Грустные глаза

      — Почему именно я? — громко возмущался Кид по телефону. — Неужели для этого нет более подходящего человека?       — Ки-ид, пожалуйста! Пожалуйста! Больше некому! — упрашивала Мака.       — Попроси Цубаки, уверен она тебе не откажет! Уверен, у нее получится куда лучше, чем у меня.       — Я бы так и сделала, но они с Блэк Старом колесят по миру в поисках душ. Ты и сам, наверно, видел, какой он ходил раздраженный после того боя на острове. Я никак не смогу их выдернуть, а ты вернулся раньше всех нас. Пожалуйста, Кид! С меня причитается!       Кид закатил глаза.       — Ладно, что именно ты от меня хочешь?       — Побудь с Хроной пока меня нет. Мари говорит, что она не появляется на занятиях после того, как все мы разъехались, даже в столовой её ни разу с тех пор не видела.       — Ну она и когда мы были, не особо-то была в восторге от идеи ходить на занятия и вообще выходить из комнаты. Может, и пусть там сидит, если ей так нравится?       — Кид! Ну что ты такое говоришь! — возмутилась Мака. — Она там сидит не потому что так хочет, а потому что не умеет иначе. Некому было научить, подсказать, да просто показать, что мир это не враждебное место.       — Вообще-то достаточно враждебное, Мака…       — Ну ты же понял, о чём я! Ладно, я надеюсь ты сможешь уговорить её выйти или хотя бы отвлечешь от плохих мыслей. Продержись, а мы с Соулом приедем как можно быстрее. Лады?       «Блин, вот делать больше нечего, сидеть в темнице и кого-то развлекать» — подумал Кид. Но Мака — хороший друг, нехорошо будет ей отказывать, да и просьба не такая уж сложная. Ладно…       — Так и быть Мака, сделаю это для тебя. Но ты сама сказала, с тебя причитается за то, что моя божественная персона будет выступать тамадой.       — О, супер! Кид, большое спасибо! Очень рассчитываю на тебя! Привезти тебе чего-нибудь вкусного?       — Всё, всё, Мака… Привези, да. Давай, до встречи.       Кид завершил звонок и убрал телефон в карман пиджака. Солнце уже садилось и по всему городу начинали зажигаться огни. Киду совершенно не хотелось исполнять просьбу Маки, он с куда большим удовольствием бы посвящал вечера чтению, учёбе или тренировкам, но раз уж это ненадолго…       «Так, ладно. Наверное, надо зайти в столовую и взять ей еды. Надеюсь, они ещё не закрылись».       Кид спустился с балкона в холл и проследовал в столовую. Персонал уже готовился к закрытию, но для него сделали исключение и сервировали поднос с ужином. Было довольно странно наблюдать, как бог Смерти забрал его и лично понёс его в сторону гостевых комнат.

***

      — Хрона, это Кид.       Тишина.       — Я захожу.       Кид боком втиснулся с подносом, придерживая дверь ногой. Хрона сидела на кровати у стены в полумраке, обнимая подушку и смотрела не него своими грустными глазами. Отблески заката слабо освещали её лицо, а со своими извечными синяками под глазами она напоминала покойницу. Бледная гладкая тонкая кожа, под которой просвечивали серые вены, только усиливали сходство.       — Привет, Хрона. Я Кид, Шинигами. Помнишь меня?       Хрона слабо кивнула. Кид присел на край кровати и осмотрелся. Комната совершенно не выглядела обжитой, хотя владелица занимала её больше недели. Никаких вещей, никакой одежды. Она больше походила на камеру, а гостья — на заключённую.       — Мака попросила проведать тебя. Она беспокоится. Говорит, с тех пор как она уехала, ты перестала ходить на занятия и даже есть. Что случилось? Почему ты не выходишь?       Хрона опустила голову на подушку и тихо ответила:       — Зачем? Здесь мне спокойно.       — Здесь? В этой темной пустой комнате?       — Я привыкла к пустоте.       Кид скользил взглядом по голым неприветливым стенам, окрашивающимся в бордовый цвет заката. Из окна открывался красивый вид на город, но Хроне, похоже было, не до него. Положив подбородок на колени и обхватив их руками, она покачивалась в стороны и смотрела неморгающим взглядом перед собой. Мда, это не то место, где хотелось бы проводить день за днём…       Хрона не обращала на Кида внимания и он начал снова:       — Тебе вредно быть одной, ты и сама это знаешь. Сидя здесь, ты не сможешь завести друзей. А если не будешь есть, ты будешь плохо себя чувствовать. Зачем мучить себя? Я принес тебе еды из столовой…       — Я и так… не заведу. Они боятся меня… презирают. Я не знаю, как общаться с людьми вроде вас.       — Но ты же как-то общаешься с Макой и со мной сейчас?       — Да… но…       На этом Хрона замолчала и отвернулась. Это был натужный разговор, который явно ни к чему не вёл, и Кид это понимал. Но он уже дал обещание Маке и его надо было держать. Некоторое время они просто сидели молча.       — Может… ты хочешь чего-нибудь? Например, книгу? — попробовал зайти с другой стороны Кид.       — Зачем? Не вижу в этом смысла.       — Не видишь смысла в знаниях? А в чем же он тогда, по-твоему?       — В силе.       — Сила… Но она у тебя уже есть. Я видел, как ты сражалась. Ты и твоя черная кровь невероятно сильны.       — Это не та сила. С её помощью нельзя стать свободной, перестать бояться всего на свете. По крайней мере, пока её недостаточно.       — Ты рассуждаешь, как Кишин, Хрона. Это не приведет тебя ни к чему.       — Да, наверно. Скорее всего, я и стала бы им рано или поздно, если бы не повстречала Маку.       — Ты говоришь об этом так спокойно…       — Тебе не понять, Шинигами. — Хрона повернулась к нему. — Ты всегда был тем, кто ты есть. Делал то, что хотел и что считал нужным. А я — жалкий сосуд для чёрной крови. Без неё я не могу ничего. Я даже не знаю, кто я на самом деле.       Слова нелегко ей давались и она периодически замолкала, сжимая пальцами свои худые руки, потом начинала снова.       -Не знаю, зачем живу и зачем сражаюсь… сам факт моего существования кажется мне ошибкой. Каждый бой страшен — и это всего лишь попытка избежать ещё большего страха в будущем. И от этого никуда не деться. Всё, что я делала, было волей Медузы, а я хотела лишь чтобы меня оставили в покое. Но я ничего не могла… Я даже умереть не могу. Это было бы куда проще.       Кид внимательно слушал её. Её рассказ был так печален, что даже у него сердце сжалось.       — И ты пробовала? Умереть?       Тихий вздох.       — Да… чего только не было. Прыгала со скал, травилась химикатами, дралась с монстрами… И каждый раз я умирала, но чёрная кровь оживляла меня и заставляла жить дальше. Но я чувствовала все удары, все пытки, переломы, помню, как растворялись внутренности, всё помню! И забыть это не могу! И остановить тоже!       Хрона перешла на крик, вцепившись тонкими пальцами в подушку и поднявшись на колени. Кид растерялся от такой внезапной эмоциональности и откровенности и не придумал ничего лучше, чем обнять её.       — Тихо, тихо, Хрона, всё хорошо… Теперь ты с нами, здесь тебе подарят лучшую жизнь, будут заботиться… — приговаривал Кид, гладя её по голове и осознавая, какой нелепый бред он сейчас несёт. Но этот бред, кажется, помогал.       Хрона уткнулась лицом в его плечо и продолжала:       — Даже когда я одна Рагнарёк не даёт мне покоя… постоянно издевается и бьёт меня. А во сне я слышу крики убитых…       Услышав своё имя, Рагнарёк поспешил вылезти из спины Хроны и отвесил ей звонкую оплеуху. После он увидел Кида и совсем слетел с катушек:       — А ты ещё что за хрен? Ещё и руки распустил свои, а? А? А ты, дрянь? Кто тебе разрешил тут сопли развешивать и меня упоминать? Н-на!       И начал лупить кулаками их обоих. Тут уже не выдержал Кид и ударил Рагнарёка в голову так, что саму Хрону повело в сторону.       — Нет, пожалуйста! Не бей его! Прости! Прости! — запричитала мечница, терпя удары меча один за другим.       Путем больших усилий ей удалось загнать демонический меч обратно.       — Извини, что ударил — сказал Кид. — Я забыл, что вы с ним одно целое и ты чувствуешь всё на себе.       — Ничего, я привыкла… — тихо ответила Хрона. — И…спасибо.       Неловкая пауза. Оба одновременно поняли, как сейчас выглядят, одновременно покраснели и разбежались на разные концы кровати. Кид поспешно засобирался.       — Я ещё зайду. Я пообещал Маке присматривать за тобой. Я надеюсь, ты придёшь завтра на занятия?       Хрона молча кивнула и обняла подушку.

***

      Уже подходя к особняку, Кид позвонил Маке.       «Мака, это я. Да, я сегодня сходил к ней. Прошло… странно. Но я, кажется, понимаю, почему ты так за неё уцепилась. Думаю, ты поступила правильно… Мне кажется, это самое несчастное создание, что я видел в жизни. Она заслуживает лучшей жизни. Что? Да, оставил. Ну, надеюсь, но я очень сомневаюсь, если честно… Посмотрим. Да не за что, я присмотрю за ней, не беспокойся. Да, давай… Спокойной ночи».       Кид вернулся домой, переоделся и лёг спать. Сон никак не шёл — все его мысли были о печальной судьбе их новой ученицы.