Магическая аксиома

      Калифорнийский технологический университет, 2000 г.       Леонард сел рядом со своими друзьями Говардом и Раджем и своим соседом по комнате Шелдоном. Он чуть не прыгал от волнения, но все-таки не делал этого, потому что это было бы не круто. Он поставил свой поднос с едой на стол и быстро опустился на место. Говард поднял на него взгляд из-под челки. Мужчина, вероятно, раздумывал над грязным комментарием, но поскольку Леонард был его другом, а главное, не женщиной, он ничего не сказал. — Что тебя так взволновало? — спросил извращенец. Радж поднял голову и широко улыбнулся. Леонард вернул улыбку, немного расстроенный, что один из них уже знал, но астрофизиков всегда уведомляли раньше. — У нас появился новый магический эксперт, и вы никогда не догадаетесь, кто это! — сказал он тихим голосом. Шелдон отложил свою вилку. — Ну, поскольку мы, по термину волшебников, магглы, очевидно, что мы и не узнаем. Из улыбки Раджа и твоего волнения я догадываюсь, что ваши отделы были первыми, кого проинформировали об этом. Что, в свою очередь, означает, что этот волшебник или ведьма, хотя и достаточно сведущ в теории, чтобы преподавать, является большим экспертом в практике. Без сомнения, это будет какой-нибудь пожилой профессор, который прожил значительно дольше, чем кто-либо на Окинаве, если те люди действительно живут под сотню лет, — сказал Шелдон. У этого парня была самая изумительная способность испортить хорошее настроение. Леонард нахмурился. — О, Шелдон, не порти все веселье. Леонард скажи им, скажи! — Радж сиял. Леонард снова улыбнулся. — У нас будет преподавать Гарри Поттер! Парень, который спас мир от Волдеморта, когда ему было семнадцать. По всей видимости, преподавать должна была его подруга, но у нее возникли другие проблемы, и он решил взять отпуск на своей обычной работе и преподавать у нас целый год! Оксфорд получил от него только несколько лекций, а мы берем его на целый год! Радж и я встретились с ним сегодня утром, пока ему проводили экскурсию! Он такой классный! — Да, и у него хорошее чувство стиля. Он даже немного говорил на хинди, он сказал, что некто из его бывших одноклассников научили его. И он такой красивый, — любые вопросы или комментарии по любой из тем, будь то Гарри Поттер или сексуальная ориентация Раджа, были прерваны. — Не возражаете, если я сяду с вами? Все остальные столики заняты, — сказал мягкий голос с английским акцентом. Четверо парней обернулись, перед ними стоял невысокий мужчина с растрепанными волнистыми волосами, очками и бледной кожей. Хотя у него были те же отличительные черты, что и у Леонарда, между ними не было ничего общего. Бледная кожа этого человека напоминала дорогой фарфор, его рост не бросался в глаза, потому что он держал себя уверенно, его очки были узкими прямоугольниками, которые привлекательно выделяли его неестественно зеленые глаза, а его растрепанные кудри красиво обрамляли лицо. Мужчина носил темно-фиолетовую рубашку и зауженные классические брюки. Кожаная сумка была перекинута через плечо, завершая образ молодого студента университета. Выделяющийся шрам на его лбу сказал им, что он не один из учеников. — Ну, конечно. Тот факт, что вы вежливо спросили, автоматически дает вам место, и вы — наш новый коллега, — без колебаний ответил Шелдон. Остальные трое пялились на его шрам. Как всегда. Гарри улыбнулся, добавляя в улыбку благодарность, и сел рядом с Шелдоном. — Спасибо. Что ж… Вы Леонард Хофстедер из отдела экспериментальной физики и Радж из отдела астрофизики, правильно? А вас двоих я не знаю, я Гарри — новый инструктор по магии, — представился Гарри восхищенной группе. Он чувствовал себя немного неловко, когда все смотрели на него, будто он с луны спустился; за исключением человека, который выглядел немного похожим на богомола; он не пялился. — Я доктор Шелдон Купер из отдела теоретической физики, а это Говард Воловитц, у него степень магистра в области инженерии. Приятно познакомиться, какова ваша степень? — спросил Шелдон. Ему так и не удалось узнать уровень образования того старика, преподающего у них раньше, но он не собирался отказываться от возможности узнать тоже самое у молодого мужчины. Гарри моргнул, а затем усмехнулся. — В магическом мире нет степеней, доктор Купер. Вместо них у нас мастерства, которые, я полагаю, можно назвать эквивалентом докторской степени. Хотя они мало чем отличаются. У меня есть мастерство в боевой магии, ранее известной как Защита от Темных Искусств, и я только что получил мастерство в магической зоологии, ранее называющейся Уход за Магическими Существами. У меня также есть несколько более обременительных титулов и наград; такие как Орден Мерлина и звание Лорда… они мне не нравятся, хотя добавляют значимости в некоторых кругах. Вы можете называть меня Гарри или, если хотите быть более профессиональным, профессор Поттер, — сказал Гарри. Они все еще пялились. Это звучало так же впечатляюще, как две докторские диссертации Шелдона и его магистратура, но Гарри, казалось, не гордился этим и не был высокомерен. — Хорошо, Гарри, ты можешь называть меня Шелдон, если хочешь. Скажи, как могут быть связаны магия и наука? Я всегда удивлялся, особенно с тех пор, как последний специалист совершил действия, бросившие вызов нескольким областям физики, — сказал Шелдон.       Леонард нахмурился. — Шелдон, тебе не нужно допрашивать его. Он только вчера приехал сюда, и это его первый день на работе, дай человеку отдохнуть, — упрекнул Леонард. Гарри улыбнулся. — Нет, все в порядке. Я действительно не против. На самом деле это скорее глоток свежего воздуха, когда кто-то спрашивает об этом. Большинство людей просто хотят поговорить о войне и всех моих приключениях. Отвечая на твой вопрос, Шелдон, магия в состоянии изменить законы и теории физики и другие области науки. Мы сами все еще пытаемся выяснить, что такое магия. Точного ответа пока нет, это похоже на ваш вопрос физика о том, состоит ли вселенная из струн или кварков. Есть теории, но нет доказательств. — Это действительно похоже на вопрос о составе вселенной? — Да, Шелдон, так и есть. Магия — то, что позволяет волшебникам и ведьмам быть невосприимчивыми ко многим немагическим болезням, таким как бубонная чума, бешенство и тому подобное. Это то, что позволяет нам жить дольше и стареть медленнее, чем магглы, и она фундаментально используется в нашей косметике и медицине. Что для волшебников и ведьм естественные и обыденные вещи, невозможно для маглов. Мы достоверно знаем только, как работает магия в разных аспектах, но мы не знаем, что она такое. — Это очень увлекательно. Как много ты знаешь о теории струн и кварков? — Ну, немного. Я был так занят на уроках в магической школе и борьбе с Волдемортом, что до прошлого года у меня не было времени для изучения наук. Однако, я нахожу это очень интересным, — сказал Гарри и увидел, что Шелдон светится, как шарик люмоса. Это довольно мило, подумал он про себя. Он заметил, что Говард и Леонард закатили глаза на выражение лица Шелдона. Интересно, почему? — Так кто же ваш новый придурок? — спросила Лесли Винкль позади Гарри. Все за столом были шокированы, Гарри, потому что не мог поверить, что кто-то может быть таким грубым, а остальные — потому что Лесли обычно появлялась с другой стороны стола. — Я профессор Гарри Поттер, и могу я спросить, кто вы такая? — спросил Гарри и повернулся к ней лицом. Он не был впечатлен. На ней были свитер и джинсы, она выглядела неухоженной и вредной, и держала банку содовой в руке. Она покраснела, когда увидела, кем он был. — О, прости, Гарри. Я думала, что это кто-то другой, так почему ты сидишь с этими неудачниками? — спросила она. Женщина верила в магию, даже не имея всех «доказательств», но этот предполагаемый волшебник был довольно горячим. Он только выгнул бровь. — Во-первых, я нахожу невероятно грубым то, что вы не только оскорбили меня и моих коллег, но даже после того, как я попросил вас, не представились. Не говоря уже о том, что я никоим образом не дал вам разрешения называть меня по имени, я не без причины сказал «профессор». Так вот как американские ученые одеваются в профессиональной сфере? Моя подруга Гермиона умрет от смущения, если оденется так, как вы, но я полагаю, это понятно, поскольку у нее как минимум вдвое больше интеллекта, чем у вас. Хорошего дня, — сказал Гарри. Его голос был спокойным и вежливым, но слова ранили очень глубоко.       Остальные за столом немного смешались, они знали, что он не оскорбляет их, но они чувствовали укор в его словах. Они работали в передовом университете страны и решили одеться так, будто все еще учились в старшей школе. Гарри же выглядел так, будто вышел из академического мира сороковых годов и просто забыл надеть галстук.       Тем не менее, они никогда не видели, чтобы с Лесли так разговаривали. Обычно люди опускались до ее уровня и пытались оскорбить ее каким-то остроумным замечанием. Гарри просто указал на ее ошибки, которые были очевидны. Это возвысило его, так как он оставался вне сферы ее оскорблений, за исключением смутного замечания, что его подруга была вдвойне умнее ее, он указал на очевидные факты. Это было просто и блестяще.       Лесли побледнела, а затем ее лицо покраснело. Многие вокруг них заметили, что Гарри назвал ее грубой, и она чувствовала их взгляды. Она вылила свой напиток на него и ушла. Друзья за столом начали возмущаться, когда Гарри поднял руку. Он не сказал ни слова и не вытащил палочку, он просто взмахнул рукой, и стал таким же чистым, как и раньше. Послышались вздохи благоговения. Гарри криво ухмыльнулся мальчикам, улыбка, которую Шелдон считал очень подходящей для волшебника. — Такие мелочи не могут испортить обед, — сказал он. Леонард не совсем согласился с этим, он не особенно любил Лесли, но она была одной из немногих, кто мог поставить Шелдона на место. Но он промолчал. В конце концов, это был Гарри Поттер, даже если он не совсем такой, каким его представлял себе Леонард.       Квартира, позже в тот же день.       Шелдон и Леонард шли вверх по лестнице, а Пенни спускалась со стиркой. Она улыбнулась, увидев пару. — Я только что встретила нашего нового соседа, Гарри Поттера, — сказала она, — Гарри, — он настоял, чтобы она так его назвала, — сказал, что он только что закончил свой первый день работы в КалТехе и встретил придурковатый дуэт.       Два гения зажглись, как рождественские огни. — Он живет в той задрипанной квартире на нашем этаже? — спросил Леонард. Это означало, что они увидят больше магии! После того, как волшебники открылись им, стало ясно, что магия — это не конец, а решение. Немагические люди не должны были просить волшебника или ведьму решить их проблемы; волшебника можно было нанять, объяснив когда и зачем нужна его магия. Так что было бы здорово увидеть, как Гарри ремонтирует квартиру. — Ага. Его малыш — самый милый ребенок на свете. Вы не поверите состоянию квартиры после того, как он закончит размахивать своей покореженной палкой. То, как все быстро починилось, просто удивительно, — сказала она, пропев последнее слово. Шелдон выглядел оскорбленным из-за неточного определения инструмента волшебника. Сам он не может использовать магию, что сильно его разочаровывало, но он не будет терпеть использование неправильной терминологии. — Эту «покореженную палку», Пенни, называют волшебной палочкой. Она находится в своем нынешнем состоянии из-за истории приключений и сражений, — сказал Шелдон. Леонард подал ему тот же невербальный сигнал, который он всегда давал, когда Шелдон делал что-то, что он считал неловким перед девушкой, которую он желал для коитуса. Шелдон никак не мог понять, как его действия повлияют на шансы Леонарда на вступление в половую связь с кем-либо. Пенни согласно промычала и продолжила спускаться по лестнице. — Это не хорошо, знаешь. Я понимаю, что из-за недостатка образования она неправильно поняла большинство терминов, но что-то настолько простое… — О чем ты говоришь? — сказал маленький мальчик. Двое соседей продолжали подниматься по лестнице, пока разговаривали, и теперь стояли возле своей квартиры. Ребенок был маленьким, возможно, четырех лет, и у него были бирюзовые волосы и большие оранжевые глаза. Он выглядел как персонаж из аниме. Леонард во все глаза пялился на него. — Мы говорили о правильном названии вещей в волшебном мире. Я доктор Шелдон Купер. Это мой сосед Леонард, как зовут тебя? — спросил Шелдон. На физика-теоретика, похоже, не повлияли необычные явления, которые происходили в течение дня. Он не видел логики в реакции Леонарда на цвет волос маленького мальчика, потому что, скорее всего, этому было волшебное объяснение. Мальчик широко улыбнулся. — Я Тедди. Сейчас я живу рядом с вами, — сказал он и указал на квартиру с открытой дверью. Гарри выбрал этот момент, чтобы высунуть голову в коридор. — О, вы уже дома. Было много машин? — спросил он, улыбаясь. Двое мужчин кивнули. Волшебникам не нужен был транспорт, поэтому они не удивились, что Гарри прибыл первым. Мужчина вышел в коридор с тарелкой сладостей. Запах был волшебным. — Я испек пирожки с тыквой в качестве подарка для знакомства с соседями. Но похоже, мы уже знакомы, — сказал он с кривой усмешкой. Шелдон недоверчиво улыбнулся; Леонард моргнул в шоке. — О, спасибо. Настало время для вечернего чая, не так ли. У нас достаточно места, вы с Тедди хотели бы присоединиться? — спросил Шелдон. Социальный протокол продиктовал, что это был правильный ответ для Гарри, предлагающего выпечку. Улыбка Гарри стала ярче, а Тедди хлопнул в ладоши. — Да, это было бы восхитительно. Спасибо, — сказал Гарри. Возможно, год в Пасадене не будет таким уж плохим.