Беглянка

Утром на причале было довольно людно, шумно и суетливо. Что-то загружалось и выгружалось с кораблей, знакомые между собой морские путешественники мило собирались в дружелюбные компании в прибрежных забегаловках, вежливо болтали, попивали эль, били друг другу морды, проигрывали друг другу судна, купленное и краденное, ценное и не очень. Ничего необычного. Не считая привлекательного молодого человека в чёрной треуголке, который вертел в руке перочинный нож, стоя у одного из самых видных кораблей и то и дело недовольно поглядывая на свои (а может и не совсем свои) карманные часы. - Приветствую, о, достойнейший из недостойнейших! - наконец, раздалось прямо рядом с ним. Молодой человек поднял на подошедшего глаза, полные искреннего пренебрежения. Он хорошо знал, как опасно вот так беспечно реагировать на людей баснословного достатка, по одному щелчку которых можно было за подобное неуважение лишиться не только глаз, но и всей головы целиком. Но именно с этим знатным мужчиной восточной внешности у него уже давно водились особые отношения, поэтому парень не боялся оказаться кормом для рыб. По крайней мере, не на этот раз. - Вы опоздали, - с вызовом сказал молодой человек, не удосужась ответить на приветствие. - Моё время - это деньги, господин. Зря потерянное время - их отсутствие. - Что ж, твоя правда, - усмехнулся мужчина, будто ему доставляло удовольствие общаться с этим "бессмертным" смельчаком. - Не огорчайся понапрасну. Если товар оправдает все мои ожидания - я заплачу тебе поминутную неустойку. В двойном размере. Молодой человек восхищённо хмыкнул: - А Вы неплохо выучили мои скромные тарифы, господин. - Что делать.. Уж очень часто мне приходится натыкаться на тебя, о, достойнейший из низшего сословия и величайший на все семь морей, - наигранно развёл в стороны руками тот. Пират снова хмыкнул, и, повернувшись к своему судну, стал ловко подниматься на палубу. Мужчина в длинной белой дишдаше, маске до переносицы и в куфии в красно-белую клетку, не дожидаясь приглашения, в нетерпении не менее проворно следовал за ним наверх в сопровождении около десятка вооружённых слуг. Когда все собрались на корабле, молодой человек, став почти плечом к плечу с покупателем, прищурился и произнёс так тихо, чтобы его мог слышать только мужчина: - Интересно, зачем Вам так понадобилась эта девчонка?.. Сдаётся мне, она стоит намного дороже, чем Вы мне предложили. Я вот тут подумал.. Может, не нужно мне Вам её продавать? Бьюсь об заклад, найдётся тот, кто заплатит за неё в десять раз больше. - Я бы Вам не советовал играть со мной в эти игры, мастер Чон, - сдержанно улыбнулся тот. - Знаете.. Без рук Вам будет труднее защищать свой великолепный корабль от постоянно шарящихся поблизости алчных коллег. Без ног, я предполагаю, не так просто убегать от преследователей. А без головы.. без головы Вы станете не таким симпатичным, как раньше.. Да и шляпу будет не на что надевать.. А море-то какое холодное нынче. Осень поздняя - время цветения благоухающего жузгуна в ту самую пору, когда плоды гармала наливаются смертельными каплями яда, золотом рассыпаясь по одинокой пустыне и.. - Да понял я, понял, - закатил к небу глаза Чонгук, понимая, что и на этот раз развести богача на утроенную сумму золотых не выйдет. - Сейчас приведу. Ожидайте. Не успел Чон сделать и двух шагов, как мужчина нагнал его, схватил за локоть и беспокойно шепнул: - Про спектакль, о котором был уговор, не забыл? Молодой человек сочувственно взглянул на него и глазами показал на свой карман. Тот, не мешкая, щёлкнул пальцами куда-то в сторону, к нему тотчас подбежал один из слуг и, в поклоне, положил в ладонь господина увесистый холщёвый мешочек, до краёв набитый монетами. Мужчина опустил задаток в карман расплывшегося в счастливой улыбке Чонгука. - Конечно, не забыл, господин Ким. Всё сделаем в лучшем виде, - подмигнул ему пират и, подбадривающе похлопав того по плечу, отправился в каюты. Прошло около двух минут, прежде, чем из глубин корабля послышался громкий топот сапог мастера Чона, и приглушённая, торопливая, сбивчивая поступь нескольких пар разутых ног. Чем ближе они слышались, тем сильнее начинал нервничать Ким. Пара секунд - и на палубу высыпали пять босых девушек в грязных длинных платьях и со связанными руками и ногами. Однако, по крою одежды всё ещё легко можно было определить, к какому роду принадлежала хозяйка каждого наряда: знатному, или же самого низкого сословия. Все без исключения девушки блистали естественной красотой. Нужно было отдать дань Чонгуку - он отлично умел выбирать товар подобного толка. Но вниманием Кима с первых мгновений своего появления завладела лишь одна из них. Она стояла сбоку, и на лице её сияло выражение крайнего отвращения и неуёмного упрямства. "Впрочем, как и всегда", - подумалось мужчине. - Выбирайте, господин. Готов уступить Вам абсолютно любую из этих прекрасных барышень, - "сальным" взглядом скользнув по пленницам, с ленивой улыбкой объявил Чонгук и начал гадать, за какой же из них "охотится" богач. - Какая на Вас смотрит?.. Может, эта красавица из Италии?.. Или хотите чего-нибудь потемпераментнее, как, например, вот эта курносенькая очаровательная испаночка? Сердце Кима готово было разорвать его грудь, выскочить на влажные, прогнившие доски палубы и поползти к её ногам, но мужчина устоял, выдержал театральную паузу, по-актёрски достоверно сыграл придирчивого покупателя, внимательно оглядев с ног до головы каждую девушку, и вдруг уверенно показал пальцем на вожделенную женскую фигурку, которая тут же испуганно вздрогнула и подняла на него свои прекрасные, переполненные ужасом глаза. Вместе с ней вздрогнула его душа. Он и рад бы был остановить весь этот цирк, но она сбежала и должна понести хотя бы психологическое наказание. - О-о-о.. Господин, отличный выбор. На первый взгляд. Но я Вам от всей души не советую, - с сожалением отрицательно замотал головой Чон. - И отчего же, мастер Чон? - лживо удивился Ким. - Дикая, - пожал плечами Чонгук. - Дерётся, больно кусается, швыряется едой, для кореянки - зверски пинает по яйцам. Боюсь за Ваше физическое состояние, и, повторюсь, очень не советую. Возьмите.. Да вот, хотя бы, эту милашку. Мы её в Париже подобрали.. - Спасибо за то, что переживаете за мой детородный орган и прилегающие к нему семенники, однако, я сделал свой выбор. Менять не буду, - парировал господин Ким. - Меня как раз такие и привлекают. Разве не заводит, а, мастер Чон? - Заводило, - вспоминая первые пять минут пребывания с кореянкой в каюте, отозвался Чонгук, а потом, скосив злобный взгляд на довольно улыбающуюся садистку, добавил: - Пока кованым носком сапога между ног трёхочковый не всадила.. Так, что? Точно её? - Сапогом, говорите? - почесал голову Ким, делая вид, что размышляет. - Сапогом. Я, кажется, тогда взял "соль" третьей октавы, если мне не изменяет память.. - поморщился от воспоминаний Чон. Девушка напряглась, ожидая ответа господина. С одной стороны, она не хотела, чтобы её купил неизвестно кто и увёз неизвестно куда. Но с другой стороны, она и так находилась неизвестно где, неизвестно с кем, а ещё знала, что во второй раз, если пират надумает ею овладеть, она уже может и не отбиться. Шанс на побег - это намного лучше бесчестия, так думалось пленной кореянке. Посему, услыхав приятный мужской голос, ответивший "Беру", она облегчённо опустила плечи, что не могло укрыться от удовлетворённого удавшимся спектаклем Чонгука и испытавшего некое подобие надежды на счастье Кима. Они торжественно обменялись товаром и оплатой за него, Чон отвесил покупателю элегантнейший поклон, не погнушавшись снять с головы треуголку и живописно махнуть ею по воздуху. Помощники пирата развязали верёвки на ногах пленницы. На руках девушки, в целях безопасности, верёвки Ким попросил оставить. Вскоре процессия из слуг и поникшей красавицы во главе с хорошо сложенным молодым мужчиной двинулась с судна в ожидающую неподалёку роскошно украшенную крытую повозку, заправленную верблюдами. - Не бойся меня, о, самый прелестный из цветков сада владыки. Со мной ты в безопасности, - успокаивающе проговорил Ким, когда они оказались внутри повозки и она тронулась с места. - Я пришёл спасти тебя. - Спасти? - с недоверием повторила девушка, нахмурив брови. Она уже планировала выпрыгнуть из "экипажа" при первой же подходящей возможности, но после такого странного заявления молодого мужчины решила остаться внутри ещё на некоторое время. - Именно так, самая яркая звезда сладких арабских ночей, - улыбнувшись, подтвердил Ким. - Я отвезу тебя, куда скажешь. Где твой дом? В этом ли он городе? Наверняка твои мать и отец сходят с ума от горя.. - Я не вернусь домой, - вдруг выдала купившаяся на его приторные речи пленница. - Я сбежала. - Сбежала? Из дома? - изобразил высшую степень изумления Ким. - Ай-яй-яй.. Почему же ты так поступила, о, свет очей моих? Что опечалило тебя настолько, чтобы лишить своих родителей покоя и сна? - Я.. не могу Вам рассказать. Я Вас совсем не знаю. Не знаю, кто Вы, как Вас зовут.. - подозрительно глядя на него исподлобья, ответила девушка. - Айщщ.. Прости мне моё невежество, о, прекраснейшая из светлоликих, - чуть поклонился ей Ким. - Меня зовут Арджей. Как, наверно, ты уже успела заметить, я - обеспеченный человек, который в состоянии иметь слуг, караван верблюдов и довольно внушительное влияние на чрезвычайно опасных пиратов. С этими словами он снял с лица маску, и девушка потеряла дар речи от его невероятной мужской красоты. - А тебя мне как называть, о, сладкоголосая нимфа? - улыбнулся ей он, заставив прийти в себя. - Я.. я - Сун Мей, - подрагивающим от волнения голосом отозвалась девушка, смутившись от того, что еле смогла оторвать от него восхищённый взгляд. - Ну вот и славно. Считай, что мы познакомились, - подмигнул ей красивый молодой мужчина. - А теперь расскажи, мелодичнейшая из струн моего сердца, почему ты сбежала из дома и подвергла себя такой опасности? Девушка с сомнением воззрилась на него. Пират тоже был очень красивым юношей, и тоже говорил много подобных слов, якобы желая помочь, а потом.. Но с Арджеем было по-другому. Её внутреннее спокойствие просто кричало ей о том, что он не причинит ей вреда. На первый взгляд, глупость таких наивных мыслей просто зашкаливала. Но если посмотреть с другой стороны, - она часто слушала интуицию, и редко ошибалась на её счёт. - Я не хочу выходить замуж, - в отчаянии всхлипнула Мей. - Сын султана пожелал взять меня в жёны, и мои родители, конечно же, согласились. Это ведь "такая честь".. - А разве они не правы? - вопросительно приподнял брови Ким. - Нет, - уверенно ответила девушка, отважно взглянув в его тёмные с поволокой глаза-озёра. - Нет? - искренне поразился мужчина. - И почему же? - Потому что.. я его никогда не видела, и мне очень страшно, - сдавленно проговорила Сун Мей. - Ну, в народе гуляет слух, что он.. очень даже ничего, - снисходительно улыбнулся Ким. - А вдруг он жаден и глуп? - с тревогой в голосе спросила Мей. - Говорят, что вполне мудр и весьма щедр, - возразил Арджей. - А вдруг он слишком стар? - продолжила бояться девушка. - Ему всего двадцать шесть, упаси тебя небо, дитя! - сочувственно махнул рукой тот. - А вдруг он не полюбит меня, когда увидит перед собой? - взволнованно воззрилась на него Сун Мей. - А вдруг он уже влюблён в тебя, раз решил выбрать именно тебя себе в жёны? - слишком сильно начал сопереживать девушке Ким. - И всё равно я не хочу выходить за него замуж! - воскликнула Мей. - Айщщщ! Да почему, лань ты моя стройноногая?! - возмутился Арджей. - Потому что у него.. у него.. огромный орган! - с придыханием выделила два последних слова девушка и густо покраснела. Как, собственно, и её собеседник. - Что-о-о-о!?? - до невообразимых размеров округлил он свои красивые глаза с длинными ресницами. - Говорят.. Каждая наложница, что проводила с ним ночь.. на утро погибала! - громким застенчивым шёпотом поведала она напрочь ошарашенному мужчине. - От разрывов.. ТАМ!! Некоторое время Ким пребывал в немом шоке от неожиданных новостей о султанском сыне. Красная с головы до ног девушка молчала, потупив взор, умирая от стыда и прикидывая, сможет ли она прямо сейчас выскочить из повозки. Через мгновение Арджей наклонился к ней и, очень нежно обхватив её связанные спереди руки своими, стал аккуратно распутывать верёвочный узел, одновременно спрашивая спокойным, ласкающим слух голосом: - И кто же такое говорит.. о сыне владыки? - Моя.. моя подруга, Лэн Хи. Она сама слышала.. - тихонько пробормотала Мей, не глядя ему в глаза и удивлённо наблюдая за его действиями. - Так вот почему ты сбежала.. А знаешь, что слышал я, огонь души моей? - очаровательно улыбнулся Ким, снимая верёвку с её запястий. - Я слышал, что эта Чхве Лэн Хи сама хотела стать женой султанского сына, но он отверг её. Так что.. вполне вероятно, что она выдумала это из зависти к тебе. - Вы так.. думаете? - подняла она на него полные надежды глаза и тотчас утонула в его обожающем взгляде. - Более того. Я почти уверен в этом, Сун Мей, - стал наклоняться он ещё ближе, не в силах удержаться от соблазна. - Сын владыки не хотел быть с ней. Не хотел быть с сотнями других. Лишь ты единственная запала в его сердце. Лишь о тебе все его мысли ясным днём и звёздной ночью. Лишь для тебя горит пламя его души и лишь тебе оно подвластно.. Договаривая последнее слово, Ким был в сантиметре от её невинных, в смятении приоткрытых сахарных губ. Дав себе пару секунд на раздумья, он решился, резко преодолел это маленькое расстояние и осторожно поцеловал совершенно растерявшуюся девушку. Однако, спустя мгновение Сун Мей мягко разорвала поцелуй, отодвинувшись назад и покраснев пуще прежнего. - Но.. откуда Вам известна фамилия Лэн Хи?.. - учащённо дыша, с подозрением спросила напуганная произошедшим девушка. Ким не сразу очнулся от молниеносно развеявшихся волшебных чар, и только открыл рот, чтобы ответить, как вдруг повозку качнуло, животные остановились, и к ним постучался слуга. - Мой господин, - отвесил ему нижайший поклон юноша, когда Ким разрешил заглянуть в повозку. - Дадите ли Вы своё позволение поехать ко дворцу через арабские сады? У рыночных рядов сегодня народные гуляния, нам будет трудно и рискованно продвигаться сквозь толпу. Услыхав всё это, Сун Мей внезапно побледнела и в страхе уставилась на Кима. - Да, можешь везти нас через сады, - ответил повелитель, на лице которого не дрогнул ни один мускул. Стоило только слуге закрыть за собой дверцу повозки, как девушка, осознавая, кто сейчас перед ней сидит, стремглав упала на колени перед мужчиной и склонилась у его ног в охваченной ужасом мольбе: - Мой господин!!.. - Встань, Сун Мей.. - рывком поднял её и усадил обратно рядом с собой Ким. - Не пристало будущей жене султанского сына отбивать поклоны на глазах у слуг. - Простите, мой господин! - не смея от смущения поднять на него глаза, дрожащим голосом тараторила девушка. - Простите за мой острый язык.. за моё непростительное поведение.. Я с радостью приму от Вас любое наказание, мой господин.. - Поцелуй меня, - хрипло шепнул Ким. - Что?.. - замерла Сун Мей. - Как твой будущий муж и как твой господин, я приказываю тебе, Сун Мей: поцелуй меня, - добавив для пущей убедительности официоза, тихо приказал Ким. Боясь, что её отказ как минимум расстроит повелителя, и тогда наказание может резко измениться не в самую лучшую сторону, девушка набрала в грудь побольше воздуха, быстро подвинулась к молодому мужчине поближе, сильно зажмурилась и неумело уткнулась своими плотно прикрытыми губами в его мягкие, тёплые губы. Он еле заметно улыбнулся, с чувством обнял Мей за талию, прижав её к себе почти вплотную. Пленница машинально обхватила пальцами его руки, сиюсекундно уловив напрягшиеся под тканью длинных рукавов рельефные мышцы. Улучив нужный момент, когда девушка чуть расслабилась от его умелых, ласкающих, скользящих по её губам, словно крылья бабочки, поцелуев, Ким внезапно усилил напор, застав свою неопытную избранницу врасплох, и властно, терпко завладел её ртом, заставив девушку испытать невероятную бурю самых разных эмоций, в том числе, внизу живота.. - Я приеду к тебе завтра, - улыбнулся мужчина, когда повозка остановилась у дома родителей беглянки. - Хорошо, мой господин, - стыдливо опустила глаза девушка, до сих пор находясь под впечатлением от впервые испытанных ею физических ощущений. - Ответь правильно, Сун Мей. Мы же наедине, - улыбнулся Ким. - Хорошо.. Джин, - тише произнесла она, и её щёки тотчас зарделись. Уже пять минут спустя Сокджин продолжил путь в свой дворец, будучи одним из самых счастливых мужчин на земле, и обдумывая, в какой из выходных лучше будет повесить дочку зажиточного торговца Чхве..