Преодоление

      Дэвин неизменно дежурил в вестибюле, словно он и не покидал его с ночи. И только другой костюм утверждал, что управляющий все-таки отлучался для сна.       – Здравствуйте, сэр, – поприветствовал Арвис Забунски, немного справившегося с эмоциями, но до хладнокровия ему было далеко, как до Колеса Телеги.       – Здравствуй, – Ханзей не старался выглядеть дружелюбным, и ответ получился резковатым. Однако Дэвин ни единым мимическим движением не показал, что тон начальника ему не по душе. Мало ли что случилось у сверхзанятого бизнесмена за это время. – У меня к тебе две просьбы. Первая – купи, пожалуйста, в супермаркете все, что нужно для банкета: разные деликатесы, алкоголь, то есть все праздничное и вкусное. Если возникнут сомнения, что взять – звони. Персон будет немного – четыре. Повод – мой приезд, который, увы, не такой частый, как требуется, – с сожалением сказал Забунски, имея в виду вездесущего журналиста. Надо бы в ту же минуту мчаться сюда, когда он узнал, что в аварии есть выживший, и покончить с ним. – Нет, нет, это не из-за гостиницы и твоей работы в частности, – поспешил объяснить свои слова Забунски, ибо управляющий на сей раз изменился в лице, расстроившись, что он что-то делает не так. – Ты трудишься чудесно, Дэвин! Продолжай в том же духе. А вторая просьба такая: перед тем, как отправишься за покупками, позови-ка Эринса Тоймака – я очень хочу с ним познакомиться. Я посмотрел список постояльцев и нашел знакомую фамилию, – мастерски солгал Ханзей, на ходу придумав, откуда ему известно, кто живет в гостинице: Арвис ведь ничего ему не говорил. А выдавать Куоки нельзя, пусть он и прошел мимо ресепшена в его номер пятнадцать минут назад. К тому же, в префектуре, кроме ее главы, никто не в курсе насчет личности владельца турфирмы.       – О, это весьма интересный человек! – оживился Арвис. – Ему здесь нравится, и для вас он…       – Что для меня? – переспросил Забунски. Управляющий явно что-то чуть не сболтнул.       – Простите, но лучше он сам вам расскажет.       – Ладно. Дай мне ключи от дальнего по коридору номера и пригласи туда господина Тоймака, – распорядился Ханзей.       Комнаты, соседние с тем номером, не заселены, так что посторонних шумов никто не услышит. И тело до темноты можно подержать там. После праздника, когда Дэвин уйдет спать, Забунски при помощи пилота, для отвода глаз обитавшего в жилом модуле, а не в гостинице, и Хиджи вытащит журналиста, для родственников, полиции и СМИ пропавшего без вести на Кан-и-рау, не вернувшись с прогулки по вечернему, полному опасностей лесу. Лес был безобиден, как овечка, но вряд ли кто-то станет проверять. А тело упокоится в бескрайних глубинах космоса, когда корабль Ханзея отлетит подальше от планеты и трасс.       – Будет сделано, сэр, – пообещал Арвис. – Господин Тоймак как раз у себя – он пишет статью, – управляющий значимо поднял указательный палец вверх, будто в гостинице творило какое-то божество.       – Жду, – сухо отозвался директор. «Похоже, Тоймак втерся к Дэвину в доверие и выспрашивает его обо мне. Неспроста же Арвис что-то начал говорить». – А ты иди в супермаркет, – напомнил Забунски.       – Конечно, сэр.       За то время, пока скрупулезный и в меру придирчивый управляющий будет выбирать продукты с учетом их срока годности, идеального внешнего вида и качества, бизнесмен и Куоки должны все завершить.

***

      Журналист, въехавший в стандартный дешевый номер, в каком обитал и сам, выглядел точно так же, как на фото, которые Забунски просмотрел в интернете – брюнет чуть за тридцать, с авантюрным блеском в глазах и огромной уверенностью в себе, какая читалась на лице воочию еще больше, чем на снимках.       – Здравствуйте! Очень рад наконец-то с вами увидеться! – воскликнул Ринси, толком не спавший ночью, представляя встречу с Ханзеем.       – Надо же, – не здороваясь, произнес бизнесмен. – Как себя чувствуете, господин Тоймак? Подлечились?       – Я в порядке, спасибо! Зовите меня по имени, ладно? Я хоть и популярная в некоторых кругах персона, вы все же куда знаменитее и можете обращаться ко мне без церемоний!       – Хм, – изрек Забунски, ощущая во фразе Ринси вопиющий подтекст.       «Он болтает без задней мысли или непрозрачно намекает на мои незаконные дела?» – мучительно думал предприниматель, все сильнее склоняясь ко второму варианту. Ну не могут журналисты скрывать свои эмоции по отношению к объекту, о котором они ищут материалы! Куоки, правда, сказал, что Тоймак – не репортер из новостей, любивший «горячие» факты из жизни известных личностей. Однако дотошность у всей этой братии в крови.       – Дэвин предупредил, что вы для меня что-то сделали, – немного исказил слова управляющего Ханзей.       – Помните, он прислал вам буклет о вашей гостинице? Это я составил его, – похвалился Ринси. – Как он вам?       – Да, помню такое письмо. Буклет неплох, – покривил душой бизнесмен. Буклет был хорош: информативен, написан доступным языком и снабжен красивыми фотографиями. Дэвин не указал имени автора, а Забунски в тот момент было некогда интересоваться. «Вот прилечу на Кан-и-рау и спрошу», – решил тогда он. Прилетел, да. И много чего узнал об авторе.       – Вы будете его тиражировать? Мне кажется, стоит. А платить мне ничего за это не нужно – я сделал чисто альтруистически для вашей гостиницы, чтобы здесь останавливалось побольше туристов. Природа и обитатели на планете прекрасные! Ну кроме волка у гор. Страшная тварь!..       Тоймак тараторил, а Забунски, дождавшись, когда уровень его неприязни к журналисту достигнет критического максимума, прошипел:       – Заткнись.       – Что? – перебил сам себя Ринси, не веря ушам.       – Замолкни сию же секунду и послушай меня ты, выскочка! Ты мнишь себя не только великим журналистом, но и великим сыщиком. Но за Смовсом тебе не угнаться ни умом – он был профессиональным детективом и почти меня уличил, ни физически – передвигаешься ты хреново, – хехекнул бизнесмен.       Фамилию погибшего следователя Тоймак помнил, однако никак не мог сообразить, как он с ним связан и отчего Забунски на него ополчился.       – Вы что-то путаете, – произнес Ринси. – Я не знаком со Смовсом и уж тем более не хочу быть детективом.       – Не нужно мне лгать, ты не в том положении. Просто признайся, что ты вынюхивал обо мне, продолжая работу Смовса. Но даже после признания я тебя не пощажу. Куоки, иди сюда, – сказал Ханзей по видеофону, и Тоймак, так и не уяснив, чем он провинился, понял главное: бизнесмен, которого он заранее записал в друзья, беспричинно (это для Ринси, а для Забунски, получается, причина есть) превратился во врага и вызвал напарника, местного мажора, для расправы.       – Тот самый момент, когда вам надо пойти, – обратился Тоймак к своим ногам. Бегство – его единственный помощник. Но увы и ах – ноги не вняли просьбе хозяина.       – Что? – опешил директор гостиницы, решив, что фраза адресована ему. – Куда?       – Желательно к черту!       Нужно было как-то себя спасать или хотя бы не сдаться без боя. Ринси схватил с тумбочки вазочку с сухоцветами, расставленными в каждом помещении, и швырнул ее в Забунски. Такому крепкому мужику фарфоровая вещица не нанесла бы большого урона – Тоймак хотел показать, что он настроен вполне воинственно и будет сопротивляться убиению, насколько сможет. Однако Ханзей урон все-таки получил: уклоняясь от летевшей вазы, он слишком сильно отшатнулся в сторону, что его занесло, и в итоге бизнесмен рухнул между столом и кроватью.       Разумеется, Ринси не стал ждать для проверки – Забунски зашевелится или от удара потерял сознание, и поскорее покатил из номера, ругая себя, что выехал на встречу без видеофона.       В коридоре журналисту попался шедший быстрым шагом Хиджи, державший в руке оружие.       – Твоему боссу плохо! – завопил Тоймак, действуя на опережение.       Куоки вытаращил глаза и понесся к номеру Ханзея. Будь он солдатом или полицейским, то сначала бы задержал врага или преступника, но к счастью для Ринси парень был типичным отзывчивым гражданским.

***

      Видеофон разрывался от трели, и Ринси нажал на принятие вызова, что было его второй ошибкой. Надо бы скинуть звонок и вызвать копов. Но звонила Ланнер, и на сенс-кнопку ткнуло сердце, а не разум.       – Ну слава богу! – воскликнула волонтер с облегчением. – Ты не приехал на занятие по ЛФК: у тебя все нормально?       – Не очень. Прошу: вызови полицию! Меня хотят прикончить!..       Со стены полетели обломки полки, в которую угодил предупредительный выстрел, и с грохотом упали на пол. Тоймак медленно положил видеофон на кровать и обернулся.       Первая ошибка заключалась в том, что журналист забыл запереть дверь своего номера.       На пороге стоял его несостоявшийся кумир с набухающей шишкой на лбу и зловеще улыбавшийся Куоки, наставивший на Ринси бластер.