Турнир Трех Волшебников. Мой строгий наставник

      Еле дождавшись, когда движущаяся лестница стукнет о платформу и остановится, Анна побежала по второму этажу, собираясь спуститься на первый. Грюм, зная, что ей нужно будет освободиться к этому времени, будто нарочно задержал ее, и сейчас девушка спешила, понимая, что опаздывает. Но, несмотря на это, пробегая мимо стенда фотографий отличников, она невольно остановилась. Большие фотографии лучших учеников Хогвартса показывали остальным, ради чего нужно стараться и к чему стремиться. Эти фото были сделаны в строгом стиле, поэтому не двигались и были совсем скучными.       Подняв голову, Анна, как всегда, уставилась на фото Барти Крауча. В этом году все ее время было настолько распланировано, что парень совсем не попадался ей на глаза, и девушка даже не помнила, когда в последний раз видела его. Фото висело на самом верхнем ряду, и солнечный свет от окна напротив падал так неудачно, что Барти был единственным из всех, чье лицо было засвеченным, и его нельзя было разглядеть.       Анна вздохнула и полезла в карман мантии. У нее с собой тоже была фотография Барти. Однажды ее однокурсница баловалась с фотоаппаратом, снимая всех подряд за обедом, и в ее объектив попал Крауч. Пленку она потом проявила, смеясь и раздавая снимки всем подряд, и Анна, сделав вид, что просто подхватила первую попавшуюся, взяла себе фотографию с Барти, задумчиво подпиравшего рукой щеку, и вездесущей Элизабет, крутящейся позади него. Но даже присутствие с ним на одном изображении этой надоедливой особы совсем не огорчало Анну, ведь более важным для нее все равно оставался Крауч, и с тех пор она всегда носила это фото с собой.       В последний раз глянув наверх, девушка поспешила дальше, на первый этаж к выходу из школы. Сегодня был день, когда им было суждено узнать первое задание, ждущее их на состязаниях, и это даже хорошо, ведь тогда Грюм бы смог вести занятия, уже готовя девушку к чему-то конкретному, а не просто издеваться над ней в специально отведенном для этого кабинете.       Выбежав за дверь, Анна столкнулась с Дамблдором, легонько толкнув его в спину. Конечно, остальные уже были здесь, ждали только ее. Уже не в первый раз Анна представала перед остальными участниками Турнира и директорами их школ, как самая проблемная и недисциплинированная из всех, и опасалась, что так они и вовсе перестанут воспринимать ее всерьез.       -Здравствуйте, извините за опоздание, - поздоровалась Анна, встав справа от участницы из Дурмстранга Джуди.       -Ну, теперь все в сборе. - кивнул Дамблдор в ответ на ее приветствие.       Судя по недовольным лицам мадам Максим и Игоря Каркарова, они уже успели намекнуть Дамблдору о недисциплинированности его ученицы, и Анна чувствовала их натянутое отношение к ней.       Подняв с пола обычную картонную коробку с высокими стенками, Дамблдор повернулся к участникам:       -Ну, а теперь пусть каждый опустит сюда руку, достанет то, что ему суждено, и узнает, что его ждет.       Первой опустив руку в коробку, Анна нащупала что-то мягкое. Достав предмет на поверхность, девушка вздрогнула и чуть не отбросила его от себя.       -Правая голова цербера! Поздравляем! - объявил Дамблдор.       Анна осталась стоять, не понимая, откуда директор знал, что эта миниатюрная голова была именно правой, и что ей теперь с ней делать. Может, припрятать пока в карман?       Следующей вышла Джуди. Пошарив рукой, она вскрикнула и отскочила, так ничего и не вытащив.       -Осторожней. Они могут кусаться, - запоздало предупредил директор Хогвартса, и, дождавшись, когда она все же извлечет из коробки очередную собачью голову, объявил снова. - Левая голова цербера!       Последним тянул Марк, забрав то, что ему осталось после девочек.       -Центральная голова цербера!       Распределение голов закончилось, и все присутствующие скромно зааплодировали. Теперь участники знали, что их противником на первом этапе будет цербер и, судя по всему, каждый из них будет ответственен именно за ту голову, которая досталась ему в жеребьевке. По крайней мере, было похоже на то. Все равно в саму суть задания, конечно, раньше Турнира их никто посвящать не собирался, главным образом для того, чтобы участники не болтали раньше времени своим друзьям и интрига сохранилась до последнего. Так что пока это было все, о чем они были предупреждены.       До первого испытания оставалось меньше недели.       ***       Анна лежала на полу, приходя в себя. Как всегда, Грюм был недоволен ею. Девушка снова не смогла победить его в схватке и, вынужденно перейдя в позицию самозащиты, была отброшена назад одним из его заклинаний.       Взяв стул, Грюм с грохотом опустил его в паре сантиметров от головы девушки. Она даже испугалась, что сейчас он опрокинет его прямо на нее. Сев на стул, он наклонился над Анной и медленно начал проговаривать то, что ей было необходимо уяснить на сегодняшний момент.       -Каждый из вас ответственен, в первую очередь, за ту голову цербера, которая досталась ему по жребию, но не стоит забывать и о других головах. Все-таки они опасны, и не стоит спускать их на самотек, думая, что другие участники смогут взять их под свой контроль. Вдруг эти ученики окажутся такими же бестолковыми.       Анна скривилась. Все-таки она больно ударилась спиной, когда упала.       -Да, да, - продолжил Грюм. - И первым делом вспомни защитные заклинания. Старайся тянуть и не произносить боевые как можно дольше. Потому что от атак цербер становится еще более свирепым. Такой уж у него характерец. Можешь и остальным сказать об этом. Хотя, стоит ли это делать и послушают ли тебя? Вы ведь все-таки соперники.       То, что ученица лежит перед ним, распластавшись на полу, не смущало Грюма так же, как и не смущало ничего в этой жизни.       -И слушай само задание, о котором вам скажут. Никто не просит вас нападать на бедного пса или пытаться его ранить, чтобы вывести из игры. Да и не так уж и легко это сделать, между прочим. Все-таки цербер — это просто препятствие, отвлекающий субъект, а у вас будет конкретная цель, которую нужно преследовать для успешного прохождения испытания. Так что, в Вашем случае, могу пожелать только удачи.       Как всегда толком не попрощавшись, Грюм вышел из их тренировочного зала, бывшего кабинета зельеварения, и закрыл дверь, что говорило о том, что его занятия с Анной на сегодня закончены, и в следующий раз он увидит девушку только с высоты трибун.       Осторожно перевернувшись на бок, Анна привстала на локте. Что-то ей подсказывало, что такими методами к третьему этапу Турнира Грюм, если не убьет ее, то покалечит уж точно.       ***       Спускаясь вниз между рядами мимо своих одношкольников, Анна, признав свое волнение, смотрела по сторонам, ища знакомые лица. Некоторые желали ей удачи, но девушка все равно понимала, что она была не той, кого они думали увидеть своим героем. Никто из Хогвартса даже и не рассматривал ее, как возможную участницу, и не обсуждал ее кандидатуру с другими, и Анна могла их понять. Она и сама не думала, что ей предстоит Турнир, никогда бы не стала бросать свое имя на участие и до сих пор даже не имела предположений, как получилось, что сейчас она шла в красной мантии чемпиона, понимая, что полагаться ей предстоит только на собственные умения.       Девушка увидела, как по двум соседним дорожкам спускались Джуди и Марк. Марк хлопал по ладоням всем желающим, и был явно уверен в себе, на Джуди же отразилась серьезность происходящего, и от нее исходило легкое волнение. Поймав на себе взгляд Анны, она слегка улыбнулась ей одними уголками губ.       Первое испытание проходило на поле для игры в Квиддич, и Анна выглядывала вперед, пока не видя никакого цербера и не понимая, каким образом он должен был очутиться здесь. Она здраво оценивала свои сил и понимала, что у нее были поводы для опасений. Ее боевые умения вряд ли развиты до того уровня, чтобы с их помощью пробовать справиться со здоровенной собакой. А то, что на Турнирах прошлых лет не раз погибали юные волшебники, и вовсе расстраивало ее боевой дух.       Выйдя на поле, участники повернулись лицом к зрителям и, выждав несколько секунд, помахали трибунам рукой. Так было положено, и им сказали об этом всего несколько минут назад, как будто специально нагрузив ненужной информацией перед испытанием. Анна пыталась найти среди прочих лиц Грюма или, что было бы несказанно лучше, Барти, но ей удалось высмотреть только Корнелиуса Фаджа и прочих министров, рассевшихся вокруг и облепивших его.       Грянули фанфары, и на участников, как будто с неба, обрушился серпантин. На поле вышел Дамблдор и, встав впереди ребят, поднял руки, призывая аплодисменты стихнуть, после чего взял в руки граммофон и начал громко вещать:       -Я рад поприветствовать Вас на первом этапе Турнира Трех Волшебников. Нам всем давно известно, что Турнир проходит раз в пять лет, и участие в нем принимают по одному самому сильному, по мнению волшебного Кубка, кандидату от каждой школы. Но следует помнить, что Турнир — это не просто дружеское соперничество между участниками, а также обмен бесценным опытом, накопленным каждой школой за сотни лет. Каждый раз, после очередного Турнира, мы обзаводимся новыми друзьями, с которыми уже не хотим расставаться, именно поэтому это время особенно ценно.       Трибуны заликовали, соглашаясь с его словами. Анна увидела, как ее однокурсники обнимаются с девчонками Шармбатона.       -Неделю назад наши участники узнали, с кем им предстоит иметь дело, - на этих словах Дамблдора Анна, Джуди и Марк достали из карманов маленькие пушистые головы и показали их зрителям. Это тоже была необходимая часть вступительного момента. - За это время они должны были придумать, как справиться с цербером и обезвредить его. Каждый из них будет ответственен за отдельную голову собаки, поэтому по окончанию испытания мы сможем судить, кто из ребят справился лучше остальных. Но основная цель не в этом. Если участники не смогут справиться с псом, то не вернут себе вещь, очень дорогую и важную для них. Слева, справа от цербера и за его спиной находится по сундуку. Не буду скрывать, открыть его можно обычной Алохоморой, здесь ничего сложного. Но вот смогут ли они добраться до него?       Анна стояла слишком близко к Дамблдору, и его голос из граммофона звучал смазано и сливался с разносящимся эхом, но она все равно разобрала то, что он говорил. Но все же, где был сам цербер?       -Ну же, Пушок. Иди, не оглядывайся, - услышав знакомый голос, Анна обернулась и увидела их обоих.       Хагрид спускал к ним гигантскую короткошерстную собаку, чьи массивные головы выглядели более свирепо и смертоносно, чем их маленькие копии, ранее вытянутые ребятами из коробки. Несмотря на три головы, собака имела только четыре лапы и было неизвестно, какая именно из голов управляла этими лапами и всем остальным телом. На пасти собак были надеты намордники, а на лапы металлические рукавицы, не позволяющие им подрать окружающих своими когтями.       Конечно, всем обитателям Хогвартса и раньше было известно о любви своего лесничего к гигантским, опасных для жизни окружающих, как их называли недоброжелатели, «тварях», и когда-то давно Хагрид даже был за них наказан, но Анна все равно подозревала, что полувеликан, несмотря на запреты, все равно втайне от остальных находил все новых и новых существ и прятал их где-то у себя. Но вот откуда у Хагрида был цербер, и как так получилось, что об этом узнали и попросили у него одолжить собаку для первого испытания? Или, может, леснику заранее поручили найти какое-нибудь смертоносное чудовище специально для них? Анна понимала, что это были не те вопросы, которые сейчас должны были ее тревожить, но ей все равно было бы интересно это узнать. Она решила, что позже сходит в гости к Хагриду, если сегодня для нее все закончится благополучно.       -Эй, а ну убери от него свои лапы, - рявкнул Хагрид на мальчишку-пятикурсника, потянувшего свои руки к собаке.       То, что чемпионы вполне могли и, скорее всего, уже собрались нанести собаке вред и причинить боль, вовсе не нравилось Хагриду. Анна знала, как рьяно лесничий отстаивал своих животных, когда речь шла об их безопасности, и могла быть только одна причина тому, что он рискнул и привел сюда своего питомца: он сделал это по просьбе Дамблдора.       Хагрид вывел пса на поле, успокаивая и поглаживая его до последнего, и, с трудом оторвавшись от питомца, передал в руки нескольким заранее отобранным, самым сильным парням Дурмстранга. Не желая расставаться с хозяином, цербер тут же показал свой характер: начал громко рычать, мотать головами и тыкаться мордами в этих парней, пытаясь перегрызть их вместе со сдерживающим пасти железом. Наблюдая за всем этим уже с трибун и достав из кармана огромный носовой платок, Хагрид с шумом высморкался.       «Ну и чего он так разволновался?» - подумала Анна. Уж не убьют же они такую громадину, в конце концов, им бы главное самим уцелеть.       Дурмстранговцы проводили агрессирующего и упирающегося лапами пса в конец поля и посадили его перед тремя большими красными сундуками так, чтобы он полностью загородил их своим телом. Один из парней, удерживая цербера за кожаный, толщиной с человека, поводок, начал разматывать цепь. С каждым ударом цепи, падающей на землю и становящейся все длиннее, Анну охватывал страх. Она хотела, чтобы все уже поскорее началось, прошло и закончилось.       Вскоре цербер был прикован к своему месту, но все равно мог свободно перемещаться по всему полю, и участникам было не скрыться. Длина цепи ограничивала доступ только к трибунам, чтобы пес не мог дотянуться до зрителей. Направив палочки на намордники и рукавицы на собаке, дурмстранговцы произнесли «Диффиндо», разрезав железо, и тут же кинулись в стороны, больше не желая иметь на поле никакого дела.       Пока не понимая, что его больше не сдерживает холодный металл (кроме цепи), цербер водил мордами по сторонам, гадая, куда же подевались те мальчишки, которых он так хотел разорвать.       Анна чувствовала себя, как в Колизее, о котором читала в одной маггловской книге. Она старалась не шевелиться, пытаясь как можно дольше не привлекать внимания собаки и краем глаза видела, что остальные участники тоже не решались ничего предпринять и застыли, до сих пораженные гигантскими размерами животного. Но так не могло продолжаться бесконечно. Все-таки центральная голова смотрела вперед, и, пусть даже чемпионы замерли, не двигаясь, ей было невозможно не замечать трех человек, этих трех маленьких палочек. Она хотела их разорвать. Пес присогнул лапы, его ноздри раздулись. Анна напрягла ноги, поняв, что он готовился к нападению и, первой не выдержав напряжения, отбросила себя далеким прыжком, с силой оттолкнувшись от земли.       Дальше она полностью утратила рассудок и не отвечала за свои действия. Правая голова цербера, доставшаяся ей, была настолько огромной и находилась так близко от нее, что Анна не видела ее полностью, и перед ее глазами бесконечно мелькали только серая шерсть, белые, толщиной с доску, зубы, и слюни, летящие потоками в разные стороны. Она понимала, что пока еще жива, и каждая секунда жизни дается ей с большой удачей, ведь для того, чтобы сожрать ее целиком одним мигом, у цербера совершенно не было никаких препятствий.       Анна подбирала под себя ноги, стараясь не размахивать конечностями, чтобы случайно не угодить ими прямо в щелкающий перед ней рот, и пыталась вспомнить хоть что-нибудь, но концентрация над мыслями уже была утеряна, и ей не приходило никаких идей.       Преодолевая себя, она сжала волшебную палочку и, прижимая ее к себе, что было не очень правильно с точки зрения техники, произнесла:       -Петрификус Тоталус!       По какой-то из причин заклинание не сработало, и собака продолжила бросаться, поднимая пыль с земли.       Счет шел на секунды, и придумать хоть что-то в такой обстановке было очень сложно. Возможно, заклинанию не хватало мощности для того, чтобы воздействовать на животное, обладающее такой большой массой тела. Его организм просто поглощал волшебство, которого было недостаточно для того, чтобы подчинить его своей силе. Может, нужно было подвергать пса атакам раз за разом, чтобы добиться результата, а может, у Анны просто не хватало сил, чтобы с ним справиться. Она не видела, как обстояли дела у других участников, но понимала, что если бы у них все было хорошо, то и ей было бы попроще, ведь, хоть цербер и имел три головы, но тело-то у него было одно, и если бы остальные уже справились со своими головами, то наверняка попытались оттащить пса, чтобы открыть себе путь к сундукам.       -Остолбеней! - услышала Анна и в поражении уставилась на то, как только что клацающая глава закрыла рот и медленно положила опустилась на землю, уставившись в одну точку бессмысленным немигающим взглядом.       Еще не понимая, что произошло, девушка вскочила на ноги, понимая, что нужно срочно использовать момент, сделать все, чтобы это задание уже завершилось. Она увидела Марка. Дурмстранговец сидел на центральной голове, его палочка была направлена в сторону правой головы собаки.       -Ну, быстрее, беги к сундукам! Сделай хоть что-нибудь! - раздраженно закричал Марк, поочередно оборачиваясь к девочкам и обращаясь неизвестно к кому.       Озираясь на усыпленную голову и понимая, что время очень ограничено и собака может очнуться в любой момент, Анна, широким шагом переступая через толстые лапы, направилась к сундукам. Еще находясь вдали от них, она использовала Алохомору и открыла все три сундука. Подбежав к своему, правому, она откинула крышку и находящуюся под ней тряпку. Внутри находился мешочек с желтым песком и какая-то карточка.       «Усыпляющая пыль!» - поняла Анна. Довольно распространенный магический артефакт. И почему она сама не позаботилась о том, чтобы раздобыть его заранее? Это бы так облегчило ей задачу с самого начала.       А вот увидеть, что из себя представлял второй предмет, тот самый, который, по словам Дамблдора, должен был представлять из себя личную ценность, Анне не удалось. Правая голова уставилась на нее и, только очнувшись от сна и не понимая что к чему, тихонько рычала. Сунув карточку в карман, Анна стала дергать мешочек за ремешок, пытаясь его расстегнуть, но он был завязан слишком туго, и только больно врезался в руки.       Окончательно проснувшись, пес, заливаясь злостным лаем, взмахнул лапой, вблизи Анны пронеслись его когти, острые, как ножи, и девушка прижала руки к лицу, защищаясь и понимая, что если он заденет ее хоть раз, то просто располосует ее тело. Не удержавшись на ногах, волшебница опрокинулась назад и, возможно, именно это и спасло ее от разрезания пополам, а когда она снова схватилась за мешок, как за оплот спасения, то почувствовала, как песок ускользает у нее между пальцев. Цербер все-таки разорвал мешок и задел ее мантию, оставив три длинных дырявых полосы, но по самой Анне, к счастью, не попал. Вот только что теперь можно было поделать? То, с помощью чего, по задумке, можно было окончательно успокоить собаку, было утеряно, а мощности магии против него не хватало.       Вдруг правая голова скосила глаза в сторону. В ее висок попал камень, брошенный издалека, и, хотя он точно не мог нанести вреда такой большой голове, это заставило ее отвлечься. Анна увидела, что к ним бежала Джуди и, поняв, что девушка, правильно оценив серьезность ситуации, спешила к ней на помощь, посильней зажала в руке палочку, приготовившись, если это будет необходимо, воткнуть ее псу в глаз, пусть это и будет означать пожизненную потерю дружбы с Хагридом.       Джуди подбежала совсем близко, пес вытянул шею, приблизившись к ней и щелкнул челюстями. Девушка вытянула руку, Анна увидела усыпляющую пыль, точно такую же, которая была раньше и у нее, и которой она так неосторожно и быстро лишилась. Примерившись взглядом и сделав расчетливый прыжок, Джуди приблизилась к собачьей морде, прислонив руку с пылью прямо к ноздре, и только чудом не угодив ею в пасть. Собака задергала носом, приготовившись чихнуть, и Джуди в надежде обменялась взглядами с Анной. Это был ее последний порошок, и им оставалось надеяться, что все подействует и правая голова заснет.       Собака еще немного поводила носом, сонно дернулась и, уже не обращая внимания ни на кого, медленно опустила голову. Шум, лай и клацанье зубов прекратились. Когтевранка посмотрела, на остальные головы, они все спали. Стало похоже, что все закончилось.       Устало сказав Джуди спасибо, Анна опустилась прямо на землю. Теперь она спокойно могла рассматривать голову, еще пару мгновений назад так настойчиво охотящуюся за ней и пытающуюся ее убить. Вдруг она услышала какой-то мелодичный звук, едва различимый через ликование трибун. Она подняла голову и увидела Марка. Парень все еще стоял на центральной голове, опустившись на одно колено, и играл на каком-то музыкальном инструменте, похожем на маленькую лютню.       -Пушок, Пушок! - Анна увидела бегущего к ним Хагрида.       Хагрид следил за испытанием от начала до конца и, судя по его заметному волнению, он больше никогда не согласится рисковать своими любимцами, даже если Дамблдор будет очень убедителен.       Хотя что, по сути, плохого они сделали псу? Всего лишь усыпили с помощью порошка, не несущего организму никакого вреда и оказывающего только успокаивающее воздействие. Только вот почему Марк играл на лютне? Какую это сослужило роль?       -Ну, слезай, мальчишка! - прикрикнул Хагрид на Марка, уже выдернув колышек, сдерживающий цепь и желающий скорее увести своего любимца от, как ему сейчас казалось, ужасных детишек.       Пес еще не очнулся от сна и Хагрид не мог его тащить, но, увидев, что хозяин уже взял над цербером контроль, ребята окончательно успокоились. Теперь они могли не бояться того, что животное еще очнется и им снова придется вступить с ним в неравную борьбу.       Марк, припрятав лютню под мантию, наконец слез с головы, и они с Джуди встали на построение, чтобы услышать, какой балл за испытание поставили им арбитры, роль которых исполняли директора трех школ с условием, что они не могли оценивать своего чемпиона. Анна, несмотря на начинающуюся торжественную часть, валилась с ног от усталости и осталась сидеть на земле на что, в принципе, никто не обращал внимания.       Когтевранка заметила, что Джуди с Марком тоже держали в руках по предмету. Значит, все они справились с заданием, ведь достать ценную для себя вещь и было их главной целью. Марк держал в руках кубок, видимо, доставшийся им долгим путем бесконечный тренировок, а Джуди маленькую глиняную статуэтку, вроде, в виде девушки, Анне было сложно разглядеть ее со своего места.       А что было у нее? Анна достала карточку, хоть и находившуюся у нее в кармане, но все равно перемазавшуюся в пыли, и тут же спрятала назад, чтобы никто не увидел, что на ней было изображено. Неужели это имело для нее такую ценность? Она и сама должна была догадаться. Это была фотография Барти, та самая, которую она повсюду носила с собой уже третий год, и на которой парень еще был пятикурсником. Девушке стало немного жутко. Она и раньше знала, что Дамблдору известны все секреты, хранящиеся в стенах его школы, но что он знал даже об этом! И потом, как и кто выкрал у нее эту фотку? Она не могла представить за этим занятием их директора, величественного чародея, таящегося и поджидающего момент, лишь бы изъять ее у него.       -Вот и завершилось первое испытание Турнира Трех Волшебников! Все вы справились с заданием, но, как это всегда бывает, кто-то лучше, кто-то хуже. Но победитель будет только один, и мы уже определились и выставили вам ваш максимальный балл. - Дамблдор, на правах директора школы, организующей и проводящей Турнир, снова взял на себя ответственность ведущего. - Итак, Джуди Хоуффман! Не только смогла отпугнуть пса боевыми искрами, но и, хоть и на несколько секунд, но все же смогла обездвижить его с помощью заклинания, показав превосходные магические умения. Также помогла конкурентке, усыпив с помощью находящегося в сундуке порошка не только левую, но и правую голову, завершив задание. Отличный результат, сорок баллов!       Шармбатонки заликовали, и Дамблдор терпеливо ждал, пока их радость поутихнет. Анна же, по-прежнему сидя на земле, задумалась. Почему заклинания Джуди подействовали против цербера, в то время как для нее это оказалось невозможным?       -Марк Тишбельт. Применил нестандартный подход и видно, что заранее продумал, как будет справляться с собакой. Церберов действительно можно усыпить с помощью музыки, но об этом мало кто знает, ведь не каждый день сталкиваешься с огромной трехголовой собакой. Но, так как музыка доносилась только до ушей центральной головы, он тоже помог одной из девочек и усыпил доставшуюся ей голову с помощью заклинания. Тридцать девять баллов!       Теперь свои поздравления кричали дурмстранговцы. Анна тоже немного поаплодировала. Она уже поняла, что все помогали ей, беспомощной, и она получила низший балл.       -Анна Стивенс. Анна, ты забрала свой предмет из сундука? - спросил Дамблдор. Видимо, он все же не был уверен, что она смогла добраться до цели. Анна достала фотографию и, повернув ее белой стороной к зрителям, покрутила ее перед собой. - Отлично. Тридцать восемь баллов!       Что? Она думала, что ей дадут баллов двадцать пять, не больше! Она же абсолютно не проявила себя, как волшебница, как семикурсница Хогвартса, накопившая бесценность знаний за все прожитые в школе года.       Вдруг она, чисто случайно, встретилась взглядом с Грюмом. Его лицо было так далеко, что казалось совсем маленьким, но даже с большого расстояния Анне было ясно, что взгляд его метал молнии.