эхо любви

      Ветер играл листьями на кронах деревьев в лесу. Наталья шла уже несколько часов, сверяясь с картой, которую вручил подполковник. — У вас сутки, а потом вы должна вернутся. Если кто-то из вас не вернется не позднее сумерек следующего дня, то мы уйдет в ту сторону от куда вернулся разведчик. У нас не будет времени ждать вашего появления. Будьте внимательны. У вас есть один лишь шанс. « Хороши слова для напутствия…» Вдруг впереди девушки возникли голоса. Ей пришлось припасть к земле. Голоса точно были мужскими, но и раздавались и другие звуки. Плачь. « На что я согласилась.… Так. Перестань боятся. Ты справишься.» Сердце стучало с такой силой, что Наташе казалось, что слышат это все. Она поползла аккуратно вперед, что бы посмотреть на происходящее. Перед ней выросло огромное дерево, а за деревом уже были видны головы немцев. — Was für ein appetitliches Mädchen.* Наталья увидела девушку, которая были в порванной одежде с кровоподтеками. По её лицу текли слезы, а двое немцев продолжали насиловать её, избивая при этом. Сказать, что Наталья была в ужасе, это ни чего не сказать. Шлепки раздавались эхом по лесу, как и мужские стоны. — ach was.* — Он схватил девушку за лицо и жадно начал целовать её, причмокивая. Было видно, что он двигается равномерно, при этом другой так же мучил бедную девушку. По пленнице было видно, что ей все равно. — Вот суки. — Шепотом сказала Наташа себе. Поняв, что слишком долго смотрит на сцену насилия, которое вызывало у девушки чувство отвращения, начала осматривать других немцев. Насчитав человек 15, она заметила, что некоторым вообще похрену на насилие позади них. Кто-то спокойно ел, общаясь между собой. К её взору пригляделся лишь один человек. Черноволосый мужчина, сидевший поодаль остальных, и читал книгу, что было как минимум странно. Она с любопытством осматривала его. У него был очень аккуратный нос, выразительные скулы и слегка припухлые губы. Он что-то перешёптывал ими, видимо книга была увлекательна. Сидел он облакатившись о дерево и был совершенно расслабленным, как будто другой мир не существовал. Другие немцы играли в карты, при этом сильно смеялись, выдавая друг другу лещей и щелбанов. Со стороны выгладило забавным их беззаботность, что возмущало юного разведчика. На какое-то мгновение она вообще забыла, зачем она тут. Она снова посмотрела в сторону мужчины, который читал книгу, и тут она поняла, что он смотрит именно на неё. Его темные глаза осматривали своих путников. Девушка попятилась назад с такой же аккуратностью, с какой и приползла. Когда она отползла на достаточное расстояние, что бы встать, адреналин растекся по телу от самой головы, так как она увидела его. Немец, который читал книгу, стоял прям перед ней и смотрел на неё с удивлением и любопытством. — Я думать, что у вас нет чувства любовь в жизнь. — Голос был нежным и тихим. С жутким акцентом. Девушка медленно сунула руку в карман, где нащупала нож, который дал Гена. — Я не хотеть обидеть тебя. Я хотеть помочь тебе. Наташа ни как не могла успокоится, ноги тряслись, подкашивались, сердце готово было выпрыгнуть из сердца. — Если хочешь убить меня, так делай это поскорее…- голос был дрожащим и это единственные слова, которые она смогла произнести. — Если бы я хотеть убить тебя, я бы не говорить с тобой. — Удивление был настолько сильным, что партизанка приоткрыла рот. Глаза у него были темно-карие, глубокие и совсем не злые, как показалось первый раз. В его взгляде читалось грусть, но девушке казалось, что смотрит ей прямо в душу, от чего было неловко. Но ведь они оба смотрели друг другу в глаза, при этом казалось, что они оба боялись начать движение, будто стоят на мине, которая вот, вот взорвется. -Тебе лучше уходить. Другие могут услышать. Я видеть, что ты видеть насилие девушка. С нами 2 SS. — Он говорил тише, чем первые слова. -Почему ты даешь мне уйти? Разве ты не должен сейчас закричать, что тут русский и все?  — Я не любить насилие. — От куда ты знаешь так хорошо наш язык? — Она до сих пор боялась пошевелиться. — Моя бабушка русский. Сибирь жить. — Он слегка улыбнулся. — Понятно. Я тоже из Сибири. — Наташа улыбнулась в ответ. — Тебе пора. — Он достал пистолет. — Другой выход нет. Если пугать тебя, то ты уйдешь, и будешь жить. Пожалуйста. — Она не знает, что ему трудно наставлять пистолет на неё, ведь он не такой как многие, он другой и он хочет её спасти. — Я был рад, познакомится с тобой. Иди. Разведчица медленно отступала в сторону своих. Отойдя на достаточное расстояние, она оглянулась. Он все еще смотрел на неё. Глаз она уже не видела, но видела, что он был сильно расстроен, чем именно не известно. Хотя она до сих пор не поняла, что осталась жива после встречи с немцем. Девушка бежала, очень долго, не останавливаясь. Под сапогами она чувствовала, что ноги стерты и болят. Ей до сих пор было страшно и трудно поверить, что фашист отпустил её, причем так легко. Ей казалось, что он сообщил об этом и часть немцев бежали за ней. Скоро она увидит уже свою роту, которые были в напряжение и ждали, когда кто-то вернется. — Наташа!!! — Маша кинулась в объятия подруги. — Как все прошло. Все ждали тебя в напряжении. Ну, рассказывай. — Наталья. — Подполковник с офицером подошли к ней. — Как все прошло, рассказывай. Пошли под навес. Мария, а вы принесите подруге чаю. — Тут есть не большое отряд немцев из 15 челок. — Она опять вспомнила про мужчину, который отпустил её. Она решила промолчать об этом. Не думаю, что начальники одобрят это, и тем более Гена. — Они … — девушка вспомнила о насилии девушки и как сказать это, она не представляя. — Что они? — Гена смотрел внимательно на девушку, которую любит, ожидая чего-то страшного. — Насиловали девушку — она опустила глаза, пытаясь сдержать слезы. До неё только что дошло, что немец спас её от той же участи. — По погонам я поняла, что это были SS. Подполковник приобнял девушку, ведь он не понаслышке знал, что она сделала, было очень сложным. — Ты молодец. А теперь отдохни и поешь.