Исход 12. Да будьет праздник!
4 декабря 2019 г., 16:24
Во дворце Эскала прошёл званый ужин. Наконец-то, герцог познакомился с возлюбленной своего племянника, в конце-концов, это была первая девушка, которая влюбила его в себя по-настоящему. Мужчина, будучи в прекрасном настроении, пригласил даже их друзей: Ромео с Джульеттой и Бенволио с Розалиной. Всё прошло прекрасно, если не учитывать постоянные перепалки братьев и слишком частый флирт со стороны Алессандро к Вике... Но так-то ужин закончился, Эскал первый покинул зал, а вслед за ним и Сандро.
Виктория стиснула единственное сочное яблоко со стола и последовала за Меркуцио, тот поплёлся куда-то в сад. Вечерняя прохлада неприятно прошлась холодком по коже. Викки немного съёжилась.
— Волчонок, ну что случилось? Почему ты так зол?
— Да потому что этот пижон выставляет меня идиотом каждый раз, неужели не видно?
Вика тихо хихикнула.
— Ну, если так оно и есть? — брюнетка еле держится, чтобы не рассмеяться в голос.
Меркуцио было явно не до смеха (впервые за долгое время), он презирал своего кузена. На мгновение ему даже показалось, что Алес будто бы... заигрывает делает открытые знаки внимания его Виктории!
— Ну не злись ты, сколько бы раз он тебя не загрызал, моё отношение к тебе никогда не поменяется, обещаю, — брюнетка встаёт на мысочки и чмокает Скаллигера в губы. — На лучше, ты же любишь яблоки?
Монтекки достала из-за спины наливное яблочко и протянула его парню. Надутая губа парня и его пофигистическое выражение лица тотчас улетучилось куда-то в розовый закат.
— Ну ладно, будем считать, что инцидент исчерпан. — Кудрявый прямо из рук девушки укусил кусок фрукта, хитренько улыбаясь. — Чего смотришь? Тебе не дам!
Виктория лишь вновь рассмеялась. Сейчас, они не знали, что находятся в открытом доступе для наблюдения. Да-да, с верхнего балкона за ними следил Алес, потягивая бутылку с вином. Его губы морщились в злобной ухмылке, он был доволен собой — всё шло по его хитрому плану. Меркуцио просто не представлял, в какие сети он попал,э и в каких проблемах запуталась Монтекки.
— Да пожалуйста, смотри не лопни, — она на секунду замолчала. — Меркуцио... мне немного неловко это говорить... — брюнетка опустила глаза.
— Что случилось? — он прожевал, а потом в ожидании ответа, прикусил губу.
— Мне немного страшно перед выступлением... целый город будет! — руки девушки тоже опустились.
— Ой, перестань, рядом же буду я, даже если ты сделаешь что-нибудь не то, я обязательно выкручу...
Меркуцио обнял Викторию за талию и повёл во дворец.
***
Викки обессиленно рухнула на постель, пытаясь прохрустеться спиной, ибо от ходьбы она безумно затекла. Меркуцио лишь заржал от смешной попытки Монтекки согнуться и расстегнуть сапожки. — Не усни в таком положении. Внезапно у Скаллигера словно перехватило дыхание, он довольно сильно закашлялся. Виктория, испугавшись до смерти, моментально вскочила. Она подхватила парня под плечи и усадила на стул. — Что такое?! — Ничего-ничего, — попытался успокоить её Меркуцио, не понимая, чего она так встрепенулась. — Всё хорошо... Как же! Было видно, что юноше не просто плохо... — Чего у тебя хорошо, ты красный, как рак! — Монтекки облокотила его на спинку стула. — Голова кружится? Тошнит? Что? В подобных моментах веронцы, да и не только, опасались страшного слова под названием Чёрная Смерть. Она могла начаться именно с таких симптомов. Меркуцио попытался показать глазами, что всё нормально, хотя внутренне испытывал жгучую боль. Такое часто бывает во время отравления. — Словно кусок металла проглотил, — пытался иронизировать он, но безуспешно. — Так, сиди, там ребята ещё не ушли, я сейчас! Девушку пулей умчалась. Её колотило, а усталость, как рукой сняло. Адреналин зашкаливал. Наконец-то, в комнату ворвался не менее напуганный Бенволио с Джульеттой и Розалиной. Блондин упал подле друга и принялся старательно раздвигать веки Меркуцио. — Господи, что же за день сегодня! — возмущалась Джульетта. — Не вопи так! — Ромео за Лоренцо побежал? — уточнил Монтекки. — Да, они скоро будут, — ответила аловолосая. — Меркуцио, что ты сегодня ел? — Да практически ничего я не ел... На ужине я слишком был занят присутствием своего кузена. Недавно какое-то яблоко, и то оно у Викки было! — пытался оправдываться юноша, ибо излишнюю заботу тоже не переносил. — Яблоко? — Бенволио оторвался от друга и вопросительно посмотрел на Вику, та аж побледнела. — Да, обычное яблоко, я его с ужина взяла... А что вы так уставились, будто бы это было вино из "особо личного запаса" Эскала?! — Да ничего, просто если это отравление, то, возможно, как раз через это яблоко, — задумчиво произнесла Розалина. — Я тут недавно прочитала книгу отца Лоренцо, там говорилось, что когда кого-то хотят отравить, то обычно используют мясо или фрукты. Брюнетка застыла, впадая в некий ужас всей ситуации. — Вы шутите?! Как отрава могла попасть на стол к Герцогу?! — А я знаю как, — шипя от чертовской боли, процедил Меркуцио, пока его возлюбленная протирала горячий лоб водой. — Ну, гадёныш, ты за это поплатишься жизнью! — Кто? — недоумевали девушки Капулетти. Вика судорожно мотала головой, понимая прекрасно, о чём говорит Скаллигер. — Ты же не хочешь сказать, что это Алес? Зачем ему тебя?.. — Монтекки погладила юношу по мокрым кудрям, вновь смачивая тряпку. — Погоди, это тот индюк, у которого весь день рот не затыкался? — вставила Джульетта. — Этот пижон без извилин явно завидует тебе, брат, — Бенволио покосился на кузину. — Во всём... — Погоди-ка, завтра же праздник! — схватилась за голову Розалина. — И ты должен... — И буду, — твёрдо заявил Меркуцио. — Какая же у него цель? Игры-играми, но это уже не шутки... — Ты с ума сошёл?! Ты на ногах не стоишь! А если это что-то посерьёзнее? Думаешь, нам нужен лишний трупешник на шее?! — воскликнула Виктория, приземляя Меркуцио обратно на кровать, ибо он даже едва на ногах стоял. — Нет. — Вот же упрямое ослище... От столь тревожного диалога всех отвлек шум у двери. Отец Лоренцо вбежал вместе с задыхавшимся Ромео. — Ты как, дружище? — Прекрасно! — психанул кудрявый и сложил руки на груди. — Брат Лоренцо, — Бенволио попросил благословения. — У нас есть подозрение, что его отравили... — Яблоком, — дополнила Розалина. — Погодите, дети мои, не толпитесь. Выйдите все, пока я осмотрю его. Спустя какое-то время священник хлопнул дверью с довольно печальным лицом, жестом попросив зайти. Он намешал что-то в маленьком кувшине. На постели корчился Меркуцио. Монах помог ему снять плащ и слегка расстегнул рубашку. — Что вы ему хотите дать? — подорвалась Виктория. — Тысячелистник, кардамон и каплю пчелиного яда, — ответил мужчина. — Яд? Вы уверены в этом? — переспросил Бенволио. — Нет, но если у вас есть предложения получше, я слушаю, — отрезал монах и размешав сие зелье, аккуратно влил его в разомкнутые губы Скаллигера. — Погодите, а что же нам тогда делать? — задумался Ромео. — Что-что? Бить морду этому, Алесу! — взвилась Розалина. — А, собственно, за что мне ночью чистить моську? — по коридору тихо шел Сандр в непонятной хламиде. Возможно, если бы не сильная хватка Бенволио, Викки бы воплотила идею Розалины. Но Делла Скалла все отрицал, даже "не понимая, о чем они толкуют". — Бедный братик... пожалуй, заменю его завтра. С этим довольно наглым заявлением он двинулся дальше.***
Уже больше шести часов Виктория сидела рядом с возлюбленным, стараясь не отходить от него ни на шаг. Бедняге Меркуцио будто становилось только хуже, Монтекки реально начала беспокоиться за его жизнь, но старалась гнать тревожные мысли. Её любовь сильна, он сможет победить и в этом испытании. Тем временем у Скаллигера начала подниматься температура, он буквально горел, что-то бессвязно бормоча. Виктория смачивала тряпку и протирала лоб Меркуцио. — Потерпи, — прошептала брюнетка. — Брат Лоренцо сказал, что к утру полегчает, — только она это сказала, как кудрявый юнец начал кашлять, благо девушка вовремя подставила к нему тазик. Меркуцио старался держаться, как мог. Уж что-что, но показывать Виктории свою слабость он явно не собирался. Голова ещё сильнее шла кругом, тошнота сводила глотку, а дыхание было настолько отрывистым, что девушка не могла понять, как мужчина вообще терпит эти муки. — Ш-ш-ш-ш, — Вика примостилась рядом с ним и принялась гладить его живот по часовой стрелке. — Завтра тебе точно из постели вставать нельзя. Ромео сказал, что поспрашивает ребят из клана Монтекки, может быть кто-нибудь согласится помочь и заметить кудрявого, а отец Лоренцо всем твёрдо наказал, что если этот паяц будет перечить, то лечиться будет сам. — Вот ещё, никакой замены! Нашли дурака! Я-то знаю, кто первый захочет сыграть Люцифера... — Меркуцио до хруста ждал кулаки. — Как же я его ненавижу, даже Тибальт на его фоне мне друг... — Молчи уж, — услышав такие громкие слова, гаркнула Монтекки. — Ты что, в таком состоянии пойдешь выступать?! Совсем с катушек съехал? — И пойду, — твёрдо заявил Скаллигер. — Даже не прекословь! Ты же меня знаешь, на мне всё быстро заживает. Завтра буду, как новенький... Тут у кудрявого вновь начался приступ, скрутивший его пополам. Девушка с трудом могла смотреть на его страдания. Она даже представить себе не могла, как ему было больно и тяжело. Чёрт, что зависть может сотворить с людьми... Виктория, немного погладив Меркуцио по лицу и волосам, решила отойти. — Ты куда? — вяло промямлил кудрявый юноша. — Я ненадолго, подожди чуток. Монтекки быстро схватила таз и помчалась по коридору на кухню, дабы его поменять. Но тут же её остановил никто иной, как Сандр, он прижал её к стенке, закрыв своей тушей двухметровой все пути отступления. — И куда это мы всю ночь бегаем? — осведомился Алессандро, брезгливо посмотрев в таз. — Тебе больше делать нечего, вот скажи, чем этот прыщавый глист лучше?.. Виктория ошалела от наглости этого напыщенного индюка. — Убираю последствия твоих шуток, — Монтекки постаралась оттолкнуть его, но тщетно. — Думаешь, я это сделал ради шутки? — теперь уже с какой-то ненавистью процедил Делла Скалла. — Да меня блевать тянет только от одного его вида. Слушай, давай напрямую: не будь дурой! Ты красивая и молодая, есть же и другие мужчины вокруг... как друг тебе советую. Вдруг Алес резко прижал Викторию к стене, жадно оглядев её тело, он сжал бедро Монтекки. — Поцелуй меня и клянусь словом будущего герцога Вероны, что этот чокнутый больше не пострадает. Брюнетка лишь открыла рот от удивления. Да уж, таких наглецов надо поискать! Вы только представьте, заявился сюда и считает себя королём! — Ты никакой не будущий Герцог! Прямой наследник Меркуцио, ты здесь не имеешь никаких прав! — кареглазая испепеляла его взглядом. — Ещё посмотрим! Он же ничтожен, жалкий щенок, правильно Тибальт его постоянно калечит! — Алессандро прикусил губу. Вика выдохнула и мило улыбнувшись, коснулась его щеки. — Ладно, я сделаю всё, что ты попросишь, только позволь... — Викки наступала. Мужчина растаял от её руки и поэтому немного отодвинулся, а Виктория лишь быстро перевернула таз и все его содержимое вылилось на Алессандро. — А меня тянет блевать от таких, как ты! — и побежала прочь. Спустя несколько минут, она вернулся в комнату к Меркуцио, который в ту же секунду одарил её недовольным взглядом. — Я всё слышал, — хмуро заметил он, сжав зубы. — И что же, ты согласилась?.. Зачем тебе нужен чокнутый и больной глист, когда под носом есть такой мачо-жеребец... Меркуцио сейчас ненавидел своего кузена ещё сильнее. Непонятно, за что же он так с ним. Ещё с младенчества Алес издевался над братом, а отцу заявлял о сумашествии и вранье Скаллигера. — Если ты слушал всё до конца, то я облила его твоим обедом, — она хихикнула, вновь усаживаясь около него на постели. — Думаю, сейчас он в ванной пытается убрать последствия нашего столкновения, — Викки продолжала смеяться. Скаллигер сначала недолго вслушивался в её слова, после чего захохотал, но ненадолго — от этого боль лишь усилилась. — Люблю тебя... никому не отдам... — А я и никуда не собираюсь, — кареглазая снова смочила тряпку и протёрла его вспотевшее лицо. После этого, Викки вновь примостилась под бочок к Меркуцио, поглаживая его шею и живот. Обессиленный юноша устало провалился в тревожный сон, хотя на душе сейчас у него было легко и спокойно. Рядом она, его полная копия. Унизила Алеса так, что мама не горюй. Лежит такой комочек и сопит, как кролик...***
Волнение началось с самого утра. Скаллигер вскочил и заявил, что здоров, правда потом снова свалился в постель. Виктория уже с этим смирилась. Пора была гримироваться. Ромео побежал мыть голову, Бенволио разбирался с гримом Джульетты, Розалина наводила себе тёмные смоки на глазах. Виктория ровняла платье.***
В общем, не буду вам доставлять скукоту описанием того, как они готовились, ибо это было слишком долго. Но сейчас представление на площади уже началось. Действительно, собрался весь город. В первом ряду стояли в основном маленькие детки. И вот начало прошло... — Ты жесток... убийца, кровожадный зверь! Твоя душа гниёт изнутри, так ещё хочешь, чтобы я тебя любила?! — лёгкая улыбка проскользнула на губах девушки, глядя на Меркуцио, она не могла всерьёз сказать такие слова. — Прими свою судьбу! — сорвался Меркуцио и просунул руку сквозь декорацию, хватая Вику за горло. Девушка от неожиданности взвизгнула и испуганно уставилась к ядовитые глаза Люцифера. Мурашки бежали по всему телу, даже был слышен стук в висках.— Упрямься сколько душе угодно, но знай, что тебе отсюда не выбраться! — Это не даст тебе чести! Только и можешь мучить людей, причинять боль. Любовь никогда не появится! — принцесса дышала через раз. — Убийца... — Даже наверняка не зная, ты обвиняешь меня в том, чего я не совершал... — на мгновение Виктории показалось, что красные глаза Сатаны наполнились кровью... или же это слезы?.. Неужели падший ангел умеет плакать? — Вы, людишки, все, как один — предсказуемы! Он резко отпустил её и ринулся прочь, стараясь держать себя в руках. — Ну что её не устраивает?! Не одна, живая, еда и вода есть, что ещё надо?! — думал Люцифер, протирая уголком одежды свои веки. Играли ребята очень натурально и было просто чудесно, когда были только продолжительные сцены Бенни и Викки, тогда Меркуцио смог маленько придти в себя перед финалом. Гости аплодировали безумно громко, кто-то даже свистел. Актёры, так называемые, должны были спуститься и пообщаться с народом. Дети за секунду облепили Люцифера и Бенни. Молодые люди все завороженно облюбовали Демонессу — Розалину. Ромео пошёл кормить Джульетту. А Виктория не успела сойти со сцены, как к ней поспешил Алес. — Прекрасно выступили, — заметил он, целуя руку брюнетки. — Не жалеешь, что не я играл Люцифера? — Нет, не жалею, —Монтекки отдёрнула руку. — Ну да, я бы прямо в романтичном моменте сорвал бы с тебя всю одежду и прямо на глазах у всех доставил удовольствие, — хитро щурясь, предупредил Алессандро. — Не то, что этот нюня в сопли играет. — Чтобы ты знал, девушке нужна романтика и нежность, именно такая, которую дарит Меркуцио, а твоя грубость и жестокость нужна только последним шлюхам Вероны, — Викки хотела уйти, но он схватил её за руку, вновь разворачивая к себе. — Ты хочешь, чтобы я стал нежным? — Алес, прими мой выбор, но твоя нежность не будет лишней для какой-нибудь другой девушки. Виктория вернулась к Меркуцио, тот уже успел наиграться с детьми, те ему чуть ли рога не оторвали и хвост туда же. Монтекки повела его домой, ибо праздник может и без них продолжиться, а Скаллигеру нужно ещё полежать, он и так большой молодец, раз отважился в таком состоянии отыграть целый спектакль.***
— Россарио? Россарио?! Росси! По комнате гулял легкий ветерок, раздувая какие-то бумаги на письменном столе девушки. Одна из них очень привлекла внимание Тибальта, потому что написана она была явно кровью... Капулетти старался не думать, откуда эта дура нацедила крови на целую записку... Прощальную! По статному телу юноши впервые за долгое время по спине побежали колкие мурашки. Наверное, никогда в жизни он не был так и потрясён, даже напуган! "Если в этой жизни мне не суждено познать любви, простого человеческого счастья, тогда я познаю его в иной... Прости, что не сумела быть сильной, но жизнь без тебя бессмысленна. Тибальт, береги Джульетту. Я люблю тебя. Твоя Росси."***
Держа в руках небольшую табуреточку и прекрасно вытянутую петлю, Капулетти бесстрастно двигалась по направлению к тайному убежищу. Именно там она впервые увидела Тибальта, когда была маленькой, именно тогда и полюбила всем сердцем. Разбитая вдребезги девушка не понимала, за что он так с ней поступил... что ещё было надо?.. Чёрт, все мужики одинаковы! Дойдя до старого сухого дерева, девушка остановилась. Именно здесь она решила свести счёты с жизнью. Перекинув петлю через сук, Росси накинула себе на шею верёвку и встала на табуретку. Ещё чуть-чуть, и она освободиться навеки. Зачем жить в мире, где такую нюню все презирают?! Если остальные считают, что есть кто-то лучше и интереснее — пускай, а она умрёт. "Почему даже та девчонка Монтекки любима Скаллигером? Сестра родная, единственный близкий на земле, и то презирает мою любовь! Чем я этого заслужила?" Тибальт весь день провёл в саду Капулетти, там он проводил большую часть времени в детстве. Оттуда был прекрасно виден балкон Джульетты... Под вечер блондин решил пройтись по Вероне, прохлада позволила остудить голову и проветрить кашу в голове, а то пригорела уже, бедняга. Вдруг знакомые светлые волосы мелькнули совсем рядом. — Твою мать... — в шоковом состоянии протянул Тибальт, а позже рванул к злосчастному дереву. Просто пулей долетев до него, Капулетти подхватил девушку под пятую точку, а второй рукой одним ловким движением руки перерезал верёвку. Но на ногах не устоял и упал. Немного отдышавшись от нахлынувшего ужаса, Капулетти решилась взглянуть в глаза своему спасителю. Только не он... "Чёрт, ну почему он?! Ненавижу... ненавижу!" — Опять ты?! — Интересно, когда стало принято таким образом говорить "спасибо"? — возмутился Тибальт. Спиной он ударился знатно. Да и голыми локтями прекрасно проехался по земле. И нет бы, как обычно плащ с кожаными резинками на локтях надел или хоть кольца, так нет, в одном жилете — не мудрено. — То есть ты ещё и "спасибо" ожидаешь?! Какого чёрта ты вмешался, никто насильно меня не здесь не вешал! Я сама хочу умереть! Как же ты жесток, Тибальт Капулетти, ты сам подписал мне смертный приговор, чего ещё тебе нужно от меня? Всё, что было, я тебе отдала. Упырь... Я тебе записку оставила, всё! Ненавижу тебя, ненавижу! Достаточно растерявшись, девушка резко схватила валявшийся рядом нож (когда-то) возлюбленного, решаясь дать себе второй шанс. — Да хватит орать, истеричка! — блондин выхватил и нож и откинул его куда подальше. — Всё? Успокоилась?! Гонор уменьшился?! — на сей раз вышел из себя Капулетти. — А теперь слушай сюда, ещё раз такое устроишь, самолично убью. — Убей, раз хочешь, — Россарио посмотрела ему в глаза очень серьёзно и смело. Мало, кто мог вот так взглянуть на Тибальта без доли страха. — Убей, ну же... Коли рука не дрогнет. Всё, струны лопнули. Нервы висели оборванными ниточками, девушка сдалась... Ещё немного посмотрев юноше в глаза (именно в эти глаза она влюбилась будучи совсем маленькой), полюбовавшись на его небольшую горбинку носа (только она гладила так нежно эту горбинку), оглядев потрескавшиеся и пересохие губы (а вот целовала эти губы... не лишь одна...), она поняла, что нервы сдали окончательно — Россарио разревелась навзрыд, слишком большой стесс перенесла. Тибальт тяжело выдохнул. Перестарался идиот со своими нравоучениями. Блондин неспешно шагнул в сторону Россарио и обнял, прижимая её голову к своей груди. — Прости, Росси, — шепнул он на ухо девушке. — Прости, это было помутнение рассудка, я сам не знаю, почему так повёл себя с Джульеттой. Я уже давно для себя решил, что к ней остались только братские чувства. — Да все врёшь ты, — прошептала неверющим голосом блондинка. — Как и всегда врёшь... — Я никогда не врал в своей жизни! Тем более тебе, — снова повысил голос мужчина. — Но ты соврал, — она повысила свой голос до нужной амплитуды. — Когда сказал, что любишь меня. — Женщина! — гаркнул Тибальт. — Я тебя люблю, поэтому не врал, дальше разбирайся сама, что ты себе там напридумывала и какие поэмы о предательстве насочиняла. Россарио знала, что этот мужчина никогда не измениться — вспыльчивость и неуравновешенность никогда не покинут его. Но на то и есть Тибальт Капулетти, и она любит его именно таким. Наверное, никогда в жизни ни у кого не шло столь колющих мурашек по телу от одного только признания. Интонация — важно, что не слащавая интонация, а серьёзная — сказала все за себя. Россарио, не выдержав подобных слов, уткнулась блондину в грудь, продолжая плакать, только уже от счастья.***
Пока нормальные люди спят, Виктория и Меркуцио шатаются по роще. Скаллигер заплюнул на плохое самочувствие, впрочем, как и Вика. Весело, легко, беззаботно. Наконец, после долгой беготни, два тела приземлились рядом в высокую траву. — Прекрасный день, — прерывисто выдохнула брюнетка, поворачивая голову сторону собеседника. — Ага, вот бы так всегда, — зеленоглазый повторил её жест. Да, сейчас их ничего не волновало. Не предстоящая свадьба Виктории, ни Алес, который весь вечер вёл себя подозрительно тихо... Никто! Только они вдвоём...
Примечания:
Всем привет!🐺 Я совсем обленилась, могу прощения! Да уж... Я в шоке, в ауте... Алессандро просто скотина.
Гамма: *убивает Алеса* На, получи! На! На! *убила... почти (живучий гад!)*
Мы, как обычно, ждём ваших отзывов, оценок и ждущих проду, всё, всем пока, всех любим 💜💋
