Дети затонувших кораблей

Сон медленно покидал юношу оставляя за собой дикую панику, которая скользкими щупальцами просачивалась в каюту. Там, наверху происходило что то ужасное и можно было разобрать только обрывки фраз. -Русалки! - как гром среди ясного неба. Чанёля накрыла волна эмоций - смесь непреодолимого восторга и паники. Свалившись с гамака он понёсся прочь из тёмной комнатушки на палубу. Взор окутал туман , сквозь который можно было разглядеть куски скал вперемешку с раскиданными на них обломками кораблей. Словно зачарованный парень вслушивался в песни, манящие приблизиться к борту чтоб глянуть на исполнителя. Из плена его выдрал Хан, хватая худое плече и утягивая за собой обратно в трюм. -Щенок, ты спятил ! Какого Черта поперся на палубу. -В глаза мужчины плескалась злость, обеспокоенность и вряд ли можно было определить чего там больше. -Я просто хотел увидеть русалок, - послышался затравленный ответ. -Старый дурак, должен был закрыть твою каюту,- вздохнул капитан. -А где остальные? -Ещё вечером приказал всем разойтись , кого нельзя было запереть - привязал, а сам наблюдал и управлял кораблем... Продолжить разговор не дал отчаяний крик о помощи, оба сорвались наверх. Туман там казалось стал ещё гуще , а отчаянные крики вперемешку с песнями - громче. -Капитан , я не узнаю этот голос, чей он? - на ощупь перебираясь по палубе кричал парень. -Тоже самое. Чан, в лбом случае не смей подходить к борту, ты меня понял? Ответа не последовало. Только громкий леденящий душу всплеск... Парень, завидевший какое то движением у противоположного края, ринулся туда в надежде спасти бедолагу, но все что увидел - сияющие голубые глаза дурманящие разум. Холодный руки обхватили его собственные и с оглушительным свистом потянули на самое дно. Ледяной взор был четким, сковывал движения не давая отвести взгляд. Вода вокруг сжимает вызывая в теле судороги, а сердце бьется как бешеное из за нехватки кислорода. Смерть не такая страшная когда ее облик так прекрасен. Чёрные, словно смол волосы, в которые вплетены темно синие пряди, хитрые, буквально безумные, глаза цвета морских глубин, прямой и ровный нос. Все в этом создании завораживало, заставляло хвататься за малейшие детали образа, затуманенным эйфорией сознанием. Глаза щипало от морской воды размазывая картинку, а рука сама потянулась за кулоном. Тот мерно выплыл из под рубахи и играл особенно яркими красками. Разгораясь как пожар и поглощая все солнечные лучи, он начал сиять словно упавшая с неба звезда. Оглушительная боль спутывала сознание, тысячи иголок выпивались в тело и разум, создавая новые дыры для утекающего кислорода. Взор застелила пелена сияющего света, который словно протягивал на другую, потаенную сторону мироздания. Разуму представали разнообразные картины: вот юный Чанель стоит напротив могучего леса, который простирался намного дальше родительского имения. Буйство зелёных красок , поющие птицы и дикое зверьё - часть радушно отданная в человеческое владение. Там он проводил много времени получая новые раны и ссадины, легкие порезы и серьёзные увечья, там он познавал жизнь. Как то раз в поисках чего то интересного парень нашёл маленького кролика оторванного от матери. Над крохотным созданием уже навис плачь - огромный чёрный ястреб кружил в небе яростно сжимая когти. Рванув в сторону беззащитного животного, столь юного как и он сам, мальчик ободрал все коленки, но так и не успел. Мягкую светлую шерсть, славно острыми кинжалами, пронзили лапы хищника. Тогда самозабвенно рыдая ребёнок ворвался в покои матери, долго рассказывая как несправедлива жизнь и впервые осознавая, что всему приходит конец. Женщина мягко улыбалась поглаживая юношескую голову, зарывалась пальцами в кудряшки. Ее собственные волосы были прямым словно колосья пшеницы высохшие на солнце, но упрямо стоящие под палящими лучами. Чёрными водопадами они спускались , казалось бы , до самых пят, блестели словно иней покрывший деревья в период лёгких заморозков. Мать Чанеля была необычайно красивой. Молочно-белая кожа контрастировала с волосами и темными миндалевидными глазами, в которых отражали все тайны вселенной. Невысокий рост и граничащая с болезненность худоба делали ее похожей на фею вышедшую из леса, чья чаща уже не так манила испуганное дитя. Доверчиво протягивая руки к родительскому лицу парень понял что картина уже сменилась. Вместо фарфорового лица матери пальцы коснулись жесткой щетины отца - высокого статного мужчины , на чьих руках он оказался. Этот момент мальчик помнил отчетливо , каждую деталь, ведь это первый раз когда его взору предстали корабли. Такие величественные с огромными разноцветными парусами они манили к себе. Герцогская чета отправилась в порт для встречи высокопоставленных гостей, совсем ещё юный Чанель, словно птенец, уютно устроился на руках отца. Неслыханная дерзость, но такая важная демонстрация: вот он , наследник рода, единственный сын и будущий Герцог. Не обращая ни на кого внимания малыш рассматривал птиц, облака , а главное их, потрясающих своим размером и величием сознание, гордо стоящие парусники. Именно в тот момент сознание пронзила мысль:» Вот она моя жизнь и погибель, мой воздух и хлеб» Океан обещал стать настоящей сказкой, далёкой и в то же время такой близкой мечтой. Такой манящий и прекрасный тогда, такой холодный и убийственный сейчас. Погружая на самое дно, вода окутывала тьмой, отбирая воспоминая и закрывая занавес.