Однажды в осеннем лесу

Воздух наполнился тягучим ароматом осени. Твоим любимым: так пахли опавшие листья, смешавшиеся с землёй, после того, как недавно прошедший ливень пропитал их влагой. Чуть сладковато и горько одновременно. Ты улавливала малейшие оттенки запаха, купаясь в нём, не желая выбираться из этой лесной сказки. При ходьбе похрустывали ветки — ты нарочно ушла вглубь, подальше от мест, где могли оказаться люди. Чем дальше от цивилизации, тем плотнее друг к другу стояли массивные, древние деревья, тем причудливее смотрелись переплетения их крон, тем реже проникало сквозь пламенеющие листья солнце. Стволы, у основания сплошь поросшие мхом, были порой так велики, что даже два человека не сумели бы обхватить их. В чащу не заходили туристы, боявшиеся заблудиться — и не безосновательно, поскольку разобраться в потаённых лесных тропах было по силам только человеку, который говорил с природой на одном языке. Например, тебе. В детстве ты думала, что это умеет каждый. Слышать, что нашёптывает ветер, предчувствовать, когда пойдёт дождь или снег, говорить с цветами, помогая им распускаться. Оказалось, что такие способности — исключение, а не правило. А ещё оказалось, что окружающим не нравятся исключения. Поэтому ты прослыла чудачкой, чокнутой — это были самые мягкие варианты твоих прозвищ. В классе ты стала изгоем: ещё повезло, что никто не поднимал на тебя руку, но желающих дружить с тобой так и не нашлось. «С палками своими дружи!» — дразнили тебя с тех пор, как однажды ты по глупости, надеясь показать, что ничего плохого в твоих умениях нет, вылечила на глазах у ребят надломленную ветвь клёна. После этого они прозвали тебя ведьмой и пообещали обо всём доложить директору, чтобы тебя исключили. К счастью, он решил, что ребята просто выдумали эту историю, но ты запомнила урок и старалась впредь скрывать свои способности. Получалось не всегда, потому что они составляли твою суть, шли из самого сердца. Порой ты принималась мечтать о том, как сбежишь ото всех, скроешься в лесах и станешь жить отшельницей. Мать и слышать ничего об этом не хотела, уверяя, что можно найти своё место в обществе, стоит лишь приложить усилия. Боясь разочаровать её, ты окончила школу, поступила в институт, параллельно устроилась на работу в цветочный магазин, выходя в вечернюю смену. Не позволяя себе никаких лишних трат, к концу учёбы ты скопила неплохую сумму и сразу после получения диплома — год назад — сорвалась с места, потому что по-прежнему чувствовала себя чужой среди людей. А вот здесь, в этом массивном величественном лесу — как дома. Землю уже украсил золотисто-бордовый ковёр из опавших листьев — в густых зарослях их было мало, зато изредка встречавшиеся поляны они укрывали полностью, мягко шурша под ногами. Ты легонько подбрасывала их носком ботинка, разглядывая, как перемешиваются яркие пятна цветов, и упустила из внимания момент, когда деревья стали редеть. Только когда солнце полностью выхватило твоё лицо из лесных полутеней, ты вскинула голову и увидела, что дорога вывела тебя к чьему-то поместью. Ты никак не ожидала увидеть здесь следы пребывания людей, а уж что кто-то поставит посреди леса особняк — тем более. Однако он стоял, и, судя по ухоженному виду и дорогой отделке, принадлежал состоятельным людям. Разбитые перед фасадом дома клумбы явно поддерживались в идеальном состоянии, а в центре располагался изящный фонтан. Ты неосознанно сделала несколько шагов вперёд, засмотревшись на водные блики, отражающие солнечные лучи. — Мисс? Вы, случаем, не заблудились? Вам нужна помощь? По одной из идеально прямых дорожек к тебе направлялся молодой мужчина. Ты испуганно отпрянула, но лёгкая походка мужчины и открытая, приятная улыбка заставили надеяться, что дурных намерений у него нет. — Чарльз Ксавье к вашим услугам, — представился он. В его глазах промелькнула неприкрытая радость, ты бы даже сказала, счастье — однако это было бы очень странно, не так ли? Кого бы обрадовало вторжение незнакомого человека? Сейчас же залившись краской, ты пробормотала в ответ своё имя. Как тебя угораздило не заметить, что не ты одна здесь? Зачем ты вообще пошла на поводу у любопытства и приблизилась к зданию? — С этой стороны леса на территорию поместья редко кто-то заходит, признаться, — заметил Ксавье, когда ты начала сбивчиво извиняться, что нарушила частную территорию, и покачал головой: — Нет-нет, ничего страшного. Я всего лишь удивлён, что вам удалось забраться в такую глушь и не сгинуть в чаще. Что было бы совсем нежелательным исходом, разумеется. Он тихо усмехнулся, не сводя с тебя глаз — глаз изумительного василькового цвета. Ты в жизни не встречала человека, который излучал обаяние такой силы, с первой встречи заставляя сердце сладко замирать в груди. — Я… Я хорошо ориентируюсь здесь. — О, вам знаком этот лес? — Нет, я в нём впервые, — ты проклинала свою честность, ведь эти слова сделали твою предыдущую реплику бессмыслицей. Как можно ориентироваться там, где никогда не бывала прежде? Как ты теперь объяснишь это, не выдавая правды о своих способностях? Но Ксавье будто не обратил на это явное несоответствие внимания. — Позвольте мне… — он сделал странный жест, словно перебирал пальцами в воздухе невидимые нити. И тут же, словно передумав, спрятал руку за спиной. — А впрочем… — Позволить вам что? — Я просто подумал, вдруг вы замёрзли, — Ксавье слегка повёл плечом, намекая на свой тёплый твидовый пиджак. — С радостью одолжу вам его. Ты хотела сказать, что он явно подумал про что-то другое, ведь тот жест явно имел иной смысл, но поняла, что прозвучит это слишком нелепо. Общение с незнакомыми людьми всегда давалось тебе с трудом, а этот конкретный незнакомец ещё и смущал тебя — слишком хорош собой он был. Ситуация с каждой секундой становилась всё более неловкой, хотя неловкость эту, видимо, испытывала только ты: Ксавье по-прежнему не сводил с тебя сияющего взгляда, лучезарно улыбаясь. — Благодарю за беспокойство, я в порядке. Я… Наверное, вернусь обратно. — В лес? — уточнил Ксавье с лукавым любопытством. — Ну… да, я просто прогуливалась и случайно попала сюда. — Просто прогуливались… Я бы не удивился, если бы оказалось, что это ваш настоящий дом. По-моему, вы похожи на лесную нимфу. Теперь к твоему смущению, лишь усилившемуся от этих слов, прибавилось замешательство, ведь в своём роде наблюдение Ксавье было очень проницательным. Маленькая нимфа — так называл тебя отец, когда ещё был жив. Вот он всегда принимал тебя такой, какая ты есть, и всей душой любил тебя. От невольного напоминания защемило сердце. — Вы мне льстите, — тихо проговорила ты, опуская ресницы. — Ничуть. И, скажу честно, я не хотел бы расставаться с вами вот так, ничего о вас не узнав. Вы ведь не из здешних мест? — Да, я… путешествую, — и ты почти не соврала. У тебя не было конечной цели, ты хотела побыть наедине с природой, понять, куда двигаться дальше, как устроить свою жизнь. — Где остановились? — голос Ксавье звучал так дружелюбно, что расспросы совершенно не казались назойливыми. — У миссис Милдред Стивенс. — О, старушка Милдред! Она чудесная хозяйка. — Вы знакомы? — впервые с момента вашей встречи ты улыбнулась и сама. — Я знаком со всеми в округе. Это — летняя резиденция моих родителей, — он небрежно махнул рукой в сторону поместья, — но они бывают здесь нечасто, а вот я, если позволяют обстоятельства, задерживаюсь подольше. Мне очень нравятся эти края, и люди здесь замечательные. — Охотно верю, — ты чуть-чуть замялась, прежде чем сказать это. Ксавье ни к чему было знать о том, как страшно тебе доверять окружающим. Хотя за последние годы кое-что изменилось. На последнем курсе у тебя появились две приятельницы — назвать их подругами ты не решалась, но, по крайней мере, девушки, узнав о твоём секрете, отнеслись к новости без всякого отторжения, с доброжелательным интересом. Ты взяла с них обещание не обсуждать это с посторонними, и они держали слово. А за время твоего спонтанного путешествия ты видела лишь доброту от тех людей, которые давали тебе временное пристанище. Вот и миссис Милдред, сдающая комнату в своём небольшом домике, окружила тебя материнской заботой. Правда, она-то понятия не имела о том, что ты отличаешься от других, но тебе порой казалось, что её отношение к тебе не ухудшилось бы, расскажи ты всё как есть. Ведь разве было в твоём даре что-то плохое? — Надолго задержитесь у нас? Ты неопределённо пожала плечами. У тебя действительно не было никакого чёткого плана. — Надеюсь, что да, — продолжил Ксавье. — Здесь много потрясающих видов. А я буду счастлив видеть вас своей гостьей. Ты недоумённо округлила глаза. Наверное, это простая вежливость, принятая в его кругах — никакой другой причины приглашать первую встречную ты не видела. — Спасибо, но это немного… неожиданно, мистер Ксавье. — Это здание XIX века, сюда иногда заглядывают туристы, — пояснил он. — Наши двери всегда открыты. Я подумал, возможно, вам тоже будет интересно. — Благодарю, я… Может быть… — ты окончательно стушевалась. — В любое время, — Ксавье слегка поклонился и зашагал обратно к дому, избавляя тебя от необходимости дать точный ответ, но, уже дойдя до крыльца, обернулся. — Буду очень вас ждать!