Кровь Ангела

      Чёрт, кто в такую рань звонит мне?! Вот так всегда, не дадут сон досмотреть, а там было так интересно. Чёрт, чёрт, и так в личной жизни ничего не ладится, а тут секс оборвался на самом интересном месте. Ох, ладно, потом домечтаю и если что, тому красавчику засандалю по самые гланды, чтобы больше передо мной своей задницей не крутил.       — Алло!       — Максим, сегодня пять дней уже прошло с того момента, как ты обещал мне оплату за квартиру.       — Пять дней? Но…       — Никаких «но», я так понимаю, денег у тебя опять нет?       — Обещали выдать зарплату, потерпите ещё пару дней, я обязательно с вами рассчитаюсь, Алла Геннадьевна.       — Ну уж нет, дорогой ты мой. Короче: тебе два дня сроку, нет денег—нет квартиры.       — И куда же мне теперь?       — А хоть в парке живи, чай не зима на улице, а мне деньги нужны.       Конечно хотелось возразить, но на том конце уже положили трубку, не дав мне сказать последнее слово. Утро окончательно испорчено, какой уж тут сон досматривать. Конечно, хотелось красавчику засадить и не раз, но сейчас столько проблем разом навалилось. Да и мой дружок испытал настоящий стресс. Помял его немного, у самого настроения ноль, какой там кончить. Поднялся, прошёлся на кухню, хоть сам же знаю, что в холодильнике шаром покати, так нет же. Открываю его, может добрый волшебник мне его наполнил, хотя бы пару яиц для омлета. Фиг с маслом тебе, Максим, а не яйца, и шлёпай себе в ванную. И не забудь затем на свою любимую работу. Сколько раз порывался найти другую работу, но всегда что-то останавливало. Что я, зря что ли учился, да и работать на скорой мне нравилось. Ставишь укольчик кому-нибудь, тебя же и благодарят ещё. А если это молодой парень? Так вообще кайф, ещё и помацаешь его булки, а он дурень лежит и млеет, а ты ему — шлёп укольчик в филейку. В целях профилактики когда-нибудь мне по моему фейсу точно кто-нибудь заедет за такие проделки.        Что ж мне ещё остаётся, принял душ и как дурак снова к холодильнику. Чёрт, знаю же что там кроме гидроколбасы больше ничего, а нет же снова заглядываю туда. Сам себе улыбаюсь, вспоминаю свою студенческую жизнь, всё так же, и в холодильнике кроме полторашки воды ну ничего, «гидроколбаса», как мы её иначе называли. Хорошо хоть чай есть, но на голодный желудок как-то не очень. Хе хе, почапал я на свою работу. Конечно хожу пешком, откуда у меня денег на поезд, экономлю на всём что могу, но мало помогает. Только зашёл в здание, опа-на, вызывают уже. И что это в такую срань я понадобился кадровичке?       — Ольга Степановна, вызывали?       — Аверин, проходи, Максимка, тебя дожидаюсь одного.       — Что-то срочное, а то у меня сегодня смена, вдруг вызов.       — Да знаю, что у тебя смена сегодня. Тут такое дело, как бы тебе всё толком объяснить…       — Да вы уж говорите как есть, чего слова подбирать.       Я и сам знал, что мне грозит, давно слухи ползут, что нашу скорую должны расформировать. Как это сейчас модно стало: укрупнение, слияние, тьфу ты гадость какая. Только от этого слияния народ поувольняют, не нужны станут. Да и я понял всё сразу, по взгляду Ольги Степановны было видно, что ничего хорошего не жди.       — Я под сокращение попадаю?       — Мне жаль, Максим, но это так.       — Но как же мне теперь жить? Да и хозяйка требует оплату за квартиру, а зарплату снова задерживают.       — Сама знаю, но на счёт зарплаты это не ко мне. Вот, напиши заявление, встанешь на биржу если что, а может оно и к лучшему, что нас расформировывают. Как говорится, всё что не делается— к лучшему.       — К лучшему? Как же, хотел бы и я так думать. Делать нечего, написал заявление, подпись начальника и снова заношу его кадровичке.       — Что, уже?       — Как-то так, ну я пошёл тогда работать.       — Максим, погоди минутку.       — Да?       — Может тебе это поможет, к нам тут недавно молодая особа обращалась. Нужна сиделка, уход за её мужем. Тот уже год как прикован к инвалидному креслу, оплата хорошая, проживание там же, в доме.       — Сиделка? Ольга Степановна, да вы чего это?! Я же не сиделка, вот уж нет. — Ты не торопись отказываться так быстро, подумай хорошенько. Вот ещё, чтобы я —да сиделкой, не хватало мне ещё и горшки за кем-то убирать. Конечно можно было бы подумать, если это хотя бы был молодой парень, а то небось явно старый пердун. А у стариков всё не так, да они мой последний мозг слопают и не подавятся.       Отработал смену, ну как отработал, так себе работал и всё. Уже не засматривался ни на кого, настроение не то. Следующее утро всё повторяется снова, опять звонок мобильника и гнусавый голос хозяйки. Чёрт, я её номер заблокирую, хотя куда ты денешься-то, Макс? Тебе сейчас не ругаться с ней нужно, а молить её подождать, иначе вместе с бомжами сидеть тебе в парке и пить «боярку». Почему обязательно я подумал про «боярку»? Чёрт, да её все бомжи жрут, дешево и сердито, спирт, сшибает так, что даже имени своего не вспомнишь. Меня даже передёрнуло от такой мысли, докатился ты, Макс. И что мне теперь, обратно в деревню вернуться? А что скажет мама? Учился, сынок, а всё напрасно, а мы тебе говорили: оставайся в деревне. А ты старших и слушать не стал. Сиделка, сиделка, а может стоит всё же попробовать? Деньги-то не пахнут, да и может мужчина не слишком часто будет ходить по-большому. От мысли, что мне придётся убирать судно, меня всего передёрнуло все. Зря я телефончик тот не взял вчера, ладно, пойду сегодня, может не всё потеряно. Конечно мне стало интересно, почему Ольга Степановна сделала мне такое предложение? Обычно женщины работают на такой работе, а тут парень. А какая собственно разница, укол-то я поставить сумею, да и не только. Сам себе смеюсь, представляю пошлость, ну, а что если у меня богатая фантазия. Да и сам я парень что надо, вдруг старый пень в меня втюхается по самые помидоры. И будешь ты, Максим, жить, что кот в масле. Ну с котом конечно перебор получился, да и масло я не сильно-то люблю. Мне бы сейчас пельмешек на худой конец хотя бы, а то в животе после вчерашнего вечера ни крошки.       Собирался долго, собирался уходить, снова возвращался обратно, садился на диван. Никак не решаюсь, конечно мне было смешно раньше, думал всякие пошлости, а теперь не до смеха. Делать нечего, волю в кулак и с песней вперёд. Алга Максим, топай, топай себе, будешь утку носить и песенки попевать, может старый пердун тебя и полюбит. — Аверин? Если ты снова про зарплату, то я ничего не знаю, сама без денег сижу. — Да нет, Ольга Степановна, вы мне вчера помочь хотели, ну я про ту работу сиделки, или я опоздал уже? — А что так вдруг? — Значит уже поздно? — Да погоди ты, Максим, ничего не поздно думаю, да я и не предлагала больше никому. Вот адресок тебе, съезди сам, поговори с управляющим, милый дядька, думаю вы договоритесь. — С управляющим? А кто там ещё есть? — Сама не видела, но дом богатый, только вот хозяин прикован к креслу, поговаривают в авиакатастрофу попал, ну что-то в этом роде. Так слышала от своей знакомой, которая там раньше работала. — А что вы ещё знаете про хозяина? — Толком ничего сказать не могу, да и подруга не сильно любила рассказывать об этом. Смотрю на адрес, блин, да это же у чёрта на куличках, хотя я же сам давно мечтал отдохнуть за городом. " Зелёная долина», слышал про этот коттеджный посёлок, да и был как-то там на вызове. Даже въезд и тот через охрану, зона, да и только. Похлопал по своим карманам, хм, как будто там может что-то заваляться. — На вот, держи сотку, думаю на проезд тебе хватит, разбогатеешь, потом вернёшь. — Блин, Ольга Степановна, спасибо вам большое, я обязательно верну вам всё. — Конечно вернёшь, как же. Поулыбались друг другу и меня как ветром сдуло, нужно спешить, может это моё спасение. Да и жить на улице с бомжами не хочется, хоть бы и с «бояркой».