Любовь бродячих псов

      Холодная квартира впускает хозяина легким дуновением ветра из приоткрытого окна, которое он сам оставил перед тем, как уйти на работу. Стекла завешаны плотными синими шторами, через которые солнечный свет не может наполнить собой комнату и прогреть полы, когда даже летом по ним гуляет ледяной воздух. Глубокая тишина заставляет время остановиться, хотя стрелки часов ней звучат словно раскат грома, оповещая о секунде сменяющей другу. При ходьбе не подлетают пылинки с пола, всегда вымыта посуда и готова к использованию, отутюженная одежда внутри большого полупустого шкафа чиста и аккуратна.       Одна кровать, один стол, один шкаф и стул. Один.       Акутагава звякает ключом в замке и отпирает дверь в свою собственную квартиру, которую смог приобрести после начала работы на Портовую мафию. Переступает порог и опускает сумки с готовой едой на пол. Заменяет уличную обувь на домашние удобные тапочки. Небрежно снимает черный плащ и несмотря вешает на крючок. Пустым взглядом обводит помещение, надеясь заметить хоть что-то новое. Но чудес не бывает, если ты не исполняешь их сам. Сил поднять ног уже не находится и потому шаркающие шаги нарушают привычную тишину.       Дома Рюноске может позволить себе расслабиться. Разрешает побыть немного слабым и мягким, каким никогда его никто не увидит на улице. Мягкий свитер заменяет собой белую рубашку, а черные штаны сменяются на свободные пижамные штаны в клеточку.       Плотнее кутается в теплые вещи и плетется в сторону кухни. Хочется заварить себе крепкий кофе, сесть на пол и просто смотреть в стену, пока не появится очередное задание, до повторного звонка от мафии, что им нужно кого-то убрать. Даже СМСка оповещающая о погоде на ближайшие дни кажется для него лучше, чем копаться в собственной голове, прокручивая диалоги и события произошедшие за день. С каждым разом это все более затягивающие мысли о неправильности. Будто он где-то ошибся и теперь одиночество его наказание. Хотя чего он ожидал с такой работой и общением с людьми, ведь и собственные подчиненные его боятся.             — «И правильно делают», — шипит внутренний голос, а второй просит тепла и понимания.       Вместо крепкого кофе в ладонях оказывается большая кружка горячего шоколада. Почему налит именно он — неизвестно. Руки сами потянулись к нему. Но теперь шоколад нельзя вылить, Рюноске не позволяют воспоминания о детстве, где ничего не было и такое отношение к еде, а тем более к сладкому. Он до сих пор не может прекратить свою дурную привычку класть слишком много кубиков сахара в чай.        Акутагава не находит внутри себя никакого желания идти в большую и пустую комнату, потому что маленькая кухня кажется ему более уютной, привычной. Хотя пол здесь такой же холодный, как и в других частях квартиры, это совершенно не важно. Но как только его попа касается паркета, слышится стук в дверь. Он беспомощно вздыхает, мысленно надеясь, что его милая бабуля соседка будет почаще забывать купить соль, перец, сахар, муку, да что угодно, лишь бы почаще заходила немного поговорить с ним о каких-то глупостях.       Эта добрая старушка не смотрит телевизор, не интересуется новостями и поэтому никогда не узнает, что ее всегда приветливый знакомый занимается такими ужасными вещами. Рюноске хочет для нее быть хорошим соседом, ведь она единственная, кто видела его домашним; приходила, когда из квартиры доносились душераздирающие крики не пожаловаться, а спросить все ли хорошо. Именно с этой старушкой он пил чай и разговаривал о книгах, которые они прочитывали недавно, только она могла научить его готовить вкусные и простые блюда, а не покупать полуфабрикат. Мысли о потере Друга доводили его до панической атаки.       За дверью не слышно шагов или стука. Акутагава думает, не послышалось ли ему или может быть ушли уже? Он все равно решает открыть дверь, дабы убедиться в этом. В проеме никого, как и на лестничной клетке. Хочется закрыть дверь, да позабыть об этом. Но на глаза попадется коробка на пороге квартиры. «Значит не послышалось. Может быть я даже не схожу с ума». Рюноске опускается вниз и недоверчиво постукивает пальцами по стенке кончиками пальцев. До ушей доносится писклявое мяуканье. Он медленно приоткрывает картонку и видит маленький пушистый комочек. Котенок смотрит на него доверчиво, совсем наивно и пищит отчаянно, надрывно.       В груди что-то щемит. Больно так, что рука сама тянется к левой грудине. Акутагава осторожно протягивает ладонь к животному, а то и не думает бежать, наоборот тянется ближе и ластится. Пытается мурлыкать. Котенок совсем не боится, когда его поднимают на руки и заносят в незнакомую квартиру. Не дрожит от звука надломленного голоса.       Ближе к вечеру, Рюноске задумывается, что, в принципе, раз уж он живет один, никто не может ему запретить приютить котенка и назвать его каким-нибудь глупым именем. Например Пушок или Сэр Брокколи. Ведь животинка, лежащая и мурлычущая у него на коленях, совсем не трясется. Лишь поудобнее устраивается и продолжает беззаботно спать.