Типичная история

Париж, погруженный в осеннюю ночь, нравился Маринетт чуть больше. Существовал некий особый флёр, присутствие которого она ощущала, вдыхая остывший воздух и блуждая по оживленным улицам. Сумерки, разбавляемые лишь светом фонарей и разрезаемые фарами проезжающих машин, успокаивали Маринетт, прятали её среди нарядных стен и расслабленных прохожих. Вывеска Chez Moune выделялась неоновым свечением на фоне каменных домов, истекающих балюстрадами и лепниной. Выйдя из машины и, поставив ту на сигнализацию, Маринетт вздрогнула, ощущая прохладный ветер, норовивший нырнуть под пальто. Только войдя внутрь, она вспомнила, что уже бывала здесь. Не такое уж и роскошное место, как говорила Анарка, хотя, несомненно, пользуется популярностью среди молодежи. Несмотря на достаточно раннее для тусовок время (десять часов вечера), народу собралось прилично. Маринетт взгромоздилась на высокий табурет подле барной стойки и заказала коньяк. — А чего так народу много, время то ещё детское? — задала она вопрос работнику, пока он наполнял золотистой жидкостью её рюмку. Бармен был молод, в носу красовался модненький семптум, а волосы, собранные наверху, явно казались окрашенными в чёрный. Он показал на сцену, чуть улыбнувшись: — Сегодня выступает какой-то новомодный рэпер, вроде, GygOn, — пояснил он, когда взгляд Маринетт коснулся ещё пустой сцены. — Какой тупой псевдоним, — опустошив рюмку, заявила Мари. — Это да… Ещё? — участливо поинтересовался парнишка, заметив, что Маринетт уже расправилась с выпивкой, и тоскливо оглядел зал. — Ты моя четвертая клиентка за смену. — Наливай, — махнула рукой девушка. — А во сколько началась твоя смена? Бармен поставил очередную порцию перед Маринетт. — Час назад, — хмыкнул он. — Для нашего заведения даже подозрительно много непьющих сегодня. От второй рюмки Маринетт почувствовала, что её тело расслабляется, внутри всё наполняется теплом и покалывающими мурашками. Она улыбнулась бармену и собиралась уже попросить счёт, как парнишка перевёл взгляд на кого-то позади неё и счастливо улыбнулся: — О, приятель! Давненько тебя не было! Маринетт инстинктивно обернулась и чуть было не раскрыла рот от удивления — вот это удача! Сам Лука Куффен приветливо пожал руку бармену и беззаботно сел рядом с Маринетт. — Извини, Поль, — произнес он густым, бархатным голосом. — У меня был тур как-никак… — А налей мне ещё, Поль, — обратилась к бармену Маринетт, принимая равнодушный вид. — Только не в эту смехотворную посудину! Бармен засмеялся. — Понял, мадемуазель! — и выудил из-под стойки пузатый стакан, который через мгновение оказался наполнен алкоголем. — А ты чего будешь? — сияя, обратился Поль к Луке. Тот пожал плечами. — А что посоветуешь? Бармен поднял вверх указательный палец: — Минутку! И повернулся спиной к сидящим, позвякивая бутылками. — Прикольные серьги… Дюпен-Чен не сразу поняла, к кому обращается Лука. Она повернула голову в его сторону и встретила взгляд удивительных глаз, напомнивших ей не грязные воды Сены, а лазурное море. — Спасибо, — отпив коньяка, отозвалась Мари. — Они бабушкины… И впрямь, сегодня она надела подаренные бабушкой незамысловатые серьги-гвоздики, запринтованные под окрас божьей коровки. Лука улыбнулся, и тут Поль поставил перед ним длинный стакан, наполненный чем-то ядовито красным. Улыбка Куффена определенно не понравилась — нельзя так улыбаться, когда ты почти мировая звезда, когда в чартах твоё имя потеснило Стоуна. Бармен перевел взгляд на Маринетт. — А ты не узнала, кто рядом с тобой сидит? — хитро прищурившись, поинтересовался он. Маринетт пригубила ещё алкоголя, любуясь, как тонут блики в янтарной жидкости. — Узнала, — спокойно ответила она. — Я сегодня брала интервью у его сестры… Куффен с интересом обернулся в сторону Маринетт. Бармен недоверчиво поглядел на девушку. — Ты журналистка? — спросил Лука, отставляя в сторону свой бокал, так и не притронувшись к нему. — Вроде того, — кивнула головой Маринетт, — но не волнуйся, здесь я совершенно случайно, вовсе не из-за тебя… Лука поверил очаровательной девичьей улыбке, и, расслабившись, вернулся к своему коктейлю. — Что тебе понадобилось от Джулеки? — спросил через минуту музыкант. Маринетт опустошила свой стакан и легонько пожала плечами. — Она очень интересная личность, — девушка произнесла это совершенно искренне. — К тому же весьма талантлива. Юноша просиял. — Это так… — выразил он согласие. На мгновение взгляды убийцы и музыканта пересеклись, и оба одновременно отвели глаза, услышав рёв толпы. Бармен устало вздохнул, покосившись на вспыхнувшую сцену. Маринетт не особо была расположена находиться здесь и дальше, поэтому оставив щедрые чаевые, начала собираться на выход. Всё-таки выпила она лишнего, и, когда вышла на свежий воздух, успела раскаяться в этом. Её охватила сонливость, перерастающая в тяжесть в голове. — Погоди, — плеча Маринетт коснулась рука, а голос, вырвавший из раздумий, принадлежал Луке. Девушка развернулась и вопросительно посмотрела в лицо парню. — Я так и не узнал твоего имени, — объяснил он. — Скажу, если подвезёшь меня до дома, — хитро улыбнулась Маринетт. — Меня разморило, зря я столько выпила. Она запустила руку в пальто и вытащила ключи от машины. Маринетт знала, что он не согласится, какого черта ему подвозить незнакомых журналисток. — Я согласен, — юноша протянул руку, и Дюпен-Чен неуверенно отдала ему ключи. Убийца была разочарована. — Зои, — произнесла она, уже в автомобиле, наблюдая как Лука выруливает на проезжую часть. — Твоя семья уже знакома со мной. Музыкант неопределенно хмыкнул. Вопреки ожиданиям, водил он хорошо, не пытался устраивать гонки по ночному Парижу и внимательно следил за дорогой. — Я вызову тебе такси, — пообещала Маринетт, чувствуя себя немного неловко. И тут же зарделась, чего с ней не случалось очень давно. «Во всём виноват алкоголь», — ворчливо думала она про себя. Но то и дело бросала взгляд на профиль Луки. Юноша и в жизни оказался чертовски хорош собой, и Маринетт это ну совсем не нравилось. Дурацкий Джагед Стоун, дьявол его побери, с его дикими условиями. — Я дойду пешком, — отозвался Куффен, прерывая мысленный поток девушки. — Как хочешь, — пожала плечами она. — Только потом без претензий. Лука лишь улыбнулся в ответ на её суровый тон. — Здесь? — осведомился юноша, пытаясь в темноте разглядеть номер дома. Маринетт кивнула и выбралась из уютного салона на холод. Лука оказался рядом и вернул ключи. Маринетт убрала их в карман и одновременно вытащила пачку сигарет. — Вот скажи, — зажав во рту сигарету и разыскивая зажигалку, обратилась Маринетт к Луке. — Тебе совершенно делать нечего? Тот протянул зажигалку, помогая Маринетт поджечь сигарету, а потом ответил: — Честно? Я сам не знаю, — он улыбнулся краешком губ. — Мне понравилось, что ты проявила профессиональный интерес к моей сестре, а не ко мне… Если ты и впрямь журналистка, то довольно незаурядная. Маринетт выдохнула дым и недоверчиво склонила голову на бок. — А ещё, — задумчиво добавил Лука. — Тебе ведь нужна была помощь. — Надо же, — затягиваясь произнесла Маринетт. — Какая учтивость. — А чего ты ожидала? — подняв бровь, поинтересовался Лука. — Ну… Это странно для знаменитости, — протянула Дюпен-Чен. — Спасибо. — Не стоит. Парень ухмыльнулся, поправляя прядь волос, окрашенных в бирюзовый, почти в тон глазам. — Тебе точно не нужно такси? — ради вежливости осведомилась Маринетт, выпуская струю дыма. — Всё в порядке, — заверил Лука. — Но мне лестно твоё внимание, спасибо. Его слова прозвучали слишком уж искренне, и Маринетт поняла, что очень сильно хочет домой. Подальше от этого чуднóго человека, по долгу службы которого она должна прикончить. — Тогда до скорой встречи, — затушив окурок, заявила Маринетт и бросив на прощание насмешливо-дружелюбную улыбку, отправилась домой. Музыкант начал сомневаться в том, что она случайно оказалась сегодня в Chez Moune, провожая взглядом девичий силуэт, пока тот не скрылся за тяжёлой дверью парадной. Что ж, это действительно не было похоже на него. Но, в любом случае, он нисколько не жалел об этом странном знакомстве. Лука не всё рассказал ей, он счёл правильным утаить тот факт, что лицо Зои показалось ему очень знакомым, и взгляд синих глаз таил нечто совершенно особое. Этот взгляд не обещал тепла, но вызывал мягкое смятение. «Надо будет расспросить Джулеку об этой особе», — решил про себя Куффен, бредя по опустевшей улице. Он был уверен, что где-то уже видел её.

***

Маринетт рухнула в постель и прикрыла глаза. Вдали от обходительного мальчишки-музыканта с его улыбками змея-искусителя думалось намного легче и свободнее. За сутки у Маринетт наметился просто грандиозный прогресс. Во-первых, она завязала знакомство с его родней, что было очень выгодно, учитывая словоохотливость его матери, поделившейся очень интересными фактами из жизни сына. Маринетт усмехнулась. На её месте она была бы осмотрительнее. Но убийце данное качество было только на руку. Во-вторых, она уже познакомилась и с жертвой. Причем, явно удачно. Даже подозрительно просто всё вышло. Маринетт резко распахнула глаза, принимая сидячее положение. Мог ли он что-то заподозрить? Может быть, давно предупрежден обо всём? Черт возьми! Какая же она глупая! Мало того, что засветилась перед ним слишком рано, так ещё и позволила так неосмотрительно узнать место её жительства. «А впрочем, — успокаиваясь подумала Маринетт. — Не похоже, что он заподозрил меня в чем-то, но расслабляться всё же не стоит». Решив оставить все вопросы на завтра, Маринетт устроилась удобнее в постели и почти сразу же уснула.