный, Гувер, однако, послушался. Он стянул вниз молнию, и вот куртка в самом деле оказалась снята. Под ней обнаружилась лишь водолазка.       — В такой холод и в таком виде, вот же идиот.       Не отдавая себе отчета в том, что творит, Эрен схватил лежавший у подушки свернутый в рулон плед. Все произошло слишком стремительно. Бертольд даже не сдвинулся с места, просто смотрел на Йегера и на то, как он накинул теплый плед ему на плечи, а после зачем-то забрался на него верхом. Эрену и самому стало немыслимо волнительно, но он лишь уселся удобнее на чужие колени. Теперь они были немыслимо близки, почти как в момент их недавнего поцелуя, но все же еще ближе, плотнее друг к другу.       — Что… ты делаешь?       Голос Гувера звучал потрясенно. Откровенно говоря, Йегер и сам не сильно понимал себя. Он просто сделал то, что хотел сделать.       — Грею тебя, — выдал он, прижавшись грудью к груди парня. — У кого-то нет мозгов догадаться, что в холодную погоду надо одеваться теплее.       Бертольд сглотнул. Интересно, подумал Эрен, как на него должна действовать такая близость? Наверняка же довольно сильно.       — А зачем ты… — он нерешительно прошелся кончиками пальцев по бедрам Йегера. — Зачем ты сел на меня?       Эрен прислушивался к своим ощущениям. Он осознал, что никакого отторжения нет. Более того, ему нравилось сидеть вот так, нравилось, как Гувер на него смотрит, во всем этом было что-то особенное. А еще хотелось, чтобы прикосновения парня стали более решительными и настойчивыми. Йегер чуть подался вперед, неумышленно поерзав промежностью по паховой области Бертольда.       — А чтобы ты не сбежал, как в прошлый раз.       Бертольд выдохнул.       — Эрен, прошу тебя…       Он раскраснелся так, что даже в полутьме можно было заметить. Йегер сперва честно не понял, что к чему, а потом все же ощутил бугорок, упирающийся в него. Стоило ожидать, что Бертольд заведется. Если он на самом деле давно хотел подобного, он точно должен был среагировать весьма бурно. Это и случилось.       — Что?       Эрен спросил это, прекрасно понимая, что к чему. Более того, он двинулся еще раз, заставив Гувера сжать его колени.       — Умоляю тебя, прекрати, — жалобным тоном выдохнул он. — Я… не могу… Пожалуйста…       Йегер ощутил себя победителем. Довольно странно, на самом деле. Была ли его заслуга в том, что Бертольд так остро реагирует на такие невинные прикосновения? Возможно. Но сейчас он намеренно провоцировал этого парня, потому что сам хотел острых ощущений.       — Я хочу, чтобы ты меня обнял и поцеловал, — сказал он. — Я девственник, опыта у меня нет никакого, но именно сейчас я совершенно точно хочу, чтобы ты меня обнимал.       Сказать более откровенно он бы просто не смог. Бертольд уставился на него искренне потрясенно. Он смотрел, пожалуй, слишком долго, ведь Йегеру и правда хотелось прикосновений.       — Я… правда могу?       Эрен усмехнулся. Если бы Гувер посмел давить на него, если бы он начал сам лапать его, не задав этот вопрос, он бы его, возможно, отверг. Для Йегера физическая близость была особой темой. Он просто не сможет дойти до самого главного, если между ним и его партнером не будет полного доверия. А именно в этот момент его просто не могло быть. Но объятий и поцелуев он хотел слишком давно.       — Да, — кивнул он. — Я хочу, чтобы ты меня обнял.       Бертольд выдохнул, выдавая свое волнение. Он обхватил руками плечи Эрена, совсем нерешительно, как в прошлый раз. Казалось, он был настолько смущен, что намеренно избегал того, чтобы смотреть ему в глаза. Йегер понимал, что он сейчас полностью контролирует ситуацию, и ему это нравилось. Гувер слишком дорожит им, чтобы сделать хоть что-то, что ему не понравится. Парень сам подался вперед и поцеловал Бертольда. Третий поцелуй, и снова по инициативе Эрена.       Он ощутил, как его нижнюю губу слегка засосали, а после в рот скользнул язык. И это было то, чего хотелось Йегеру. Никогда прежде он не думал, что соприкосновения языками могут быть настолько приятными. В отличие от него Бертольд целоваться умел, он делал это с едва ощутимым напором, а Эрен приноровился и начал копировать его движения.       Время перестало ощущаться. Словно весь мир вокруг исчез, перестал иметь хоть какое-то значение. Йегер увлеченно целовал Бертольда, трогая руками его шею, подбородок и тот самый кадык. Наверное, странно, но именно эти части тела Гувера его заводили особенно сильно. Когда ладонь Бертольда мягко прошлась по его торсу чуть ниже и остановилась где-то на уровне талии, Эрен перехватил чужое запястье, а после буквально заставил Гувера скользнуть ему под футболку. Ощущения оказались действительно острыми. Бертольд откровенно простонал в поцелуй и с трудом отстранился.       — Эрен…       Он был таким беспомощным в своем ошеломительном желании, но ладонь все равно скользнула ниже, пальцы прошлись по напряженной горошинке соска, так что на сей раз уже Йегер издал громкий стон. Он понятия не имел, что его соски настолько чувствительны. Хотелось более смелых прикосновений. На миг Эрену стало страшно. А что, если он потеряет контроль? Ни он, ни Бертольд еще не готовы к самому основному, это вполне очевидно, а Йегеру хотелось, чтобы их полноценный первый раз прошел хорошо, не из-за игры шалящих гормонов двух девственников, а именно потому, что они осмысленно пришли к этому.       Посмотрев в глаза Гуверу, Эрен выдохнул. Нет, этому парню слишком важно, чтобы Йегеру было с ним комфортно, он точно не сделает ничего лишнего, как бы сильно ни срывало крышу. Именно так он и писал в одном из писем, а этим письмам Эрен верил.       Придя к такому умозаключению, Йегер чуть покачнулся на чужих коленях, а после прихватил края своей свободной футболки и намеренно неспешно потянул их вверх. Бертольд, как завороженный, смотрел на то, как парень избавляет себя от элемента гардероба, смотрел на его красивое загорелое тело и, кажется, вовсе перестал понимать, что происходит.       Эрен выдохнул, стараясь угомонить бешеное сердцебиение. Он коснулся рукой чужой ключицы, ощущая, как сильно напряжено тело Гувера, а потом чуть ниже. Рука замерла, едва ощутив такой же неконтролируемый стук сердца. Бертольд был в его власти, добровольно и по собственной необходимости. И пусть его разрывало от желания, он бы ни за что не сделал ничего, чего бы не хотел Эрен. И именно в этом и его безрассудная необходимость жить не для себя, а для другого человека. Для Эрена Йегера, если быть точнее.       Кажется, только именно в этот миг Эрен осознал такую простую, но вместе с тем колоссально сложную истину. В его руках оказался не просто влюбленный парень, а самое настоящее сокровище. Такая любовь встречается слишком редко, а оттого она особенно ценна.       — Бертольд, — шепнул он откровенно хриплым голосом. — Я хочу, чтобы ты трогал меня. Пожалуйста.       Гувер тут же прижался лбом к его плечу и скользнул руками по его спине.       — Я люблю тебя, Эрен.       Он повторил это с толикой отчаяния, просто констатируя факт, но с таким всепоглощающим теплом в голосе, что Йегер улыбнулся. Когда Бертольд без предупреждения повалил его спиной на кровать, не расцепляя объятий, Эрен легко смог расслабиться. Губы Гувера прошлись по его шее, потом ниже, к груди. Как только эти самые губы сомкнулись на соске, Йегер вновь потрясенно выдохнул. Импульсы острого удовольствия прошлись по всему телу, чего парень никак не мог ожидать. А ведь Бертольд дарил ласки неспешно, точно смакуя все порционно.       Эрен невольно вцепился руками в плед, тот самый, который он сам накидывал на плечи Бертольду. Тем временем Гувер скользил все ниже и ниже, трогая руками его бока и иногда касаясь шеи и подбородка, трогая кончиками пальцев губы Йегера. И все это в самом деле сводило с ума как разум, так и их изголодавшиеся по плотским утехам тела.       Йегер вздрогнул в очередной раз, когда Гувер провел языком по его пупку и коснулся руками ремня брюк. Эрен приподнялся, опираясь на локти. Наверное, сейчас лучше все прекратить, пока еще не время. Однако он тут же поймал открытый взгляд Бертольда. Парень не делал ровным счетом ничего, он просто замер, держась за ремень.       — Можно… — его хриплый голос сорвался. — Можно ласкать тебя здесь?       Он снова спросил. Эрен отчетливо осознал, что если он ответит «нет», Гувер сразу примет этот отказ и будет довольствоваться тем, что дозволено. Он не будет давить. Кажется, Йегера это подкупило, потому как он уверенно кивнул:       — Можно.       Это только ласки, ничего более радикального не произойдет, в этом Йегер не сомневался. Он оказался в руках человека, которому важен именно его комфорт и его удовольствие. Все такой же не особо решительный, Бертольд расстегнул ремень. Он не спешил, словно давая Эрену возможность передумать, несмотря на то, что его собственное тело просто распирало от желания. Расправившись с молнией брюк, он стянул их вниз до колен вместе с трусами. Йегер покраснел, осознав, что его впервые кто-то видит настолько обнаженным и открытым, настолько возбужденным и растерянным из-за собственной реакции, но паниковать не стал, несмотря на то, что он даже толком не понимал, что именно собирается делать Бертольд.       А Гувер все так же не спешил. Он медленно прошелся руками по бедрам Эрена, смотря на возбужденный член средних размеров в обрамлении темных паховых волос у основания и с бордовой влажной головкой. Чуть приоткрыв рот, Бертольд облизал губы, и это смотрелось настолько эротично, что тело Йегера среагировало без его на то ведома: член чуть покачнулся, из уретры выступила смазка. Должно быть, Гуверу это понравилось.       Когда его пальцы коснулись мошонки, Эрен выдохнул ртом и вновь опрокинулся на кровать спиной, сконцентрировавшись на своих ощущениях. Пальцы Бертольда — большой и указательный — сомкнулись на члене у самого основания, заключив в кольцо, а после скользнули выше. Эрен громко простонал и невольно подкинул бедра, это было слишком непривычно и слишком приятно, чтобы держать себя в руках. Приблизившись, Гувер слегка подул на головку, слишком влажную от распирающего возбуждения, и ощущения оказались такими же острыми.       Эрен задышал ртом, стараясь расслабиться. Ему все нравилось, нравилось настолько, что хотелось большего, но Бертольд все так же не спешил. Он умудрялся следить за его реакцией, и такому самоконтролю можно было только позавидовать. Должно быть, он привык за пять лет своей влюбленности. Думать об этом Эрену совсем не хотелось, уж больно грустные получались в итоге мысли.       Впрочем, о том, чтобы вообще связно думать, дальше не могло быть и речи, потому как Бертольд провел кончиком языка по стволу от самого основания, а пальцами оттянул крайнюю плоть, полностью обнажив головку. Эрен, кажется, совсем не ожидал, что парень настолько спокойно обхватит губами головку и заскользит языком по уретре, вбирая в свой рот капельки естественной смазки. Но Гувер делал это, да еще с таким нескрываемым наслаждением, что Йегер раскраснелся еще сильнее и отвернулся.       Бертольд опустил руку ниже и мягко обхватил пальцами подтянувшиеся яички, осторожно перекатывая их, и такие ощущения так же были незнакомы Эрену. Слишком много всего и слишком приятно, просто настолько слишком, что хотелось полностью отдаться этим ощущениям, позабыв обо всем на свете. Впрочем, именно так парень и сделал.       Гувер медленно всосал член в рот почти наполовину и тут же прошелся кончиком языка по венкам, лаская настолько смело и уверенно, что Йегер в самом деле окончательно потерял связь с реальностью. Он тут же вцепился в волосы Гувера на затылке и ощутил, как от чужого стона по его влажному члену прошлась немыслимо приятная вибрация.       Распахнув глаза, он бросил взгляд на Бертольда. Тот выпустил изо рта его член и посмотрел в ответ настолько ошалелым взглядом, что Йегер едва не кончил от подобного зрелища. Губы парня были влажными, возможно, не только от слюны, и это осознание только добивало.       — Тебе нравится? — не своим голосом спросил Эрен.       Он снова дернул Бертольда за волосы, и тот в ответ простонал настолько откровенно, что невозможно было расценить это как-то неправильно. Йегер понял, что не продержится долго, только не в такой вот ситуации. Он вновь дернул парня за волосы, но теперь уже прижимая его лицом к своему члену. Гувер вновь обхватил его губами и принял в свой рот, все так же лаская пальцами мошонку, а Эрен окончательно отпустил себя. Он подкидывал бедра, толкаясь в чужой рот и все так же сжимая в крепкой хватке чужие волосы.       Ни о какой выдержке не могло быть и речи, они оба это понимали, а потому и не думали хоть как-то сдерживаться. Едва осознав, что он сейчас кончит, Эрен приподнялся с места.       — Я…сейчас… стой!       Он честно попытался отстранить Бертольда, но тот не поддался, а напротив — стал сосать интенсивнее, работая языком активнее, и это окончательно довело Йегера до пика. Он воскликнул в голос и зажмурился, снова опрокинувшись на кровать и вжавшись затылком в плед.       — Бертольд!       Он дернул парня за волосы и кончил ему в рот. Перед глазами заплясали искры. Удовольствие оказалось настолько оглушающим, что Эрен заерзал на месте, не позволяя Гуверу отстраниться. Впрочем, тот и не собирался. Наверное, не стоило кончать ему прямо в рот, но ведь Бертольд сам этого хотел. Едва хоть немного придя в себя, Йегер распахнул глаза. Теперь уже все было в темных пятнах, но это не помешало рассмотреть Гувера. Тот просто застыл над его членом, касаясь кончиками пальцев своих губ. На этих самых губах и подбородке виднелись капельки белесой спермы. От осознания того, что это именно его сперма, Эрен вдруг ощутил… правильность происходящего. Словно именно вот так и должно было быть всегда.       Гувер посмотрел на него своим обожающим взглядом, а это означало, что и для него все правильно. Все так же не отпуская из хватки его волосы, Эрен приподнялся и потянул его на себя. Бертольд легко поддался и забрался на него, а сразу после оказался в надежных объятиях Йегера. Он просто понимал, что должен обнять Гувера, прижать его к себе и уткнуться ему в шею. Это было действительно правильно. Но едва вспомнив о том, что Бертольд тоже все еще возбужден и не получил и намека на ласку, Эрен встрепенулся. Не сразу осознав, что делает, он опустил руки вниз и, задрав водолазку парня повыше, сперва обнажил его плоский живот с крепким прессом, а после взялся за штаны.       — Эрен… — выдохнул Гувер. — Не нужно…       Но тот ожидаемо проявил свое привычное упрямство.       — Еще как нужно.       Расстегнув наспех чужие штаны, он запустил руку внутрь, под белье, и тут же обхватил ладонью член, довольно большой, стоит отметить, горячий и крепкий. Бертольд с шумом выдохнул и тут же уткнулся ему в плечо, показавшись на миг таким беззащитным. Он был полностью открыт перед Эреном и позволял ему видеть себя вот таким, что определенно говорило о доверии.       Хватило всего лишь нескольких движений, чтобы Бертольд кончил. Он и так долго держался.       — Эрен…       Едва парень со стоном кончил ему в руку, Йегер удовлетворенно выдохнул, снова прижимаясь к Гуверу и вдыхая его запах. Тот, кажется, даже вспотел от возбуждения, но пахло от него все равно приятно. А Эрен еще долго сжимал его член, совершенно не напрягаясь от ощущения чужого семени на своей руке. Ведь все было правильно, именно так, как надо.       Наконец-то все было правильно.

***

      Эрен настоял на том, чтобы душ они приняли вместе. Обнаженные и все такие же взбудораженные, они целовались под теплыми струями и все так же трогали друг друга, где придется, изучая и выискивая эрогенные зоны. Йегеру это безусловно понравилось.       Уже позже дело плавно перетекло в завтрак. Разогрев имевшуюся еду, Эрен наскоро накрыл на стол. Бертольд смотрел на его движения и молчал. Такое привычное молчание, он ведь в принципе был человеком немногословным. Тихий, застенчивый, всегда незаметный, несмотря на выдающийся рост. Если объективно подумать, это как раз тот тип людей, который не раздражал Йегера, ценившего спокойствие и тишину.       — Я точно могу остаться на завтрак?       Гувер все еще переживал, и Эрен не мог его не понять, однако, парень в ответ нахмурился и цокнул языком.       — Я тебя не отпускал. И мне плевать, если у тебя какие-то дела.       И он был предельно честен. Впереди несколько выходных, и в эти дни он уже вознамерился узнать Бертольда получше. Парню не удастся сбежать еще раз.       — Ладно, — легко согласился он. — Может, тебе чем-нибудь помочь?       — Просто сядь и не путайся под ногами.       Эрен думал о произошедшем. Он слишком хорошо знал себя, а потому понимал, что дело, по сути, решенное. Ведь он всегда делал то, что хочет, а именно в этот миг он определенно точно хотел узнать Бертольда, узнать о его жизни, его интересах, вообще все о нем. Потому что этот парень на самом деле запал ему в душу. Йегер никогда не отказывался от того, что ему нравится, так уж сложилось.       Гувер неуверенно присел, а Йегер расставил тарелки и убедился, что все готово. Но прежде, чем сесть, он приблизился к Бертольду и без всякого предупреждения запустил пятерню в его влажные после душа волосы и оттянул их назад. Парень настолько чувственно вздрогнул и вытянул спину, что Эрен невольно усмехнулся.       — Тебе это и правда нравится, — словно подтверждая его слова, Бертольд судорожно выдохнул, выдавая свое состояние. Йегер чуть склонился к нему, смотря в раскрасневшееся лицо, а после ослабил хватку. — Я хочу знать, что еще тебе нравится, — сказал он. — Так что никуда ты от меня не денешься. А еще я хочу познакомить тебя с родителями, моей маме ты точно понравишься.       Он отпустил волосы Бертольда, а тот посмотрел на него, широко распахнув глаза. В который раз Эрен не смог прочитать его эмоций. Поднявшись на ноги, Гувер обнял его, прижав к своему телу, а Йегер с готовностью уткнулся ему в плечо. Ему начала нравиться их разница в росте.       — Я так люблю тебя, Эрен, — шепнул Бертольд.       И в этом он снова был совершенно искренен. Йегер кивнул.       — Дай мне немного времени, и однажды я отвечу тебе тем же.       Этих слов хватило, чтобы они полностью поняли друг друга. В конце концов, у них все только впереди.

***

      Энни окинула Бертольда внимательным взглядом ровно в тот момент, когда они с Райнером приблизились к окну, как раз напротив двери, что вела в аудиторию. Снова философия, которую многие пропускали. Армин был уже внутри, Энни знала об этом, ведь они вместе пришли, просто ей было необходимо поговорить с друзьями до начала занятия.       — И где ты в итоге был?       Девушка знала от Райнера о том, что Гувер вернулся домой только минувшим вечером. Он был своим в доме Браунов, а потому его отсутствие всех беспокоило.       — Привет, — сказал Бертольд с легкой улыбкой на губах. Он покосился на Райнера. Его лучший друг, конечно, уже знал, что к чему, но никому не распространялся. — Я был у Эрена.       Леонхарт задрала бровь.       — Три дня подряд?       Именно на столько и пропал Гувер. Он просто ушел к Эрену, полный намерения поговорить с ним, и пропал на весь день, лишь вечером отписался Райнеру, что с ним все хорошо и он потом все объяснит.       — Да.       Бертольд был смущен. Браун покосился на него и хмыкнул.       — Думаю, поговорили вы в итоге весьма плодотворно, да? Чем вы вообще занимались, кстати?       — Мы просто общались, вот и все.       Будучи друзьями Гувера, Райнер и Энни хорошо знали о том, что он никогда не делится подробностями, не в его это привычке. Так что нет смысла пытаться вытягивать из парня ответы.       — И к чему вы пришли после столь долгого общения? — задала Леонхарт самый главный вопрос. — Он ведь теперь все знает, да?       Бертольд кивнул.       — Да, он сам все понял.       В этом, к слову, Энни не сомневалась. Она всегда знала о том, что Гувер влюблен в Эрена, и она видела, что Йегер в упор не замечает этой влюбленности. Когда же Бертольд, уже отчаявшийся и совершенно измученный безответным чувством, решился написать письмо с признаниями, именно Леонхарт первая пришла к выводу, что, получив это письмо, Эрен откопает отправителя хоть из-под земли. Упорства ему было не занимать, да и к тому же парень он неглупый, быстро поймет, кто из его окружения является сталкером.       — Как он понял хоть? — спросил Браун.       — По инсте, — отозвался Бертольд. — Обратил внимание на то, что в сторис с бала в честь «Основателей» нет только его и меня.       Энни хмыкнула.       — Он молодец. Но что в итоге? Какая у него реакция на все?       — Ну…       Гувер явно не знал, как ответить, но хотел объясниться с лучшими друзьями, которые имели полное право все знать. Но едва он собрался с мыслями, Райнер указал в другую часть коридора.       — О, а вот и он.       Бертольда аж передернуло. Он обернулся и в самом деле увидел идущих в сторону аудитории Эрена и Микасу. Они что-то обсуждали, вернее, парень что-то говорил, а девушка слушала его и кивала. Едва трое друзей оказались в поле его зрения, Йегер замолк и направился к окну. Аккерман лишь с толикой интереса покосилась на него и хмыкнула.       — Привет, Эрен, — улыбнулся Райнер. — Давно не виделись.       — Привет.       Парень даже не посмотрел на Брауна, все его внимание было приковано к Бертольду. Приблизившись, он решительно обхватил рукой ворот кофты Гувера и, приподнявшись на цыпочки, столь же решительно поцеловал его в губы. Тот ответил на поцелуй, обхватив Эрена за талию. Райнер и Энни синхронно распахнули глаза, как, впрочем, и все, кто заметил происходящее. Проходившие мимо Саша и Конни уронили челюсти, Марко высунулся из-за дверей аудитории, несколько девушек в стороне начали шептаться. И было слишком очевидно, насколько же сильно Йегеру на это наплевать. Он неспешно отстранился от Бертольда и посмотрел ему в глаза.       — Сядем вместе?       Гувер в ответ улыбнулся.       — Да, конечно.       Никогда прежде Бертольд не выглядел таким счастливым. Зато Эрен был все тем же Эреном, который делает, что хочет, и плюет на чужое мнение. Он взял Гувера за руку и, в самом деле не обращая внимания на окружающих, утащил его за собой в аудиторию.       — Ого, — потрясенно выдохнул Браун. — Так они все-таки сблизились.       Все еще стоявшая рядом Микаса мотнула головой.       — Они теперь встречаются так-то. Шагайте лучше в аудиторию, профессор уже идет.       Всех сильно переполошило то, что произошло в коридоре, народ получил повод для сплетен. Впрочем, это и правда не имело значения. Энни покосилась на Райнера и сказала:       — Похоже, не зря он писал письма.       Тот лишь кивнул.       — Да уж, это точно.       Действительно, ничего в этом мире не бывает зря. Бертольд нашел лучший выход из своей ситуации после пяти лет молчания, и нашел как раз тогда, когда было самое лучшее время. Значит, так и должно было произойти. Браун в спешке отыскал в аудитории Хисторию, а Энни вернулась за стол к Армину. Все ровно так, как и должно было быть.