Предательства со всех сторон

Это приходит к Хёнджину внезапно, с глотком холодного осеннего воздуха, за полгода до окончания старшей школы. После того, как у Сынмина начинается хагвон, Хёнджина не отпускает чувство потери. Оно разрастается в груди ощущением тревоги, и приходится сжимать руки в кулаки, чтобы не дрожали пальцы, когда он говорит Сынмину «до завтра», и смеяться громко-громко, даже если Джисон опять не смешно шутит - чтобы никто не подумал, что с ним что-то не так. Учеба, экзамены, которые уже на носу, будущее - забирают у него Сынмина, и с этим невидимым врагом он не в силах бороться. - Сынмини, прогуляй хагвон, - просит он, дурея от собственной наглости и совсем отчаявшись, зная, что Сынмин не согласится, и – ожидаемо – видит виноватую улыбку в ответ. Они расстаются на автобусной остановке. Сынмин машет ему из окна – он укутан в шарф чуть ли не по уши, волосы торчат в разные стороны, щеки раскраснелись от промозглого ветра, а выражении лица такое же сожаление, которое Хёнджин часто видит, когда смотрит на себя в зеркало. Он собирается помахать в ответ, но тут кто-то нагло тянет его за рукав. - Оппа, оппа-а-а, - слышит он знакомый голос и видит перед собой Хван Йеджи, одноклассницу и вроде как подругу. – Помнишь, ты говорил, что сводишь меня в кафе? Она маячит перед его лицом, мешая Хёнджину смотреть на Сынмина. Автобус уже трогается, взгляд Сынмина с его лица перемещается куда-то за и теряет фокус, а Хёнджин так и остается стоять с приподнятой рукой – все из-за приставучей Йеджи. Это внезапно расстраивает сильнее, чем очередные пятьдесят баллов за контрольную по физике и пустая анкета с громким заголовком “мои планы на будущее”. Будто бы он не сдержал обещание шестилетней давности, в которым они с Сынмином дали друг другу слово, что навсегда останутся друзьями. - Какой я тебе оппа, дура. Мы учимся в одном классе, - отвечает он раздраженно. Йеджи бьет его по плечу и ругается сквозь зубы. - Сам просил, чтобы я тебя так называла, Хван-«я же на два месяца старше тебя»-Хёнджин, - она обижается, а кто другой бы на ее месте не. Хёнджину стыдно совсем немного, потому что она помешала ему как следует попрощаться с Сынмином и не дала посмотреть на него лишние пять секунд. Вдруг Сынмин решит, что для Хёнджина Йеджи важнее, чем он, или еще чего хуже – подумает, что они встречаются. Фу, да он бы никогда, хоть и слышал, что в школе многие думают, что между ними что-то есть. Спасибо Джисону за важную информацию, которая никому не нужна. – Хван-«самый настоящий идиот»- Хёнджин. Ее слова Хёнджина ни капли не трогают, потому что он ценит мнение только одного человека, конечно, после мамы, папы и Пак Джинёна, с которым он лично не знаком. - Ладно, пойдем поедим чачжанмён, раз обещал, - все-таки соглашается он, безразлично пожимая плечами, и первым устремляется вниз по улице. - Делать все равно нечего. - И почему я вообще с тобой общаюсь? - в возмущении Йеджи не находит других слов. Конечно, они оба знают ответ. Она уже несколько лет стажируется в агентстве и, возможно, вот-вот дебютирует, а Хёнджину, одному из немногих, нет дела до ее внешности или немалой популярности. - Чтобы бесплатно поесть, конечно же. Сама говорила, что в вашей столовке кормят одним салатом. Вдвоем идти все равно веселее, пусть не как с Сынмином и пусть они спорят всю дорогу. Хёнджин отказывается признавать, что все меняется, хоть время и неумолимо, и настанет день, когда этот знакомый путь сотрется из его памяти. И может быть то обещание, данное Сынмину, тоже, и тогда будет неважно, сдержал он его или нет. Они едят молча, Йеджи нисколько не уступает ему в скорости, и к концу они негласно соревнуются, кто доест первый. Хёнджин не намерен ей уступать. Это дело чести, ведь в это место они постоянно ходили с Сынмином в прошлом году - когда было легко и беззаботно жить и не нужно было думать ни о будущей профессии, ни о собственных чувствах. - Раньше мы сюда часто ходили с Сынмином, - Хёнджин разбивает тишину, когда перед ними стоят две вылизанные начисто тарелки и две смятые бумажки по десять тысяч вон, которые Хёнджин приготовил к оплате. Он скучает так сильно, что признает это вслух. - И ты меня привел в место ваших свиданий? - Йеджи смеется, но не может не сказать, что не польщена. Хёнджин краснеет, но не спорит. Просто на миг представляет, что это правда. Он был бы совсем не против, если бы это оказалось правдой. А еще он просто очень хочет увидеть Сынмина прямо сейчас, что не может усидеть на месте и готов на своих двоих бежать до его хагвона. Йеджи смотрит на него, вздыхая. - Иди уже. А на сдачу я куплю колу. С сахаром.