Мне один кофе, два Клона и три Санты Барбары, пожалуйста!

Когда операционная система на компе идет по пизде, правильнее будет все переустановить, чем копаться в старых файлах, пытаясь навести порядок. Поэтому, в случае с аварией, мне, наверное, повезло. Мне не пришлось это делать самой. Потому что сама бы я не смогла. Не смогла бы понять как я круто обосралась с Бартом, с Альфой, да, со всеми в принципе. Я не видела Бенни больше месяца с того момента, как спалила его и какую-то девку в номере отеля. Наверное, не будь в моей жизни переустановки головной системы я бы переживала, а здесь мне было насрать. Мусор вынес себя сам. Если непонятно, то Бенни вышел из моего чата, не проявляя признаков жизни. И я уверенно могу сказать, что с подачи Виктора. Потому что зная мерзотный характер Барта, он бы обязательно предпринял попытку вернуть свою игрушку на место. Ну, на его месте так поступила бы я: сделала бы все, чтобы вернуть то, что у меня отняли, чтобы бросить самому. Потому что я не люблю, когда меня бросают. А Бенни мое зеркальное отражение. Мия шлялась где-то в Европе и не писала никому. Вообще. И, видимо, даже Виктору. Потому что он слишком старался скрыть свое хреновое настроение каждый день. Именно каждый, потому что так часто мы, собственно, и виделись. Майк сосался с Бэмби круглыми сутками, Сэм, наверное, сосалась с Максом, а нам с Ван Артом сосаться было не с кем. Поэтому мы коротали наше обоюдное одиночество вместе, поднимая мои скилы внушения. В общем-то, да, каждый. Мы виделись каждый ебанный день. Майк, как я и сказала, был с Бэмби. Они не трахались, нет, просто доводили себя до состояния, когда оба люто подтекали. Интересные подробности? Да, мне тоже зашли. Попрошу друга поделиться со мной еще, а то я не все знаю. Именно поэтому видеться мы стали реже, а после аварии и подавно. Майк как будто завершил свою партию в моей игре и грамотно из нее вышел. Раньше я бы заистерила и сказала, что он меня бросил. Но друг налаживал свою жизнь, где мне не было места. Все честно. Гуд гейм. Вел плей. Расходимся. Единственной моей глубокой раной был Макс. Мои чувства к нему стали опухолью с метастазами, приносящие адскую боль. Я не знала, что с ним. Не знала, как он. Мы не контактировали. Мы не существовали друг для друга. Все, что я помню - это его улыбку мне, на прощанье. И трепет прикосновений. Иногда, проходя по улицам города, я как будто чувствовала его запах. И в этот момент тупо хотелось выть. Однажды я спросила у Сэм про него, но ответа больше, чем "нормально" не последовало. А "нормально" это никак. Каждый день я прокручивала в голове последнюю сцену между нами и каждый день мысленно казнила себя за отсутствие действий в его сторону. Нужно было остановить, обнять, взять за руку, умолять быть со мной, но не отпускать. И если раньше для меня мое решение было самым верным, то с каждым днем очки правильности выбора стремились к нулю, если не за минус. Я жалела. Я, сука, тупо жалела. Жалела, что оттолкнула его, что не попыталась, что все вышло вот так. И эта жалость переросла в фоновую боль, которая сопровождала меня на ежедневной основе. - Тебе зеленый с жасмином или с бергамотом? - С привкусом боли и осознания ошибки, пожалуйста. - Тогда сделаю что-нибудь с цитрусом, - Виктор встал и направился на кухню. Я осталась сидеть в комнате. Его дом умирал. Если раньше играла музыка, горели какие-то фонари, стоял запах цветов, то сейчас, казалось, что все стены покрывались плесенью и ненормальным одиночеством вампира. Его не могли вытащить ни отец, ни брат. Никто. Ван Арт как будто умер второй раз. Поездка Мии в Европу стала для него начальной точкой в какую-то бездну, из которой не было выхода. Мужчина вернулся, поставив на стол две чашки. Сел. Выдохнул. - Как Мия? - Также. В Европе. - Виктор, скажу как есть, - эта ебанная пытка молчанием и односложных диалогов длится уже больше двух недель, - если ты хочешь скрыть свои переживания либо делай это профессионально, так, чтобы никто не заметил, либо мы сейчас берем вино и ты рассказываешь мне как есть. - Вампиры не пьянеют, - Ван Арт усмехнулся, - я ценю твою помощь, Лея, но в ней нет необходимости. От разговора с тобой я не стану меньше переживать за Мию. Но ведь дело не в переживаниях, да, Виктор? Потому что в ином случае ты бы отправился за ней. Если просто для меня ты организовал спасательную операцию, то для Мии, наверное, остановишь планету. - У тебя появился конкурент? Его ресницы дрогнули. Пальцы чуть сжались на чашке. Значит, в точку. Я продолжила: - Он вампир? Скорее всего, да. Не скорее, просто да, - уголок губ Ван Арта поднялся. Он посмотрел на меня, ожидая продолжения, - сомневаюсь, что новообращенный. Кто-то старый. Такой же как и ты. С манерами. Галантный. Я близка? - Вполне. Я не ревнив, Лея... - Ревнив, - я усмехнулась, перебила его и сделала еще глоток, - еще как ревнив. Молчание. Пауза. Я хожу по тонкому льду, когда меня либо сейчас пошлют нахуй из дома, либо мы продолжим разговор и меня и пошлют нахуй чуть позднее. - Лея... - Нет, Виктор, я не позволю тебе послать меня нахуй, - я отвела глаза в сторону, чтобы у него было меньше возможностей, остановить меня, - я понятия не имею, кем является твой конкурент, но я не понимаю причину твоих переживаний: ты в себе настолько не уверен или в Мие? Первое - сомневаюсь. Таких гордецов как ты еще нужно поискать. Про твое самомнение лучше ничего не говорить вообще. А в Мие... Ну, это проблема доверия. Ей в таком случае, тоже ревновать тебя ко мне? - К тебе? - Он окинул меня взглядом. Тварь. Я что, настолько плоха для тебя? Мне так не кажется. - Да. Мы проводим с тобой каждый день. Если ты не помнишь, я свободна. И парня у меня нет. Я красива. Умна. Люблю искусство. Книги. В состоянии поддержать разговор с тобой более пяти минут. Вытерпеть тебя более пяти минут. К сожалению, нам интересно друг с другом. Мы привлекаем друг друга, - ой, бля, ляпнула лишнего, но это в общем-то не секрет, - да, именно привлекаем. Было бы странно, если бы каждый из нас не оценил другого. Я первая претендентка на то, чтобы потрахаться с тобой. Странно, что она себя не изводит такими мыслями? Хотя, давай по чесноку, я уверена, она думала над этим. И не раз. Я выдохнула, закончив свою тираду. Ван Арт продолжил смотреть на меня, пытаясь прочитать что-то на моем лице. Ой, прости, я сопротивляюсь. Ты же сам меня этому научил. Неловко вышло, да? - Она действительно переживает из-за этого? - В голову к ней не залезала, но будь я на ее месте, то уже волосы на письке бы драла от ревности. Весьма оправданной ревности при чем. - Я понял тебя, Лея. - Да, нихуя ты не понял... - Лея, - тысяча игл ударили в мою голову, - ты забываешься. Говно. Он все еще сильнее меня. Я схватилась за голову. Сука. Как же больно то. Видимо, я вывела его из себя. Я готова убиться от боли. - Твои манеры оставляют желать лучшего, тебе нужно поработать над этим в ближайшем будущем. - А тебе над доверием в отношениях, - голова стала раскалываться сильнее, я сжалась в кресло, - ай, блядь, хватит уже. Я не могу больше это терпеть. Отпустило. Я выдохнула. Слезы брызнули из моих глаз от полученной боли. Я довела его до психа. Мне кажется, я и камень могу вывести из себя. Уголок моих губ дрогнул. У меня началась истерика. Я опрокинула голову на спинку и начала смеяться. - Прости, Лея. Иногда ты невыносима. Я вытерла слезы руками и постаралась успокоиться. Но получалось весьма плохо. - Это было очень по-дружески, - мой голос все еще немного дрожал, - мучить меня за правду. Учитывая, что я из немногих, кто вообще способен тебе ее сказать. Вампир ничего не ответил. Просто поставил чашку на стол. Посмотрел в окно. Задумчиво так, как будто увидел там ответы на все свои вопросы. Я последовала его примеру. - Ты не привлекаешь меня в той степени, в которой привлекает меня Мия. Ты прекрасна... - Виктор, - я перебила его, - я знаю. Я и не претендую. Но это будет враньем, если ты ни разу не подумал обо мне в сексуальном плане. Пауза. Молчание. Говно. Реально что ли не подумал? Как же неловко. Да, и плевать. Надо закрыть эту паузу неловкости, пока моя самооценка не скатилась на самое дно. - Цветочек любит тебя, - я немного наклонилась в его сторону, стараясь рассмотреть его, - она с тобой не потому что ты богат, красив, умен и вообще слишком идеален для этого блядского мира. Она с тобой, просто потому, что любит тебя. Таким, - я обвела его глазами, останавливаясь на его губах, - какой ты есть. Горькая усмешка. Он усмехнулся и посмотрел на меня. Теперь и мне самой хочется плакать. Сильно, если честно. Мне одиноко. До ужаса. Не хватает рядом его. Вечно мешающего оборотня, который выводил меня из себя своими тупыми шутками. - Как он? - Я скрестила руки и отвернулась, - ты знаешь что-нибудь? - В порядке, Лея. Сейчас дела в стае для него приоритетнее наших затянувшихся проблем. - Знаю. Я приподнялась. Значит и он тоже ничего не скажет. Все понятно. Даже неудивительно. Надо уходить. Поспать. Чтобы мне стало полегче. А то опять накроет. - Разве ты не отпустила его? - Вопрос в самое сердечко. Говно. - Не спрашивай меня о том, что знаешь сам. Я пойду, - я взяла свою куртку и направилась на выход. - Лея, - я остановилась у выхода. Он окликнул меня, - не сомневайся в себе. Это твой путь. И его. Нам приходится чем-то жертвовать, чтобы обрести самое главное в жизни - себя. - Резонно, - я равнодушно пожала плечами и вышла. Ну, как равнодушно. Ебанная боль прошлась по всему телу похлеще чем внушение Виктора. Хотелось скрючиться и пореветь, но из-за такой хуйни взрослые девочки не плачут. Они делают выводы и идут дальше к своей цели, переступая через себя. Чтобы обрести самое главное в жизни. Да, ведь, Лея?