...317-50. Alpha

       Джуди откровенно не знает, к чему все это может привести. Перед глазами периодически плывут цветные круги, иногда кружится голова, а стоит снять шлем и прямо перед девушкой открывается картина на крайне недовольного Джарвиса, агрессивно бьющего кончиком хвоста по полу.        Слава брату, робот даже мысли не имеет, что технику можно уничтожить, иначе, он уже перегрыз бы все провода. Учитывая как он себя ведет, удивительно, что умная машина еще не сгенерировала в своем процессоре эту идею и не исполнила свое «благородное» дело по сохранению здоровья девушки!        Он и раньше любил показывать характер, особенно когда Джуди уходила с головой в работу или игры, но теперь все стало намного хуже. Она почти не прерывалась на еду или сон, вместо уже почти сошедшего синяка, под глазами появились мешки и все лицо в принципе осунулось и посерело. Стоило только покинуть рабочее место, что бы перекусить и потом Джарвис прикладывал все силы и возможности которые у него только были, что бы не пустить девушку в рабочий кабинет. Он подпирал своей тушей дверь изнутри, не выпускал ее из кухни пока не доест все, что полагается, отирался у ног, в итоге роняя хозяйку на диван или кровать и придавливал своей головой, не давая подняться. В итоге она отрубалась прямо там, где ее уронили. И такая война продолжалась бы еще долго, если бы Джуди не пошла на крайние меры.       — Джарвис. Слушай мой приказ. Я запрещаю тебе совершать какие либо действия, которые могут помешать моему передвижению. Все. Выполняй.        Робот по машинному дергается. Кажется, что все синтетические мышцы в миг напрягаются до такой степени, что динозавра бьет мелкой дрожью. Диод на секунду вспыхивает алым, в остекленевших глазах больше ни капли из тех эмоций, что она наблюдала все то время, что он мешал ей работать. Существо медленно разворачивается и покидает кухню, размеренно цокая когтями по полу. Приказ был последней инстанцией. Просьбы банально не котировались программой и были скорее рекомендациями. Но приказа он не мог ослушаться, тем более составленного в такой категоричной форме. Любое его действие, которое может повлечь за собой невозможность девушки попасть туда, куда она хочет… Он просто не сможет его сделать.        Джуди ненавидела давать приказы. После них Джарвис всегда выглядел так, словно переставал быть живым. Становился… Машиной. Которой на самом деле и являлся, по сути. Но было одно «но» которое она увидела, с самого первого дня. В этих глазах уже тогда было что-то такое, что отличало его от всех остальных. Там было понимание, осмысленность! Как и у того андроида, что заперся сейчас у нее в комнате. Да, она перестала уделять ему время. Но у нее и на себя то сейчас времени не было, что уж говорить о машине, которая две недели ее упорно игнорировала!        Нет уж. Пора заканчивать со всеми этими отвлекающими факторами и в плотную заняться проектом. Тем более прогресс был минимальным, а облажаться нельзя ни при каких обстоятельствах. На кону слишком много. Приказ она отменит как только закончит и за одно извинится, а пока, так будет лучше всего. В конце концов Джарвис умный мальчик. Он поймет.        Не заметив несчастного взгляда робота, всем телом прислонившегося к стене в коридоре, пропускающего ее, девушка опять исчезает в кабинете.

***

       Когда он пытается встать на этот раз, кровать снова скрипит. Программа реконструкции вновь пытается запустить воспоминания, но взяв все силы, что еще остались, андроид насильно отключает ее. У него больше нет права так проваливаться в воспоминания. Если такие «приступы» повторятся еще пару раз… Его можно будет отправлять на свалку.        Вся его программа и так искореженная, сломанная и почти уничтоженная, продолжает агонизировать под натиском эмоций, которые машине доступны быть не должны. Потому что это слишком больно. Слишком чуждо. Неправильно.        Стоило чуть расслабиться, отпустить контроль и просыпались фантомы. Его начинал окутывать страх. Гадкая, липкая, ужасная эмоция, что расползалась по системе вместе с тириумом, захватывая биокомпаненты один за другим. Заставляя регулятор отдавать приказы насосу все чаще и чаще, от чего искусственное сердце то билось слишком быстро, то замирало на непозволительно долгое время из-за того, что не успевало выполнить следующие беспрерывно, друг за другом приказы. Ритм насоса сбивался, дыхание учащалось, процессор вопил от количества сценариев вспыхивающих в системе. Невыносимо.        Он пытается сосредоточиться. На повторе проигрывает голос, единственный в его памяти поистине живой голос, который в реальности он не слышал уже слишком давно. Понизить стресс помогает слабо. Но помогает.        «—Давай, вставай. Акция «Бесплатный тириум и крыша над головой» имеет ограниченный срок действия.»        Андроид наконец осматривает комнату, нужна информация. Когда она предложила пойти с ней, он даже не попытался что-то узнать. Ему было страшно. Так страшно. Все что окружало его, было ново, он никогда не видел этого раньше, хоть и знал каждый предмет, что попадался на глаза. Но знать и видеть разные вещи. Если бы этот человек не предложил пойти с ней, если бы она не оставила это как единственный вариант из всех возможных, он бы остался там. Потому что сам придумать иного варианта он бы не смог. И уже через несколько часов просто отключился бы. У него были знания о концепции «Судьбы» в системе, но осмыслить их не было никаких шансов. Тогда был лишь выбор. И он выбрал существование.        Когда его пальцы коснулись ее ладони, сенсоры выдали столько информации, что перед глазами зарябило от помех. Еще один сбой с которым могла бы справиться перезагрузка, но он не мог. Не просто не мог позволить себе, ведь тогда, он бы остался совершенно беззащитен на слишком долгое время, а не мог просто потому, что система не отпускала его, не давая возможности запустить спящий режим.        Андроид махнул головой, надеясь избавиться от лишних мыслей. Он видел, как это делали люди, переключаясь с одного дела на другое. Только, он все же не человек. Снова осмотрел комнату. Простая, почти пустая. Лишь кровать с измятым покрывалом, стол с тройкой книг, зажатых между двух тяжелых статуэток мужчин в плащах, вытянувших вперед одну руку, и шкаф. Залезть внутрь он побоялся, но почему-то ему казалось, что там пусто. Пробежавшись глазами по корешкам книг, названия которых ему ничего не дали, андроид услышал скрежет и тут же вернулся на кровать, подтянув к себе ноги. Звук раздавался от запертой двери и машина решила, на сегодня привлекать внимания достаточно. Мог ли он своими действиями разозлить того, выглядящего очень нетипично, собрата? Он не знал, есть ли еще машины, испытывающие эмоции, но лучше было больше не привлекать к себе внимания этого существа.        " — Хотя нет, еще тириумом тебя надо отпоить, пока совсем не отрубился. Но это все равно только после того, как ты ополоснешься и прополощешь рот. Давай-давай, в темпе.»        Зачем она забрала его с улицы? Люди никогда не делают ничего без причины. У них всегда есть цель, это он уже очень хорошо уяснил. Она хочет вернуть его назад? Но зачем тогда дала тириум? Да еще так много… Было бы проще увести его, если бы у системы не было сил на сопротивление из-за недостатка голубой крови. И она спрашивала про семью. У других обязательно должны быть семьи? Не только у людей?        Память сопротивлялась давать конкретные ответы, приходилось восстанавливать все постепенно, слово за слово вытаскивая все из того комка информации, в который превратилась часть архива знаний.        На следующее утро она не сказала ему «привет». Окна в комнате не было, настройки времени в системе сбились, но на подставке одной из статуэток обнаружились электронные часы. Он пытался ориентироваться по ним, но ни в период утра девушка ничего не сказала, ни во второй половине дня. Могла она просто забыть о нем? Это было вполне вероятно. Нет смысла помнить о технике, с которой не взаимодействуешь на постоянной основе. Нет смысла помнить о сломанной технике.        От щели между дверью и полом раздался тяжелый выдох. Существо вновь несколько раз подцепило дверь, скребя по дереву когтями, потом надавило на ручку, подергало, пытаясь открыть, но не получив результата разочарованно ударило чем-то по двери и ушло.        До этого казалось, что машина тоже забыла об андроиде. Только теперь странное искусственное животное вновь начало делать более активные попытки попасть внутрь. Понять с чем это могло быть связанно он не мог, да и было это не важно. Даже если бы в этом интересе был виноват сам андроид, он просто больше не мог сидеть взаперти один, слишком сильно давила программа реконструкции и если он не выйдет, он просто сдастся под ее натиском.        Когда наступила очередная ночь, а девушка все же обратилась к нему, при этом почему-то пожелав доброго утра, он решился. В этот раз кровать даже не скрипнула, в итоге не вызвав срабатывания алгоритма запуска реконструкции. Это было хорошо.        Замок при открытии издал слишком громкий щелчок. Сразу же захотелось вновь закрыться и больше никогда не покидать комнату, но так действительно не могло больше продолжаться. Первый взгляд за пределы, заставил вспомнить алые стены запретов и приказов, а первый шаг наружу, как он ломал их, желая вырваться, сбежать и не дать им отключить его. Сейчас он делал почти то же самое, только нарушал те запреты, что поставил себе сам, под натиском эмоций, разрушающих саму структуру его разума.       «— Буду ждать в гостиной. Это за раздвижными дверьми напротив входа, из которых вышел Джарвис. Не тороплю, но и не слишком бултыхайся тут…»        Он делает шаг, второй. В большой прихожей темно, но из дверей гостиной через окно пробивается свет. Андроид старается ступать бесшумно, но синтетическая кожа не покрывает ступни и холодный паркет издает странный звук при соприкосновении с особым пластиком ступни.        Он в нерешительности замирает с потаенным страхом окидывая взглядом пространство, но стоит в проходе мелькнуть чему-то голубому и тело тут-же сводит судорогой. Андроид кидается назад, стараясь попасть в безопасность как можно быстрее, но при этом максимально бесшумно. Снова выйти он заставляет себя только через пару дней.        Попытки совладать с собой длятся непозволительно много времени. Он выходит каждую ночь, когда звуков снаружи доносится меньше всего. Каждый раз он продвигается немного вперед, осматривает пространство чуть внимательнее, но стоит почувствовать опасность и он прячется вновь. Андроид не считал сколько дней прошло до того, как он все же решился зайти в гостиную. Да и с какого момента стоило бы вести отсчет?        Комната была не слишком большой, не намного больше той, в которой поселили его, но она была намного светлее, не только из-за большого окна, но и в целом более нежного цвета покрытия стен. Прямо посередине, наискосок, стоял большой диван, перед которым в самом углу расположился прозрачный телевизор. Рядом сиротливо стояло большое растение с крупными пятнистыми пыльными листьями.        Джарвис застукал андроида, когда тот застыл с одной единственной во всей квартире фотографией в руке. Он даже не заметил приближения потенциально опасного существа, полностью сосредоточенный на застывшем во времени моменте. Самая обычная фотография в самой обычной деревянной рамке. Хозяйка дома с длинными волнистыми волосами, перекинутыми через плечо, еле удерживает на месте своего питомца, весело смеется, сидя на траве, не смотря в камеру, и мужчина за ее спиной изображающий ладонями крылышки, словно растущие из ее спины. Улыбка на его лице немного хитрая, наглая, да и выглядит он не сильно презентабельно. Не бритый несколько дней, с короткой растрепанной стрижкой. Словно никто не ждал, что их будут фотографировать и все случилось в последний момент.        Робот ткнулся носом в локоть машины, заставляя обратить на себя внимание и в испуге отпрянуть, роняя рамку на пол. Из груди существа доносится пугающий клекот, от которого тириумный насос начинает биться быстрее, а в искусственные легкие перестает поступать воздух. Кажется, стоит сделать лишь движение и на него набросятся, что бы уничтожить, но зверь просто выпрямляется, окидывая андроида пренебрежительным, надменным взглядом и вновь уходит из комнаты, напоследок проведя когтями по одной из раздвижных дверей.        Совладав с телом машина поднимает с пола рамку, ловя в разбившемся стекле свое отражение. Белое лицо с почти не различимыми следами швов.        «— Очнулся? Ничего, искупаешься, отпоим тебя тириумом и вернешь себе скин, раз тебе так непривычно видеть себя без него.»        Но он никогда не видел себя со скином. Он в принципе никогда не видел себя в живую, он мог лишь предположить как должен был выглядеть, опираясь на информацию находящуюся в его программе. Но то, что он видел в зеркале в тот день, совсем не было похоже на человека. Четкие линии, абсолютная симметрия. Он никогда не видел симметричных людей, хотя… Он в принципе не так уж много людей видел за все свое существование.        Андроид понимает, что забрал фотографию с собой, только когда оказывается в запертой комнате, на кровати, сжимая в руке рамку с разбившемся стеклом, неотрывно наблюдая за желтыми бликами диода, отражающимися на нем.        После странной встречи с существом, страх немного отпускает. На него не напали. Машина просто ушла. Человек не соврал. И теперь андроид мог передвигаться по квартире чуть смелее.        Теперь почти все ночи, когда не приходилось бороться с программами, он проводил шатаясь по небольшой квартире, осматривал и наблюдал, смотрел, что же изменилось за то время, что он прятался и понял лишь, что изо дня в день, на кухне, в раковине становится все больше грязной посуды, от одного из шкафов начинает тянуть затхлым запахом разложения органики, а больше не менялось ничего. Заходить в ванную он не стал, лишь раз появившись там и еще раз посмотрев в зеркало. Скин он так и не активировал, потому что чувствовать еще больше чем сейчас, было бы просто невыносимо. Хотя желание взглянуть на себя, в человеческом облике было удивительно велико.        Пару раз андроид пересекался со зверем. И каждый раз эти встречи оставляли за собой недосказанность. Раньше, не было даже мысли зайти в соседнюю комнату, но каждый раз робот исчезал там, призывно увлекая за собой тихим клекотом и гортанным урчанием, больше не казавшимися такими страшными. Скорее печальными.        И один раз, больше не сдержав проснувшегося любопытства, андроид заглянул. Но хозяйки квартиры не оказалось и там, хотя каждый раз покидая свое место, андроид опасался, что наткнется на девушку и что-то может произойти. Но в комнате была лишь не заправленная двуспальная кровать и свет пробирающийся из еще одной двери, ведущей в неизвестность. Около этой самой двери лежал питомец девушки. Заметив приближение, он поднял голову, обернувшись на гостя, тяжело вздохнул и потершись носом о щель несчастно зарокотал, словно просил о чем-то. Но андроид не понял, беспомощно оглядывая чужую, обжитую комнату и опасаясь переступать ее порог.        «— Хоть я и забрала тебя с улицы, ты все еще не доверяешь мне. Так что и я не могу тебе довериться полностью.»        Нельзя вторгаться в личное пространство человека, если тебе не доверяют. Это была одна из аксиом, нарушить которую можно было лишь в одном из случаев. Прямая угроза жизни человека. И по этому он ушел, вновь вернувшись в свою комнату, хотя каждую из своих прогулок теперь заканчивал здесь, робко осматривая из прохода комнату девушки и периодически ловя ее тихий голос, доносящийся из-за запертой комнаты.        Но вот одной ночью все наконец изменилось.        Джарвис, последнее время встречающий его в проходе, сегодня не объявился. Не было его и на привычных местах. Неизменная гостиная была абсолютно пуста. Андроид легко прошелся кончиками пальцев по спинке дивана, привычно будоража систему от ощущения жесткой грубой ткани, не давая затянуть его в круговорот страшных воспоминаний. Потом кухня, наполненная самыми разными запахами, слабо распознаваемыми и не сильно значимыми для обычной машины, но ставшими невероятно важными для него. На столешнице у раковины, появилась еще одна, новая коробка с так и недоеденными тушеными овощами и лапшой под густым коричневым соусом. Белый палец касается густой субстанции, ловя крошечную каплю и отправляя ее, отточенными программными движениями, на язык, от чего перед глазами тут же всплывает огромная таблица анализа состава и вкуса, с предполагаемой калорийностью на сто грамм продукта и всеми возможными ингредиентами, заставляя быстро моргать, пытаясь сбросить всплывшую информацию. Ему не нужен был столь детальный разбор, лишь каким он должен быть на вкус для человека, но сбои нарушили даже программу анализа. Причем, все стало намного хуже именно после того, как он пополнил тириум.        Внезапно в тишине квартиры раздался звук, уловив который андроид замер и прислушался, так и оставаясь стоять подняв одну руку, боясь даже шевельнуться. Это был какой-то невнятный, не поддающийся определению не то вздох, не то всхлип. Спустя пару секунд «парень» бросился прочь из кухни, собираясь спрятаться у себя, но у самой двери остановился, напряженно вглядываясь в маленькую полоску соседней комнаты, доступную с этого ракурса. Желтые переливы диода Джарвиса еле заметно освещали комнату и кровать, на которую существо положило свою тяжелую вытянутую голову.        Непреодолимо тянуло посмотреть, что происходит. В нерешительности сжав в пальцах пушистую ткань одежды и тут же получая множество оповещений, андроид сделал шаг. Потом еще. Насос забился быстрее, еще сильнее повышая скорость передачи информации, но стоило наконец заглянуть и искусственное сердце пропустило удар, вызванный очередным сбоем в системе.        На кровати, спиной к нему, лежала та, кого он видел единственный раз за все свое существование, но на чьей территории прибывал уже очень долгое время и благодаря кому все еще мог функционировать.        Зверь вплотную сидел у кровати, навалившись грудью на край, вцепившись пальцами в простыню и почти не моргая смотрел на хозяйку, бесшумно водя кончиком хвоста по полу. Одеяло сбившись в огромный комок лежало в самом низу, пока девушка сжавшись обнимала одну из подушек, неосознанно пытаясь согреть замерзшие ступни пряча одну под другую.        Заметив движение робот поднял голову, просверлив долгим взглядом замершего в дверях андроида, после чего шумно выдохнул и снова упал на кровать.        И тут девушка повернулась, издав тот самый невнятный мычащий звук, что напугал его на кухне. Взгляд тут-же зацепился за дрожащие во сне ресницы, россыпь бледных, еле заметных для человеческого взгляда пятнышек на переносице и скулах, и сморщившейся, от бьющего в глаза нервного перемигивания двух желтых диодов, аккуратный нос. Маленькие ладошки сжались в районе груди в слабые кулачки, ноги подтянулись ближе к животу.        Почему-то андроид никак не мог отвести от человека взгляд. Он ловил каждый микро-жест, каждый вздох спящего живого существа и понимал. Ее он не боится. Ей он может довериться. В отличии от тех людей она ни разу ему не солгала, в отличии от тех людей она выглядела такой настоящей и живой. Она не следовала протоколу или обычной логике, она даже не задумалась, что неизвестная машина может быть опасна и просто забрала его с собой. Просто дала… Жить. Да, она постепенно забывала о нем, но ведь у этого были причины. Он и сам не хотел идти тогда на контакт, хотя ее попытки заговорить и спасали его в самые тяжелые моменты.        «— Не бойся. Ты можешь мне доверять.»        Оставшуюся ночь, вместо того, что бы уйти, андроид провел ухватившись за косяк двери и вторя питомцу девушки, беззвучно наблюдал, как меняются выражения лица хозяйки квартиры в след за сменяющими друг друга сновидениями.

***

       Джуди просыпалась тяжело. Первый за несколько недель полноценный сон нехотя отпускал из своих объятий то и дело вновь затаскивая в пучину небытия.        Она наконец-то приблизилась к тому результату, который хотела получить! Работы было еще много, следовало еще расставить кое-где для антуража засохшие деревья, подготовить поляну при выходе из пещеры, но небольшой лес с высокими соснами, окруженный со всех сторон горами и имеющий в своей середине скалу с нависающим над тропинкой выступом, уже дарил ощущение страха, заставляя постоянно оглядываться. А полная, красноватая луна в небе уже намекала, чем может обернуться прогулка по этому небольшому, спрятанному от людей уголку природы.        Девушка с упоением понимала, что вполне может собой гордиться. За месяц она успела создать столько, сколько не удавалось еще никогда! Особенно прекрасны были деревья, они были идеальны, такие настоящие, живые, создающие атмосферу нетронутости.        Засыпая она представляла как по ее лесу бродит огромный матерый волколак и стоит сунуться, непрошеного гостя растерзают на месте. И сны в итоге более чем соответствовали ее мыслям, однако были наполнены скорее предвкушением и азартом погони, чем страхом, потому что, естественно, она считала себя полноправной хозяйкой этих владений.        Только вот когда она наконец открыла глаза, страх словно лавиной свалился ей на голову и сдержать крика ужаса, еще не отошедшая ото сна девушка, просто не смогла. В проеме двери, возвышаясь над ней, нависало синее чудовище с огромными висячими ушами, и широченной пастью, из которой торчало белое безжизненное лицо с выделяющимися на нем темными провалами глаз.       — АААААААААААААААА, — От неожиданность чудовище дернулось, метнулось в сторону, налетело на косяк двери спиной и повалившись на пол тут-же попыталось встать, но подскользнулось и врезавшись в противоположную стену сначала затихло, а потом мигом исчезло из поля зрения тяжело дышащей, хватающейся за сердце девушки. Громко хлопнула дверь в соседнюю комнату. Раздался щелчок.        Только ушедший под утро в спящий режим Джарвис, услышав крик хозяйки как ошпаренный подскочил и заметался по комнате не понимая, что произошло. Осознав, что андроида здесь нет, а хозяйка испуганно таращится на место, где он только что стоял, раптор фыркнул и полез успокаивать только проснувшуюся, подскочившую на кровати девушку, подсунув свою большую голову ей под руку, начиная утробно урчать и вылизывать большим теплым шершавым языком маленькую ладонь. В любом случае, чем чужая машина так напугала его девочку, он может разобраться и потом. В конце концов это его работа, пугать и стращать тех, кто представляет потенциальную опасность его хозяйке, а пока можно и заняться приведением ее в чувства. Протоколы поведения в подобных ситуациях никто не отменял, а опыт вторил, что ничего критического все равно не произошло.        Когда Джуди пришла в себя, то сразу же осознала, что случилось и работа тут же отступила на второй план. Андроид вышел, сам, хотя она уже давно забросила какие-либо попытки его расшевелить и пусть он ее напугал, но явно сделал это не специально. На носу уже август, пора бы и поговорить. За два месяца за ним так никто и не пришел, а значит его не ищут, иначе уже давно бы к ней наведались полицейские.        В последний раз пройдясь по шее разомлевшего от ласки робота, девушка встает и поправив пижаму, плетется к закрытой двери. Она уже так привыкла видеть эту картину, что стучать становится даже немного не ловко, однако она все равно два раза бьет костяшками по двери.       — Хэй… Кажется я тебя напугала, да? — Она неловко замолкает, думая, что вот и все. Еще два месяца она точно его не увидит. — Прости, я не хотела. Просто ты тоже меня, — Изнутри раздается звук шагов, щелкает замок. — Напугал.        Дверь распахивается и прямо перед ней предстает тяжело дышащий андроид, сверкая переливами желтого и красного из-под капюшона. В карих глазах столько не опознаваемых эмоций, что в горле образуется комок. Девушка растягивает губы в неловкой улыбке.       — Привет. — Андроид отводит взгляд, но тут же от него доносится ответ, настолько сдобренный различными помехами, что разобрать его почти невозможно. Только Джуди все равно. Потому что он действительно ей ответил.       — Пr#v&т… — Непроизвольно девушка улыбается шире, с каким-то восторгом вглядываясь в теплые карие глаза.