Сердце и душа волка

Ирис Блоссомфор не спеша брел по тропинке, ведущей к большому, серому зданию. Август в этом году похоже решил, что все достаточно погрелись, так что стоит поддать холодку. Ветер бесшумно просвистел мимо, по колышев стоящее рядом дерево, заставив то скрипнуть. Здание было ничем иным, как логовом работорговца Паскаля Рина, достаточно жестокого и жадного, жирного волшебника, в основном поставляющим низкосортных оборотней на плантации. Блоссомфор хоть и держал этого жирдяя в страхе( впрочем как и многих), появляться здесь далеко не планировал. Привели его сюда слова брата, пообещавшего, что у этого подонка есть кое-кто действительно стоящий. - Сэр, лучший товар, я вас уверяю... - суетился низенький, толстый волшебник, одетый в серые брюки и голубую шелковую куртку, пуговицы которой жалобно трещали на его животе. - Только вам сэр, готов показать до аукциона. - Паскаль, ты знаешь, что я ненавижу, когда передо мной так заискивают... - Но, сэр, ваш статус... - работорговец потупился, сложив пухлые руки на груди в жесте, полном жалкой покорности. - Ладно. - тяжело выдохнул Ирис. - Но это должно быть что-то действительно стоящее... - Да, да, конечно! - Паскаль с энтузиазмом потряс головой, заставив свои три подбородка содрогнуться. - Вам же нравится экзотика? - М, уже интереснее. - уже миролюбивее протянул мужчина, от чего работорговец аж подпрыгнул от радости и энтузиазма. - Тогда...- толстяк многозначительно взмахнул пухлыми руками, и дверь в комнату скрипнула, отворяясь и впуская вошедших. Это были двое слуг: крепких молодых парней, крепко сжимающих каждый свой конец толстой, позвякивающей, цепи. На этих самых цепях тащился сам сизокрыл, перемотанный веревками, с закованными в кандалы руками и с кляпом во рту. Высвобождены были лишь ноги юного оборотня, но и ими он упирался, не позволяя себя двигать. - Выйдите. Я сам его рассмотрю...- сухо приказал эрнишник, опасно сверкнув глазами на работорговца и его подчиненных. Толстях все так же заискивающе-натянуто улыбаясь, вышел из комнаты, раскланявшись. Слуги последовали за ним. Дверь плотно закрылась снаружи, оставив комнату в душной тишине. Из-за этого было отчетливо слышно, как мальчишка зло сопит, остив голову и разглядывая свои босые, окоченевшие ноги. Здесь было плохо. Очень плохо. Жестокие и противные надзиратели, холодные железные клетки, мигающие лампочки... И запах крови. Постоянный запах крови. Чей-то плач, визг или крик, свист кнута, глухие шлепки, тишина и отвратительный запах крови. Кормили однообразно и плохо, столько, сколько нужно чтобы не умереть. За стеной кто-то постоянно хныкал или стонал. Казах постоянно пытался сбежать. Но каждый раз ему это так и не удавалось. Он видел. Видел, как насильно разлучали сестер и братьев, как у матери отнимали ребенка. При нем надзиратели забили до кровавого фарша волка, пытавшегося защитить свою жену и дочь. Сизокрыл хоть и жил совсем немного, но и до этого повидать успел всякого дерьма. Но сейчас... Нет. Казахстан сможет сбежать. Главное не сдаваться. Вообще, это достаточно мутная история, как он сюды попал... Началось все с того, как он бежал вместе со здоровой иволгой назад в племя котов в горы... Сейчас он находится в комнате, наедине с незнакомым ему существом. Мальчишка не хотел смотреть на него. Было противно. Большинство здешних вызывали отвращение... Только его запах. Достаточно приятный, хоть и хорошего ничего не предвещает. Ощущалась сила, зрелость. Чем-то напоминало уже бывалых, покрытых шрамами котов-охотников из племени. Несильный, но странный ванильный оттенок, запах очень хорошего, дорогого табака и свежей древесины. - Уже изучил местный паркет?- голос был низким, хрипловатым. Как будто смеющимся. Казах промолчал, но тут чужая рука достаточно аккуратно взяла его за подбородок, заставив поднять глаза. Хотя, если такая рука не была бы достаточно нежна к сизокрылу, то от гордого кота и мокрого места не осталось. Широкая ладонь покрыта шрамами, а на среднем пальце был вытертый от времени перстень с крупным, полупрозрачным черным камнем и тонким серебренным кольцом. Нехотя мальчишка все же взглянул на незнакомца. Это был мужчина, не столько высокий, сколько просто огромный, сидящий перед ним на корточках. Одет он был в черные брюки, такого же цвета куртку с меховой оторочкой у капюшона и огромными карманами, из-под которой видна была легкая рубаха, и тяжелые, большие сапоги. Под пусть и достаточно толстой тканью отчетливо проглядывались мускулы. На шее была массивная цепочка. Лицо было немолодым, теня лет на тридцать с чем-то, с правой стороны его прочерчивал грубый, жуткий шрам, черты в основном были приятными, крупными, с пухлыми обветренными губами. Глаза большими, желтыми, с узкими кошачьими зрачками. Но выглядели эти глаза как-то странно. Будто из стекла. Волосы вьющиеся, черные, убраны в хвост сзади. Но больше всего казаха привлекли кошачьи уши незнакомца, длинный, пышный кошачий хвост и крылья за спиной, такого же окраса. А окрас был достаточно необычным: черепаховым, трехцветным- с рыжими и черными пятнами на белом фоне. Котов с таким цветом сизокрыл еще не разу не видел. Тут незнакомец щелкнул пальцами руки с перстнем, отпустив котенка, путы на казахе буквально испарились, от чего тот изумленно распахнул глаза, инстективно начав растирать запястья, делая шаг назад. - Эти ублюдки плохо с тобой обращались? - спросил кот-великан, судя по всему только что тоже внимательно изучив мальчика. Сизокрыл только молча кивнул. - Маленький... - подобное наименование оскорбило сизокрыла, но тот ничего не сказал. Тем более в тоне была искренняя жалость. - Ты такой тощий. Надо бы тебя привести в порядок. Иди сюда. - он протянул кисти к Казахстану, но тот лишь попятился. - Не бойся меня. - кот сделал еще шаг назад, но все же замер на месте, глядя на мужчину, как кролик на удава. - Я не собираюсь обижать тебя. Тебе будет хорошо у меня. Иди сюда. Сизокрыл замер, как будто прислушиваясь. Незнакомец хоть и выглядел угрожающе, даже опасно, но почему-то вызывал доверие. Мальчишка не знал, что предвещал этот мужчина, но чувствовал что зла тот ему действительно не желает. - Что вы будете со мной делать?.. - спросил казах, немного осмелев и расслабив уши. - О, ничего плохого...- расплывчато ответил огромный кот, улыбаясь. Улыбка его была добродушной, хоть и обнажала ряд мощных, желтоватых клыков, с пигментными рыжевато-то коричневыми пятнами. (Автор: это не кариес, у животных иногда могут быть зубы и десны с пятнами.) - Ну что ж, ты не против? - Не против. - тупо повторил сизокрыл, но похоже это приняли за полноценное согласие, так как его ладонь уже сжали пальцы незнакомца. - Как тебя зовут? - Казахстан Краснов. - Тогда в путь, моя принцесса. - достаточно торжественно объявил мужчина, распрямляясь и подхватывая казаха, после приоткрывая свою огромную куртку и пряча за пазуху котенка. Подросток же в свою очередь даже не успел сообразить, как уже услышал звук закрывающейся застежки, погружаясь во тьму, переполненную запахом ванили, табака и древесины. Слишком сильно. Даже все немного поплыло, заставив в голове возникнуть белый шум. Белый шум, как будто настройка каналов. Пару раз, когда на их семейном доме ветер срывал антенну, на экране были нечеткие разводы и звучал белый шум. Тогда батя сначала хорошенько ударял по ящику, нецензурно выражал мнение о ситуации, тихо бормоча, думая, что никто не услышит, и отправляясь чинить поломку, прихватив с собой Россию, чтобы тот таскал ему из дома инструменты. А Казах с Белкой все это время носились во круг дома, наблюдая за отцом. Пока на мальчишку нахлынули приятные воспоминания, раздались голоса, шуршание купюр и удаляющиеся шаги. Через ткань казах ощутил, как его ласково погладил мужчина по спине, после крепко прижав к себе. Его понесли, чувствовалось приятное покачивание, достаточно успокаивающее. Было тепло и уютно. Эх, а сейчас хорошо было бы снова пережить хоть один день, как раньше. Вместе с отцом, сестрами и братом. По мерным вздохам и выдохам Ирис почувствовал, что убаюканный мальчик уснул, свернувшись комочком на его груди. Отчетливо ощущалось биение сердца котенка, что успокаивало, заставляя что-то мягкое и пушистое внутри копошиться. Эрнишник был доволен. В полной мере доволен своей покупкой. Сизокрыл был приятным, смуглым, крепким, с отчетливыми азиатскими чертами лица. Вот если его еще и откормить, помыть, отбив неприятные примесь камеры и улицы, будет просто прелесть... Рука в очередной раз бессознательно провела по узкой спине казаха, который тихонько пробормотал что-то во сне. Наконец казах очнулся. Запах всё ещё сильно бил в нос, все ещё было жарко, темно и уже душно. Все ещё ощущалось мерное покачивание, но спать больше не хотелось. Мальчишка захотел позвать незнакомца, но его имени он не знал. Хотя, какой это незнакомец, если сизокрыл уже определенное время сидит у него за пазухой. И почему он не удосужился узнать его имя? И как теперь его окликнуть, чтобы привлечь внимание? Решение само пришло. Мальчишка непроизвольно заворочался, почувствовав руку из вне, гладящую его по спинке. Но казах случайно дотронулся до этой руки, после чего раздался звук застежки и холод снаружи приятно обдал лицо оборотня, позволяя вдохнуть свежего воздуха в волю. - Ты так уютно спал там, надеялся, что проспишь так до самого дома. - мужчина поднял мальчика повыше, так, что их лица были почти на одном уровне. Дыхание эрнишника невольно перехватило. Сизокрыл устремил взгляд своих светло-карих, с желтизной, немного мутных с просони глаз, прямо на него. Он такой красивый... - Как я могу обращаться... к вам? - спросил котенок, осторожно глядя в глаза огромному коту. - Давай на ты. Нам еще нужно привыкнуть друг к другу. Ко мне можешь обращаться по имени или по фамилии. Зовут меня Ирис Блоссомфор. Но можешь дать мне прозвище если сильно захочешь. Когда злишься на меня, можешь обзывать меня, но без мата. Твое имя я уже знаю, но возможно у тебя тоже есть пожелания. - попытался как можно спокойнее ответить, мужчина, стараясь не напугать котенка. - Меня можно называть полным именем, или сокращенно: "казах". Совсем кратко называет меня только сестра, но мне все равно не нравится. Не люблю когда зовут по фамилии... - он неуверенно отвел взгляд, дернув ушком, заставив внутри своего владельца, что-то умереть от умиления. - Так тоже делает только сестра, но обычно это значит, что я опять забыл помыть за собой тарелку... - Постой, у тебя есть сестра?..- оживился Ирис, с каким-то азартом в голосе. Ведь вполне возможно достать и второго сизокрыла... - Да, но она волчица. Я приемный в семье был. - Ясно.- в тоне промелькнуло разочарование. - Значит ты все же последний экземпляр... - Нет, у меня просто отличная сестра... постой... В смысле "привыкнуть друг к другу"? Разве ты не собирался меня освободить?..- что-то внутри казаха похолодело, и под курткой мужчины уже перестало быть так хорошо. - Да, я освободил тебя от них. Теперь будешь со мной...- беззаботно пояснил Ирис. - Нет... - выдохнул сизокрыл, чувствуя, как зрачки сужаются до палочек, а приятное, теплое и вязкое чувство спокойствия моментально покидает. Казахстан не хотел чтобы его просто пересадили из одной клетки в другую. Ему хотелось к своему племени, к котам...- Я все равно сбегу.- прозвучало это твердо и уверено, как будто сизокрыл совсем не боялся, хоть это была и не правда. - От тебя сбегу. Я свободный кот, я не могу быть чей-то собственностью. - он продолжал смотреть прямо в глаза Ирису, который так же серьезно смотрел на него. - Да ты не из робкого десятка? - усмехнулся мужчина, наклоняясь к мальчишке, который попытался отстраниться, но не смог этого сделать, ощутив чужое, опалившее лицо дыхание. Кончики их носов почти соприкасались, от чего в мозгу сизокрыла промелькнула тупая мысль: "Он меня поцелует." Мужчина ухмыльнулся про себя, глядя на столь гордый маленький комочек, собравшийся при нем, да еще так нагло, качать права. Необходимо было показать котенку, кто здесь главнее... Тем более покрытые маленькими ранками, но все равно сладкие, как вишневый сок, губки редкого звереныша манили, сами приглашая поиграть с ними. Эрнишник облизнулся, заключив мальчишку в достаточно невинный, без языка, поцелуй. Последнего же такие меры похоже переклинили. По ощущениям все вокруг схлопнулось, как будто сизокрыла с силой пнули под дых, толкнув в воду, струи которой мощно хлынули в уши. Все пропало. И мысли, и приятный холод. Остался только сильный запах Ириса и его сердцебиение. Из-за этого мальчишка с силой сжал ткань рубахи под курткой. - Хей... Все впорядке, Казахстан? - мужчина поднял руку без колец вверх, звонко щелкая перед носом сизокрыла. - Ты от меня сейчас кусок мяса оторвешь. Или хотя бы часть рубашки. - Ты поцеловал меня? - в шоке спросил казах. - Да. - спокойно ответил он. - Ты поцеловал меня!? - еще раз, уже громче, спросил котенок, поднимая руки и обхватывая шею огромного кота, нагибая того, заставив вновь приблизиться к себе. - Да, и что? - прозвучало это так, как будто Ирис не видел в этом ничего такого. Как будто это что-то нормальное. - Ты педофил? - Черт тебя дери, ты больной? - он свободной рукой стряхнул пальцы со своей шеи, после немного встряхнув мальчишку, так что тот сполз ему назад за пазуху, после торопливо застегнувшись, не дав сизокрылу ничего сделать. На самом деле мужчина просто не хотел, чтобы котенок стал свидетелем его порозовевших щек. Примерно на минуту стало тихо, и эрнишник продолжил свой путь. В этот момент Казахстан сильно пожалел, что не успел разглядеть местность, сконцентрировавшись на лице мужчины. По ощущениям великан продолжил идти, ускорившись. - Эй!?- глухо позвал из-под ткани казах, попытавшись начать снова вырываться, но его хоть и осторожно, но достаточно крепко прижали к себе. - Сиди тихо там, скоро придем. - мужчина ободряюще, хоть и несильно похлопал по спине сизокрыла ( чтобы ничего там не помять), который недовольно заурчал, поерзав, но затих. - Разговаривать лучше дома, а не на воздухе. Примешь ванну, поешь, переоденешься... Не то у тебя мозги в кучу. - Ты несешь меня неаккуратно, вот мозги у меня и в кучу! И с хрена ты целоваться полез?!- прошипели из-под куртки. - Несу я тебя аккуратно. Поцеловал, потому что захотел. - проворчал Ирис, но звучало это безобидно. - Ага, купил себе игрушку! - еще пуще взвыл сизокрыл. - Может отымеешь ещё тогда, раз на то пошло!? - Хах, не все сразу принцесса. - усмехнулся ернишник, улыбаясь воздуху. - Ты еще не дорос... - Подожди, так зачем я тебе? - в душном тепле мальчишка уже начал подвисать. Руки непроизвольно начали шариться по чужому телу, играясь со складками рубашки. - Купил меня зачем? - Ну, ты очень сладкий...- промурлыкал он, чувствуя, как под курткой напряглись. Но в основном потому что ты- сизокрыл.- достаточно спокойно пояснили.- Знаешь, это очень престижно иметь существ, которых больше не у кого нет. - Ты только по этому купил меня? - немного разочарованно протянул котенок. - Ты хоть знаешь, как грустно понимать, что ты последний представитель какой-то расы? - Знаю. - кивнули снаружи, задумчиво замолчав. - Я последний эрнишник. Как шутит мой брат: "Последний экземпляр, вроде последней пары обуви, из лавки славного Дирля." Дирль был старым сапожником, держал маленькую лавочку, все сам делал, никого не нанимал. Обувь у него была очень хорошей, брат там и себе и нам обуви заказывал, а потом старик скончался от инфаркта... - он снова замолчал. - Ты тоже приемный?- казах резко ощутил прилив какого-то расположения к мужчине. - Нет, но у меня и братьев с сестрой разные отцы. - ответил мужчина. - Казахстан, а может о себе расскажешь? Я кроме того, как ты выглядишь, о тебе почти ничего не знаю... - Ладно, расскажу. - мальчишка замялся, нехотя соглашаясь. - Ну... Мне тринадцать. Биологических отца и мать убили, приемных тоже. Есть старший брат и сестры. Нас подобрали близнецы Брауны... - сизокрыл прочистил горло, попытавшись как-то оправдать паузу. Невежливо с его стороны, но хотелось самому обрушить гвалд вопросов на Ириса, от чего то, что можно рассказать о себе, застрявало на полпути ко рту. - А твои родители живы? - Мать давно убили. А вот отец может и жив, я его никогда не видел. Тебе тяжело рассказывать о семье? - заботливо уточнил эрнишник. - Да. - казах благодарно обмяк, чувствуя огромное облегчение. Почти кошачий запах мужчины стал гораздо приятнее, так что котенок обнял его. - Черт. - прерывисто выдохнув, Ирис немного передернулся, так что даже на мгновение замер. - Казах... ты там потише. Меня, знаешь ли, напрягают твои руки. - Что не так? - Ты меня там как-то излишне беспордонно трогаешь. - пробормотал мужчина. - А ты сам меня себе под куртку засунул.- уже пришло время казаха усмехнуться. - Да? Ну если хочешь, могу пересадить в сумку. Но мы уже пришли. - К тебе домой? Но я все равно сбегу, имей в виду... - От меня ты никуда не сбежишь, маленький. Смотри ведь, ты мой потенциальный будущий любовник. - ЧЕГО? - Казах охренел от таких слов. - Я твой... ЧЕГО? - Любовник ты мой будущий... - так же промурлыкали с наружи.