Что же… Я не знаю, почему пошел на это… Но вот я и Комаэда уже подбегаем к воротам, которые, почему-то, забыли закрыть после выезда машин. «Удача» Комаэды сработала?
— Идём, Хината-кун! — Комаэда повернулся ко мне и, улыбнувшись, подал руку, которую я сразу же схватил.
Холодная.
Мы выбежали за пределы больничной территории так быстро, как позволяли наши силы, и тут же забежали за угол, прячась ото всех. Мы немного глупо, скорее по-детски, посмеивались, будто сбежали от разгневанного нашей шалостью соседа. Мы нашалили и мы сбежали. Вернуться нам конечно предстоит, но не сейчас. Пока мы займёмся чем-нибудь, более приятным и интересным. Кстати об этом…
— Куда пойдём? — перестав смеяться, но не улыбаться, спросил я.
Комаэда задумался, прислоняя руку к подбородку.
— У тебя не было плана, не так ли? — я начал сверлить его взглядом.
— Если честно, я не думал, что ты согласишься, — он неловко почесал затылок. И с этим человеком я сбежал из больницы!
— Может быть… — я задумался. Комаэда упоминал некий стадион, когда говорил о Соде, — Ты говорил однажды про стадион. Может быть сходим туда?
— Сходим, Хината-кун, — он ехидно улыбнулся, — Но только когда тебя выпишут, чтобы ты смог прийти на него ночью.
— Ночью? Для чего?
— Во-первых, это может освежить твою память, ведь мы были там именно ночью, а во-вторых, ночью там невероятно красиво. Лунный свет падает на траву и она словно светится. Мне бы хотелось, чтобы ты увидел это место именно таким!
— Ладно, — Комаэда говорил весьма убедительно, и он прав. Таким, как он описал это место, я бы и хотел его увидеть. — Но что ты предлагаешь делать сейчас?
— У меня есть одна идея, но я не уверен, — Комаэда всем своим видом показывал, что он взвешивает все «за» и «против».
— Мне уже без разницы, куда идти, главное, подальше от сюда.- Со стороны больницы послышался знакомый голос, от чего стало страшно.- Кажется, я слышал крики гардеробщицы.
— Оу, — казалось, Комаэда, опешил, — Тогда пойдем-ка…
Он взял меня за руку и повел вдоль улицы, на которую мы свернули.
— Ничего из этого не кажется тебе знакомым? — Как бы невзначай спросил он, чтобы не молчать дорогой.
Я рассматривал каждую витрину, каждую проходящую мимо девушку или проходившего парня.
Ничего. Пустота. Я отрицательно покачал головой, но Комаэду это, кажется, не расстроило.
— Так и думал, мы ходили тут пару раз в кино, но не более. Да и знакомых тут не проходило. Какая неудача…
Комаэда завёл меня в лифт в какой-то многоэтажке. Ничего из этого не было для меня знакомым. Вроде бы я не страдал клаустрофобией или чем-то в этом духе, но незнакомая атмосфера сильно давила. Я даже начал слегка нервничать. От этого я невольно сжал руку Комаэды чуть сильнее, чего он не мог не заметить.
— Хината-кун, ты в порядке? — он обеспокоенно посмотрел на меня.
— Да, просто… Куда мы едем? — в голове прокручивались самые странные, жуткие и извращенные сцены, но та часть меня, что доверяла Комаэде, быстро их отметала. Нет поводов для сомнения в нём, не так ли?
— Мы почти на месте, — улыбнувшись, он провел рукой по моей щеке. Не знаю, почему, но этот жест действует на меня успокаивающе. Или дело в Комаэде?
Лифт дзинькнул, и мы вышли на крышу.
— Вау…
Передо мной открылся вид на безграничное голубое небо: местами были клочья облаков, и только внизу, где-то далеко, были видны дома. Кажется, мы были на этаже где-то шестнадцатом.
— Нравится? — Комаэда так и продолжил держать мою руку, смотря куда-то вдаль.
— Завораживает… Но почему именно это здание?
Комаэда в ответ лишь хихикнул.
— Только у него вход на крышу уже лет десять не блокируют.
Я улыбнулся, и тут в глаза словно ударила вспышка!
***
— Сода-кун, ты уверен, что это не опасно?
— Я согласен. Сода, крыши — такое себе место для развлечений. Тут даже заняться нечем.
— Зато весьма неплохое для свиданий! Как думаешь, Хината, если я позову Соню-сан, она согласится?
— Мне кажется, только в твоих снах, Сода-кун…
— Эй, Комаэда, тебя не спрашивают! И вообще, это место
вам подходит!
— Что ты имеешь в виду?
— Вы такиииииие неразлуууучные, прям идеальная парочка! О, я нашел этот гвоздь вчера на парте трудовика, надо где-нибудь ваши имена нацарапать! АХАХАХА
— Сода-кун, ты как ребенок…
***
— Хината-кун! — передо мной снова был Комаэда. Очень бледный Комаэда, как в тот раз, когда я только очнулся, — Ты в порядке? Наверно, не стоило мне тебя сюда тащить, извини…
Я встал, не без помощи Комаэды, так и не вспомнив, как я вообще упал, и пошагал в сторону, где, как я, кажется, вспомнил, должны быть выцарапаны наши инициалы Содой.
— Бинго, — сказал я. Получилось довольно пафосно, Комаэда был потрясен.
— Хината-кун, ты… Вспомнил это? — он удивленно посмотрел на меня, пристально изучая, от чего становилось неловко, — Даже я уже забыл об этой метке.
— Да, я, кажется, вспомнил об этом месте… Чуть-чуть, — от его пристального взгляда хотелось свернуться в клубок.
— Я так рад! — Теперь же он выглядел расслабленным.
— Может быть, расскажешь мне про тот день? — предложил я.
— Неа, лучше тебе самому все вспомнить! — Он достал свой блокнот и что-то в нем написал, а что-то, судя по движениям, либо вычеркнул, либо подчеркнул. Я подошел к краю ограждения. Ну и прохладный же тут ветер!
— Хината-кун, надень мою куртку! Простынешь! — слегка недовольно и заботливо Комаэда попытался надеть на меня свою куртку, но, увернувшись, я выхватил её.
— У меня идея!
Я просунул левую руку в левый рукав, затем правой рукой пододвинул Комаэду к себе. Тот, поняв, в чем идея, и, слегка засияв, просунул правую руку в рукав, а левую решил расположить на моей талии. Возражать я не стал.
— Ладно, теперь мы оба утеплились. Что же дальше?
— Сыграем в города?
— Ты серьезно?
— Я начну. Токио.
— Осака.
— Африка.
— Это не город, — он возмутился.
— Ты никогда не играл в расширенную версию, да, Комаэда?
— Нет, но буду не против, если ты меня научишь! — он весело улыбнулся, явно радуясь затее.