Кто бы ни принес ночь

* * * Хэ Сюань думал о мести столетиями. За все эти годы он ни разу не оглянулся назад, ни разу даже не думал забыть и простить. Ши Уду, то есть. А вот что касается Ши Цинсюаня – в какой-то момент все стало очень сложно. Изначально он хотел сбросить обоих братьев Ши в бездну отчаяния, стереть их существование и утолить этим свою обиду, принесенную столькими несчастьями в жизни. Но в последнее время Хэ Сюань склонялся к тому, чтобы оставить Ши Цинсюаня вне этого, но тот допустил ошибку, позвав Се Ляня на помощь. Поэтому Хэ Сюаню пришлось вернуться к изначальному плану, и возврата уже не было. И все же, все же он… не смог убить Ши Цинсюаня. Хэ Сюань думал, что отпустит его жить дальше, разбитым и уничтоженным, из ненависти. Но он отпустил его из другого чувства, которое было настолько далеко от ненависти, насколько небеса далеки от земли. Это было неправильно, так неправильно – ненавидеть одного брата до глубины души, не желая простить; и любить другого, любить его невинность и свет до боли. Сначала Хэ Сюань гнушался этой невинности. Почему Ши Цинсюаню дозволено не знать? Почему он вознесся просто так, и люди считают это чем-то чудесным и замечательным? Но время меняет некоторые вещи, хотя иные и остаются. Хэ Сюань заставил себя следовать плану мести до мельчайших деталей, но это так и не принесло ему желанного удовольствия. На самом деле стало только хуже, потому что он потерял еще одного дорогого ему человека. Именно поэтому он решился выступить из теней тогда, в переулке. Выйти открыто к Ши Цинсюаню. Потому что не мог вынести, если… Он должен был знать, был ли хоть какой-то, хоть самый маленький шанс, как-то выяснить все между ними. А самым странным оказалось то, как легко и охотно Ши Цинсюань принял его обратно. Они не упоминали Ши Уду ни разу до момента, когда пришлось возвращаться на Остров Черной Воды. И Хэ Сюань удивился, насколько он… нужен? Ему рады? Конечно, оставалась вероятность, что Ши Цинсюань терпит его из-за чувства вины, думая, что его жизнь бесполезна и незначительна, поэтому Хэ Сюань может делать с ним все, что захочет. Хэ Сюань не стал спрашивать. Он наделся, что это не так, но так и не спросил, потому что не хотел услышать ответ. Боялся узнать правду. Как убого с его стороны. - Видишь что-нибудь? – Ши Цинсюань вернул его в реальность. Хэ Сюань взглянул в воду, стоя на своем драконе, который скользил по водной глади. - Ничего. Но когда я проверял в прошлый раз, то тоже не чувствовал ничего необычного. * * * Ши Цинсюань задумчиво осмотрелся. - Хэ-сюн, а что именно ты?.. – он не успел договорить. И он, и Хэ Сюань вдруг почувствовали, что под ногами ничего нет, потому что дракона вдруг резко поволокло вниз в глубину. - Держись за меня! – тут же скомандовал Хэ Сюань, и Ши Цинсюань обвил руки вокруг его талии, держась за пояс. - Хэ-сюн! – воскликнул он, когда они упали в воду. - Не отпускай! – Ши Цинсюань и так бы не разжал руки, но вода – она была не такой, как в прошлый раз, она ощущалась по-другому. Черная вода топила лодки, она и была черной. Но теперь вода стала ледяной, такой ледяной, что зубы Ши Цинсюаня сразу же застучали, и цвет воды тоже изменился на синеватый, по крайней мере вокруг них. Ши Цинсюань заметил движение и удивленно распахнул глаза, когда увидел костяного дракона Хэ Сюаня, заточенного в кубе льда. Ши Цинсюань молча показал на него. Лицо Хэ Сюаня было мрачным и злобным, как никогда раньше. - Ши Цинсюань, - начал он, но запнулся. Когда Ши Цинсюань посмотрел вниз, то увидел вращающуюся струю полузамерзшей синеватой воды, которая схватила Хэ Сюаня за ногу, увлекая вниз. - Хэ-сюн! – в следующий момент оба скрылись под водой. Хэ Сюань сразу отстранил Ши Цинсюаня от себя. «Не паникуй. Я разберусь, - сказал он в сообщении. – Пусть волны отнесут тебя на сушу, там подождешь». «Хэ-сю…» «Нет времени. Пошел!» Ши Цинсюань почувствовал, как его резко отталкивают, и потянулся к Хэ Сюаню, но рука лишь скользнула сквозь воду. Он растерялся, несмотря на слова Хэ Сюаня, но в следующее мгновение его вынесло на поверхность, и он вдохнул воздух, ощущая, как поток и правда несет его прочь. Черная вода окружила его со всех сторон, отталкивая синеву, и его вместе с драконом понесло по направлению к Острову Черной Воды – ближайшей суше. Оказавшись на берегу, промокший насквозь Ши Цинсюань вскочил и побежал на мелководье, отчаянно вглядываясь в воду. - Хэ-сюн! – закричал он. – Хэ-сюн, где ты? «Хэ-сюн?» - попробовал он мысленное сообщение. Тишина. Ну, в любом случае, он же не мог утонуть? Просто сражается с тем течением? Костяной дракон, которого вынесло на берег вместе с Ши Цинсюанем, двинулся внутри своего ледяного куба. На поверхности куба появились трещины, а потом с диким ревом дракон разбил лед, бросился в море и, готовый к сражению, нырнул в глубину. Ши Цинсюаня трясло. Он услышал испуганный писк откуда-то со стороны и заметил маленького Мина, который валялся среди ледяных осколков. Ши Цинсюань поднял его с песка, и Мин прилип к его запястью, видимо, решив никогда больше не покидать свое место. * * * Его воды никогда не ослушались бы его. Ни разу за все время. Вода была его элементом, и он с легкостью контролировал ее. Проблема крылась лишь в том, что это его водами не являлось. Хэ Сюань почувствовал разницу, когда его коснулось то ледяное течение. Он позаботился о том, чтобы Ши Цинсюань оказался на суше, и только потом его глаза распахнулись, а руки сложились в печать. Темнота взорвалась вокруг него, отбрасывая голубоватое течение в сторону. Несколько ледяных стрел полетело в его сторону, стремительно скользя сквозь воду. Хэ Сюань разбил их своим хлыстом и поднялся на поверхность. Он бы не утонул, разумеется, но ему хотелось выманить того, кто это был, наверх, чтобы разглядеть. Два небольших рыбьих скелета оказались у него под ногами, давая возможность парить в воздухе, пока он ждал. Он видел остров Черной Воды вдалеке и едва различимый силуэт Ши Цинсюаня на берегу. «Оставайся там, - отправил он сообщение. – Не вмешивайся. Отойди подальше от воды». «Х-Хорошо», - послышался слабый ответ, и Ши Цинсюань и правда отошел дальше на берег. В следующее мгновение несколько ледяных столбов возникли из глубины, атакуя Хэ Сюаня. Он разбил их хлыстом, но на их месте сразу возникли другие, и его драконы бросились сражаться с ними. Небо потемнело, окрасившись в серый цвет, дождя и молний не было, но вместо этого внезапно вниз полетели редкие снежинки – пошел снег. - Ты, - прорычал Хэ Сюань с глубокой ненавистью. Сказать по правде, в тот самый момент, когда течение потащило его вниз, он уже понял, кто это – единственный, кто мог такое сделать. В конце концов, даже происходящее сейчас было словно вывернуто наизнанку – как те буквы в спальне, как… то провалившееся третье испытание. – Как смеешь ты… Холодный, хриплый смех раздался со всех сторон разом, смешиваясь с падающим снегом. - А почему бы я не посмел? Разве я не делаю сейчас с тобой то же, что ты сделал со мной? Разве я не Водяной Самодур, так почему бы мне не делать то, что я хочу? Человек, одетый в белое с голубыми узорами появился на вершине одной из ледяных колонн перед Хэ Сюанем. Ши Цинсюань на берегу уставился на него широко раскрытыми глазами и неверяще закрыл рот ладонью. - Г-Гэ? – прошептал он. * * * Ши Уду стоял на вершине колонны, глядя на Хэ Сюаня с нескрываемым пренебрежением. Белая ткань закрывала его шею, и Хэ Сюаню не удалось увидеть, как именно он смог присоединить голову. А его руки… были сделаны изо льда от локтя и ниже, изо льда и воды. Потому что он, ну, сжег тогда руки Ши Уду, в тот день. Те проклятые руки, посмевшие душить Ши Цинсюаня. И Хэ Сюань не был уверен, что Ши Уду точно остановился бы прежде, чем Ши Цинсюань и в самом деле умер. - Нужно было сжечь и окончательно уничтожить твой прах. Мое упущение. Ши Уду рассмеялся. Его одежды трепетали на ветру, единственное, чего не хватало для полноты образа - веера Повелителя Воды, но Хэ Сюань догадался, что он вряд ли ему теперь нужен. - Да, нужно было. Но ты неудачник, изначально неудачник, поэтому я не удивлен. В прошлый раз Хэ Сюань позволил этим словам спровоцировать его. В этот раз он был осторожнее и ничего не ответил. - Водяной Самодур, - спросил он вместо этого, - Ты не ходил внутрь горы Тунлу… как тебе удалось? - Гора Тунлу самый быстрый способ, - Ши Уду пожал плечами, - Но не единственный. - Ясно. Если бы кто-то смотрел со стороны, ему показалось бы, что это всего лишь небрежная болтовня двух старых знакомых. Но каждое слово было взвешено и вымерено прежде, чем быть произнесенным. И в каждом слове слышалась глубокая ненависть и вражда. Хэ Сюань горько усмехнулся. - Было у меня предчувствие, что ты вернешься за мной, но я ожидал всего лишь привидение. - Впечатлен? - Вполне. Стать Непревзойденным за столь короткое время – что и ожидалось от бога такого уровня, каким ты был, Водяной Самодур. – Снежинки тихо падали вокруг них, сливаясь с водой. – Что тебе от меня нужно? Ши Уду изогнул бровь. - Убедиться в том, что в этот раз ты точно сдохнешь. Позволить тебе стать мстительным духом и прокрасться на небеса было моей ошибкой, - и с этим, он атаковал. * * * Ши Цинсюань смотрел на битву с нарастающим ужасом. Он не мог выдавить ни слова от потрясения, просто смотрел, как два самых важных для него человека безжалостно атакуют друг друга. - Перестаньте… - произнес он. Он слышал слова Ши Уду, и это было невыносимо – сама мысль о том, что его брат, который когда-то был вторым по силе богом, теперь стал Непревзойденным демоном. Не то что бы он что-то имел против Непревзойденных, учитывая, что был знаком и с Хуа Чэном, и с Хэ Сюанем так долго, но… чтобы его брат стал таким же? Пожалуйста, только не его брат? Он же был богом, как теперь он может быть демоном? - Пожалуйста, остановитесь. И теперь… теперь они оба… - Гэ, что ты… Ши Цинсюань оплакивал смерть брата. Разумеется, оплакивал. Он знал, что его брат заслужил все, что случилось, за свое преступление. Он знал, что они оба заслужили то, что получили. На самом деле, Хэ Сюань еще легко обошелся с… ну, точно уж не с его братом, но с ним – да, он обошелся с ним легко. Ши Цинсюань не мог, попросту не мог заставить себя ненавидеть Хэ Сюаня. Потому что знал его другую сторону. Потому что знал, глубоко внутри знал, что «Мин-сюн» не был лишь образом, что за его грубостью и жесткими словами скрывалось сердце. И всегда там было! Но и брат был ему важен, он любил его всей душой, всю жизнь они заботились друг о друге. И Ши Цинсюань чувствовал вину перед обоими. Перед одним – за то, что украл его судьбу, заставив пройти сквозь ад на земле, перед другим – за то, что он ради него пошел на чудовищное преступление. - Вы оба, пожалуйста… Как, как ему выбрать между ними? Как он вообще может думать о возможном выборе? Они оба одинаково дороги ему, несмотря ни на что, и невозможно было подобрать слова, и столько противоречивых ощущений обрушилось на него, пока он стоял на берегу, совсем один, вынужденный смотреть на то, как его брат и его… «И твой кто? – поинтересовался голос на краю сознания, - Кто он тебе? Лучший друг? Любовник? А, может, демон, который забрал все то хорошее, что было в твоей жизни?» Ши Цинсюань закрыл уши ладонями, тяжело дыша. - Заткнись. «Ты бесполезен, Цинсюань, и всегда таким был, - продолжил голос, - Потому что ты – пустышка на самом деле. Подделка». - Заткнись! Я знаю это! Ши Цинсюань посмотрел вверх и увидел, как его брат наносит жестокий удар Хэ Сюаню. Тот согнулся пополам и выкашлял кровь. Что-то словно переломилось внутри Ши Цинсюаня. Даже не думая о том, что он делает, он поднял обе руки в небо, взмахнув ими. - Прекратите, вы оба, сейчас же просто прекратите! – закричал он, и ветер, острый как тысяча лезвий, поднялся с земли и раскидал Ши Уду и Хэ Сюаня по обе стороны от Ши Цинсюаня. Снег и буря тут же прекратились. Руки Ши Цинсюаня задрожали, он выплюнул кровь и рухнул на землю, его взгляд затуманился. Ши Уду первым оправился от удара. - Цинсюань! – воскликнул он и кинулся к нему. – Цинсюань! – он положил его голову к себе на колени. – Все хорошо, теперь все хорошо, гэ рядом с тобой. - Убирайся… от него! – Хэ Сюань приближался к ним с другой стороны, волоча левую ногу. - Пошел прочь! – Ши Уду поднял руку и отбросил его одним ударом. Губы Ши Цинсюаня дрогнули. - Гэ… - прошептал он, а потом потерял сознание. Лицо Ши Уду дернулось, он поднял Ши Цинсюаня на руки и внезапно нырнул под воду, оставив Хэ Сюаня одного на берегу. * * * Ши Уду. Опять он. Забрал Ши Цинсюаня от него, уничтожив тот хрупкий мир, который установился между ними. И Цинсюань и его «гэ». И снова он выбрал брата. Снова не показал ни капли сомнения в своем выборе. Рука Хэ Сюаня дернулась, он схватил пригоршню песка, растерев его в порошок между пальцами. Его сердце исполнилось пламенем гнева и горечью. Даже если сейчас он соберется и встанет, если пойдет за Ши Цинсюанем… Разве это будет не зря? Разве Ши Цинсюань не скажет ему посто уходить и не останется со своим любимым братом? Хэ Сюань закричал в гневе, наугад послав несколько водяных ударов, шипя сквозь стиснутые зубы. Легко было догадаться, что Ши Уду затаился где-то там, в глубинах, возможно соорудив нечто вроде временной резиденции на дне моря. Для Хэ Сюаня даже в его состоянии не было бы тяжело проникнуть туда. Вопрос лишь в том… а нужно ли? В этот момент пара черных сапог с серебристыми цепочками оказалась в поле его зрения. БАМ Зрачки Хэ Сюаня сузились, когда лопата Повелителя Земли приземлилась рядом с ним на песок. - Какого черта ты здесь валяешься, жалея себя? – Хуа Чэн цокнул языком и упер руки в бока. – Ну и жалкое же ты зрелище, Черновод. А я-то было подумал, что сам разберешься с этим бардаком.